Всё однажды возращается

Он выплыл, словно из забытия, в одну секунду, и увидел, как Ханна в какой-то странной серой форме кидает его на пол, а Брайс ударяется о стену. В его шею был воткнут шприц, протыкая кожу, и какая-то холодная жидкость разнеслась по телу, вызывая тысячи мурашек. Он бился в конвульсиях и пытался встать, но Бейкер впечатывала его в стену и прикрепила его наручниками, не смотря на то, что он дико сопротивлялся и кричал. Эта сучка отбирала у него последнее, что осталось, свободу. Она выжала из него всё, запугала до смерти, разбила всю его жизнь настолько, что он уже не понимал, что происходит и где он находится. В голове не осталось ничего, лишь только странные образы медленно протекали, как кричащие урывки жизни. Ненависть, оттраханые девушки, как он предаёт своего друга, ушедшая от него девушка, нож Ханны, первые крики, полнейшее отчаяние, первые слёзы, мольбы о пощаде, изнасилование, забытье, холодный пол, просто холод, прожигающий изнутри. И вот она отбирала у него последнее, сквозь эту боль. — Ханна! — закричал он, ощущая удар её ноги по его лицу. И только тогда Брайс перестал извиваться на полу и пытаться достать до неё, чтобы наконец уничтожить. — Ну какая я тебе Ханна, мальчик? И тогда перед Брайсом предстал образ улыбающегося мужчины в светло-серой одежде, который смотрел на него сверху. А образ Ханны исчез, не оставляя и следа своего присутствия. Она просто исчезла и тогда он смог посмотреть по сторонам, но его ждали лишь пустые серые стены. Брайс смотрел из сторону в сторону, вновь осматривая каждый сантиметр. Она была пустой во всех смыслах, в ней не проскальзывало ни единой эмоции, и даже последнее, что осталось в нём самом, медленно исчезало в каком-то кристально-чистом тумане… Ханны не было рядом, ничего не было. Лишь только воспоминания, всепоглощающее одиночество и сладкая мысль «Я от неё избавился». Странная улыбка застыла на его лице, он никогда не был настолько доволен и спокоен, ненависть испарялась и на душе становилось легче, и было совершенно плевать на свободу, главное, что она тут до него не достанет… *** Ханна так и не пришла за ним, а он был рад и уже обособился в психушке, как бы странно это ни звучало. Привык ко всему, что здесь происходит, и психушка стала ему лучшим домом, чем реальный мир. Здесь не такие высокие требования, здесь все о нём беспокоятся, ведь это их работа, здесь Бейкер до него не достанет. Серая одежда. Серые стены. Серые, безэмоциональные лица. Время течёт бессмысленно и так спокойно, что мозг совершенно чист и там не проскальзывало ни единой мысли. Здесь нет хороших людей, плохих или конченых тварей, здесь есть лишь пустые, безжизненные, нашедшие здесь успокоение. И Брайсу не нужно здесь выделяться, внимание наконец приковано ни к нему, его вообще нет, оно растворилось в этих стенах. И Уокер наконец понял, что это его дом. Брайс сидел за общим столом и кушал, не ощущая вокруг ни страха, ни боли, ни давления. К нему за столик подсела девушка и вся идиллия разрушилась в один момент, наполненный его ужасом, в котором разбилось всё. — Скучал? — девушка ухмыльнулась, прожигая его взглядом, и у него в голове явно звучал её голос, напоминая все самые худшие воспоминания с ней, в голове закружились бешеным вихрем тысячи эмоций, но в конце концом остался лишь только всепоглощающий страх. Всё разбилось и осталась лишь только яростная ухмылка Ханны и взгляд, полный ненависти…