1
16 ноября 2018 г., 18:48
Для Жрицы это был знаменательный день. Сегодня ей наконец-то исполнилось шестнадцать и она могла сделать то о чем давно мечтала, то для чего вообще шесть лет назад пошла в храм Матери-земли и без устали постигала молитвы и духовные практики.
Твердым шагом, с целеустремленностью, которую обычно не ожидают от столь юной особы, она направилась в здание гильдии искателей приключений. Помещение встретило её гулом голосов, запахом табачного дыма и металла. Сегодня было довольно многолюдно, у стойки толпилось несколько групп, сдавая выполненные задания, у доски с объявлениями хмуро возвышался воин в дорогом латном доспехе, а за несколькими круглыми столиками уже определившиеся группы обсуждали планы дальнейших приключений. Именно таким она и представляла это место будучи в храме.
— Я… — немного робко начала Жрица, добравшись до стойки регистрации, — я бы хотела зарегистрироваться как искатель приключений.
— Тогда заполни этот бланк. Ты ведь умеешь писать? — мило улыбнулась девушка за стойкой. Вопрос был далеко не праздный и не с целью поглумиться над этой невинной малышкой, что даже не представляет себе быта приключенца. Довольно часто в гильдию приходили из глухих деревень, где читать и писать в лучшем случае мог только староста.
— Да, меня научили в храме.
Жрица взглянула на лежащий перед ней бланк. «Имя», «Пол», «Возраст», «Умения», «Владение оружием», «Владение магией»… Как она и ожидала — ничего необычного. Регистрация была даже проще, чем она думала, накручивая себя перед неизвестностью.
— Вроде бы всё правильно, — регистратор пробежалась по бланку опытным взглядом. — Держите жетон авантюриста. Ранг — фарфоровый. Это самый низкий ранг, и задания для него тоже не особо сложные. Там на доске, — она указала рукой на уже виденную девушкой доску с объявлениями, — вывешиваются задания для рангов от фарфорового до бронзового. Всё, что выше, мы выдаем индивидуально. Рекомендую не брать задания что выше чем на два ранга, особенно в одиночку.
Выслушав этот краткий вводный курс, Жрица действительно пошла посмотреть на предлагаемые работы. Как и следовало из её низкого ранга, работы для новичков не пестрели героическими свершениями и больше требовали отсутствия брезгливости, как например очистка канализации от гигантских крыс или чистка дымоходов и простого желания работать, как например поручения на вырубку леса или строительство. Тем не менее она не собиралась сегодня же бросаться навстречу приключениям, не выяснив подробно, с чем придется столкнуться. Но, очевидно, судьба имела на неё иные планы.
— Эй, ты ведь жрица, — к ней буквально подлетел паренек с растрепанными волосами, с мечом за спиной и металлическим нагрудником. — Нам как раз не хватает жрицы в группе для экстренного квеста по убийству гоблинов. Давай с нами!
Ошеломленная напором этого парня, она сама не поняла как снова оказалась у стойки где тот уже оформлял задание на группу.
— Чертовы твари напали на деревню, угнали девушек, украли еду, — потрясал он листком с описанием миссии и распалялся пуще прежнего. — Мы обязаны помочь этим людям и покарать нечестивцев.
Она слышала о гоблинах. Они были не слишком опасны, и взрослый человек с палкой в руках вполне мог прогнать восвояси пару-тройку мелких паршивцев. Мелкие, не больше десятилетнего ребенка, уродливые и зеленые, ужасно воняющие и жрущие всё, что можно запихнуть в рот. Обычно они селились в пещерах или старых руинах и нападали на ближайшие поселения или одиноких путников, которым не посчастливилось оказаться поблизости.
— Эм… да… позаботьтесь обо мне, — наконец смогла выдавить она, и вся группа дружно направилась к выходу.
Пещера, в которой засели гоблины, была недалеко, буквально в часе ходьбы за городскими стенами. Неглубоко в лесной чаще, незаметная, если не знать, куда смотреть, и почти полностью скрытая корнями растущего чуть выше входа дерева.
Тем не менее, пока они добирались, Жрица уже не единожды пожалела, что пошла в лес в своем жреческом одеянии — широкополая белая мантия мало подходила для мест, хоть немного отличающихся от мраморных коридоров храма. Да и легкая обувь на тонкой подошве, в которой так легко и приятно гулять по вымощенным булыжником городским улицам, показала свою полную непригодность в лесу.
Едва они углубились в чащу, как её чудесная мантия перестала быть такой уж белой и такой уж целой, а обувь… по правде говоря, она уже не могла с легкостью определить, где начинаются её ботинки и где заканчивается грязь.
— Нашли! — тот вихрастый парень указывал на неприметный зев пещеры, внутри которого, у самого входа стоял гоблинский тотем в виде палки с закрепленными на ней костями и обрывком какой-то кожи.
Хотя они как группа, даже толком не познакомились, но глядя на их снаряжение молодая жрица вполне могла определить их основные навыки. Парень определенно был мечником, о чем недвусмысленно намекал меч на спинной перевязи; стройная девушка, что под накидкой, издали напоминающей халат, носила штаны и не была вооружена, — определенно владеет боевым искусством; а вторая девушка имела классический вид волшебника — мантия, шляпа и посох со слегка светящимся кристаллом.
— Мы точно справимся? — не выдержала Жрица, вдохнув исходящий из пещеры смрад.
— Я прогнал несколько гоблинов из своей деревни, — хвастливо воскликнул мечник, — мы их раскидаем как детей. К тому же у нас есть волшебница и твое чудо исцеления, если что-то пойдет не так. Нам нечего бояться.
До сих пор, даже в кельях храма, она не знала, что такое настоящая темнота. Даже свет факела, который нес мечник, не давал возможности толком рассмотреть окружающее пространство, и Жрице постоянно мерещилось копошение в тенях.
— О мать земля, полная милосердия, даруй свой священный свет… — забормотала Жрица, приостановившись. Она могла использовать чудо только три раза за сутки и сейчас решила потратить одно на освещение этого жуткого места, ведь чудо света было куда ярче паршивого факела.
— Не отставай, — окрикнула её волшебница в самый неподходящий момент, и чудо готовое уже вот-вот свершиться, ушло в никуда. Жрица ощутила лишь разочарование и пустоту взамен воодушевления и легкости, которыми обычно сопровождаются чудеса.
Тем не менее она отчетливо поняла, что у неё осталось только две попытки. И это было странно.
А они двигались всё глубже. Невзрачная с виду пещера уже ушла под землю на добрых двадцать метров, когда идущий впереди парень остановился у какого-то гоблинского знака.
Пока команда рассматривала эту примитивную конструкцию, с виду тот же тотем, что и на входе, Жрица прислушалась. К обычным звукам пещеры — шелесту осыпающегося песка, уханью собственного сердца в ушах, позвякивания медных колец у неё на посохе — добавилось что-то странное. Это было похоже на скрежет метала о метал, на завывание душ грешников, как его описывают святые отцы в своих проповедях, и в то же время в этом диссонансе прослеживался ритм, будто в музыке.
— Вы слышите?.. — окликнула Жрица команду.
— Слышим что? — остальные заозирались, и как раз вовремя, чтобы отбить неуклюжую атаку зеленого коротышки, выскочившего из теней позади группы.
— Они сзади! — заорал парень, выхватывая меч.
— Сагитта Инфламмарае! — выкрикнула волшебница, и темноту пронзила вспышка огненной стрелы, испепелив одного из атакующих.
Но тщетно. С обеих сторон с криками и улюлюканьем выбегали всё новые уродцы. Боевые искусства или низкоуровневая магия были хороши против одиночных врагов, но против толпы…
Жрица с ужасом наблюдала, как не успевшую выкрикнуть заклинание второй раз волшебницу погребли под собой несколько гоблинов. Её посох, разбитый в щепки, отлетел в сторону, а следом за ним и одежда. Но волшебница брыкалась слишком сильно, умудрилась заехать одному каблуком точно в глаз, и его подельник не стал рисковать, с диким визгом всадив кривой выщербленный кинжал волшебнице в живот.
— А-а-а-а!!!
От крика раненой девушки нападающие отшатнулись, подставляясь под удары мечника. Неплохой клинок разрубал их тощие тела, с легкостью увлекая воина всё дальше от раненого товарища, во тьму узких проходов.
— Быстрее, — вторая девушка окрикнула жрицу, отвлекаясь от собственных противников. — Исцели её! Примени чудо!!!
— О мать земля, полная милосердия… — выдернув клинок, Жрица приложила трясущиеся руки к ране и забормотала слова молитвы.
— Вернись назад! — закричала девушка-боец увлекшемуся мечнику.
Сам он не рассчитал удар, или его отвлек крик в самый ненужный момент, но слишком длинный для пещеры меч зацепился за стену. Гоблинов же не нужно было приглашать дважды. И они, будучи не такими уж и тупыми, додумались устроить простейшую ловушку–заманушку, в которую с яростными криками, раздавая тумаки направо и налево, влетела девушка-боец.
Мечнику она бы всё равно не успела помочь — мелкие уродцы его выпотрошили едва ли не мгновенно. А она даже не заметила, как её окружили. Одна удачная плюха от гоблина-переростка вышибла из бойкой девушки всю дурь, и она, ударившись головой о стену, уже не смогла дать отпор навалившейся мелюзге.
Жрица с ужасом смотрела, как её сопартийницу лишили одежды и стали насиловать во все природные и пару свежеприобретенных отверстий. И в то же время у неё на руках хрипела кровавыми пузырями волшебница, и даже исцеляющее чудо не могло затянуть страшную рану на её животе.
А она… она не могла ничего сделать. Как жрица она не умела ни драться, ни использовать оружие. У неё не было навыков рукопашного боя, да и силы едва хватило бы, чтобы задушить курицу. До этого дня она думала, что боится крови, но теперь была измазана в ней чуть менее чем полностью.
— О мать земля, полная милосердия… — запричитала она непослушными губами, уже не надеясь на чудо, лишь бы делать хоть что-нибудь, чтобы не прятать потом глаза, чтобы сказать, что она хотя бы пыталась.
В тоннеле загорелся крошечный кроваво-красный огонек и заиграла… музыка? Жрица уже слышала её в самом начале, но списала это тогда на игру воображения. Сейчас же она слышала её отчетливо, и звук всё нарастал. Даже гоблины, что долбили уже безвольное тело бойца, остановились и уставились своими выпученными глазами на огонек.
А тот становился всё больше, постепенно заполняя собой всю ширину прохода. Тем временем невидимые барабаны выбивали ритм, от которого кровь вскипала в жилах, а глаза застилала яростная пелена. И вслед за ритмичными ударами, в такт которых стал пульсировать красный свет, раздался вой сотен голосов, схожий на скрежет металла о металл, будто страдали сами демоны из глубин Ада.
И даже когда свет погас, она не прекратила слышать этот звук, и к нему добавился новый. Звук тяжелых шагов. Так мог шагать рыцарь в полном турнирном доспехе, неся на спине своего закованного в латы коня.
Череда сдвоенных вспышек в сопровождении оглушающих раскатов грома высветили высокую фигуру в странном зеленом доспехе. Он едва не касался шлемом потолка и сжимал в руках то, что она поначалу приняла за дубинку, но потом Жрица поняла, что именно эта «дубинка» производила тот жуткий грохот и разрывала гоблинов на куски.
Тем же способом гигант в зеленом мимоходом расправился с гоблином-переростком, очередной вспышкой превратив его голову в наскальную живопись.
— К… кто ты? — едва смогла выдавить из себя Жрица, у которой от взгляда на темное, темнее темной темноты бесконечности, забрало что-то теплое потекло по ногам.
Музыка стихла.
Чтобы через десяток ударов сердца возобновиться вновь.
Гигант же, едва удостоив её взглядом, как ни в чем не бывало пошел дальше вглубь пещеры. Вскоре оттуда вновь, под вспышки, раздались гром, крики отчаяния и боли, которых она не ожидала услышать от кого-то вроде гоблинов, и рёв чего-то поистине жуткого, рёв, отдающий в самых потаенных уголках души образами металла и зубьев, вгрызающихся в плоть.
