Моника, жаль не Беллуччи.

- Моника, Ника, слышишь меня, - чувствую небольшие похлопывания по щекам. - Где я? - яркий свет бьёт в глаза. - Ты в больнице, дурочка, зачем ты выпила столько снотворного? - Я не пила снотворного, Мэтт, ты что-то путаешь, это были мои успокаивающие. - Сделали анализ крови, и нашли там именно сильное снотворное, хорошо что я приехал не позже. - Где Джоди? – голос совсем дрожит. - Всё хорошо, она у Брюса, я отвёз её. Еле оглядываю палату, хочу удостовериться что нас никто не слышит. - В баре, ты прекратил это? Ничего не было? – с ноткой надежды спрашиваю я. Мэтт опускает взгляд и напрягает скулы. - Я не мог этого прекратить. Прочищаю горло, стараясь убрать ком в горле. - Скажи, много человек вы убили. - Я никого не убивал, Моника. - Ну, твои люди, это ведь то же самое. - Пятнадцать человек. - И сколько из них простых людей, которые не были нужны вам? - Восемь. Ком никуда не ушёл, слёзы подкатили совсем неожиданно, всё что я смогла произнести: - Убирайся отсюда. - Моника, я думал мы одной природы, ты ведь росла в этом, ты – Нилсон, ты должна понимать, что иногда стоит отомстить за своих родных. - О чём ты вообще? – шёпотом, сквозь слёзы спрашиваю я. - О, милая, не делай вид что ты не понимаешь, - Мэтт медленно подходит к двери. Я лишь молчу и кручу головой, не бываю я обычно такой сентиментальной, это далеко не я. И я уж точно не привыкла сидеть и рыдать когда в моей жизни хаос, но сейчас… у меня просто нет сил. И всё, что мне нужно – это просто стакан чистой воды, и тишина. Три дня в больнице шли как целая вечность, за это время ко мне успели приехать Кортни, Сэм и даже Люк. Но последний что-то бубнил, говорил что поторопился и что возможно стоит начать всё сначала, на что я ответила лишь: - Люк, что за бред? Даже понимая, что если я возобновлю отношения с Люком, в школе станет всё как раньше – никто не посмеет мне слова сказать, девочки станут относиться ко мне более лояльно и в целом, картина изменится, но я не готова вернуться к ромашкам, когда получила розы. Если понимаете, о чём я. - Ну что, вот и выписываемся мисс Нилсон, ваша мама и эм.. Мистер Донелли, если я не ошибаюсь, ждут вас снаружи. - Спасибо мистер Венсон, я оставлю вещи и выйду. - Не забудьте, нужно будет приехать на повторные анализы в следующий четверг, и мисс, разберитесь с тем, какой препарат вы приняли, будьте осторожны. Я лишь кивнула и закрыла дверь палаты. - Ох, Моника! – с объятиями ко мне прильнула Джоди, давно я её такой не видела. И рядом Мэтт, ох Мэтт, с огромным букетом красных роз. - Тебе, - протянув букет, левой рукой Мэтт обхватил шею сзади. - Спасибо, Мэтью. - Ладно Мэтт, нам с Моникой пора, ей нужен постельный режим. - Я могу подвести вас. - Нет, нам хватило твоих роз, подумай сам, сперва это отравление – чуть не передоз, теперь ты – на сколько ты её старше? Нужно прекращать это, мы с Брюсом увезём её, и это не обсуждается! Мэтт игнорируя все слова моей матери, ждал ответа из моих уст, всё остальное его не волновало. - Мама права, я должна ехать с ними, Мэтт. Глубоко вздохнув, Мэтт с понимаем кивнул. - Что ж, был рад увидеть тебя, Моника. Теперь кивнула я. - Всё Ника, нам пора, - Джоди уже оттягивала меня за край огромной серой толстовки, а я как дура не могла отвести от него взгляд. - Вот, мы поменяли окно, и решили что тебе давно нужно было поменять кровать, - Джоди сверкала как медный пятак, она определённо была довольна собой, ведь впервые сделала что-то как мать. - Да, спасибо, - но моя кровать интересовала меня сейчас меньше всего. - Ну, мы оставим тебя, и если что, сразу зови. - Джоди… - Да? - Он приходил? Этот с цветами. Глаза Джоди забегали из стороны в сторону, щёки порозовели, и одной рукой она взялась за голову, присев со мной рядом на кровать, она словно начала рассказ какой-то тяжёлой для неё истории: - В общем, милая, когда Мэтью привёз тебя в больницу, он поехал к нам, за твоими документами, и… - Ну. - Пока его не было, кто-то вошёл к тебе в палату, и оставил это, с белым пионом, - Джоди протянула измятую бумажку жёлтого цвета. «Вот так лучше, так – ты только моя» Что за дерьмо? Это совсем шизофренизм. - Почему записка такая мятая? - Я должна была объяснить всё твоему новому другу, но когда рассказала… Моника, он пришёл в бешенство, он казался таким злым и… - Опасным. - Именно, поэтому лучше избегать и его. - Но ведь это он оплатил клинику. - И не только, около твоей палаты постоянно дежурили его люди, тут мы должны быть ему благодарны, но… - Не нужно бояться за меня, с ним я под защитой, Джоди. Джоди, вздохнув встала с кровати и ушла, молча закрыв за собой дверь. И вот час ночи, завтра снова школа и я не представляю, как зайду туда и буду слушать все эти сплетни, о якобы передозе, о романе со взрослым парнем… Раньше Моника Нилсон послала бы всех к чертям и делала бы своё дело, но сейчас она какая-то… Другая. Единственное радует – моя Кортни со мной, и уж кто-кто, она точно позаботится о том, чтобы всякая дрянь не доходила до моих ушей. На часах уже два часа ночи, слышно лишь шум телевизора из гостиной, наверное Джоди снова уснула на диване. Факт того, что она дома – успокаивает меня, и я вздыхаю с облегчением. Но вдруг… три глухих стука в окно. Замираю. Снова – раз, два, три. Тихо и очень медленно встаю с кровати, на мне лишь длинная старая розовая футболка и белые носки. На цыпочках подхожу к окну и резко встаю прямо перед окном. - Ох, это ты… За окном, с огромным букетом стоит Мэтт, и с непонимающим лицом даёт сигналы рукой – «открой окно» - Ты напугал меня, - держась за грудь, говорю я. - Теперь тебе нечего бояться, - перелезая через окно, говорит парень в своём черном строгом костюме. - Это ещё почему? – сложив руки на груди, заигрывающе спрашиваю я. - Потому что я краду тебя, Моника Нилсон, прямо сейчас.