Ну всё, товарищи! Финита ля комедия!

      Вскоре после того как младшие Малфои отправились в Лондон на вокзал Кингс-Кросс, к высоким кованым воротам начали стекаться гости.              Поодиночке и небольшими группами шли они по широкой подъездной дороге, обсаженной живой изгородью, по которой прогуливался белоснежный павлин. Изредка он останавливался, издавал хриплый пронзительный звук и распускал свой хвост, становясь похожим на гигантский подрагивающий одуванчик.              На крыльце особняка гостей встречал домовой эльф в парадной наволочке с вышитым на груди огромным фамильным гербом. Он церемонно распахивал массивную дубовую дверь и учтивым жестом приглашал войти в ярко освещённый сотнями свечей холл.              В магическим образом расширенном зале на это раз не было длинного обеденного стола. Вместо этого по периметру были расставлены фуршетные столики с напитками и закусками.              У дальней стены зала, на полу, была начертана пентаграмма, в которой был открыт портал в потусторонний мир. У портала стоял домовой эльф с огромными глазами, размером с теннисный мяч, и большими ушами, похожими на крылья летучей мыши. В лапках он держал амбарную книгу. Каждый выходящий из портала в обязательном порядке отмечался в этой книге, после чего имел возможность беспрепятственно выйти из пентаграммы и присоединиться к гостям в зале.              Последним из портала вышел высокий худой старец с длинными седыми волосами и спутанной бородой.              – А вот и Дамблдор! – возвестил хозяин дома и услужливо придвинул массивное мягкое кресло ближе к столику, уставленному вазочками с разнообразными леденцами.       – Привет, Добби, – поздоровался с эльфом Дамблдор, и тот низко поклонился в ответ.              Как только Альбус Дамблдор покинул пентаграмму, эльф захлопнул книгу, радостно выпрыгнул из пентаграммы и скрылся за дверью, выходящей в холл.              Дамблдор огляделся.              – Я очень рад видеть всех вас в этот знаменательный день!       – Ой ли? – раздался холодный голос.       – Да, Том, истинная правда. Прошло слишком много лет. Всё в далёком прошлом.              Зал наполнился гулом голосов. Гости с упоением принялись обмениваться воспоминаниями, делиться впечатлениями.              Кто бы мог подумать, что девятнадцать лет спустя в доме Люциуса Малфоя соберутся вместе те, кто в своё время вёл между собой беспощадную войну – не на жизнь, а насмерть, и которых давно уже рассудило и примирило время.              МакГонагалл со слезами радости на глазах присела на скамеечку рядом с Альбусом и Аберфортом Дамблдорами.              У большого витражного окна расположилась шумная компания, в которой маячили рыжие макушки Уизли и сиреневые волосы Тонкс. Оттуда по всему залу разносились взрывы хохота и громкие восклицания.              – Это сколько же мы не виделись! Напомните мне, когда мы собирались так последний раз?       – Так в июле две тысячи одиннадцатого. После премьеры второй серии фильма по седьмой книге.       – Точно! И напились же мы тогда, помните?       – Ещё бы! Стольких помянуть надо было.              Фадж и Скримджер горячо спорили с Кингсли. Слышались отрывистые слова «Азкабан… дементоры…».              Бывшие Пожиратели Смерти сгрудились у противоположной стены вокруг Тёмного Лорда.              – А как эффектно взорвался наш Повелитель? – слышался бас повзрослевшего Грегори Гойла.              Кто-то хрюкнул, сдерживая смех, но тут послышался обиженный голос Того-кого-нельзя-было-раньше-называть:              – Не было в книге этого.       – Не было, – согласился Гойл. – Но, право слово, ваша смерть в кино выглядела гораздо впечатляюще, чем в книге.              Когда на середину комнаты вышел хозяин дома, воцарилась тишина.              – Итак, господа, я приветствую всех в Малфой-мэноре. Сегодня мы собрались не просто так, – торжественно возвестил он. – Сегодня мы собрались по поводу. И повод этот весьма значителен. Как вы все знаете, именно сегодня, первого сентября две тысячи семнадцатого года, официально заканчивается наша эпическая сага, называемая в магловском мире Поттерианой. Что нам только не довелось перенести: и приключения, и детектив, и триллер, и даже элементы любовного романа. Сегодня мы с вами, наконец, освободимся и станем полноправными хозяевами собственных жизней.              Тотчас же двери зала распахнулись, и домашние эльфы вкатили тележку с огромным тортом в виде композиции из сложенных стопкой семи разноцветных книг канона и прислонённых к ним трёх книжек официальных дополнений.              Послышались бурные и продолжительные аплодисменты.              – Позвольте, но где же наши главные герои? – полюбопытствовал Слагхорн, сидящий в окружении профессоров Вектор, Трюк, Стебль и Флитвика.       – Вы что, не удосужились ознакомиться с эпилогом? – ответила МакГонагалл и укоризненно посмотрела на преподавателей. – Сейчас они на вокзале Кингс-Кросс. Провожают в Хогвартс своих детей.       – Нам сказали, что наших персонажей в эпилоге нет, – ответила за всех мадам Трюк, нацеливаясь пальцами на тартинку с гусиным паштетом. – И зачем нам тогда его читать?       – Не беспокойтесь, – поспешил внести ясность Люциус. – Скоро поезд тронется, и они сразу же присоединятся к нам.       – А пока предлагаю выпить! – широкоплечий волшебник с длинными вьющимися волосами направился к отдельному столику, на котором стояли ряды разнокалиберных бутылок.       – Не спеши, Сириус, – предостерегающе поднял руку Римус Люпин. – Праздновать заранее плохая примета.       – Да брось, Римус, – весело парировал Блэк и начал откупоривать пузатую бутыль игристого вина. – Я-то всё до конца прочитал. Поезд вот-вот тронется. Сейчас Гарри сделает последние несколько шагов, коснётся шрама и…              Внезапно откуда-то раздался тихий, словно неземной, голос:              – Примета плохая… Неспроста это… Всё не так…              Только сейчас все заметили сидящую в углу худую женщину в аляповатой одежде с огромным количеством браслетов, брелоков, подвесок и прочих безделушек. Её тёмно-зелёные глаза за стёклами огромных очков были устремлены на хрустальный шар, который она держала перед собой на ладони.              – О, Сивилла, дорогая, – мягко произнёс Альбус Дамблдор. – Прошу вас, оставьте уже…              Он не успел закончить фразу. Бывшая преподавательница прорицания вдруг закатила глаза, откинулась на спинку кресла и заговорила хриплым, изменившимся голосом:       – Сын льва станет змеёй. Дети заклятых врагов объединятся, чтобы изменить прошлое. И будет с ними дельфин с чёрным фениксом, пришедший спасти Тёмного Лорда. Три раза время повернётся вспять. Прошлое и настоящее переплетутся. Тучи сгустятся. И восстановят порядок те, кто…              В установившейся напряжённой тишине раздался оглушительно громкий хлопок выстрелившей из бутылки пробки. Трелони вздрогнула, надрывно закашлялась и выпрямилась в кресле, выронив из рук свой хрустальный шар.               Десятки глаз заворожённо следили, как шар медленно катится по паркету.              – И что это было? – ошарашенно вымолвил Малфой-старший.       – Интере-е-есно, – протянул кто-то из группы у окна.       – Я не ослышался?– вкрадчиво спросил Волдеморт. – Show must go on, как говорится? Цирк, да и только. Сначала слуга-крыса, теперь вот рыба с птицей. В следующий раз весь зверинец явится по мою душу?       – Не льсти себе. У тебя больше нет души, – хохотнул Сириус.       – Где твои манеры, Блэк! – невозмутимо парировал Волдеморт. – Вообще-то, это была фигура речи, если кто не понял.              Сириус скорчил в ответ презрительную гримасу.              – Повелитель! – воскликнула Беллатриса, заламывая руки. – Я всегда знала, я верила, что вы бессмертны!                     Послышались громкие крики и топот. Дверь в зал со стуком распахнулась.              Первым в зал ворвался чем-то очень рассерженный Гарри Поттер, таща за собой упирающегося сына Альбуса. Следом, стараясь сохранять аристократическое спокойствие, шагали Драко, чьё возбуждение выдавали алые пятна на бледных щеках, и его сын Скорпиус. За ними шли Астория, Рон Уизли и Джинни Поттер, ведущая за руки Лили и Хьюго. Замыкала процессию Гермиона Грейнджер, читающая на ходу небольшую книгу.