Nevver

Чимин с огромным усилием боролся с желанием закатить глаза на очередную реплику одного из акционеров. Он терпеть не мог все эти собрания и тому подобное, пусть они были иногда необходимы. Но, в основном, собрания акционеров проводились только тогда, когда кому-то из сотрудников компании было жизненно необходимо оспорить новый контракт, который заключал Чимин. Это собрание не было исключением. — Господин Пак, в Вас говорит только желание получить прибыль и больше ничего другое! Я начинал свою карьеру молодым строителем и, уж поверьте, что я смыслю в этом деле гораздо больше, чем молодой неопытный мужчина, получивший свою должность по наследству и не проработавший ни дня в тяжёлых условиях! — с раздражением вещал худощавый аджощи в очках, махая указательным пальцем в воздухе и с нескрываемой злобой смотря на спокойно сидящего Чимина, который совершенно безэмоционально воспринимал всё сказанное, ведь слышать такое ему доводилось не в первые. — Что же, — Чимин встал и улыбнулся, — Вы абсолютно правы. Во мне всегда говорит желание получить прибыль, — он акцентировал внимание на слове «всегда». — Да, я не проработал ни дня строителем и не получил тот опыт, который имеете Вы, потому что он мне и не нужен, ведь я изначально стартовал с другой полосы и не нуждался в том, чтобы грязная работа принесла мне какой-либо другой опыт, кроме того, в котором я действительно нуждаюсь, иначе бы я просто не смог управлять этой компанией самостоятельно с минимальным знанием того, как правильно шпаклевать стены и класть кирпич, — Пак видел, как большинство присутствующих буквально закипают от такого невежества, но продолжил, потому что именно этой реакции он и добивался. — Поэтому попрошу не тыкать меня носом, ведь я прекрасно справлясь с возложенными на меня обязанностями. Так что, — Чимин обвёл взглядом всех присутвующих в зале переговоров, — контракт на застройку нового развлекательного комплекса в Намдэмуне будет мною подписан не смотря на Ваши протесты, которые я выслушал, ведь это входит в мои обязанности, но во внимание не взял. Зал просто вспыхнул бурной реакцией остальных акционеров, которые волками смотрели на довольного Чимина, который раз за разом опускал достоинство всех присутствующих. Он безразличным взглядом прошёлся по раскрасневшимся злым лицам, на которых отразилась настоящая маска ненависти и жестом заставил их умолкнуть. — А теперь, когда все претензии были выслушаны и обсуждены, сообщаю, что сегодняшнее собрание завершено и вы все снова можете приступить к своей работе, — Чимин встал из-за стола и, прихватив с собой сумку, победно вышел из зала, чувствуя, как по телу растекается приятное чувство и предвкушение, ведь всю неделю его не покидала мысль о следующей пятничной ночи, которая настанет вот уже через несколько часов.

***

Чонгук ожидал сегодняшней пятницы так сильно, как ещё никогда в жизни. Похоть в глазах того клиента запомнилась с момента, когда он впервые её уловил во взгляде, который остановился на его обнажённом теле. Та податливость очаровала его уже тогда, когда он только коснулся горячего тела, которое плавилось от желания с каждой секундой больше и больше. Он не мог скрыть от себя того, что он страстно желал повторения этой ночи, ведь ему так хотелось снова чувствовать, как его неимоверно хотят. Ему снова хотелось чувствовать ту самую участь, которая должна исходить от двух партнёров одновременно, а не только от одного, как обычно это и происходит с каждым клиентом, с которым Чонгук спит. Поэтому он нервничал. Уже стоя перед дверью он осознал, что испытывает давно забытое чувство, но не успел толком над этим поразмыслить, потому что дверь перед ним отворилась и его взору снова открылся приятный вид Чимина в халате, который столкнувшись с Чонгуком взглядами, немедленно его скинул и потянул парня в квартиру. — Ты очень пунктуальный, мне это нравится, — прошептал Чону на ухо блондин, принимаясь стягивать с того одежду прямо в коридоре. Чонгук на это только улыбнулся, помогая тому справиться с остальной одеждой. Пространство вновь накалилось, точно так же, как и в прошлую ночь. — Хочу тебя прямо на лестнице, — сказал Чимин, как только его босая ступня коснулась первой ступеньки. Видя неуверенный взгляд Чонгука, он продолжил: — Я не прошу. Садись, — старший кивнул на ступеньки и парню не оставалось ничего кроме как послушно сесть на ступеньку и шикнуть от боли, врезавшись спиной в остальные ступеньки. Чимин улыбнулся, наблюдая за младшим и усаживаясь на него сверху: — Заплачу двойную цену, если сумеешь продержаться больше, чем в прошлую ночь, ведь в прошлую пятницу ты отработал не всё, — Чимин довольно смотрел в тёмные глаза младшего, где проскользнула искра злости. Он специально выводил из себя парня и не зря, потому что когда тот мгновенно расправился с презервативами, то без промедления схватил Чимина за поясницу и насадил на свой член, даже не проверив достаточно ли тот растянут. Коридор наполнил вскрик, который позже перерос протяжный стон, ведь Пак добивался именно этой реакции. Ему нравилось, когда с ним обходились нежно, как это делал Чонгук в прошлый раз, но ещё больше ему нравилось, когда в постели с ним не считались и хоть где-то заставляли подчиняться и проигрывать, заглушая его властный характер. Чонгук обхватил ладонями худую талию и принялся насаживать довольного блондина на свой член, который оперелся ладонями на плечи парня и насаживался на его член в такт тому, как двигал его Чонгук, поднимая и опуская на свой ствол. Они не прекращали смотреть друг другу в глаза, во время того, как Чимин двигался и подавлял в себе вскрики удовольствия. В квартире раздавались агрессивные шлепки, становясь громче и громче, которые раз за разом перебивали стоны Чимина, который от такой агрессии уже терял себя в Чонгуке полностью, пока тот терял себя меж ног Чимина, чувствуя себя с ним одним целым. Уже не чувствуя спины из-за врезавшихся ступень, Чонгук прекратил входить в Пака и, всё так же контролируя его благодаря крепкой хватке его рук на талии, поднял его на ноги, позже поднимаясь тоже. Вплотную прижавшись к горячему телу клиента, парень посмотрел на него сверху-вниз, награждая затуманенным от похоти взглядом. Чимин неосознанно потянулся к его губам, напрочь забыв о Чонгуковом правиле, но был остановлен и в следующий миг прижат грудью к ступенькам. — Ай! Что ты делаешь, прекрати! — кричал Чимин, чувствуя, как Чонгук прижимается к спине и раставляет его бёдра. — Отрабатываю прошлый раз, — сквозь зубы произнёс парень, навалившись ещё сильнее, заставляя Чимина сосками вплотную прижаться к ступенькам и тихо промычать от боли. Комнату вновь наполнили звуки неистово быстрых и агрессивных шлепков. Чонгук яростно вколачивался в клиента, давая тому понять, что не скоро забудет сказанную им фразу. Спустя несколько мгновений он сменил темп с быстрого на медленный, не давая насладиться полностью и заставляя Чимина ёрзать и толкаться навстречу его члену, растягивая удовольствие и мучая блондина, который хныкал, каждый раз теревшись сосками о выступ ступени от медленных толчков членом, которые заставляли его двигать своим телом то вперёд, то назад. Чонгук медленно пальцами перещитывал позвонки спины клиента, слушая его хныканья и улыбаясь самому себе. Ему нравилось не давать Паку того, чего он хотел, пусть он и не догадывался, что на самом деле он уже исполнил его желание — полностью лишил его выбора, взяв инициативу в свои руки и диктуя собственный темп, не взирая на желания клиента. Чимину нравилось то, что его поняли даже тогда, когда он не озвучил свои желания вслух, полностью полагаясь на партнёра. Ему нравилось, что он зажат между ступенями, которые болезненно давят ему на соски и чужим толстым членом, который адски медленно двигается внутри него, заставляя капать его член смазкой ежесекундно. Ему нравились сильные руки, которые исследовали его тело, тот запрет, возложенный на розовые губы, делая их акт действительно простым трахом, не переходящий ту тонкую грань, после которой он может называться любовью, ведь любви как такой нет. Есть только страсть, которая выжигает их тела изнутри, густой воздух вокруг них, который обволакивает их потные тела и два человека. Только два человека, которые понимают, что это их не последняя встреча.