Alter ego

Весь день прошел как в тумане — вернее, он был подернут алой пеленой раздражения из-за предстоящей очной ставки у директора. Отец совсем не был рад тому, что придется поручить пациентов клиники помощникам и идти на поклон, потому что его сын не умеет держать себя в руках. Ичиго знал, что отец не осуждает его желание постоять за себя, тем более он бывший шинигами и тоже знает неписанный закон агрессии — нападай первым или нападут потом на тебя, и хорошо, если один, а не толпа. Однако нравоучения посторонних, необходимость оправдываться и укоризненно смотреть на сына его раздражала, но выбора особо у него не было — Ичиго сломался после всех своих похождений по Обществу душ и пустыне Уэко Мундо и, на данный момент, выживает как умеет — или, скорее, как не умеет. Директор пробубнил свою речь о недопустимости насилия и важности общения, чтобы не обострять ситуацию и предотвращать возникновение межличностных конфликтов. Мать потерпевшего махала руками, ожесточенно жестикулировала и всеми, вербальными и невербальными средствами, старалась переломить ситуацию в свою сторону. После аргумента директора, что комментарий ее сына был уничижительным, неподобающим и оскорбляющим достоинство его же одноклассника, женщина сбавила темп и притихла, ведь этот факт вывернуть в свою пользу она не могла — реплику слышал весь класс, а также учитель. Она зло посмотрела на своего отпрыска, который пытался слиться с обстановкой и не привлекать к себе внимания, и скорее прошипела, чем сказала: — Он просто пытался противостоять той агрессии, которую олицетворяет собой Ичиго Куросаки. — Позвольте не согласиться, — директор остановил ее на полуслове, пока она не продолжила. — Значит, ваш сын противостоял агрессии, которую олицетворяет Ичиго Куросаки? Ичиго, ты когда-нибудь бил этого ученика? — Ни разу, до того момента, — сухо и четко ответил Ичиго. — Это так? — директор повернулся к его однокласснику и грозно на него посмотрел. — Д-да-а, — проблеял полумертвый от страха старшеклассник. — Получается, что вы первым оскорбили Куросаки, чем спровоцировали ответную реакцию в виде пинка по ноге, правильно? — директор продолжал раскручивать цепочку событий. — Да-а, — еще тише согласился инициатор конфликта. — И вы утверждаете, что Ичиго Куросаки олицетворяет собой агрессию? — директор повернулся и посмотрел на мать того, кто начал весь этот сыр-бор. — Ваш сын первым начал проявлять агрессию, на что получил противореакцию. Да, она была другого рода, с этим я согласен. Но даже если бы у Ичиго была возможность добавить агрессии, как вы ее тут называете, например, подкараулить после школы и уже хорошенько избить, что сделал бы каждый третий школьник, потому что на ровном месте он должен защищаться от таких, как ваш сын, но он этого почему-то не сделал, не так ли, юноша? — директор посмотрел на мелко дрожащего школьника. — Да… — прозвучал еле внятный ответ и стыдливый кивок головой. — Вы помните, что он вам сказал? — продолжал давить директор. — «Что, доволен? Повысил самооценку? Самоутвердился?» — шепотом процитировал слова Ичиго его одноклассник и сжался. Директор развел руками, обвел всех присутствующих взглядом и произнес: — Дорогие родители и ученики, ситуация неоднозначная. Спасибо, что вы пришли на эту встречу, я очень ценю, что мы можем поговорить и решить данную ситуацию мирно. Надеюсь, что старшие объяснят своим детям, что они сделали не так, а эти молодые люди буду чаще применять принцип: «не поступай с другими так, как ты не хочешь, чтобы поступили с тобой». Мы живем в обществе, и нам приходится идти на компромиссы, адаптироваться и договариваться. Вы все — хорошие люди и знаете, как надо себя вести, я прошу лишь больше симпатии к окружающим, больше понимания и приятия нас всех разных. Вы согласны? Все четверо одновременно кивнули. Никто не хотел опять заново поднимать вопрос: кто прав, а кто виноват. Родители немного расслабились, выглядело, что после такого их детей не отчислят из школы, и можно облегченно выдохнуть. Директор собрал бумаги у себя на столе и положил перед ними листок: — Прошу каждого написать, что конфликт исчерпан и вы не имеете претензий друг к другу. Подпись, расшифровка подписи и дата. В тишине, каждый подошел и выполнил пожелание директора. Потом Ичиго и его одноклассник в знак перемирия пожали друг другу руки, родители извинились друг перед другом за причиненные неудобства, и все миленько разошлись — каждая семья в свою сторону. По дороге домой отец даже не ругал Ичиго, просто восхитился поведением директора, красиво разложившего все на составляющие и решившего проблему малой кровью. На перекрестке они попрощались — Ичиго пошел домой делать уроки, а Ишшин поспешил обратно в клинику. Быстро справившись с уроками, Ичиго решил проверить погоду в мире своего альтер-эго. Хотелось подтверждений, что все же что-то неуловимо начало меняться в лучшую сторону из-за сегодняшней маленькой победы. Дождя не было. Матерящегося Хичиго — тоже. Ичиго вздохнул с облегчением и решил немного поваляться — подумать о случившемся. Не будет он искать близнеца и доказывать ему, что он и так не один в этом мире, и давать обещания, что будет приходить каждый день. Стоит начать с малого — полюбить вертикальные облака и лежащие здания, отсутствие растительности, звуков, запахов и людей. Впервые Ичиго увидел плюсы этой маленькой вселенной: тишина, уединение, контроль погоды, не самый глупый собеседник, если он придет в себя и сможет нормально поговорить, без оскорблений и перехода на личности. А самое главное — здесь время течет медленнее — значит, он может полежать с закрытыми глазами и подумать, не опасаясь, что опоздает куда-то в мире людей. Ичиго лежал и обдумывал свое дальнейшее поведение. Завтра надо будет зайти после уроков к директору и поблагодарить его за понимание. Еще неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы тот так грамотно все не расставил по полочкам и не прижал этого несчастного. А потом предстояло самое тяжелое — выдержать последствия этого разговора: если тот парень смалодушничает, то сможет соврать и настроить опять весь класс против Ичиго, если нет — то вопросы уже будут к самому парню. Остается надеяться, что у него не разовьется Стокгольмский синдром, и он не будет бегать за ним хвостом и преданно смотреть в глаза — эту трансформацию Ичиго не любил и считал ее менее достойной, чем первый вариант, когда человек принимает решение и придерживается его, не поддаваясь давлению окружающих. Ичиго закинул руки за голову и решил устроиться поудобнее. Мельком заметил что-то белое справа от себя, и повернул голову. Чуть поодаль лежал Хичиго, копируя его позу, и посматривая на него. Это было непривычно — Хичиго молчит, не подкалывает, просто лежит, и всё. Ичиго решил забить на эту странность — если его близнецу что-то понадобится, то тот всю душу из него вытрясет, а раз лежит и никого не трогает — значит, так тому и быть. — Хичиго, как думаешь, у нас с тобой Стокгольмский синдром или созависимые отношения? — как-то неожиданно, даже для самого себя, поинтересовался Ичиго. Хичиго повернул голову в его сторону, не предпринимая попыток сближения, и проговорил своим странным голосом: — Я, конечно, не психолог, но у нас, похоже, не Стокгольмский синдром, ибо мы не перенимаем привычки агрессоров, хотя… как сказать, — он взъерошил свои белые волосы и продолжил, — то ты, то я бываем доминирующими частями личности. Да, по отношению друг к другу мы являемся агрессорами на тот момент, но в принципе мы — одно целое как темная и светлая сторона той же самой Луны. На счет созависимости… мда… вариант тирана и жертвы подходит, но в том-то и прикол, что ты не жертва, Ичиго, совсем нет. И в таких отношениях там есть другой человек, а я не другой человек, я — это ты, как бы тебе не была отвратительна эта мысль. Ичиго почесал нос и признался: — Мне сложно смотреть на наши взаимоотношения под таким углом. Я слишком долго отделял тебя от себя, что на данный момент у меня противореакция. Просто сегодня был прикол в школе: парнишка, который меня вчера вывел из себя, и я его так хорошо пнул в классе, устроил такой пафос и драматизм, что пришлось сегодня с отцом идти к директору. Директор — просто красавчик, по всем правила допроса, расколол того, доказав, что мой пинок был ответной реакцией на его начальную агрессию в виде уничижительного комментария, и все чинно-мирно завершилось. Вот сейчас мне интересно, как себя поведет одноклассник — у него возникнет Стокгольмский синдром, ведь, согласно слухам, я — агрессор, да и пнул его, или же он соврет и разведет кампанию по более глубокому втаптыванию меня в грязь? — Ну, есть и третий вариант, похоже. Он может взяться за ум и прекратить эти свои социальные игры в угоду родителям и одноклассникам. На это надо много сил, но как вариант, со счетов сбрасывать нельзя. Завтра увидишь, — ухмыльнулся альбинос. Ичиго сел и потянулся. — Спасибо за приятную беседу, — поблагодарил он. Просто поблагодарил. Без обычных обвинений, наездов и выяснения отношений. Просто констатация факта. Впервые они не поругались и не подрались. — И тебе спасибо, — криво улыбнулся близнец. — Приходи еще, было интересно. И да, спасибо за отсутствие дождя. — Ага, пожалуйста, — удивленно ответил ему Ичиго. «Чтобы Хичи поблагодарил? У меня явно галлюцинация! — невольно подумал Ичиго, поднимаясь и про себя отмечая, что в последнее время много странных событий происходит. — Да и пофиг, пусть все остается как есть». — Покеда! — махнул он на прощание рукой и переместился в свой мир.