Познание

Тяжело прислонившись к дереву, сидя на коленях и прижимая к груди руки, Арт со слезами на глазах смотрел вдаль. Там, на небольшом пригорке, недавно разразился настоящий филиал Ада на земле. Горящие поля, усеянные трупами, еще долго будут терзать его в ночных кошмарах. Он не успел. Еще каких-то жалких восемь часов назад тут стояла деревня. Маленькая такая, обычная для земель Фрельйорда. Роковым для неё стало местоположение – она находилась между двумя давно враждующими поселениями. Уже долгое время они не вели боевых действий и были слышны разговоры о мире. Только этого не произошло. При попытке передать дары послы одной деревни были жестоко убиты в другой. Это резко накалило обстановку и буквально через несколько часов уже гремело настоящее побоище, хоть и сильно уступающая битве при Пласидиуме, но оставляющая такой же отпечаток в эмоциональном фоне. Густой коктейль из чёрной ненависти, отчаяния и горечи, создавали такую ураганную смесь, что даже сейчас по чувствительному в этом плане Арту било так, что стоять было проблематично. Непроизвольно пропуская через себя эти эмоции, он чувствовал всё так, будто это происходило с ним. Буквально проживая этот момент десятки раз. Попытка отгородиться с треском провалилась. Прошли жалкие минуты, показавшиеся ему вечностью; Арт, не выдержав, лёг рядом с деревом, до крови сжимая кулаки и до скрипа стиснув зубы. Но в один момент он понял, что боли больше нет. Есть только отголоски эмоций, звучащие где-то на периферии. Вдохнув полной грудью, он с трудом поднялся. Сняв с пояса небольшой бурдюк с водой, он в один присест осушил его, наслаждаясь приятной прохладой. Повесив бурдюк обратно, он перевел свой взгляд на поле. Километры земли до сих пор горели, несмотря на сильную минусовую температуру, и явно не собирались потухатьв ближайшее время. Очень много разумных погибло в один день. Слишком много. Север и без того не особо благоприятное место, да чего уж там – во Фрельйорде выживают только самые приспосабливающиеся и сильные, на столько сильно тут работает естественный отбор. Изучая поля боя, Арт заметил некоторую странность: несмотря на то, что бой уже закончился, никто не спешил забирать тела погибших. О мотивах такого поступка он мог только догадываться, но ясным оставалось одно – нужно срочно идти туда и искать выживших. Быть может, он хоть кого-нибудь сможет спасти. Всё еще прихрамывая, Арт выдвинулся к полю боя. При постепенном приближении стал ясен ужасающий размах сражения. Горела не просто поверхность земли: дым в некоторых местах вырывался глубоко из-под почвы, что наводило на очень плохие мысли. Нужно было торопиться. Арт подходил к каждому увиденному телу, стараясь прощупывать пульс или обнаружить у лежащего дыхание. Но ничего не получалось. Раз за разом всё больше ускоряясь, он старался осмотреть каждого. Но всякий раз он терпел неудачу. Каждый раз, всматриваясь в стеклянные глаза абсолютно разных разумных: от умудрённых опытом старцев, до совсем еще юных ребят, он всё больше погружался в себя, выполняя действия на автомате. Но в один момент он заметил на крае зрения какое-то шевеление. Буквально подлетев к лежащему на животе телу, Лисёнок аккуратно перевернул пострадавшего. Оказавшийся совсем юным, человек надрывисто дышал, прижимая руку к кровоточащему боку, из которого торчала обломанная стрела. Быстро сориентировавшись, Арт начал проделывать все те действия, которым его учила Николь. Во время всего процесса пациент сильно дрожал и стонал, смотря в небеса. Арту удалось кое-как извлечь стрелу, сразу напитывая данный участок ударной дозой Энергии. Начав осматривать парня, Лисёнок вдруг зацепился за его взгляд. Совсем такой равнодушный, обреченный. Лицо парня вдруг разгладилось, и он, прошептав что-то нечленораздельное, опустил голову и затих. Навсегда. Бросившись освобождать верхнюю часть лежащего от одежды, Арт начал проводить сердечно-лёгочную реанимацию. Два вдоха, тридцать нажатий. Повторяя раз за разом, он старался вернуть в парня жизнь. Маниакальное стремление не терять единственное живое существо на всём этом треклятом поле буквально затопило всё его существо. Он всё повторял и повторял, надеясь, что вот этот цикл станет успешным. Но желнадеждаание так и не оправдалась. Поняв, что уже ничего не изменить, он обреченно опустил руки, смотря на лицо погибшего. Тот смотрел серыми, стеклянными глазами в такие же серые облака, медленно проплывавшие над мрачной картиной. Еще один удар принял на себя Лисёнок. Буквально наблюдая за тем, как душа Фрельйордца улетает, он терял в себе что-то важное. Что-то такое, без чего он уже не он. Запахнув бедную одёжку человека, он, закрыв ему глаза, поднялся. Еле передвигая ногами, он осматривал лежащие тела. Кто-то лежал с оружием в руках, кто-то – со своими немногими пожитками. Тот Фрельйордец, которого Арт оставил за собой, скорее всего так же был мирным жителем, попавшим в жернова бессмысленной битвы. Арт просто не мог оставить это без ответа. За место опустошённости начала приходить ненависть. Каждая частичка его души призывала отомстить. Отомстить жестоко, на столько, на сколько сможет. С каждым пройденным шагом, с каждым увиденным телом невинно убитого разумного, в нём росло это желание. Всё ушло на второй план. Непутёвый учитель, потерявшийся в этих непроглядных белых далях, Николь, оставленная им далеко позади, лишь бы успеть. Даже Орн и тот ушел на замыкающие позиции в его сознании. Сотни тел. Сотни душ. Сотни в одночасье оборванных судеб. Сотни нереализованных планов. И всё это – из-за непонятого конфликта, возникшего на пустом месте. Роковое стечение обстоятельств, обернувшееся чудовищными последствиями. Этот момент Фрельйорд запомнит на долго. Из этого момента они сделают правильные выводы. И Арт им поможет в этом. Хотят они этого, или нет. Дойдя до того, что раньше, предположительно, было центром деревни, Арт начал осматриваться. Его подсознание пыталось ему помочь в поисках, а звериные черты включались на всю катушку, посылая в мозг сотни сигналов. Наконец, он определился с направлением, буквально сорвавшись с места. Преодолев сотни метров, которые отделяли его от необходимого места, он начал внимательно изучать бросающиеся в глаза предметы. Снова тела убитых воинов, что даже после своей смерти не выпускали из рук оружие. Особенно на общем фоне выделялись несколько элементов экипировки: Часть кристального рога, явно отрезанного и только чудом не разбившемся, и клочок непонятного материала, похожий на тот, из которого сделан его плащ. Догадка за пару секунд сложилась в голове Вастайи. Сенджуани и Эш. Ну конечно же, кто же еще мог тут устроить побоище, кроме как главы двух деревень? А там, где Эш – там и Триндамир. А вместе с Сенджуани – Олаф. С силой сжав найденные предметы так, что по ним поплыли сети трещит, Арт обдумывал дальнейшие пути. Можно было решить всё миром, но… Они решили выбрать другой путь. Им нужно показать, что они не правы. За всех тех, кто погиб. За тех, кто не мог себя защитить. Их души требуют мщения. И он с радостью им поможет. Совершив «Обет упокоения», чтобы несчастные души смогли спокойно уйти в Круг Перерождения, не мучаясь в мести, Арт двигался в сторону ставки Сенджуани. Крепко сжимая рукоять катаны, он просто двигался вперёд. Он уже давно вошел в состояние некоего транса, поглощённый эмоциями неупокоенных душ. За спиной остались горящие останки Безымянной Деревни, и до Сенджуани оставалось всего ничего, как вдруг прямо перед его ногами воткнулся топор. Переведя взгляд на метнувшего оружие, он увидел перед собой высокого рыжего мужчину с густой шевелюрой. Телосложение у него было более чем отличным, он скорее напоминал груду мышц, нежели человека. Одетый в лёгкую накидку, которая не спасёт даже от ножа, он нёс в обоих руках по топору, одним своим видом внушающих подсознательный страх. — Олаф, — Коротко бросил Арт, узнав в мужчине героя Фрельйорда. – Со мной ты не найдешь смерти, мне нужна только Сенджуани. — АХА-ХА-ХА! — Громко засмеялся Фрельйордец. — Ты-то мне и нужен! — Проигнорировав слова Арта, начал Олаф. — Наконец-то достойный противник! Не то, что эти неженки из Детей Льда! АХАХА! — зашелся в смехе гигант, — Наша битва будет легендарной! — и бросился в атаку. Тяжело вздохнув, Лис обнажил катану, подныривая под вертикальный удар Олафа, нанося удар в открывшийся бок Фрельйордца. Олаф, будучи опытным воином, отбил вторым топором выпад Арта, сразу переводя свой блок в удар, наседая на противника. Тут в голове у Арта что-то щёлкнуло. Он был там. Там лежали его топоры. И тут Вастайи будто подменили. Глаза налились кровью, ноздри расширились, появился звериный оскал, а из груди вырвался рык. Атмосфера вокруг наполнилась настолько сильной жаждой крови, что даже видавший виды Олаф слегка струхнул, но быстро взяв себя в руки, с удвоенным напором продолжил бой. Арт же не уступал, а даже наоборот, превосходил в силе и скорости Олафа. Абсолютное отсутствие стиля у Олафа компенсировалось именно его природной силой, когда Арт, имея при себе все бонусы Вастайи, переигрывал противника. Он выстраивал свой план сражения, заставляя даже такого варвара как Олаф подстраиваться под него. А как только противник погружается в великолепный в своей опасной красоте рисунок боя, навязанный Артом, он уже проиграл. Не стал исключением и Олаф. Неудержимый натиск, казавшийся таким случайным, стал более очевидным. Очередной горизонтальный удар Фрельйордца, вместо ожидавшегося парирования, пролетел мимо, а Арт уже был за спиной у гиганта, занося катану для вертикального удара. На свету мелькнул солнечный блик, и Олаф, издав гортанный крик, начал заваливаться вперёд. На спине у него виднелась огромная рваная рана, лишь чудом не задевшая позвоночник. Кровь хлынула фантаном, окропляя Арта с ног до головы. Его белоснежные волосы частично окрасились в алый, а одежда потеряла былые цвета. — И это ваша хвалёная фрельйордская сила? — Сплюнув себе под ноги, сквозь сжатые зубы проговорил он, подходя к Олафу. — И гроша ломаного не стоит. — Закончил Лис, замахиваясь для финального удара. Но вместо этого ему пришлось отбиваться от резкого удара снизу. Как и ожидал Арт, его спич открыл в берсерке второе дыхание. С боевым кличем Олаф вскочил на ноги, игнорируя боль и хлынувшую кровь, с ходу вступив с Вастайи в клинч. Горящие ненавистью глаза фрельйордца смотрели в налившиеся кровью вертикальные зрачки ионийца. Последовавшая череда ударов от Берсерка ушла в пустоту. Арт, проскользнув под бок противника, нанёс очередной удар, оставивший еще одну глубокую рану на и так изрядно помятом теле человека. Резко отпрыгнув от противника, Лис отряхнул катану от крови, доставая из-за пояса короткий клинок, он приготовился принимать атаку фрельйордца. Следующий ход должен был стать последним в их битве. Олаф, как и предполагал Лис, начал бежать в его сторону и, бросив один топор, прыгнул в атаку с другим. Отбив летящий топор катаной, Арт подпустил к себе Олафа достаточно близко для того, чтобы закончить бой. Впервые за весь поединок он не стал уводить его топор, а парировал. Чудовищной силы удар скользнул по лезвию клинка. Арт, воспользовавшись приложенной Олафом силой, провернул клинок так, что он выскочил из руки противника. Последовавший следом удар обухом катаны окончательно выбил из равновесия Фрельйордца, что и стало для него роковым. С противным чавканьем катана по рукоять ушла в тело человека. Положив ногу на грудь противника, Арт с силой откинул его от себя. Убрав клинок обратно и наклонившись к изрядно притоптанному снегу, Арт начал отчищать катану от крови. Закончив и убрав её в ножны, он медленно подошёл к смотрящему в небо Олафу. — Этот урок ты должен запомнить надолго, — тихо проговорил он, вглядываясь в глаза лежащего. — Почувствуй то же, что и те люди. И… Постарайся не умереть. — Закончил Вастайи, резко схватив Олафа за голову. Тут же вокруг его ладони заструилась тёмного цвета энергия, впитываясь в гиганта. Издав громкий хрип и выгнувшись под невообразимым углом, фрельйордец отключился. Заляпанный в крови противника, Арт двинулся к уже видимым укреплениям ставки Сенджуани. Двигался он медленно – спешка сейчас была ни к чему, всё равно уже все знают о его приходе и готовы его встречать. В наспех сделанных укреплениях виднелись многочисленные защитники, которые при виде Арта не спешили нападать. Их сковывал страх. Да, их, жителей Фрельйорда, которые буквально выдирают из лап чудищ право на существование, умудрился запугать Вастайи. Но в этом не было их вины. В Арте проснулось дремавшая до этого сущность. Его животное «Я». По-настоящему жестокое создание, движимое только желанием Убивать. Машина смерти без эмоций. Идеальное оружие. Страх перед ним был оправдан. Вастайи и так славились своей силой, а Арт еще и принадлежал к редкому среди редких(!). На данный момент их известно не так уж и много, чуть больше сотни, но большая часть из них живёт в резервации, где-то на островах Ионии. На данный момент по Рунтерре активно передвигаются только два Вастайи-Лиса: Ари и Арт. И если Ари уже входит в состав Героев Ионии и достаточно известна, Арт пока остаётся в тени. Про Внутреннюю Сущность Вастайи ходит много мифов и легенд. Кто-то говорит, что это лишь выдумки, кто-то действительно верит, а кто-то ощутил это на себе… Все защитники ставки Сенджуани невольно вошли в число последних. Они старались даже не смотреть в глаза озверевшего Вастайи, из горла которого слышался режущий сознание рык. Арт без проблем прошел через ворота. Внутри было всё по-военному: немногочисленные палатки, бродившие туда-сюда пьяные фрельйордцы, некоторые из которых были раненными… При их виде у Арта из груди вырывался гортанный рык, заставлявший таких людей замирать на месте, будто каменные изваяния. До места своего назначения Лис не дошёл. Сенджуани, ратная мать Когтя зимы, одного из самых грозных племён Фрельйорда, чьи люди вынуждены выживать в постоянной битве против безжалостной стихии, сама пришла к нему на своём верном хряке Щетинке. — Что ты забыл здесь, Иониец? — Требовательно спросила девушка, облаченная в серую броню с железными вставками, защищавшими наиболее важные части тела. Блондинистые волосы, выбивавшиеся из-под наспех надетого шлема, бросались в глаза. Хищные черты лица создавали впечатление не человеческой девушки, а опасной волчицы, готовой напасть в любой момент. Что примечательно, на шлеме был точно такой же рог, как и тот, что он нашел в Безымянной. Без слов достав из-за пазухи часть её шлема, он бросил его ей под ноги. — Узнаёшь? — Холодно спросил Арт, вглядываясь в чуть удивлённое лицо девушки. Даже несмотря на то, что внутри него клокотала ярость, готовая в любой момент выплеснуться наружу, Лис не мог не заметить удивительную красоту своего врага. На вопрос Сенджуани лишь коротко кивнула, ожидая продолжения. — У меня к тебе лишь один вопрос: Почему вы выбрали местом боя именно эту деревню? На заданный вопрос она лишь неразборчиво хмыкнула. - Это не важно, слабаки жить не дост… — Договорить ей не дал мощный удар прямо в бок Щетинки. От силы удара многотонную тушу верного питомца откинуло на добрый десяток метров. Сориентировавшись еще в воздухе, Седжуани начала раскручивать свой цеп, намереваясь ударить Вастайи. А как встретилась с ним глазами, увидела в них только хищника, еще не встречаемого ранее. Взгляд изумрудных глаз сулил смерть. С этого момента для неё началась не битва, нет. Для неё началось сражение на выживание. Верный Щетинка, оправившийся после удара, невольно пятился назад. Его инстинкты вопили о смертельной опасности, от которой и сбежать не получится, но попытаться-то стоит… Но команды, вбиваемые в него с самого детства, диктовали иное. Сенджуани, успевая управлять свои питомцем и защищаться, еле удерживала натиск Вастайи. С самого начала боя было видно, что Лис играется с ними, что невероятно сильно злило Сенджуани. Но сделать она ничего не могла… На хряке уже начали появляться первые раны, через которые из любимого Щетинки вытекает жизнь. Хряк же, поняв обречённость ситуации, решил биться до конца. Он уже не обращал внимания на многочисленные порезы, которые покрывали всё его тело, так же он и не видел свою цель – глаза давно заволокло кровью. Единственное, что ему оставалось – сражаться до последнего вздоха. Животное лишь металось по полю боя, стараясь задеть юркую цель, больше ориентируясь на слух. Стоило лишь Арту издать звук, как хряк тут же разворачивался в его сторону и начинал набирать скорость. К сожалению, не смотря на всю его прыть, долго продлиться это не могло. Но вот, после очередного выпада, Арт решил заканчивать. Подрезав у животного сухожилия так, чтобы оно упало на бок, Арт отпрыгнул с опасного места. Повинуясь силе гравитации, туша хряка тяжело завалилась на бок, надсадно дыша. Из седла выпала Сенджуани, которая, перекатившись, встала в стойку, раскручивая свой цеп. Последовал удар, от которого Арт без особых проблем увернулся. Каждый раз, как цеп пролетал мимо, Лис чувствовал исходящий от него, пробирающий до костей, холод. На очередном ударе девушки, Арт накрутил её цеп на катану. Последовал рывок, который даже не сдвинул Арта с места. Потянув в ответ, Арт достаточно быстро вырвал из её рук оружие. Девушка сама отпустила его, разумно опасаясь возможности заиметь в своём теле лишние отверстия. Осмотрев интересный кристалл, который был на конце цепи, Арт удивлённо хмыкнул. Очень интересная и редкая штука оказалась в его руках. Откуда он тут взялся? Переведя свой взгляд на Сенджуани, что, встав в стойку, ожидала дальнейшего хода противника. Вложив катану в ножны и отбросив оружие в снег, он стянул лёгкие перчатки со своих рук. За его спиной с бешенной скоростью двигался хвост, выдавая возбуждённость своего хозяина. Показав настороженной девушке длинные и острые, как острие ножа, когти, он втянул их обратно, намекая на честный бой. Девушка же не стала стягивать свои железные перчатки. Иониец начал медленно сближаться со своим противником. Как только расстояние между ними оказалось меньше пяти метров, началась недолгая битва взглядами. Арт вглядывался в эти серые глаза, стараясь найти там раскаяние или сожаление за содеянное. Глубоко в душе, там, куда погрузилось его сознание, уступившее место Звериному началу, надеялся увидеть там эти эмоции. Жизнь среди добрых и отзывчивых Ионцев сильно повлияла на него. Он до сих пор не мог поверить в то, что они могут вот так вот просто убить ни в чём не виновных людей. Своих людей. Из-за своей прихоти. Из-за глупой гордости. Из-за упёртости. Арт искренне пытался найти в ней сожаление. Седжуани была умной девушкой. Ратная мать целого клана просто не могла быть глупой. Она точно понимала, почему он к ней пришел. Но ничего не испытывала. Она видела перед собой лишь противника. Опасного, да. Сильного. Страшного. Но лишь противника. Арт в этот момент окончательно разочаровался в этой девушке. Отпустив своего внутреннего зверя, и так еле им удерживаемого, он погрузился в глубины подсознания. Седжуани тут же почувствовала изменения. Казалось, что даже визуально её противник стал выше и массивней. Его стойка изменилась. Вастайи припал к земле, а в следующий момент ей уже пришлось принимать на блок чудовищный силы удар, откинувший её на добрый десяток метров. В этот удар Лис вложил всю свою силу, скорость и массу, что и дало такой результат. Благо, девушка смогла сориентироваться в воздухе, приземлившись в итоге на ноги. Руки, после такого надругательства, сильно болели, а металл в месте удара сильно прогнулся. Оставаться в стороне она не желала и, не смотря на боль, побежала на своего противника. Тот последовал её примеру и через секунду они встретились, обмениваясь ударами. Каждый удар Седжуани был силён, девушка вкладывала в это дело душу и даже умудрялась наносить какой-никакой урон. Вот только на один удар девушки, Лис отвечал четырьмя своими, которые по силе превосходили её. На очередном замахе, она смогла поймать его в захват, утягивая того на землю, входя в партер. Удары девушки, как и Арта, становились всё интенсивнее. Положения их менялось с изрядной периодичностью и уже никто не мог сказать, кто в данный момент находится в доминирующем положении. Но долго это продолжаться не могло, и девушка начала выдыхаться. Всё тело горело огнём, руки наливались усталостью, голова сильно кружилась. Удар за ударом, удар за ударом и вот, в один момент, девушка промахнулась. Рука ушла в землю, а сама она резко поменяла положение, оказавшись лежавшей на спине. На девушку посыпался град ударов. Она уже не пыталась сопротивляться, только блокировала. Но и блок долго не простоял. Чередой резких выпадов, Арт заставил её распластаться на снегу. После трёх быстрых ударов, Арт наконец посмотрел в её глаза. Она смотрела на него с неподдельным страхом в глазах, и… Он увидел в ней сожаление. Сожаление о неосуществленных идеях. О невыполненных мечтах. Всё то, что он видел в тех, чей путь оборвался у той деревни. Следующий его удар пришелся на землю, рядом с её головой. Наклонившись к её уху, он тихо, но веско припечатал: — Запомни это чувство. — И, взяв её голову в руки, он направил в неё энергию, усыпляя девушку. Подняв её на руки, он отправился в деревянное здание, больше напоминавшее перевёрнутую лодку. Самое крупное из присутствующих, разумно предполагая, что там будут находиться «покои» девушки. Добравшись до места без какого-либо сопротивления, он крикнул ближайшему разумному требование притащить ведро с горячей водой. Зайдя в просторный, по-военному минималистичный дом, он взглядом осмотрел помещение. Несколько манекенов с бронёй, головы особо ценных животных, висящих на стенах, стол с небольшим количеством яств, костёр, да кровать. Быстро добравшись до кровати, Арт положил на неё девушку. Катана, оставшаяся далеко позади, не очень заботила его сознание. Животное «Я» его наконец-то отпустило. Шумно выдохнув, он взглянул на бессознательную девушку. Лицо её представляло один большой синяк. Броня, ранее бывшая достаточно красивой, сейчас представляла из себя сплошные ямки и борозды. Наклонившись, он начал снимать с неё этот кусок металла. Сначала были сняты наручи, под которыми обнаружились приличных размеров кровоподтёки, потом наплечники. Чуть подняв её, он расстегнул застёжки её нагрудника. Сняв его, он отбросил его к остальным элементам её брони. Следом за нагрудником отправилась металлическая юбка и сапоги. На девушке осталась только меховая накидка и штаны. Начав растягивать застёжки накидки, его ушки уловили похрустывание снега рядом. Насторожившись, он с опаской поглядывал на вход. Но, вопреки его ожиданиям, внутрь попали лишь руки человека, быстро поставившие большой резервуар с водой, от которой шёл заметный пар. Тут же сбежавший парень выдавил из Арта смешок. Взяв воду и перетащив его ближе к Седжуани, он продолжил раздевать девушку. Накидка, хоть и была закреплена на добрый десяток застёжек, достаточно быстро поддалась, открывая Вастайи вид на великолепную фигуру фрельйордки. Только синяки сильно портили её. Найдя рядом кусок ткани, он погрузил его в воду. Достав из-под одежды небольшой свёрток с травами, Вастайи добавил в воду несколько горсток. Выпустив когти и порезав левую руку, он сцедил в воду несколько десяток капель крови. Следом за этим в воду направилась и рука, напитывающая её изнутри Энергией. Вода окрасилась в ярко-алый, после чего он достал из-под воды ткань, начиная обрабатывать раны девушки. Вода, правильно напитанная Энергией, обладала полезными целительными свойствами. Этому его научила Николь. Данное лечебное средство было придумано в одном из регионов Ионии и пользовалось огромным спросом как у обычных людей, так и у Чемпионов. А еще она его научила обрабатывать несерьёзные ранения. Как раз то, что нужно в данной ситуации. Проходясь по каждому, налившемуся кровью, красному пятну, он с удовольствием наблюдал за тем, как они быстро сходят. Да, потрепал он её знатно, но это будет ей уроком. Нет, девушке необходимо было показать всю глубину её неправоты. Слишком серьёзную ошибку она совершила. Проблемой был его внутренний зверь. Контролировать его было невероятно сложно, можно сказать, что весь путь от Деревни до Седжуани проделал не Арт. Это одновременно и пугало его, и заставляло сильно задуматься. Мастер Йи, помимо обучения своему стилю, научил его спокойствию, но… Ни одна из его методик не помогла ему в данной ситуации. Арт не знал, что делать. Обычно уверенный в себе, сейчас он был сильно озадаченным. Ему срочно нужен был Ясуо. Человек, спасший его из заточения, давший ему смысл жизни. Человек, научивший его почти всему, что он знает сейчас. В конце концов, он заменил ему отца. «Непрощённый», презираемый в родном государстве, зарекшийся не возвращаться туда не при каких условиях, всё-таки сделал это. Ради него. Только он сейчас мог помочь ему. Особенно помня самую худшую страницу жизни своего «Отца» – время бытия его Кровавой Луной, времени, когда Ясуо перестал убегать и жестоко расправлялся с каждым, кто его преследовал. Превентивно расправлялся. С того времени во многих разумных существах зародился страх к нему. Им даже пугали детей, что говорит о многом. С такими неприятными мыслями, Арт обрабатывал раны Седжуани. Он даже смог свести несколько старых шрамов, что сероватыми рубцами выделялись на теле девушки. Полностью раздев фрельйордку, он в меру своих сил обработал её раны. Укрыв Седжуани плотным одеялом из шкуры какого-то животного, он направился в центр её шатра туда, где располагался костёр. Подкинув туда несколько новых поленьев и подпитав всё Энергией, Арт сел рядом с весело потрескивающими деревяшками. Пробуждения для Седжуани было тяжелым. Всё тело жутко болело, будто она всю ночь билась с особенно разъяренным Урсином (Считай медведем, П.А.). Только спустя десяток секунд она поняла, что лежит на своей кровати, что примечательно, полностью голая. В голову тут же пришли воспоминания о прошедших событиях. Сильнейшее унижение, нанесенное ей и всему её племени этой Эш… Она как сейчас помнила эмоции, бушевавшие в ней: Ярость, гнев, злость. Потом был быстрый сбор и столь же скоротечный бой, центром которого стала какая-то деревня. В тот момент это её не особо волновало – ей хотелось показать, что её племя не потерпит таких унижений. И она ей показала! Она схлестнулась с ней в жестоком бою, и несмотря на то, что сама Седжуани там потеряла часть шлема, её это особо не волновало – главное, что ратная мать племени Аваросан не ушла безнаказанной. После боя обе стороны предпочли отойти, чтобы вскоре схлестнуться вновь, вот только… Случиться этому уже не суждено. Её сильно удивило, когда Олаф, неожиданно умчавшийся из, лагеря так и не появился, но вместо него пришел он. Вастайи, что перепугал абсолютно всех её соплеменников. Да, он был молод. Да, он в размерах уступал даже самой Седжуани (хотя стоит признать, что девушка была достаточно высока), но от него так разило опасностью, что никто не решался нападать на него. Племя Сильнейших (так считала Седжуани) спасовало перед каким-то зверем! Как только она услышала об этом, то готова была лично их всех придушить. Вот только когда она сама его увидела и почувствовала, ей резко перехотелось это делать. Весь в крови, он диким взглядом своих вытянутых глаз смотрел на неё. Смотрел как хищник смотрит на бессильно лежащую добычу. Короткий диалог и последовавшая после этого битва не заставили себя долго ждать, вот только… Противник был явно не в её весовой категории. Сильнейшая в племени, она ничего не смогла противопоставить простому Вастайи. Весь их бой смазался в её воспоминаниях в сплошную кашу, но последние моменты боя она запомнила особенно хорошо: Звериные глаза, с дикой яростью смотрящие на неё, град ударов... В тот момент в его глазах она, казалось, увидела всю ту гамму чувств, которую переживали те люди, что проживали в той деревне. Последовавшая фраза от Вастайи и темнота стала для Седжуани спасительной. И сейчас, лёжа на кровати, прокручивая в голове всё, что произошло за последний день, она неожиданно для себя… просто заплакала. Тихие всхлипы проносились по всему шатру, Седжуани пыталась облегчить тот груз, что лежал на её плечах. Неожиданно для себя она почувствовала, как её, свернувшуюся в клубок, взяли за руку. Открыв заплаканные, ярко-серебряные глаза, она сразу встретилась взглядом с вытянутыми зелёными зрачками Вастайи. Его взгляд, в отличии от прошлого, был мягким и грустным. Девушка лишь краем сознания отметила внешнюю усталость сидящего рядом с ней Ионийца, только сильнее сжав ладони. В таком положении они просидели еще минут пять, пока Седжуани, наконец, не опомнилась, одёргивая руку. - Послушай, — Тихо произнёс Арт, невидящим взглядом смотря в стенку, прямо в глаза висящего там чучела какой-то хищной фрельйордской кошки, — Тот путь, по которому ты идёшь сама и ведёшь своё племя– не приведёт тебя ни к чему, кроме обгоревших остовов ваших домов, Седжуани. Это особенно ярко видно сейчас, когда видны последствия твоих, — Он медленно ткнул ей в лоб указательным пальцем, — действий. Насилие с твоей стороны заставило Эш действовать зеркально. Насилие порождает лишь насилие, насилие порождает насилие и жестокость. Цепная реакция зла – ненависть, порождающая ненависть и войны, порождающие новые войны – должна быть разомкнута, иначе мы скатимся в тёмную пропасть самоуничтожения. Закончив, Лис перевёл усталый взгляд на лежащую девушку. Сейчас она казалась ему потерянной. Фрельйордка погрузилась глубоко в свои мысли, переваривая услышанное. Сам же Арт сидел, также раздумывая над происходящим. Амбиции девушки уничтожили не одно такое поселение. Чего уж говорить, если не так давно закончилась кровопролитная война между её племенем и Демассией. Использованные в своих интересах Сайласом, безжалостным преступником из Демассии, они совершили не один десяток набегов на дружественную им страну, заставив даже знаменитых детей семейства Краунгардов, издревле защищавших трон Демассии, явиться на поле боя. Сейчас же всё улеглось, но, как и говорил Арт – насилие порождает еще большее насилие и, не ровен час, Демассия всё-таки поднимет свои знамёна и пойдёт жестоко мстить нападавшим. Оставив девушку одну со своими мыслями, Вастайи поднялся и направился к выходу. Рядом со входом в дом уже стоял его меч, принесенный кем-то из подчиненных девушки. С небольшим трудом дверь была открыта, в результате чего в помещение проник неприятно холодный ветер. Взяв клинок, он зашел обратно, отпустив дверь. Та тут же закрылась, громко хлопнув. Вытащив клинок из ножен, он заметил на нём застывшие пятна крови. Недовольно цыкнув, Арт устроился рядом с костром, положив меч на колени. Оружие стоило очистить (а засохшую кровь убирать долго и муторно, особенно сейчас, когда за окном глубоко минусовая температура). Следующие часы для него прошли за медитативным действом, во время которого он, как и Седжуани позади него, медленно рассуждал о происходящем. Девушке необходимо было пересмотреть свои взгляды и… поднабраться опыта. Посмотреть на мир вне территорий родного Фрельйорда, понять, что выживает не самый сильный и что порой слово – лучше всякого меча. Пройдясь по лезвию пальцами, Арт поморщился. На оружии были заметны мелкие бороздки, говорящие о износе. Не выдерживают клинки скорости и силы Арта, слишком быстро на них появляются такие вот бороздки. Благо, он знал пару способов продлить «жизнь» клинка, достаточно было смазать его пропитавшийся особым раствором тр… Из мыслей его вырвало лёгкое покачивание. Рядом стояла одетая Седжуани, что удивительно, девушка успела привести себя в порядок и сейчас выглядела по-домашнему милой. - Да? — тихо произнёс Арт, отворачиваясь от девушки к оружию. — Они злятся на меня? — Так же тихо произнесла девушка, вглядываясь в потускневшие глаза Вастайи. — Да. — односложно ответил Лис, указывая на место перед собой, на противоположной стороне костра. Дождавшись, пока девушка присядет, он обратно полез в складки своей одежды, доставая оттуда те же травы, которыми он использовал в лечении Фрельйордки. – Говорят, — Начал он, разламывая в руках стебли. – Что если сильно захотеть, то можно достучаться до умерших, даже если они давно ушли на Перерождение. — Продолжил Арт, задумчиво глядя на получившуюся пыль. – У меня иногда получалось. А теперь сконцентрируйся на своих мыслях и чувствах, и… Если они посчитают необходимым, то точно обратят внимание на мой зов. — Закончил Лис, напитывая пыль Энергией. Сейчас всё зависело исключительно от девушки, и, если у неё получится… А о том, что будет дальше, Арт не хотел думать. Шёпотом, на память, Лис начал зачитывать текст одной молитвы, которая может помочь ему в данном деле. Его тихий голос, казалось, отражался эхом от стен, многократно повторяясь. Добавив пыль в огонь, он энергией слегка подавил естественный огонь, оставив лишь минимально необходимую для «Зова» реакцию. Огонь поменял свой цвет с жёлтого на тёмно-фиолетовый, что говорило о успехе. Полуприкрытыми глазами Иониец внимательно следил за девушкой. Точнее за её стремительно изменяющейся мордашкой, что даже так не потеряла своей привлекательности. Десятки эмоций промелькнуло на её лике: Гнев, сожаление, раскаяние, грусть, печаль, радость… Сменявшие друг друга так быстро, что Арт даже начал искренне поражаться таким возможностям человеческой мимики, они, тем не менее, быстро сошли на нет. Лицо девушки разгладилось, и она еще добрый десяток минут сидела без движения. Только еле вздымающаяся грудь говорила о том, что девушка ещё в сознании. Неожиданно для Арта, Ратная Мать открыла глаза, тут же впиваясь в него. — Я… обдумала твои слова, разобралась во всём и приняла решение. Сегодня я отправлю переговорщиков к Аваросан, — Скривившись, будто съела лимон, поведала ему ратная мать. – Сядем с Эш за стол переговоров. Пора заканчивать. — Правильное решение, — Медленно кивнул Арт, хлопая по одежде, будто в поисках чего-то. Наконец его пальцы нашли необходимый предмет, который тут же был извлечён на свет. Голубой камень, который не так давно был оружием Седжуани, представлял для Арта особый интерес. Истинный лёд… По преданиям, только Хладорождённые могут к нему прикасаться. Сильно опешившая от подобного поворота событий, Седжуани раскрыла рот в удивлении. — Кажется, на данный момент известен всего один человек, который смог взаимодействовать с Истинным Льдом, не будучи при этом хладорождённым? — Приподняв бровь, спросил у Седжуани Арт. Дождавшись утвердительного ответа, он продолжил. — Как видишь, теперь он не единственный. Как это возможно? Всё время, пока переговорщики двигались к племени Аваросан, Седжуани вместе с Артом спокойно общались. Девушка, явно подавлявшая свою вспыльчивость, спрашивала его про мир за территорией Фрельйорда. Несмотря на то, что Арт был только в Ионии. Про своё «весёлое времяпрепровождение» в Ноксусе он разумно замалчивал, но и его родины хватало, чтобы увлечь девушку разговором на долгие часы. Он описывал буквально всё, что было ей интересно – от описания пейзажей, до жителей и их быта. Благо, Арт достаточно много времени провёл в Навори и успел хорошо всё запомнить. За описанием Ионийской архитектуры их застал один из членов её клана, который, постучавшись, принёс ей донесение о готовности Аваросан к переговорам. Сбор и выдвижение промелькнуло на крае сознания Арта. Единственное, чему он удивился – Щетинке, который, не смотря на свои раны, верно и твёрдо вёл свою хозяйку на встречу будущему. Выдвигались к Аваросан (они предпочли быть принимающей стороной) малой группой, не забыв взять провианта в дорогу. Прошедший без особых приключений путь не смог выбить Арта из задумчивости. Он ещё чувствовал своего зверя, который, казалось, никуда и не отступал, затаившись. Это могло предзнаменовать еще одно его «буйство», которое он никак не сможет контролировать. А могло ничего и не значить. Но больше этого его беспокоило только очень неприятное ощущение на периферии сознания. Будто что-то очень древнее, огромное и тёмное смотрело на него из-под толщи льда. Что-то ужаснее того, что они встретили под Проклятой Деревней. Поглощенный своими мыслями, он пропустил весь процесс переговоров. Возвышаясь за спиной далеко не самой маленькой Седжуани, он безучастным взглядом осматривал окружение. Эш его особо не привлекала, хотя при взгляде на неё приходило понимание, почему за ней идут люди. Был в ней некий стержень, не позволяющий сесть ей на шею или воспользоваться «юностью и неопытностью» девушки. Вот только на переговорах присутствовал и муж Эш – Триндамир. Самый настоящий гигант, ростом выше Арта, одетый в светло-серую броню с вкраплениями непонятного кристалла (сам Вастайи предполагал, что это был Истинный лёд). Вот только Арта слегка удивило то, что он был одет в броню не полностью. Присутствовал только наплечник и перчатка-наруч, прикрывающий его левую руку, а также «Бронеюбка» с поясом, на котором был особо большой кристалл в форме черепа, да явно тяжелые сапоги. Меч и рогатый шлем стояли рядом со столом. Триндамир всё время смотрел на Арта своими зелёными глазами, пытаясь прожечь в Вастайи дыру. При ответном взгляде Ионийцу сразу стало ясно, что без драки не обойдётся. «Король Варваров», как звали Триндамира во Фрельфорде, явно настраивался на неё. В глазах его полыхал почти видимый огонь, будто он встретил так давно ожидаемого противника. Тяжело вздохнув, Арт обдумывал будущий бой. Триндамир был очень серьёзным противником. Необузданная ярость Короля Варваров была серьёзным подспорьем в любой битве, особенно если это дуэль. Да, конечно, Арту есть что ему противопоставить, но он решил провернуть куда более рискованную авантюру. Битва с Триндамиром могла дать ему те крупицы знаний, что помогут ему в усмирении своего внутреннего зверя. Да и битва на максимальных оборотах явно то, что ему предстоит пройти. Сейчас Арту было интересно, как он может «призвать» зверя. Он начал перебирать в памяти все моменты, которые могли ему помочь в этом. Лица своих врагов, сбежавший Ясуо, Лисёнок вспоминал всё. Но тут он задел свой внутренний «Триггер». Доктор Мундо. Фиолетовый монстр, проводивший на нём нечеловеческие опыты, раньше вызывал у него неконтролируемые приступы паники. Благодаря Мастеру Йи он избавился от своих страхов, но на замену страхам пришла ненависть. Как только Арт задел этот Триггер, его внутренний зверь тут же откликнулся, чуть не утопив сознание Вастайи в Ярости. С трудом, но контроль он удержал, внутренне ухмыльнувшись. Первый ключик к разгадке был найден. Достаточно нудные, но решающие для всего Фрельйорда слова были сказаны – два племени, воевавшие долгие года, теперь объединятся. За Седжуани останется право решающего голоса в своём племени, в то же время решение глобальных вопросов будет за Эш, также она будет обладать правом вето на решения Седжуани. С окончанием и скреплением договоров на крови, Арт и Триндамир вдруг встали и ушли. Эш сразу стало понятно, куда направился её муж, а вот все остальные, кто знал его не так хорошо, были удивлены. На большую арену, огороженную от деревни крупными, испещренными сколами и выбоинами глыбами льда, вышло двое бойцов: всеми известный Триндамир и ранее невиданный в этих краях Вастайи-Лис. Лис, выхватив катану, занял левую часть арены, его противник же занял место напротив. Неглубоким, но заметным кивком он поприветствовал Триндамира, проявляя уважение, признавая силу и умения противника, Арт встал в стойку, ожидая начала. Внутренне он уже был готов: кровь, наполняемая ударной дозой адреналина, буквально кипит от жажды битвы, мышцы под кожей сводит от нетерпения так, что легкая дрожь растекается по его телу; в этот раз он хотел постараться не дать Ярости полностью поглотить его, он хотел управлять ею. Справа неожиданно ударили в гонг, что заставило длинное ухо Вастайи дернуться в сторону раздражителя. Однако времени на раздумья у него нет, так как Триндамир, только услышавший звук, извещающий о начале боля, сорвался в головокружительном рывке, прокручиваясь вокруг своей оси, подобно смертельно опасному водовороту. Умудрившись в самый последний момент отпрыгнуть от смертоносного вихря, Арт, пригнувшись, сам сорвался в рывке. Восходящий по диагонали удар был легко принят на жесткий блок массивным клинком. Вслед за ним тут же полетел следующий, но уже с другого направления, заставляя Фрельйордского воина менять стойку, корпусом уворачиваясь от быстрого взмаха. Воспользовавшись измененным положением, Триндамир чуть довернул корпус, нанося мощный удар, который, скользнув по катане, ушёл в сторону, дав Арту момент для контратаки, которая последовала незамедлительно. Быстрый подшаг и удар в корпус заставил голову варвара покачнуться, а самого его отойти на шаг. Усиливающий натиск Арт погрузился в бой с головой – удары летели градом, увороты, следовавшие за ними, казалось, выполнялись на автомате. Но несколько неудачных моментов в их битве всё-таки случилось: Арт, увлекшись в атаке, проглядел момент, как открылся. В результате на нём появилась первая, но далеко не последняя рана. Благо, не очень серьезная – он успел принять удар на жёсткий блок и отлетел в дальнюю часть арены (Триндамир, как ни крути, был массивней и сильнее его). Но и сам Варвар не оставался без ран. Маленькие, но заставляющие драгоценную алую жидкость вытекать из жил; он был усеян глубокими, короткими царапинами. Арт умудрялся оставлять их как во время нападения, так и в защите – слишком предсказуемым было поведение разъяренного Фрельйордца. Вот только с каждым ранением Триндамир, казалось, не терял в скорости, а только прибавлял её: еще после первых не очень серьёзных пикировок, в результате которых на нём появились первые раны, он начал наседать всё сильнее. Его сила, как и скорость, всё увеличивалась, пока в один момент Арт краем сознания не отметил, что он почти догнал его. С каждой минутой боя ему приходилось всё больше уворачиваться и перекатываться от молниеносных ударов берсерка. Со всех сторон доносился крик толпы, с увлечением наблюдающих за битвой. Уже мало кто мог понять, что происходит на арене, настолько их действия были быстрыми, а стычки яростными. Арт же всё больше терял контроль над собственным телом. Толпа, охваченная азартом, выплёскивала в окружающее пространство просто невероятное количество эмоций. Особенно масла в огонь подливал Триндамир, который один переплёвывал всю толпу, выдавая такую концентрированную Ярость, направленную непосредственно на Лиса, что у Арта натурально в один момент закружилась голова. После очередной секундной стычки, Арт, с очередной раной, вылетел и, проскользив по льду (за время боя поверхность умудрилась нагреться, в результате чего большая часть арены сейчас представляла из себя натуральный каток) до стены, остановился. Его клинок уже давно потерял несколько частей и сейчас больше походил на длинный кинжал, чем на катану. Собственный зверь, удерживаемый им ранее в плотных тисках, начал постепенно вырываться наружу. Окружающие его эмоции, в комплексе с общей усталостью от ранений и магическим истощением (слишком много магии он использовал для своего уселения), дали возможность животной части взять над ним верх. Он до конца старался сдерживать себя, но уже через считанные мгновения с таким трудом отвоёванные крохи самоконтроля были смыты из-за того, что он непроизвольно начал впитывать эмоции окружающих. Ослабшее тельце вдруг налилось невероятной силой, а все окружающие звуки вдруг мигом стихли… Зрители с опаской наблюдали за тем, как отброшенный Вастайи (под общий гомон толпы, почуявшей скорое поражение иноземца) вдруг заметили, как тот начал сильно трястись. Он неестественно выгнулся, уперевшись спиной в стену арены. Вокруг него начала собираться тёмная дымка, быстро впитываясь в лиса. Она появлялась и впитывалась всё быстрее и быстрее, пока в один момент пространство рядом с ним не начало натурально искрить от её скорости. Мало кто смог разглядеть в этом ворохе событий, как Арта прижало к земле двумя, вылезшими из земли, щупльцами. Но вдруг всё оборвалось. Лис перестал впитывать непонятную энергию, а с его телом произошли заметные метомарфозы. Теперь за его спиной виднелось два хвоста, что ясно говорило о росте его силы, вот только… Глаза его стали угольно чёрными, в то время как радужка сменила цвет на кроваво-красный. Кожа рядом с глазами, казалось, потрескалась, и из неё начала вытекать угольно-чёрная жидкость, по цвету близкая к той, что недавно в него вливалась. Подняв горящие тусклым светом глаза к небу, Вастайи издал леденящий кровь вой, после чего сразу начал действовать. Его движения слились в один миг, в Триндамира полетел обломок меча с такой силой, что тот только в самый последний момент успел рукоятью отбить его, смещая траекторию полета так, что он прошёл в миллиметре от его головы, лишь слегка оцарапав кожу. Но этим действия Арта не ограничились, вместе с клинком он отправил в рывке и своё тело. В итоге оказавшись рядом с Фрельйордцом ровно в тот момент, когда он отбивал летевший точно тому между глаз клинок. Удар, незамедлительно последовавший за рывком, отбросил Берсерка с такой скоростью, будто он был пушинкой во время урагана. Впечатав Триндамира, так и не выпустившего свой клинок из рук, в противоположную часть стены, он продолжил натиск. Неуловимо быстро он снова сблизился с противником, нанося удары выпущенными когтями, буквально полосовав обездвиженного Триндамира. За одним ударом следовал точно такой же, только сильнее. Что удивительно, удара прилетало два, но сам Лис наносил только один… Резко взревев, Варвар схватил не сбавляющего напора Вастайи за горло, и, резко развернувшись, запустил того в непродолжительный полёт. Взяв меч в две руки, он бегом направился к тому месту, где должен приземлиться противник. Последовавший после приземления обмен ударами как-то даже не запомнился, а вот возросшая скорость (Хотя куда уж больше, их движения уже и так вообще никто не разбирал, настолько быстро они мелькали по полю боя) неприятно шокировала. Уже на повышенной скорости продолжалась битва, но через десяток секунд Арт вдруг припал к земле, уворачиваясь от пролетевшего мимо удара, и в ответ нанёс свой, который создал оглушительный хлопок… Удар попал точно в челюсть Триндамира, что отправило его в короткий полёт… Чего и хватило, чтобы в один удар закончить бой. Воспользовавшись давно изученной техникой своего учителя, Арт за долю секунды оказался за спиной у летевшего Фрельйордца, нанося целый шквал ударов. Время, казалось, остановило свой ход. Каждый удар Арта дублировался его… теневой копией. И в момент, когда он уже был готов добить Триндамира, проломив тому позвоночник, чувство опасности буквально взвыло, заставляя его оборачиваться прямо в воздухе, отбивая кулаками посыпавшийся уже на него град ударов. Секунда на опознание противника и Арт замирает на месте, узнав в тёмно-синем пятне своего учителя… Ясуо. Буквально на долю секунды в глазах Арта пронеслось узнавание, сменившееся яростью. Сейчас перед собой он видел лишь очередного противника. Вастайи оттолкнулся ногами от учителя, разрывая дистанцию. Оставляя после себя глубокие борозды, он, резко затормозив, припал к земле, ожидая действий противника. Ясуо, легко приземлившийся после падения, медленно шел к Арту, пытаясь понять, что происходит с его учеником. С первого взгляда было понятно, что диалога тут не будет – слишком Лис был неуправляем. Чуть согнув ноги в коленях и отведя оружие назад, Непрощенный приготовился совершить рывок. Перед тем как сорваться в бой, Ясуо краем глаза заметил натягивающую тетиву Эш и размахивающую своим цепом Седжуани… Резкое сближение слилось для него в один момент, он только и успел заметить, как Арт, привлеченный резкими звуками, повернул голову сначала в сторону Эш, потом и к Седжуани. Одновременно с рывком Ясуо, в Вастайи полетела стрела и цеп. Вынужденный уворачиваться сразу от трёх атак, Арт отпрыгнул назад. Только первая стрела воткнулась в пол арены а цеп беспомощно просвистел в воздухе, как Арт сам сорвался в сторону Ясуо. Лис прекрасно знал боевой стиль своего учителя и увернуться от круговой атаки ему не составило труда. От последовавший за этим резкого выпада было затруднительно, но не невозможно. Свистнувшая позади тетива, резко дёрнувшееся ухо, и Арт разворачивается вокруг своей оси, на лету хватая направленную ему прямо в спину стрелу. Воспользовавшись инерцией, он закончил разворот и уже Ясуо вынужденно уворачивался от заискрившейся в руках Арта стреле из Истинного Льда. Удар от Седжуани не нашел ожидаемой цели – девушке приходилось сильно сдерживаться в силе ударов, чтобы ненароком не задеть союзника. Отвлеченный на Эш, которая вдруг обрушила на него целую лавину из маленьких стрел, Арт уже не успевал среагировать на резкий удар обухом катаны в грудь. Резко выдохнув из себя весь воздух, он инстинктивно согнулся пополам, в результате чего поймал еще один удар в затылок. Но перед тем как упасть, Арт ощутил, как на его груди стягивается цеп, не давая ему спокойно двигать одной рукой. Встретив лицом ледяной пол арены, он ощутил еще один удар, отправлявший его сознание в спасительную тьму. Арена, наконец, погрузилась в тишину. Лишь еле слышимое тяжелое дыхание Ясуо, склонившегося над своим учеником, нарушало спокойствие. Нажав на несколько точек на теле Арта, чтобы окончательно и на долго погрузить его сознание во тьму, мечник потянулся в складки одежды, вытаскивая оттуда тару с дешевым вином. Основательно приложившись к горлышку, он осушил половину вина за раз. Отчего-то стало так тошно, что Похмельный Ветер сильно скривился, будто съел лимон. — И всегда он был… Таким? — Спросила тихо подошедшая Седжуани, всматриваясь в новый хвост Вастайи. Тот, в отличии от первого, был иссиня-черным. — Нет. — Коротко ответил Ясуо, переворачивая тело лиса. – Никогда не видел его таким, — Продолжил он, оглядывая повреждения Арта. Вязь порезов, которые, тем не менее, быстро зарастали, не очень привлекало его внимание. Удивляло другое – места, в которые целился Ясуо, оказались абсолютно не повреждёнными. Все удары, что принимал на себя Арт, прошли для него бесследно. Именно так казалось на первый взгляд. — Не трогай, — Вдруг резко кинула Седжуани, когда мечник попытался взяться за маленькую синюю стрелу, что умудрилась воткнуться прямо в плечо Арта. – Они из Истинного Льда. Только заденешь – сразу умрёшь. — Предостерегла она Ясуо, и сама склонилась над лисом, аккуратно вытаскивая стрелы из лежащего. Не так далеко от них Эш склонилась над своим мужем, обрабатывая его раны, что-то причитая. Она понимала, что ничего в этой ситуации не сделать – бой был добровольный, но крамольная мысль подсолить Вастайи оставалась. Глубоко вздохнув, она отбросила их куда подальше. Не дело так поступать. Закончив с первой помощью раненным, обоюдным решением Седжуани и Эш их перенесли в подобие лазарета для дальнейшего лечения. Провалившееся в небытие сознание Арта пребывало в странном, пограничном состоянии. На краю сознания он слышал какие-то разговоры, но сосредоточиться на них никак не мог. Только он улавливал знакомые слова, как источник резко менял своё направление, заставляя чувствительные ушки метаться в поисках нового источника звука. Точно сказать, сколько времени прошло Арт не смог бы, но за это время все звуки пропали, оставив его одного в океане Тьмы. Попытка куда-либо сдвинуться ни к чему не привела. Сколько бы он ни шел ничего не менялось. Попытка использовать магию ни к чему не привело, её будто… Заблокировали. Решив, что этим он ничего не добьётся, было принято решение сесть и всё обдумать. Обернув вокруг туловища хвост, Арт резко замер на месте. Рядом с его обычным, белым хвостом, красовался иссиня-чёрный. Цвет был на столько насыщенным, что если бы Вастайи не обернул его вокруг себя – никогда бы ни узнал о его существовании из-за того что он сильно сливался с окружающим пространством. Тактильно он был похож на первый, но если приглядеться, то можно было заметить, как его кончик испускает еле видимое свечение. В ощущениях же этот хвост был… пустотой. От него вообще ничего не чувствовалось. Попытавшись вспомнить, откуда у него взялся еще один хвост, Арт погрузился в воспоминания. Неожиданно легко всплыли моменты с Доктором Мундо, который до сих пор появлялся в его ночных кошмарах. Тогда он погрузился в самые глубокие пучины отчаяния. Обозлившийся на весь мир маленький Лисёнок жаждал справедливости, но… с того момента много воды утекло. Арт нашел себе настоящего друга в лице учителя, обрёл новые связи, перестал быть запуганным лисёнком, но, тем не менее, воспоминания не отпустили его, аукаясь даже сейчас. Почти так же быстро, как и появились, воспоминания исчезли, оставив после себя неприятные… побочные эффекты. Всё его тело вдруг выгнулось дугой. Все те места, над которыми Мундо проводил свои опыты дали о себе знать, ударив в голову подобно мощному боевому заклинанию. Благо долго это не продлилось и уже через несколько десятков ударов сердца боль прошла. Выплюнув изо рта клочок волос из хвоста, который он в порыве укусил, дабы не огласить окрестность болезненным стоном. Приняв сидячее положение, Арт схватился за побаливающую голову, и, скривившись, ожидал следующую порцию боли. Время всё шло, а боль всё не наступала и не наступала. Вместо этого тьма вокруг начала понемногу рассеиваться, явив взору Вастайи зелёный клочок земли, окруженный прозрачной на вид водой. Аккуратно встав, Арт быстро добрался до островка и, устало выдохнув, сел на гладкую поверхность. В месте, которое он выбрал своим пристанищем, сразу начали расти преимущественно Ионийские цветы – Лилии. Ошеломлённо застыв, Арт наблюдал за тем, как из-под земли аккуратно, будто выклёвывавшиеся из яйца птенцы, выглядывали ростки фиолетовых цветков. Протянув руку и дотронувшись до крохотного стебелька, провёл по нему вверх, остановившись лишь на бутоне, который сразу начал раскрываться, явив миру нежно-розового цвета лепестки, чуть белеющие к основанию. Вокруг Арта таких цветков выросло штук пятнадцать и их количество стремительно увеличивалось. Уже через сотню ударов сердца, вся поляна была усеяна розовыми цветками. От этих цветков Арт ощущал что-то странное. Такое знакомое, родное, но в то же время чуждое. Засмотревшись на цветки, Арт чуть не проглядел изменение в окружающем пространстве. Резкий шорох откуда-то сбоку, почти мгновенный разворот и перед Ионийцем возникает женский силуэт, светящийся изнутри мягким жёлтым светом. — Дитя… — Тихо проговорил силуэт, слегка наклоняясь вперёд. — Ты так много пережил… Так много потерял… — Было заметно, как оно переместило внимание с лица Арта на его Торс, туда, где под одеждой красовались вязи уродливых шрамов. – И так много приобрёл… Совместил в себе две противоположности, был захвачен одной из них и лишь чудом остался жив… Нужно исправить… — Я не понимаю. — В тон ответил Арт, пытаясь в силуэте угадать знакомые черты. На ум ничего не приходило, но точно было понятно, что его знают, а вот он – нет. — Всё станет понятнее позже, мой маленький эмиссар, всё станет понятнее позже… — И, договорив, силуэт направил в сторону Лиса волну энергии, что, окутав Арта, быстро растворился. Только Арт протёр глаза и сфокусировал зрение, как попытался найти неизвестную. Поиски не увенчались успехом, силуэт исчез, оставляя после себя лишь больше вопросов. Кто это был? Что ему (существу) от него нужно? Что станет понятно? Что с ним происходит? Понятно было только одно – что ничего не понятно. Вслушавшись в окружающее, удостоверившись что никого больше тут нет, Арт обратно сел на землю. Всё требовалось обдумать. Захотелось снова осмотреть свой новый хвост. Привычно хвостики ложатся на колени, вот только… Вместо двух хвостов теперь у него было целых три. Первый, который у него с рождения, второй, недавно приобретённый – чёрный и… Серый. Тактильно он ощущался точно так же, как и остальные, но в ощущениях был чем-то средним между первым и вторым. За изучением он потратил немало времени, пока в один момент не на краю сознания снова не появились голоса. На этот раз вместе с ними он начал ощущать еле уловимый аромат какой-то травы… И голос этот начал ритмично повторять одну и ту же фразу. Пытаясь понять, откуда исходит запах, Арт даже припал к земле, широко раздувая ноздри. Наконец, когда голос стал совсем уж громким и уже можно было различить хотя-бы примерное направление, откуда он исходит, Вастайи уловил точное направление запаха трав. Сорвавшись источнику, Арт достаточно долго бежал на максимально доступной скорости, напитав перед этим ноги Энергией, чтобы не утопать в приличном слое воды. С каждым пройденным метром усиливался запах и голос, уже можно было различить некоторые слова, которые он озвучивал. Оставалось совсем немного, Арт уже буквально видел выход из сложившейся ситуации, как его будто огрели тяжелым мешком по голове. Согнувшись в три погибели, он смотрел за… Видением. Затянутые серыми тучами небо, громкий лязг стали, грязно-зелёное свечение, исходящее из... фонаря? Громкий загробный смех, исходящий, казалось, отовсюду, и… Силуэт чернокожего человека в белых одеждах, что, испуская целый океан золотистых снарядов, пробивался через орды нежити к фонарю. Видение резко прервалось, и вместе с этим Арт наконец-то очнулся, резко приняв сидячее положение, часто и громко выдыхая вдруг ставший затхлым воздух из лёгких. На его плечи легки маленькие ладони, которые уложили его обратно в кровать. — Тебе нельзя так резко вставать! — Торопясь, прозвучал знакомый голос. Открыв глаза, Вастайи расплывчатым взглядом вглядывался в знакомые очертания фигурки Николь. — Жив… — Тихо произнёс Лис, от пережитого проваливаясь в беспамятство.