Я Человек

Ночью проснулся от весьма неприятных ощущений в области желудка. Ехидный процессор подсказал: «Изжога, в результате повышенного выделения желудочного сока с целью нейтрализации непривычной пищи». Хотел перевернуться на другой бок и продолжить спать, но остолбенел на повороте. Половину своего существования я ел гораздо худшие останки... Теперь эта вполне себе еда стала непривычной, чудеса. Я улыбнулся и вспомнил про Оксю. Домой хочу. И вот утром с видом генерала я обхожу строй, состоящий из пяти калек и, вспоминая выражение хозяина номер два (приличный мужик был, кстати), рявкаю: — Что приуныли, орлы, сами обойдёмся? Нам врагов не надо! — Упоррррр в пол, приняяяять! И раз, и два, и раз, и два. Чтобы как-то израсходовать клубившуюся во мне энергию, начал отжиматься вместе со всеми. Минут через сорок мне надоело. Встав, посмотрел по сторонам и испугался. Мое бравое воинство лежало белыми телами на чёрных матах, источая запахи пота и ужаса. Довел! — Ребят вы чего? Часа не прошло! Сержант медленно пошевелился и выдавил: — Ты урод, лейтенант! Он максимально согнул голову, пряча её от удара, и приготовился к экзекуции. Мне стало страшно. *** — Анькааа, все, отстрелялся, забирай мальца! — Максик, клади оружие, вот, молодец, и давай к маме, щи есть. — DEX, пошли. Мы идём мимо складов к казармам. Там у нашего капитана новое развлечение. Процессор считает уровень потерь и оценивает ожог передней брюшной стенки как второй — третьей степени. Мне рекомендовано лежать минимум трое суток с целью восстановления и регенерации. Хозяин любит учить и порядок. Вот и плацдарм. — Дежурный, — грохочет голос. — Построить личный состав для проведения занятий по физической подготовке. И повернувшись ко мне: — DEX, следить. Считать в такт отжиманий: Ии раз, иии два. Приступай! И я начинаю считать... *** Начитавшись заботливо подсунутых Оксей книг и пройдя целый курс, посвящённый военной истории в университете, я был теперь уверен в необходимости физической и даже строевой подготовки солдат. Ничто так не сплачивает, как совместное поедание каши, отжимание и спарринг. В замкнутом пространстве уходящих в прыжок кораблей единение необходимо. Но действительность столкнула меня с тоскующим комсоставом и брошенными на произвол сержантов парнями, отсчитывающими свой служебный год поминутно. Ситуацию изменить не представлялось возможным за отведённое мне время, и я... развлекался. Вернее, доразвлекался, пока не увидел позу сержанта. — Эй, ты что? Ну Вы, ребят, даете! Это же просто физра! Встать и топать в душ. От вас страхом разит как раз до Веги. А там, кстати, DEX-ы сорванные табунами бегают! — Переодеться! На обед к вам приду. Сержант, учитывай! *** Нас выкинули из раскалённого ведра геликоптера на пылающий песок Центральной Пустыни Шебы. Где-то здесь находился повстанческий склад с высокотехнологичным вакуумным вооружением, на миг схлопывающим пространство и оставляющим после себя круглую пропасть с обугленными краями. Уже через полчаса отряд посетил вполне натуральный мираж. Все наблюдали, как по небу текли широкие воды Амазон, лениво рассекающей песчаные барханы. Огненный лик солнца над ней полз к кромке, а золотисто—зеленые птеродактили парили на широких перепончатых крыльях. Мимо меня, плеснув в лицо воображаемой жидкостью, проплыла стайка разноцветных рыб. — DEX, — вопрос хозяина заставляет насторожиться. — Что ты видишь? Провести сканирование местности! Ищи. Я начинаю честно сканировать что вижу. Рыб, пламенный лик звезды и тягучие масляные воды далёкой реки. На грани марева и действительности процессор обнаруживает ловчую сеть Горгоны. Минуя разум, сообщает о находке Хозяину. Если идти по маршруту, то впереди нас ждёт только смерть. В глубоком синем небе на миг раздаётся приглушённый расстоянием хлопок, и мы наблюдаем белый след взрыва. Радар пищит, ставит  точку впереди, в двух километрах отсюда и почему-то отрубается. Отметина заставляет идти вперёд. Я дойду. Люди нет. Хозяин задирает голову и ищет в небе точку вертушки, но в небесах плывет только великая река. — DEX,  процент выживания отряда при нахождении на жаре? — Более сорока минут — менее десяти. — Предложения по выживаемости. — Зарыться в песок на расстояние от поверхности земли не менее 60 сантиметров и ждать вечера. Сообщения на базу отменить. Уничтожение в противном случае будет точечным. Боец справа поворачивается ко мне и кидает саперную лопатку. — Рой! Хозяин, медленно сатанея, смотрит на него и тихо, словно без сил, произносит. — DEX  - это наш процент выживания, а ты обуза. Воду экономить. Все делать самим! Через три часа закат. Либо мы находим чёртову базу и нас оттуда эвакуируют, либо превращаемся в сухой остаток. И, обращаясь ко мне, командует: — Зарывай меня под собой, глубже! На закате из песка из семи встало  четверо зарывшихся на метр. Искать «сухой остаток» не стал никто. Мне разрешили напиться из своей фляги и погнали вперед. На небе появились первые тусклые звёзды, скудная природа на миг глотнула прохлады и стала покрываться коркой инея. Температура окружающей среды медленно приближалась в нулю. После сорокаградусной жары людей трясло от начавшегося переохлаждения. Зато идти по насту стало проще и, подгоняемый страхом, отряд перешёл на бег. Зловещие трассы охотничьих угодий Горгон пересекают участок следования. Я торможу. — DEX, вперед! — гонит приказ. Но Хозяин умный. Он командует остановиться и интересуется: — Почему ты затормозил? Я поворачиваю голову и сообщаю. — Ловчая сеть. Горгоны. Тут. Тут и тут. — Меня на руки, остальные за киборгом! След в след. Маленький отряд ропщет, и тогда Хозяин достаёт бластер и не целясь стреляет в первого. — Кто дойдёт, с того и спрос, — сплевывает он комок вязкой слизи и, медленно отвернув крышку у фляги, снятой с трупа, делает глоток. — DEX, допей. Поверхность пустыни рябит приближающимися к отряду фонтанчиками, смыкая круг. Я разгоняюсь и прыгаю. Сзади слышатся крики и одиночный стон. *** Мы дошли. Я и он — хозяин номер два, получивший за этот рейд «Пурпурное сердце» героя. Уже через семь суток мы были на безопасном спутнике Шебы. — Папа, пойдём стрелять, я уже поставил DEX-a на позицию. Вставший из-за стола, улыбающийся отец выходит из модуля. Его лицо ещё покрыто коркой заживающего солнечного ожога, но он здоров и умиротворён. Хозяин неторопливо берет плазму и ставит ее на минимум. Потом смотрит на сына, на меня и вдруг командует. — DEX, в расположение части бегооом марш! И сыну: — Не дело киборга калечить. Пойди-ка займись географией, опять неуд. Через месяц, как устаревшую технику, меня отправили на Летум. *** Вечером собрались у Вовчика, решив ни при каких обстоятельствах не открывать особисту. — Ну, ребята, поехали, не в последний раз, — провозгласил штурман, и мы глотнули спирта. Колян взял кусок колбасы, понюхал и нервно накрошил его на столике соломкой. — Может, вечеринка уже закончилась без нас? Навигатор посмотрел на тонкие макаронинки сырокопченой колбасы, на нахохлившегося Витька и на зачем-то надевшего на себя белый халат Вована. — Ребят, а у меня у матери разумный Ириен живет. Убирается, стирает, ну и помогает ей во всем, конечно... Нормальный такой парень, с юмором. Я был уверен, что еще неделю назад наше общество зашлось бы от хохота. До колик. Военврач разлил остатки и сказал: — Так то Ириен. А здесь DEX-ы. Мы помолчали ещё немного и разошлись по каютам. *** В шесть утра по корабельному времени нас слегка потрясло и мы вышли из прыжка. Включив старенькие двигатели, начали сближение. Через семь часов войдём в атмосферу. Прилетели.