"Подари мне крылья!"

Похоже, судьба шутит крайне неостроумно. Джордж Оруэлл

      Ночь – прекрасное время суток. Вокруг царит тьма, а в небе зажигаются миллиарды звезд. Ближе к полуночи небо в одном месте светлеет, бледное зарево постепенно разгорается. Через несколько минут появляется полная луна, на которой даже с земли видны странные рисунки, созданные рельефом ее поверхности. Кто видит там лицо человека, кто – диковинных животных или еще что-то другое. С восходом луны становится так светло, что легко можно различить силуэты домов, деревьев, даже отдельные листочки на них. А на землю падает их четкая тень. Весь ночной мир предстает перед нами, как будто покрытый серебристой краской.       И, несмотря на то, что большинство сладко спят ночью, ночная жизнь в природе продолжается. Летом сверчки не умолкают до самого рассвета. Выходят на ночную прогулку коты, они стремительно и беззвучно прошмыгивают мимо, незаметно для человеческого глаза. Где-то в саду шуршит в кустах ежик. Срывается с крыши стая летучих мышей. А в лесу охотятся ночные хищники – кошачьи и совы.       В это прекрасное время Америка вместо того, чтобы мирно посапывать в кроватке, думает о том незнакомом парне. Он не знает почему, но этот парень его привлекает, но вспоминая слова брата, начинает задумываться. «Правильно ли я поступаю? Я даже не знаю, как его зовут! Какая нафиг любовь, Америка!?», — перевернувшись на бок, Штаты продолжил свои размышления. Он думал обо всём произошедшем за последние дни, по крайней мере старался, ведь все его мысли были об этих глазах цвета бирюзы, которые звали к себе. «Господи, как же хочется, чтобы эти глаза смотрели только на меня, чтобы тело было только моей собственностью», — в голове пронёсся голос Японии, а именно тот момент когда девушка говорит: «Семпай, ты извращенец». И главное – она права. От этого хочется задушить себя собственной подушкой. «Что же со мной сделали эти глаза и не только они?!» Он явно конченый извращенец.       Резко дверь тихонько скрипнула, что заставило Соединённые Штаты повернуться на звук. Почему-то он знал, кто этот «ночной гость» и зачем пришёл. — Что не спишь? — из мыслей его резко выводит человек стоящий в дверном проеме. Канаде просто в очередной раз не спится из-за того, что он уже поспал в школе на лекции, и поэтому он пришёл подоставать «любимого» братика. Смирившись со своей участью «недосыпа», США все же решил ответить своему младшенькому брату. — Думаю просто о всяком, вот и не спится, — с улыбкой ответил американец, садясь на кровать в позу «араба». Клён с лёгкой ухмылкой подошел и плюхнулся в кровать брата. Если честно, то сейчас США описал бы лицо брата как всем известный смайл. — Эх, братец, братец! Как будто я не знаю «о чём» или точнее «о ком» ты думаешь,— стараясь скорчить лицо Японии, сказал канадец. — Дети так быстро растут! Скоро кто-то у тебя будет вместо меня на пьедестале любви! — наигранно грустно произнес младший брат, а старший с каждым словом заливался краской всё больше из-за того, что это скорей правда, чем ложь. — Во-первых, я не похож на гея, во-вторых, мы виделись всего один раз и даже незнакомы, я даже не знаю, как его зовут! — стараясь изобразить более спокойное лицо, протараторил Штаты, но его брат сделал только более ехидное лицо. — Ну-с, тебе ничего не мешает узнать его в будущем, — договорив, Канада с той же ехидной улыбкой удалился из комнаты брата, оставляя его одного со своими мыслями. Было нетрудно догадаться, что его младший брат что-то скрывает, может, даже очень важное, связанное с этим незнакомцем... Недолго думая, Америка решил, что всё же утро вечера мудренее, и отошёл в мир Морфея...

***

      Вроде бы обычный день, но почему-то все суетятся. Маленький Америка не понимал этого. Когда он спрашивал об этом отца, тот отвечал на подобие: — Сегодня праздник и у нас будут именитые гости или же я занят, расскажу потом. Кстати, второй вариант он отвечал больше.       Сегодня все в парадной форме, даже он сам, — «неужели это и вправду такой важный праздник?» —папа сказал, что сегодня он будет занят гостями, поэтому он подошлет кого-нибудь, чтоб за ним последили, хоть и сам американец об этом не просил.       В комнате довольно уютно, особенно когда ты один, никто не отвлекает. США любил рисовать красками, когда он в хорошем настроении, а сегодня оно у него было. Отец поощрял это занятие, поэтому покупал ему много принадлежностей для творчества: профессиональные холсты, пастель, кисти и краски разных видов, карандаши и фломастеры, и, конечно же, очень много альбомов для рисования. Штаты считал, что линии, как будто сами собой выводились. Взмах кисточкой вправо – появилась зелёная полянка, вверх – и вот небо готово, а посередине он нарисует самое дорогое, что у него есть. Резко дверь отворяется, и в комнату заходит его нянь на сегодня, хотя маленький США не хотел, чтобы этот человек присматривал за ним. Америка бы и разговаривать с ним не захотел, но неловкую паузу всё же разрушил. – Мистер Франция! Я нарисовал это папе! — маленький мальчик держал в руках белый альбомный лист формата А4, на котором изображены два ребёнка на руках у взрослого мужчины, скорее всего они семья. Они рады...       Француз выхватил у малыша рисунок, дабы рассмотреть детальнее, но вскоре этот рисунок оказался скомкан и выброшен в мусорный бак. Франция всегда был прямолинеен. – Мой дорогой племянник! Твой рисунок довольно-таки креативный, но твой стиль! Это просто ужасно и неанатомично! Где выраженная перспектива или тени? Ты же сын такого знаменитого человека как Великобритания! Мог бы, и постараться как следует! — на самом деле Франция очень хороший человек, но когда дело заходит до искусства, то ему плевать, кто рисовал. Маленький пятилетний ребенок или умственно отсталый взрослый – это должна быть шедевральная картина, достойная его внимания! Из-за этого ему очень сложно находить общий язык с детьми, например, с Америкой.       Малыш почувствовал, как его глаза наполняются большими хрустальными слезами. Франция понял, что наговорил, но уже поздно. Маленький носик начал супиться, а это значит, что сейчас будет крик на весь дом! Вскочив с кровати, триколор ринулся к ребёнку, хватая его за подрагивающие плечи. — Эй, ну ты чего? Это просто моё субъективное мнение! Не воспринимай всерьёз. Может, в будущем ты и научишься хорошо рисовать, и даже когда-нибудь я приду на твою выставку!— но паренек не хотел униматься, и начал отталкивать взрослого – Ты плохой дядя! Я..я всё папе расскажу и... И! – мальчонка ринулся к двери, дабы побыстрей найти своего отца и рассказать ему всё, но... злодей, в глазах Мурки, не хотел его отпускать. — Погоди, сейчас твой отец занят! Можешь хоть потом меня пустить на кровавую гильотину, но не сейчас! —протараторил француз, пытаясь оттащить мальчика от двери, тогда тот начал драться. – Пусти меня, злодей! Я хочу к папе! К ПАПЕ! — проорал ребёнок, пытаясь освободится от захвата, но не шибко получалось. Франция уже молился, чтобы это всё быстрее закончилось, ведь у малыша довольно-таки хорошо поставлен удар. Вдруг послышался скрип двери. В один момент модник подумал, что его молитвы были услышаны, но это оказалось не так. — Ох! Тут тоже не туалет! — почесав затылок, ответил незнакомец.       Почему-то Америке показалось, что ему можно доверять. В отличие от остальных гостей, этот незнакомец был одет в шинель, из-под которой торчал черный свитер и странную шапку, но даже в таком наряде он казался малышу очень добрым, — Франция? Ты что у нас в педофилы заделаться решил?— рассматривая эту картину, сказал этот человек с ухмылкой. — Во-первых, меня попросил Великобритания посидеть с ним. Во вторых, что ты тут забыл? — руки француза сжались на плечах Мурки, что приносило небольшой дискомфорт, но мальчик не спешил их убирать. Мужчина же немного смутился отвечать, зачем пришел. — Ну, я просто уборную искал, услышал что кто-то ревет, ну и на рефлексах пошел на звук, — рассказал он, почесывая щёку с нелепой улыбкой. Тут его взгляд и пал на маленького Америку — Что-же, уборная по коридору через три комнаты, но... — не успел договорить француз, как незнакомец сел на корточки, и они с Америкой стали на одном уровне. Тут начались гляделки, довольно долгие к слову, но первым сдался этот человек — Приятно познакомится, я СССР! Можешь звать меня дядей, если захочешь, конечно, —мужчина протянул руку до сих пор плачущему мальчику. Сначала США попятился, намереваясь спрятаться за штанину брюк Француза, но вспомнив, что тот делал 5 минут назад, ринулся обнимать нового знакомого. — Не уходи! Тот дядя бьёт меня и рвёт мои рисунки! — захлёбываясь в слезах, сказал ребёнок, стараясь прижаться к теплому пальто всё ближе и ближе. Мужчины были в шоке, особенно Франция, ведь он и в помине не делал ничего подобного, кроме рисунка. — Ах, какой он негодяй! — с ухмылкой ответил Совок, смотря на то, как начинает гневаться француз, — давай тогда нарисуем ещё больше таких рисунков? — малыш оторвался от тёплой груди и посмотрел на нового знакомого, вытирая со своих глаз слёзки. — А мы сможем повторить их? — с некой детской надеждой проговорил ребёнок. Союз только улыбнулся, взяв ребёнка на руки и подняв вверх. — Конечно, сможем! Как говорится: «Если долго мучиться, то что-нибудь получится», —сказал СССР, смотря на мальчика, который больше не плакал.       Так они играли и рисовали целый день, пока юному США не пора было идти спать. Уже одевшись в пижаму, маленький Штаты провожал гостей, в том числе и СССР, ради которого он и согласился на это. — А Вы ещё придёте? — дергая за рукав пальто, спросил ребёнок, в душе надеясь что ответ будет «да». Мужчина немного улыбнулся и погладил сына Великобритании по голове. — Не знаю. К сожалению, я не умею смотреть в будущее, — с некой грустью в голосе ответил Союз. — Жив буду –приду, а пока ничего не обещаю, —договорив это, он развернулся, и, махая рукой на прощанье, двинулся в путь. Почему-то США стало грустно, и не напрасно...

***

БОЛЬШЕ ОН НЕ ВОЗВРАЩАЛСЯ.       Америка уже был в школе и сидел на своём месте. Если так подумать, то этот человек не приходил на ни одно собрание отца, ну или просто маленький США его не видел. «Интересно, жив ли он вообще?» — думал про себя Штаты, складывая учебники в свой шкафчик и доставая новые тетради. Сегодня все подозрительно рады, и почему-то больше всех рад Канада. Его брат прям светился от счастья, и США стал невольно думать, что контрольную работу по геометрии отменили, хотя не факт, что именно поэтому. — Братан! Что ты так долго? Мы сейчас опоздаем на литературу, – как говорится: «Вспомни чёрта, и он появится». Вот и ранее упоминавшийся Канада припрыгал к старшему братику, — давай пошевеливайся!       Всё-таки собрав свои принадлежности, ребята пошли в свой класс. Первое, что бросилось в глаза после того, как ребята зашли – это свободная парта, которая стояла прямо перед партой Америки. В отличие от Соединённых Штатов, который был в легком шоке, его брат уже вовсю говорил с Японией о том, кто сегодня пополнит их школьную семью, как и весь класс. Германия тоже себя странно ведёт. И нет, он не волнуется, как остальные одноклассники, и не понимает ситуацию, как США. Он просто, как будто находился в состоянии нирваны, в принципе, как и отчасти сам Америка.       Звенит звонок, ученики садятся на свои места. Входит учитель, и словно приговор, начинает говорить свою речь. – Мои дорогие ученики, сегодня в нашей дружной семье пополнение! Это очень милый, добрый и умный мальчик! Надеюсь, вы поладите, — сказала учительница и посмотрела на открытую дверь, которая ведет в коридор школы. — Можешь заходить.       Все сидели, как на иголках, ожидая, появления новенького. Показалась голова или точнее шапка, которая полностью скрывала лицо. Показалось, что он просто хочет, чтоб это всё закончилось, поэтому он старался просто быстренько подойти к учителю и сесть уже на своё место. Мальчик высокого роста был одет в форму этой школы, довольно-таки худой, но это не мешало ему быть привлекательным. Лицо скрывала большая шапка-ушанка, которую он специально приспустил на пол-лица, но всё же были видны пухлые покусанные губы, которые по видимости скрыть не удалось... — Представься, пожалуйста, — попросила женщина, приобнимая его за плечи, что немного смутило ученика. – М-меня зовут Р-Россия, — стараясь не смотреть на класс, ответил парень. – Расскажи, что ты любишь или ненавидишь, о чем, может быть, мечтаешь, — пытаясь разрядить обстановку, начала преподавательница,— Какую музыку ты предпочитаешь или какие книги читаешь кроме литературы на уроке? — новый ученик немного растерялся, но всё же продолжил. – Я люблю своих родных, особенно мою младшую сестру Беларусь. Ненавижу, когда быстро летит время. Из-за этого бывает очень грустно, — честно признался Россия, – мечтаю о вечном мире, наверно. Не могу сказать точно... Я слушаю разную музыку и читаю много книг, поэтому не могу ответить на этот вопрос... — Немного грустно ответил новичок, перебирая пальцы. – Хорошо, Россия. Можешь присаживаться, вон на то место, —сказала добрым голосом учительница, указывая новенькому на место впереди Америки. Заметя, перед кем он будет сидеть, щёки невольно залились румянцем, а сердцебиение ускорилось.       Понимая, что новое место ему не дадут, а на полу писать будет неудобно, немного колеблясь, Россия всё же подошёл, стараясь допускать минимум зрительного контакта. Удобно расположившись на своем рабочем столе и давая понять учительнице, что он готов, женщина решила продолжить. – Кстати, нужен доброволец, чтобы показать России школу. Кто-нибудь хочет? – сразу же руку поднял Германия, будто ожидая этого вопроса. Увидя это, учительница обрадовалась тому, что у новенького уже есть новый друг. – Хорошо. Тогда после четвёртого урока, на большой перемене, будь добр, Германия, — с улыбкой сказала она, уже готовясь объяснять новый материал, но русский решил возразить. – Извините, но я уже знаю здешнее расписание кабинетов, п-поэтому я вполне могу... – Нет, не можешь, — отрезал немец. —Ты тут только три дня, поэтому я помогу тебе быстрее освоиться, – Россия нервно вздрогнул, смотря в полные ненависти глаза Германии. Учитель же продолжил вести урок.

***

Америка слишком вымотался за сегодня. «Кто давал этим мудозвонам право на пять контрольных в день!?» — да, у него очень сильно подгорало, поэтому он решил пойти в уборную и остудить там свой пыл, заодно и поискать ответы на пятую контрольную в своём смартфоне.       Зайдя уже наконец-таки в кабину и уже вбивая названия вопроса, он не ожидал услышать что-то подобное из соседней кабинки. — Ты в курсе, что твой уебанский папаша убил моего отца?