"Адские" уроки Актёрского Мастерства

Pov Аня.       Какое чувство у вас вызывает ситуация, когда ваш препод, которого вы ненавидите, но думаете о нём? Лично у меня эта ситуация вызывает странное чувство. Какое, не могу объяснить.       Вот сейчас этот обаятельный Сталин тащит меня в парк, где вчера я работала вместе с Сашкой. Сразу всплыли воспоминания недавних летних каникул. Я закончила четвёртый курс и мой новый друг, Саня, пригласил меня поработать летом. Пока он разговаривал с актёрами, я думала над черновиком новой серии, которую нужно было снять. Тогда, мы долго провозились. — Ну, что, расскажешь? — вырвал меня из воспоминаний мужчина. — Насчёт чего? — посмотрела я на своего горе-спутника. — Насчёт того, откуда у тебя кулон в виде крыла ангела? — повторил препод вопрос. Было видно, что любопытство просто распирало его изнутри. — Мне его Сашка подарил в знак дружбы, когда я работала летом у него, на площадке, — ответила я. — А почему это тебя так удивило? — Дело в том, что у меня такой же, — и Павел Дмитриевич продемонстрировал кулон, похожий на мой, как две капли воды, только у меня правое крыло, а у него левое.       В голове сразу же всплыл наш с Сашкой разговор про эти крылья ангела. Он сказал, что эти два кулона связаны, что благодаря одному крылу, я найду свою судьбу. Но я не думала, что таким подарком окажется мой препод. — Да быть этого не может, — сверля взглядом собеседника, выдала я. Да не может быть такого, что брат моего лучшего друга — тот, единственный. — Это невозможно! — Что «невозможно»? — не понял темноволосый. — Да я так, о своём, — отмахнулась я. Ему не надо знать наши с Сашкой дружеские тайны. — Павел Дмитриевич… — Во-первых, за пределами ГИТИСа Паша, во-вторых, просто «ты». Сама же первая на «ты» ко мне стала обращаться, — совершенно спокойно произнёс препод. Нехилый раскладик, я вам скажу. — Ладно, пошли.       Препод по Актёрскому Мастерству протянул мне руку, поверх которой я с опаской положила свою. Взяв меня за руку, Павел Дми… то есть, Павел потащил меня в развлекательную зону парка. В этом парке всегда работают аттракционы и есть несколько кафе для перекуса, если проголодаешься. Ну это ладно, меня больше пугает то, что препод держит меня за руку. Нет, в этом ничего нет, но как он это делает. Сжимает несильно, будто боится сделать мне больно. Походу, в натуре втюрился мужик. — Куда ты меня тащишь? — спросила я с нотой возмущения. — На каруселях покататься, — не поворачивая лицо ко мне, ответил препод. Нет, конечно, я хочу на аттракционах покататься, но только с ребятами или с Сашкой, но не никак не с этим. Тем более, не хочу, чтобы он тратился на меня. — Я не пойду, — попыталась я вырвать свою руку из его цепкой хватки, но нихрена. Куда уж мне до такой силы. — Демидова, не вынуждай меня применить силу, — повернулся ко мне лицом Паша. — Я думаю, что никому не стоит знать, что здесь происходит.       Скажу сразу, я увидела его настоящее лицо. Нет этой дурацкой маски, какую я увидела в первый учебный день. Он сейчас настоящий… И я тоже. Сейчас я настоящая, без всяких ежовых колючек, острого языка и палитры взглядов. — Такой ты мне нравишься больше, — едва заметно улыбнулся мужчина, изучая меня взглядом. Такое уже Саша говорил.       Наша прогулка началась с автодрома. Да, именно с него. Он хотел потащить меня на американские горки, но я заявила, что распилю его вместе с Гришаевой в ящике на сцене актового зала ГИТИСа. На мою угрозу он лишь рассмеялся. — Ну, что, куда теперь? — спросил мужчина, пытаясь отойти от небольшой гонки. — А ты куда хочешь? — вопрос на вопрос — еврейский приём. — Ну допустим, я хочу на колесо обозрения, — начал мой собеседник. — Ага, сейчас! — возмутилась я. — Я не в жизнь не полезу туда! — Со мной полезешь, — не очень хорошая улыбка заиграла на его лице. — Меня туда даже Сашка загнать не смог, поэтому, оставь эту идиотскую затею, — начала я отговаривать мужчину. — И даже не пытайся! — Тогда, я потащу тебя в тир, — и схватив меня за руку, Баршак повёл меня к моему самому любимому аттракциону.       Придя в тир, моё лицо озарила улыбка. Царство мишень и оружия — вот что для меня тир. Вообще, для меня — это место, где можно выпустить пар, стреляя из оружия и попадая в цель. Конечно, будешь в цель попадать, когда у тебя брат чекист и орёт, как резанный, за каждый промах. — А вы, что, умеете стрелять? — удивился парень, когда я попросила его приготовить нам два оружия. — Конечно, — улыбнулся Павел странной улыбкой. — Она у меня на военного учится.       Я непонимающе уставилась на него. Карие глаза темноволосого просто умоляли меня: «Подыграй мне…». — Да, — кивнула я. — Приехала ненадолго.       Маленькая ложь во спасение — в этом нет ничего опасного. Люди часто её используют, чтобы скрыть правду или огородиться от лишних расспросов. Так поступил и мой препод. А, может, его судьба ко мне послала? Или, наоборот, он в чём-то провинился и я для него, как наказание? Я сама не знаю ответы на эти вопросы. — Какой приз выберете для девушки? — услышала я. — А давайте вот того рыжего кота, — заявил препод. Через несколько мгновений передо мной оказалась плюшевая игрушка в виде большого рыжего кота. — Держи.       Я посмотрела на кота, на свою мишень, в которую я попала всего три раза, потом на мишень препода, где сияют десять маленьких дырок, а затем на Павла, держащего в своих руках мягкую игрушку. Стало обидно. Мы вышли из тира и отправились просто гулять по аллеям. — Что-то не так? — вернул меня в реальность мужчина, всё ещё держа в руках игрушку. — Нет, всё класс, — пыталась я скрыть свою грусть. — Точно? — встал передо мной темноволосый, тем самым, преграждая мне путь. — Аня, ты чем-то расстроена. Я это вижу. — Я рада, — без эмоций ответила я. — Давай не будем портить день, когда всё обошлось без ругани. — Ты расстроилась из-за тира? — вопросительно покосился на меня препод. — Да не расстроилась я, — едва сдерживалась я. — Просто, сегодня не мой день, наверно.       Ему необязательно знать про меня ещё больше информации. Я ещё не слишком доверяю этому актёру. Не хочу, чтобы он копал глубоко в моей душе. Пока что. — Так всё, — в голосе Баршака прозвучал рык. — Я больше не могу смотреть на твою кислую моську!       Схватив мою свободную руку, мужчина повёл в кафе. Если честно, я думала, что мужики умеют рычать, когда они злятся или им доставляют удовольствие. Так, пора прекращать читать романы с содержанием сцен откровенного характера и переходить на детективы. Лучше ломать себе голову, гадая кто убийца, чем давать волю фантазии на разную мерзость.       Войдя в кафе, мы заняли столик у окна. К нам быстро подбежал официант и, когда Баршак сделал заказ, также быстро испарился. Но через несколько минут он вернулся с… Мороженым? Тем более, с моим любимым.       Пододвинув к себе три шоколадных шарика холодного лакомства, на моём лице расцвела улыбка. Последний раз я так улыбалась вчера, когда Саня взял меня с собой на съёмки. — Вот давно бы так, — услышала я. — Ты уже второй раз за день улыбнулась. Причём, по-настоящему.       У меня внутри возникло странное чувство. Нет той ненависти, которую я питала к нему с первого дня. Если раньше, я ворчала, кричала, что изобью его до смерти, размажу по стене, скручу в морской узел и прочее, а сейчас, — даже ругаться неохота.

***

      Утром следующего дня я еле поднялась с кровати. Всю ночь не могла спокойно спать. Павел Дмитриевич преследовал меня в каждом сне, отчего я постоянно просыпалась.       Спустившись на первый этаж, я увидела своих родителей. Мама, Мария Николаевна Демидова, хлопочет на кухне, а отец, Сергей Александрович, сидит на диване в гостиной и читает книгу про политику, а на заднем фоне работает телик. Тишь да гладь! — Всем доброе утро, — нерешительно произнесла я. — Доброе утро, — отозвались родители. — Садись завтракать, — произнесла мама и поставила на барную стойку тарелку с блинами и чашку свежесваренного кофе со сливками.       Быстро позавтракав, я направилась в комнату. Достав из шкафа светло-синие джинсы и хлопковую белую блузку, я переоделась и собрала волосы в косу. Накрыв макушку белой кепкой с эмблемой московской баскетбольной команды «Спартак», я спустилась на первый этаж и, обувшись в кеды, направилась в сад. Пора бы поработать и физически. Pov Павел.       Субботнее утро — самое лучшее, если у тебя выходной. Так бы, конечно, поспать, но не могу. Я всю ночь ворочался из-за мыслей о Демидовой. Вчерашняя прогулка показалась мне каким-то странным. Да, девчонка не пыталась дерзить и была спокойной. Что-то внутри подсказывало мне, что Аня просто решила сыграть, как обычно, но как-то не очень верится. Есть только один способ проверить свои доводы — поехать к её родителям. Я поднялся с кровати, быстро собрался и, даже не позавтракав, поспешил покинуть квартиру. — Пап, ты куда? — из комнаты выглянули сыновья. — Мне по делам надо, ребят, — ответил я. — Побудете одни? — Конечно, — согласно кивнул Федя. — Рассчитываю на вашу сознательность, парни, — улыбнулся я сыновьям и скрылся за входной дверью квартиры. Выйдя из дома, я сел в машину и поехал к Демидовым. Проезжая мимо цветочного магазина, я остановился и быстро побежал за цветами. Купив букеты разноцветных тюльпанов и белоснежных гербер, я вернулся в машину и, заведя двигатель, снова двинулся в путь.       Пока я ехал к дому родителей своей студентки, я думал о том, что меня ожидает там. Наверняка, Демидова будет наряжена как светская дива. На лице будет тонна косметики и поведение, соответствующее для таких женщин. Почему я так подумал? Просто, самому приходилось видеть их и не раз. Приехав к нужному дому, я вышел из машины и, захватив цветы, к зданию, больше похожее на большой особняк. Встретить меня вышел мужчина с небольшой сединой. На вид ему лет шестьдесят, может чуть больше. — Здравствуйте, — поздоровался я. Мужчина приветливо кивнул. — Это дом Демидовых? — Да, — ответил он. — У вас есть какие-то вопросы, молодой человек? — Мне нужен Сергей Александрович Демидов, — ответил я. — Это я, — взгляд моего собеседника был такой, от которого мне стало не по себе. — А вы кто? — Я, Павел Дмитриевич Баршак, — представился я. — Я преподаю в ГИТИСе Актёрское Мастерство.       Я заметил, как лицо мужчин изменилось. Взгляд сменился с пристально-колючего на более радостный и на губах расцвела дружелюбная улыбка. — Очень рад знакомству, — пожали мы друг другу руки. — Анютка про вас рассказывала. Что я вас на пороге держу? Проходите. — Благодарю, — произнёс я. — Серёж, кто там? — донёсся с кухни женский голос. — Помнишь, Сашка и Анютка говорили про Павла? — спросил Сергей Александрович и сам же ответил. — Он приехал.       Мы вошли на кухню, и я увидел женщину возрастом младше, чем мужчина. Даже для своих пятидесяти с лишком супруга Сергея Александровича выглядит прекрасно. — Здравствуйте, — приветливо кивнул я. Вручив женщине тюльпаны, Демидовы устроили такую трапезу, что я чуть не лопнул.       Когда всё закончилось, я решил выйти подышать свежим воздухом. Как только я вышел на террасу, я заметил какие-то движения в саду. — Сергей Александрович, а где ваша дочь? — спросил я мужчину. — Сейчас, — произнёс отец моей студентки. — Аня! — Иду! — послышалось с другого конца сада.       Как я говорил ранее, Демидова будет вести себя, как все актрисы. Но каково было моё удивление, когда вместо слишком богатой и испорченной девицы, я увидел настоящее воплощение красоты. Аня предстала передо мной совершенно другой. Джинсы и белая блузка показывали, насколько дочь Сергея Александровича настоящая. На лице девушки ни грамма макияжа.       Внезапно где-то, в районе сердца, стало тепло. Я, как-то говорил, что Демидова мне нравится. А сейчас я понял, что попал. Бесповоротно и окончательно. Я ещё сильнее влюбился в свою студентку. — А что он тут делает? — вывел меня из размышлений голос Ани. — Я думаю, что твой преподаватель приехал рассказать про твою учёбу, — предположил Сергей Александрович. — Ты же ничего не рассказываешь. — Сергей Александрович, а можно пообщаюсь с Аней наедине? — спросил я. Отец девушки ушёл, оставив нас одних. — Ну, мне повторить вопрос? — уперев бок одной рукой, поинтересовалась студентка. — Не нужно, — ответил я. — Слушай, у меня сегодня нет настроя ругаться с тобой, — произнесла девушка и поставила на стол корзину с яблоками. — А я не за этим приехал, — я подошёл к Демидовой, стоящей у стола. — А зачем? — повернулась в мою сторону брюнетка и получилось так, что она оказалась почти прижата ко мне. От такой близости Аня даже дышать перестала. — О тебе поговорить, — выдохнул я. Эти слова дались мне нелегко. — Я не буду ничего говорить, — упрямо выдала девушка, даже не пытаясь вырваться из моих цепких рук. — Даже вырываться не будешь? — удивился я. — Нет. Просто, я смысла не вижу: ну ударю я тебя, ты станешь уязвим, и я убегу в дом. Всё слишком просто и банально, — ответила она. — Поэтому, просто отпусти меня. — Ладно, — я отпустил темноволосую.       Молчание резко воцарилось на террасе, которое сильно действует на нервы. Оно давило, в основном, на меня. Больше я не выдержу! — Слушай, Рапунцель, а, правда, что ты нецелованная? — вопрос застал мою студентку врасплох. От такого поворота событий Аня даже корзину выронила. — Я… Я не… — начала мешкаться кареглазая. — Ты откуда это знаешь? — По глазам твоим прочитал, — спокойно заявил я. — Ты думаешь, что любви не существует? Она есть, просто в неё надо поверить. — Ну, объясни мне, любовному теоретику, в чём смысл практической части любви? — начала Аня. — Видеть мир через розовые очки? Млеть от каждого вздоха того, который однажды предаст? Объясни мне, Павел, какой смысл?       Теперь, я понял, почему Демидова такая бунтарка. Она боится влюбиться. Она боится, что все стены и барьеры, которые так долго возводила, рухнут в один момент. Я понимаю её. — Я не могу дать ответы на эти вопросы, — виновато опустил я взгляд в пол. — Вот видишь, — подметила моя собеседница. — Я никого не виню в том, что ответов на эти вопросы нет. Даже мои родители не знают, как ответить на такие вопросы.       Голос девушки звучал как мелодия, которая заставляла и настораживаться, и успокаиваться одновременно. Именно такое состояние я сейчас испытываю. Но слова студентки плотно засели в моём сознании. Я был женат два раза, но дать ответы на эти вопросы так и не сумел. — Я никогда не слышал таких слов от девушки, — признался я. — Ты не перестаёшь меня удивлять, Аня.       На мою реплику девушка промолчала. И мне следовало бы молчать. Девушку задел мой вопрос. Я залез в её личную жизнь, в её душу без разрешения. Скоро я дождусь, и Демидова мне нос в дверях прищемит. — Вообще, я приехал попросить прощения за своё идиотское поведение, — произнёс я и положил букет белых гербер на стол. — И ещё, извини, если задел тебя своим вопросом.       Демидова стояла ко мне спиной и продолжала молчать. Мне это не нравилось. — Аня, — позвал я свою студентку. — Извинился, молодец. А теперь, исчезни! — резко выпалила брюнетка.       Боясь, что она ещё сильнее разозлится, я попрощался с её родителями и спешно покинул дом. Я понимаю её состояние. Задали вопрос, который ты не ожидал услышать. К тебе в душу полезли без разрешения. Чем-то Демидова напоминает меня. Может, поэтому меня тянет к ней…