The choice is yours, Midoria

Он стоял на крыше многоэтажки. Между ним и свободой были лишь несколько метров, восемь секунд и два голоса. Таких знакомых, что сердце начинало ныть и пропускать удары один за другим, чуть не выпрыгивая из грудной клетки. Как они его нашли? Следили? Вместе? Ха, точно не вместе. Они же терпеть друг друга не могут. А он может. Ещё как может. Ведь он любит. И любит их обоих. А что ещё ему остается делать? Он смотрит вниз. Огни машин, светофоров, свет от вывесок. И серые люди. Они - мы - пытаются скрыть свою серость за яркими вывесками, как за красивой маской. Раньше он думал, что он не такой, и они не такие. А они и правда не такие, как он. Он тоже серый, если так подумать. Но они... Они, со своими пороками, достоинствами, недостатками, со своим отношением к миру, больше похожи на настоящих людей из всех тех, кого он знал. Они оба идеальны. Что будет, если человеку дать выбор между двумя идеальными мирами? Сейчас вы наблюдаете этот процесс. Человек просто сломается, прогнется, как соломинка на ветру. -Мидория! - Тодороки вваливается на крышу, следом за ним, буквально впинывая его туда, следует Бакуго. -Деку, блять, если ты это сделаешь, то я тебя убью! -Заткнись, придурок, он и так помереть собрался. Как всё так получилось?

***

Неделю назад...

-Мидория, будет свободная минута? - Тодороки оперся руками о парту зеленоволосого, загораживая свет. В таком световом ореоле он выглядел, как ангел. Он и был ангелом для Мидории. Изуку любил Шото. Но. Всегда есть какое-то "но". И этим "но" был Каччан. Изуку привязался к нему, он уже был частью веснушчатого, без которого бы не было ни жизни, ни смерти, ни самого Изуку. -Да, конечно. -Тогда пошли. - Тодороки схватил Мидорию за руку и вывел из кабинета. Они шли и шли, пока не вышли за пределы школы. Всё это время Тодороки не отпускал руки Изуку, а Мидория был не против. Ему нравилось тепло от руки Шото. Наконец, они остановились. Они находились в каком-то парке. -Зачем мы сюда пришли? - Мидория смотрел в глаза Шото. Их взгляды пересеклись. Тодороки прижал руки к веснушчатым щекам и их губы слились в поцелуе. -Я люблю тебя, Мидория. Отсчёт пошёл. -Я...Эм... П-прости, Тодороки-кун... Я тоже тебя люблю... Но... Мне н-нужно время, чтобы это обдумать... -Да, я понимаю. И я готов ждать столько, сколько потребуется, чтобы услышать от тебя "да". Восемь. А на следующий день ему признался Бакуго. Ну, как сказать, признался, скорее просто накричал. -Я видел, что ты уходил с этим двумордым. Что вы там делали?! А?! Чего молчишь, грёбанный Деку?! Черт. А ведь ты мне нравишься, задрот. И я знаю, что нравлюсь тебе тоже. Так зачем ты пошел с этим пидором?! Ответь мне! Семь. -И-извини... Каччан, я не могу сейчас сказать... - Мидория отвел взгляд. За углом он увидел Шото, приближающегося к ним. -Мидория? Что вы тут делаете? - Тодороки смотрел на Бакуго. Этот взгляд можно было бы запомнить на всю жизнь. Холодный, но такой яростный, готовый порвать на кусочки того, кто посмеет посягнуть на его собственность. А "Собственностью" был Мидория. Ну, это Тодороки думал, что он его. Бакуго думал так же. -Слышь, двумордый, не смей даже глаза поднимать на Деку. Он мой. Мой, и только мой. Я не позволю какому-то пидору посягать на то, что принадлежит мне. Понял?! -С какого он твой? Мидория может быть только моим. Шесть. Они подрались. Избили друг друга до такой степени, что оба попали в больницу. Их определили в одну палату, на радость и печаль Мидории. Пока оба спали, накачанные успокоительными и другими препаратами, Изуку просто сидел между ними, сжав их руки. Такую теплую, немного шершавую, руку Бакуго. Всю в бинтах, гладкую, руку Тодороки. Он сидел, думая над их словами, над их дракой... Слезы текли из его глаз, а он и не думал им мешать. Пять. После выписки, так как у Бакуго было меньше увечий, и выписали его раньше, ему посоветовали ещё дня три провести дома. Но к тому моменту уже бы выписали и Тодороки, а Бакуго этого не хотел. -Деку, буду говорить коротко и ясно, чтобы до тебя дошло. У тебя сейчас есть выбор. Либо я, либо двумордый. Я не буду тебе мешать. И тому пидору тоже объясню предельно дословно, чтобы тоже не мешал. Этот выбор должен сделать ты. но я настоятельно рекомендую выбрать меня. Понял?! -Д-да, Каччан, я подумаю... Изуку разворачивается и уходит. Четыре. Пока Шото не выписали, Кацуки то и делал, что останавливал Изуку в коридорах, за углами, где их никто не видел, и целовал шею, или кусал, в зависимости от настроения. И это называется "не мешать". Но Мидория был не против. Ему это даже нравилось. Вот только потом оставались небольшие шрамы от укусов, но они быстро проходили, тем более, Изуку мог списать это на свою неосторожность. Но вот вернулся Тодороки. И, да, Бакуго действительно больше не старался больше времени проводить с Изуку. А Тодороки даже не смотрел в их сторону. И всё было бы хорошо, Изуку даже надеялся, что они как-то сами разрешили этот вопрос, но однажды Шото всё-таки подошел к Мидории. -Слушай, Мидория. Я понимаю, что это твой выбор, и не мне решать. Но я очень хочу, чтобы ты выбрал меня. Я просто не смогу смотреть на то, что с тобой будет делать Бакуго. А он будет, ты его знаешь. Пожалуйста, пойми мои чувства. Я не только за себя беспокоюсь. Три. Мидория просто развернулся, и, не оборачиваясь, ушёл. Слезы катились по щекам, такие горячие, противные. Но он понял, что должен делать.

***

Сегодня Мидория не пришёл. Когда Шото доставал учебники, у него из портфеля выпала записка. "Извини меня, Тодороки-кун. Я не смог определиться, поэтому я решил уйти. Я знаю, что ты будешь проклинать меня, или этот день, но я уже всё решил. Ты сможешь найти меня, если захочешь. Там, наверху, было хорошо. Но я не советую тебе этого делать. Ты сможешь забыть меня и начать жить заново. Я любил тебя. Прощай, Шото. Мидория Изуку." Два. -Придурок, что ты сделал?! - Около парты стоял Бакуго и сжимал в руках лист бумаги. Это ведь, тоже записка, да, Мидория? -Я ничего не делал. Если ты тоже получил записку, значит он и правда решил уйти. Думаю, я знаю, в какое место он пошёл. -А?! А какого хуя ты это знаешь?! -Не самое лучшее время для выяснения отношений, не находишь? -Черт, ну и где же он? Пиздуем туда, показывай дорогу.

***

И вот они здесь. Стоят, смотрят на него, а он в свою очередь смотрит на них. -Мидория, пожалуйста... -Чёртов Деку, что ты там забыл?! Отойди от края крыши! -Замолкни, взрывчатый урод. Мидория, не делай этого. -Как ты меня назвал?! -Как слышал. -Двумордый пидор, ещё от тебя я ничего не слышал! Они опять дерутся. Смешно, правда? Ещё одна причина уйти. Он больше не услышит их голоса. Будет больно, но, наверно, так даже лучше. Лучше им всем. Слезы опять спускаются по щекам, но Мидория быстро проводит рукавом по глазам, стирая их. Один. -Ха-ха. - Всё, что он сказал, чтобы обратить на него внимание. Оба посмотрели на него. Он улыбнулся им самой откровенной улыбкой, которую мог из себя вытянуть. -Мидория! Изуку! -Деку, черт! Не смей умирать! Последнее, что увидел Изуку - напуганные глаза Тодороки и Каччана. А дальше - чернота... Свобода.