Мы с тобой одной крови

Глава 4. Странная девушка Эдвард Когда я понял, что с Беллой что-то не так? Да, в первый же день нашего знакомства, когда она, потушив сигарету о тумбочку, заявила, что ей еще нет восемнадцати. Именно тогда, принимая правила ее игры, я впервые задумался о том, что с ней не все нормально. Но это, к сожалению, меня не остановило, и я договорился с ней о новой встрече. Довольно быстро я понял и другое, девушка была не то чтобы не совсем нормальной, она была испорченной. Испорченной не мною и давно. И встречалась она со мною только потому, что ее интересовали две вещи — секс и деньги. Если прибавить к этому ее эмоциональную холодность, странные сексуальные пристрастия и полное пренебрежение к правилам приличия, то мне можно было бы задать вполне резонные вопрос: почему я продолжал с ней встречаться? Почему, имея возможность поставить точку, я ставил запятую? Возможно, мне импонировало, что она не скрывала от меня своих слабостей и не разыгрывала из себя святую. И я мог принимать ее такой, какая она есть или свалить в любой момент, уверенный, что в след мне не будет ни слез, ни соплей, ни упреков. Возможно, я считал, что и не достоин чего-то лучшего чем она, более чистого и невинного? Но на самом деле, я просто не знал почему меня тянуло к ней. Однако, искренне считал, что она мне скоро надоест, что она для меня, пусть и не совсем привычное, но развлечение. И меня в ней возбуждает ее тело и чего уж греха таить, ее распущенность. И наши отношения, это так временно, ничего серьезного. И я позволял ей использовать себя, покупал дорогие вещи, угощал в дорогих ресторанах. Стоило ей намекнуть на какую-нибудь «мелочь», как я, не раздумывая, исполнял ее каприз. Как же я ошибался. Мы виделись с ней нечасто, в основном по уик-эндам, когда у меня не было занятий в университете. Пару раз мы встречались в «нашем» мотеле, чаще ездили в Порт-Анжелес или Сиэтл, где можно было спокойно проводить время, не рискуя нарваться на знакомых. Как-то раз, когда мы обедали в Порт-Анжелесе, мы заговорили, о ее дне рождения, до которого оставалось всего пара месяцев. Белла стала рассказывать, что ее родители планируют устроить по этому поводу небольшую вечеринку. Тогда же она впервые упомянула о своей сестре. — Ее зовут Мария и она старше меня. — Намного? - решил уточнить я. — Нет, мы погодки, она учится со мной в школе. Правда мы с ней не ладим, у нее очень сложный характер, но если хочешь, я вас как-нибудь познакомлю, — предложила она мне, улыбаясь каким-то своим мыслям. — Хорошо, — ответил я, теперь уже думая о другом, — а ты меня пригласишь на эту вечеринку? — Зачем? — спросила Белла, недоуменно сдвинув свои брови. — Ну-у-у, я слегка подустал от всех прятаться, — сказал я то, что уже давно давило на меня. Пожав плечами, она ответила: — Я думала, что между нами все ясно. — Неужели тебе не хочется чего-то большего? — спросил я ее, ведь большинство нормальных девушек, мечтают о любви и отношениях. Посмотрев мне в глаза, она ответила: — Я не думаю, что мы можем быть парой. Признаться, это был первый отказ в моей жизни. — Почему? — спросил я, испытывая, непонятно откуда взявшуюся горечь. — Потому что ты не тот мужчина, ради которого я готова изменится, — пожала она плечами. Честно, жестко, и в наших отношениях расставлены все точки. Только почему она своими словами вызвала во мне столько горечи? Почему если я и не планировал ничего серьезного и знал, что рано или поздно мы с ней расстанемся, у меня сейчас в груди такое давящее чувство? Неужели, я был наказан за свою снисходительность и самоуверенность? Неужели, эти отношения, незаметно для меня переросли в нечто большее? Мне даже не по себе стало от слова, которое могло охарактеризовать мои чувства к ней. Любовь? Нет, бред. Я не мог полюбить такую девушку. Увлечение? Привычка? Теперь, трезво оценив эту связь, я понял, что обманывал сам себя, загонял в омут, из которого мне очень сложно будет выбраться. Да и захочется ли выбираться? Ведь она, такая, какая есть, не скрывающая от меня ни своих слабостей, ни недостатков, меня устраивала. Да, что там, такому как я, она как раз и подходила. Белла Впервые я увидела Эдварда Калена, на стоянке супермаркета, куда мы ходили скупиться вместе с Джессикой. Мы складывали пакеты в багажник ее машины, когда я почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. И тогда, резко обернувшись, я увидела его. Наверное, даже если бы он и не стоял, столь бесцеремонно меня разглядывая, я бы все равно его заметила.Таких, парней, как он тяжело не заметить. Чересчур красив. И обычно, такие как он, на меня внимания не обращают. А он стоял, и слегка склонив голову, и не отрывал от меня своего взгляда. Взгляда обладающего таким сильным, гипнотическим воздействием, что я сначала замерла перед ним, задержав дыхание, а потом, ведомая исходящим от него зовом, уже готова была шагнуть ему на встречу. — Ты что, его знаешь? — привела меня в чувство, Джессика. Услышав ее голос, я встряхнула головой, прогоняя наваждение. Такого со мной раньше никогда не было. Восстановив дыхание, я повернулась к подруге. — Нет, а кто это такой? –спросила я, продолжая исподтишка наблюдать за парнем. Усмехнувшись, Джессика проинформировала: — Все про него спрашивают. Это Эдвард Каллен, его семья живет здесь неподалеку. А знаешь, он смотрел на тебя так, как будто вы знакомы. К счастью, в этот момент, парень, отвернулся от нас и сев в свою машину, укатил. Чем дальше он уезжал, тем легче мне становилось. — Я увидела его сегодня впервые, — еще раз повторила я. — Впервые, так впервые, — пожала плечами Джессика, — кстати, а ты уверена, что Мари не согласиться поехать с нами в Ла Пуш? — По субботам она обычно ездит в Порт-Анжелес, на занятия, сомневаюсь, что она поедет с нами, — искренне ответила я и, рискуя навлечь на себя еще больше подозрений, спросила, — расскажи мне, что ты знаешь об этом Каллене? Пока мы ехали домой, Джессики охотно делалась со мною местными сплетнями. Ее брат, Джош, учился с Эдвардом в одном классе и она, благодаря его рассказам, довольно многое знала о семье Каленов. Дома, приготовив отцу ужин, я села за домашнее задание, но никак не могла сосредоточится. Перед глазами постоянно возникал Эдвард. Сон, покоя тоже не принес. Каллен умудрился присниться мне даже ночью. Мне снилось, будто я стою рядом с ним, а мои руки касаются его лица. В ужасе я отскакиваю от него, когда ощущаю, какая у него холодная, словно у мертвеца, кожа. Этот сон я видела чуть ли не каждую ночь, пока снова не встретилась с Эдвардом Калленом и не попробовала его кожу на ощупь. После нашей первой встречи прошел почти месяц. В этот раз я поехала в супермаркет сама и запихивая сумку с продуктами в багажник, я услышала тихое: — Привет. Повернувшись на голос, я замерла. Чего уж, можно было догадаться. Его голос, не уступал его внешности. А я все еще никак не могла понять, своей реакции на этого парня. Я снова стояла перед ним, задержав дыхание и не могла даже ответить на его приветствие. Следующие его, едва слышно произнесенные слова, заставили меня спуститься с небес на землю. — Белла, я соскучился. Мои руки задрожали, а сердце грохнулось куда-то вниз. Мне захотелось оказаться отсюда как можно дальше. Потому что я поняла, кто на самом деле передо мной. Эдвард Каллен. Это, наверняка он! Тот самый загадочный поклонник моей сестры, о котором я уже успела догадаться. Парень, с которым она проводит все выходные и благодаря которому завалена дорогими подарками. Он стоял передо мной, улыбался, а мое сердце обожгло горечью. Эдвард не мой и не может быть моим. Он думает, что я это Мария. А эта стерва, опять по какой-то ей одной ведомой причине, представилась моим именем. Но прежде чем проститься со своей мечтой навсегда, я не устояла перед ребяческим искушением и, шагнув ему навстречу, коснулась ладонью его щеки. Не знаю, я наверное, полная дура, раз ожидала, того самого мертвенного холода, который мне снился. У Эдварда оказалась нежная, чуть прохладная кожа, ничего такого, что я себе навыдумывала. Словно в замедленной съемке, я наблюдала за тем, как он, склонив голову к моей руке, целует ее. От его, такой непосредственной ласки, и я, наверное, полностью утратила контроль над реальностью, потому что когда он притянул меня к себе и поцеловал в губы, я не сделала ни единой попытки вырваться. Мне было абсолютно безразлично, что обо мне подумает сестра, что подумает он, когда узнает. Плевать, на все плевать. Для меня существовало только здесь и сейчас. Его губы, его запах, его тело. И я тонула в его объятиях, я пропадала, окончательно и бесповоротно. Спустя, наверное, целую вечность, пока я растекалась по асфальту, он отстранился от меня и сообщил: — Сюда идут, еще увидимся. И пока я приходила в себя от ошеломляющего откровения его поцелуев, пока оборачивалась посмотреть, кто же идет, Эдвард успел сесть в свою машину и уехать. Я же стояла на стоянке и смотрела ему вслед. В груди страшная тяжесть, неудовлетворенное желание близости. В душе опустошенность. Это было дико, иррационально, неестественно, невозможно, но это было так. Я влюбилась в Эдварда Каллена. В человека, которого я видела всего лишь второй раз в своей жизни.