Мы с тобой одной крови

Эдвард Ей было больно. И хоть во время разговора со мной Мария старалась вести себя уверенно, я видел, что она едва сдерживает слезы. Предательство сестры и мое решение жениться на Белле нанесло ей двойной удар. Глядя на ее сжатые кулаки, на боль, плескавшуюся в карих глазах, я уже начал жалеть, что не настоял на своем предложении и не взял всю вину на себя. Может, знай она, что ее сестра не причем, ей было бы не так больно? Ей, но не мне. Когда Мария, почти теряя над собой контроль, спросила меня, почему я женюсь на Белле, я еле сдержал себя от того, чтобы не послать все к черту и не объяснить девушке, в чем дело. Без обмана, рассказать ей всю правду о себе и о том кем будет будущий ребенок ее сестры… Потом плюнуть на все, бросить Беллу на Карлайла и уехать вместе с Марией куда-нибудь подальше. Но я сдержал себя и очень надеюсь, в будущем, сожалеть о своем решении, мне не придется. Я проводил Марию до дома, проследил, как она поднялась к себе в комнату, слышал, как разрыдалась. Слышал я и почти про себя произнесенные слова, что мы с Беллой просто так от нее не отделаемся. Этого следовало ожидать… Стало только немного грустно. Я надеялся, что она не зациклиться на случившемся и послав нас с сестрой подальше, будет двигаться вперед. Но Мария решила застрять в нашем чертовом треугольнике, продумывая планы мести. Помочь ей я не мог. Помочь ей означало вернуть все назад к тому, что было. Этого я, как бы не хотел, допустить не мог. Поэтому я неподвижно стоял рядом с их домом, слушал ее приглушенные рыдания и чувствовал вину за случившееся. Я, который мог успокоить ее, прощался с ней, точно также как она, сейчас вычеркивала любовь из своей жизни. На следующее утро, я снова подошел к их дому. Оставить сестер двоих я не мог, особенно после слов сказанных Марией перед сном. С отчаянья она, с ее характером, могла натворить глупостей. Этого я допустить не мог. Хватит с меня и той вины, что лежит на мне. Разговор, состоявшийся между ними, после того как Чарли уехал на работу, не стал для меня неожиданностью. Кроме одного момента. Такого от Марии я не ожидал, хотя должен был. За все надо платить… И она решила, что Белла должна заплатить свою цену. Белла Прежде чем проститься с Эдвардом, я задала ему вопрос, который мучил меня не один день. — Как бы все сложилось, если бы ты встретил меня раньше Марии? Со мною все было понятно. Меня потянуло к нему с момента нашей первой встречи на стоянке супермаркета. До этого дня, я конечно не раз слышала про любовь с первого взгляда, читала про нее в книжках, но никогда бы не подумала, что такое притяжение возможно в реальности и произойдет со мной. Так что со мною все было более или менее понятно. А вот с ним? Что было бы, если бы в его жизни не было Марии? Обратил бы он на меня внимание? Стоял бы он тогда на стоянке, буравя меня взглядом? Мой вопрос застал Эдварда врасплох. Похоже, сам он об этом не задумывался. Он задумчиво смотрел на меня, будто взвешивая разные вероятности. Наконец, поцеловал меня в висок и прошептал: — Тогда бы у нас не было ребенка. Емко и коротко. Я не дура, я все понимаю… Точнее понимала… Еще вчера, когда ответила на его поцелуй и не стала отталкивать. Он собирается жениться на мне только ради ребенка! И что я тогда делала с ним в одной постели? Почему, зная, что он все еще любит мою сестру, в глубине души я радовалась, что он выбрал меня? И меня ничуть не смущало, что его предпочтение основано не на любви? Я думала о случившемся все время. Я даже пробовала представить себе, как посылаю Каллена к черту. Говорю ему о том, что он мне не нужен, что я справлюсь со всем сама. Но если раньше подобного рода фантазии доставляли мне удовольствие, то сейчас все было наоборот. Сейчас мне было больно от одной только мысли о том, что придется расстаться с Эдвардом. Мне было страшно вообразить себя одной с маленьким ребенком на руках, лишенной поддержки и внимания. Его внимания… Это было горько, но я ставила свои интересы выше интересов сестры. Я поставила свою любовь выше любви Эдварда и Марии. На следующий день после разговора с ним, Мария поздно спустилась к завтраку. Присев напротив, и накладывая себе в тарелку еду, она буравила меня своим взглядом, я же, как могла, отводила свой. Наше напряжение можно было прощупать в воздухе. Так, что даже отец, который обычно не обращал на наши отношения особого внимания, отложив в стороны вилку, поинтересовался, что случилось. Мария, криво усмехнувшись, повернулась к нему и пояснила: — Все в порядке папа, небольшая размолвка. Пару секунд отец, молча разглядывал меня и Марию, потом махнул рукой и продолжил свой завтрак. Я облегченно выдохнула. Сестра могла отомстить мне уже сейчас, рассказав отцу о моей беременности. Ведь я так и не смогла набраться смелости и сделать это сама. Хотя теперь, мне придется сообщать ему не только о беременности, но и о скорой свадьбе с Эдвардом Калленом. Представляю удивление, гнев и неверие отца. Во-первых, в то, что я могла такое устроить, было трудно поверить даже мне самой. А во-вторых, отец после нашего дня рождения, когда Эдвард не скрывал своих симпатий к моей сестре, наверняка догадывался об их связи. И теперь я даже представить не могла, как он отреагирует на мои новости. Когда он собрался и, наконец, попрощавшись с нами, уехал на работу, Мария кивком указала мне наверх. Пришла пора поговорить. И я была готова. Судя по решительному выражению, застывшему на лице у сестры, разговор предстоял не легкий. Эдвард Они поднялись наверх в комнату Беллы. Со своего места мне была хорошо видна комната девушки и ее кровать, стоявшая напротив входной двери. Белла прошла в комнату и, развернувшись, скрестила руки. Мария медленно вошла вслед за ней и встала напротив нее. Она не стала кричать, лишь тихо и зло выговорила: — Ты поступила просто отвратительно… — Послушай, — начала Белла, но сестра жестко перебила ее: — Что слушать? Твои жалкие оправдания? Я и так знаю, что ты собираешься мне сказать. И перестань дрожать. Таскать тебя за волосы я не буду. Твоему ненаглядному Эдварду это не понравится. После того, что ты сделала, я не должна с тобой вообще разговаривать, ты хоть это понимаешь? Поэтому избавь меня от своих сожалений. Я пришла сюда не за ними. Переведя дух, она ненадолго замолчала, а потом снова продолжила: — Знаешь ли ты, что ты забрала у меня не только Эдварда? Знаешь ли ты, что ты украла и мою жизнь? Это тебя должны были похитить! Ты должна была попасть в лапы к этому психу! Ты, а не я! Мария выкрикнула эти слова на одном дыхании. Я опешил. Откуда она знает об ошибке похитителей? Ведь она говорила мне, что ничего не помнит? — Не понимаю, о чем ты говоришь… Почему должны были похитить меня? — растерянно спросила Белла, пораженная словами своей сестры. — Папа не давал своего согласия на сеансы гипноза. И до недавних пор я не знала всей правды. Но когда мне исполнилось восемнадцать, его согласие мне не требовалось. — Ты была на сеансе? — удивленно протянула Белла. — Да. И вспомнила много чего любопытного. В том числе и то, как меня похищали. Белла, молчала, а Мария, присев на кровать и скрестив ноги, принялась рассказывать. — Я выходила из раздевалки, когда ко мне подошла эта женщина. Она опустилась передо мной на корточки и задала один единственный вопрос, сломавший всю мою жизнь. Она спросила: «Ты Изабелла Свон?» И я ответила ей — «Да». Ты ведь помнишь, как мы любили в детстве шутить над взрослыми, выдавая себя друг за друга? Для меня ее вопрос, был всего лишь очередной игрой. — Этого не может быть! — покачала головой Белла, — кому могла понадобиться именно я? Мы ведь похожи с тобой, одинаковые… — Оказывается между нами есть разница. Я не вру! Потом, когда я очнулась в машине, связанная по рукам и ногам, ко мне подошел какой-то мужчина. И он тоже спросил меня, про мое имя. И знаешь, я соврала ему! Я защищала тебя! И все время пока он таскал меня по какому-то коридору вниз, в подвал, я ужасно боялась, что он узнает про мою ложь, и ты окажешься рядом со мной. Так что ты обязана мне кое-чем Белла. — Мне так жаль… Но я все равно не понимаю… — А тебе и не надо ничего понимать. Пришло время платить. — Как? — напряженно спросила Белла. — Думаешь, запрошу сейчас назад Эдварда? — усмехнувшись, проговорила Мария, лениво потягиваясь. Белла в ответ молчала. А Мария, продолжила: — Понимаешь ли, в чем дело, милая. Эдварда я могу забрать у тебя и без твоего согласия. Ты ведь прекрасно знаешь, что он любит меня. А с тобой только ради ребенка. — Нет! Если бы я ему не нравилась, никакой ребенок не заставил бы его быть рядом со мной. — Ну ты и дура, — качая головой, тихо протянула Мария. Белла молчала. А мне стало не по себе. Из-за меня между сестрами теперь никогда не будет мира. Из-за меня они расстанутся, навсегда испытывая, друг к другу не сестринскую любовь и привязанность, а ненависть и разочарование. — Ну и забирай его себе, мне он не нужен, — наконец, устало выговорила Белла. — Разве ты его не любишь? — Знаешь ведь, что нет. То, что я была с ним просто глупая месть. — Странно, а Эдвард мне рассказал совершенно другое. Не считаешь, что все это должна была рассказать мне ты, а не он? — Возможно. Только разве это что-то изменило бы? Ты бы стала слушать меня? Поняла бы мои чувства к своему парню? — Чувства? Так значит он прав? Ты запала на совершенно незнакомого парня? Белла, Белла, я честно, думала ты умнее. Отвернувшись от сестры, Мария уже спокойным голосом произнесла: — Он мне не нужен, да и я ему тоже… Но у тебя есть кое-что ценное... — Что? — недоуменно протянула Белла, которой Мария сейчас откровенно манипулировала. Она, все еще чувствуя угрызения совести, позволяла ей это с собой делать. — Если ты согласишься с моим предложением, я прощу тебя. Тебя и его. Такая перспектива должна была обрадовать Изабеллу. Но она видно слишком хорошо знала свою сестру, чтобы не заподозрить подвоха. — Что ты хочешь? — с напряжением спросила она. — Когда я разговаривала вчера с Эдвардом, он сказал мне что постарается сделать тебя счастливой. У тебя будет все. Ты ведь знаешь его семья… они очень богаты и влиятельны. Ты будешь находиться под их защитой, лучше которой сложнее придумать. Ты и твой ребенок ни в чем не будете нуждаться. У тебя, моя милая будет все. А что будет у меня? Давай представим. Я думал о том, что говорила Мария. О возможной финансовой помощи ей. Она девушка практичная и я был уверен, оценит по достоинству сумму, которую я собирался ей предложить. Но мне немного было неприятно, что она подняла этот вопрос со своей сестрой. Я понимаю, она не знала о моих намерениях, но причем здесь Белла? Однако то, что я услышал потом, оказалось для меня еще большей неожиданностью. — У меня нет ничего. Я не могу поступить в колледж, я не говорю уже об университете. ФБР имеет на меня свои виды и не скоро оставит в покое. Мне придется в ближайшие пару месяцев искать себе работу. И как ты думаешь, куда меня возьмут без образования? Эдвард был шансом изменить что-то в моей жизни… А с его связями меня никакое ФБР не тронуло бы. Но теперь ты крадешь его у меня. И что мне остается делать, как по-твоему? Я, а вслед за мною и Белла догадались, что именно нужно Марии. И если Белла испуганно принялась качать головой, я усмехнулся. Мария, не промах и все верно просчитала. После того, как Белла войдет в нашу семью ее прошлая жизнь окажется вычеркнутой. Глупо так поступать, когда есть возможность помочь сестре. — Ты можешь помочь мне, — сказала Мария, не давая Белле возразить, — твоя жизнь откроет для меня новую дорогу. Дай мне этот шанс, и я использую его, не подведу! Я буду свободна от своего прошлого. Никто не будет тыкать в меня пальцем, вспоминать, кем и чем я была. — А я, я должна буду стать тобой? — с явным сомнением в голосе спросила Белла. — С таким мужем, как Эдвард никто к тебе не сунется. А если и сунется, армия его адвокатов защитит тебя. Так что подумай… мы расстанемся мирно, и ты сможешь спать спокойно. — Но родители, что скажут они? — Ну, во-первых все знают, что я встречалась с Эдвардом. И если окажется, что мы решили пожениться, это если и удивит кого-то, то не очень сильно. Если же вдруг замуж за Эдварда соберешься ты, да еще и беременная представляешь какой праздник ты устроишь местным сплетникам? Я уже молчу про Чарли и маму… Ну, а во-вторых, неужели ты не замечала, что отец до сих пор нас не различает? — Иногда, — признала Белла, — он говорил, что путает нас… Но мама? Она в отличие от него, хорошо нас знает. — С мамой я поговорю сама. Она мне не откажет, — уверенно произнесла Мария. — А Эдвард… его отец, они как? Они ведь уже знают про меня. — Да какая им разница, чье имя стоит в брачном контракте — Изабелла Мария Свон или Мария Изабелла Свон? А насчет Эдварда, если ты будешь согласна, он не откажет. В конце-концов вы оба мне должны! Белла растерянно молчала. А Мария встала с кровати и подвела черту: — У тебя есть время, подумай. Если ты согласишься, будем считать, что мы квиты. Если ты откажешься, значит, я буду считать, что у меня больше нет сестры. Она ушла, а Белла принялась взволнованно ходить из угла в угол. Что ж, если свобода от прошлого это цена спокойствия и счастья Марии, я ей это обеспечу. Придется поговорить с Джаспером. Нужно будет предусмотреть некоторые нюансы, о которых не подумала Мария. А еще придется поговорить с Беллой и убедить ее принять предложение сестры. Не такое уж оно и бредовое если подумать.