Мы с тобой одной крови

Глава 10 Мария За окном снова шел дождь. Мария сидела на диване в номере отеля, сжимая в руках уже остывшую чашку с кофе. Ее жених, Дэвид, вполголоса разговаривал по телефону, изредка кидая на нее обеспокоенные взгляды. Временами он был чересчур проницательным, и ей приходилось иногда изрядно напрягаться, выкручиваясь из щекотливых ситуаций, чтобы он не догадался о ее прошлом. Заниматься этим сейчас, когда была на взводе из-за свалившегося на нее знания и смерти коллег, она не могла. И Дэвид мог читать ее, как открытую книгу. «Тебе не понравится то, что ты там увидишь», — рассеянно думала Мария, теребя в руках чашку. Единственное, что ей сейчас хотелось, это оказаться как можно дальше от этого проклятого города и того, что здесь случилось. Забыть обо всем. Похоронить еще один эпизод своей жизни… Закончив разговор, Дэвид, присел рядом с ней. Осторожно отняв у нее чашку, тихо заметил: — Тебе нужно взять себя в руки. Так нельзя. — Когда их перевезут в Вашингтон? — спросила она, меняя тему. — Завтра, вечерним рейсом. — А похороны? — Двадцать третьего, через три дня, — ответил Дэвид, — если ты не против, я закажу нам билеты на двадцать второе. Мария посмотрела на него и покачала головой. — Я хочу уехать сегодня же, — твердо произнесла она. — Но мы хотели съездить к твоему отцу, — начал Дэвид, однако Мария не дала ему договорить. — Я не хочу сейчас никого видеть, извини. В следующий раз. — Белла, я не понимаю… — немного растерянно произнес мужчина, — ты знаешь, сколько раз я слышал от тебя фразу «в следующий раз»? Если ты не хочешь видеть своего отца, если на это есть какие-то причины, просто скажи мне и я не буду настаивать на встрече. — Дейв, — Мария устало прикрыла глаза, — у нас с ним все в порядке. — Но ты не хочешь знакомить меня с ним? Она была слишком вымотана для того, чтобы спорить с Дэвидом. Да и как объяснить ему, что дело не только в отце, но и в ее сестре, ее муже? Не правду же ему рассказывать. Жизненный опыт научил ее, что есть скелеты, место которым только в семейных шкафах. А Дэвид был ей чересчур дорог, чтобы рисковать и рассказывать ему о своем прошлом. Однако она понимала, что, скрывая правду, дает ему лишь новые поводы для подозрений. Дейв неплохой аналитик, и если он начнет копать… о том, что он может найти, не хотелось и думать. — Ладно, — в конце концов, кивнула Мария, — заказывай билет на двадцать второе. А в Форкс поедем сегодня. Эдвард Белле история с кровью, которую он дал Марии перед самой свадьбой, совершенно не понравилась. — Я не думала, что ты можешь потерять голову до такой степени, — отстранёно протянула она, когда он рассказал о случившемся. Сказала, как отрезала. Больше ни слова. Только боль, появившаяся в глазах, говорила ему, что она сейчас чувствует. Эдварду в этот момент показалось, что он вернулся в прошлое. В прошлое, в котором она любила его всем сердцем, а он ее избегал, предпочитая предаваться мечтам о ее сестре. Он мог только догадываться, как она тогда ревновала, и через что ей пришлось пройти, прежде чем она не уверилась в его чувствах. Хотя первый год их совместной жизни Эдварду тоже пришлось несладко. Благодаря ее зависимости от него он мог манипулировать ею как душе угодно. Если бы эта самая душа у него еще была... Но такие отношения с человеком, с которым он связал свою жизнь, его, естественно, не устраивали. Да и Белла рано или поздно должна была стать вампиром, и измениться. И кто знает, не припомнила бы она ему потом все, через что по его милости прошла? Так что Эдвард понимал, что должен научиться жить с Беллой честно, не прибегая к манипуляциям. Постепенно и с большим трудом Каллен сумел выстроить отношения, основанные на доверии и равноправии. Ему пришлось прислушиваться к ее мнению, делать так, как она считает нужным, иногда даже в ущерб своим интересам и реальному положению дел. И когда пришло время, и Белла стала одной из них, в их отношениях практически ничего не изменилось. До этого самого дня она не вспоминала про старые обиды, а он не давал ей для этого повода. Однако после случившегося с Робертом словно прорвало плотину. Белла как-то сразу обо всем вспомнила, и обиженно отгородилась от него. Эдвард попытался поговорить с ней, но она бросила на него Ренесми, и ни на минуту не отходила от Роберта, лишая возможности объясниться. Когда, наконец, через пару дней у Роберта почти срослись кости, и он перестал стискивать зубы от боли, Белла нашла его сама. — Мария, наверное, с ума сходит от всего случившегося, — отстранено произнесла она, — и уже поняла, что ты не человек, также как и Роберт, и вся наша семья. — Я обещал объяснить ей все, — начал Эдвард, — но Карлайл попросил подождать, пока мы не решили, как будем действовать дальше. — Это ты про ее коллег? — Да. — И что вы решили?  — Никто не должен знать, что случилось в том переулке… — Она не простит нам их смерти, — прошептала Белла, не сводя с него глаз. — Я знаю, — мрачно произнес Эдвард, — надеюсь только, что твоя сестра не наделает глупостей. — О… — усмехнулась Белла, отворачиваясь, — у нее хорошо выходит приземляться на все четыре лапы, уверена, она догадается держать рот на замке. В ее словах было столько забытой горечи, что Каллен вздрогнул. — Беллз, — позвал он жену, — пожалуйста, прекрати. После стольких лет вспоминать о прошлых обидах глупо. Ты ведь понимаешь это? — Кого ты обманываешь? — покачала головой Белла, — я видела твое лицо, когда вы привезли Роберта. — Не говори глупостей, — раздельно произнес Эдвард, — твоя сестра осталась для меня в прошлом. — Да, — усмехнулась Белла, — но она по-прежнему для тебя кое-что значит, раз ты так стараешься ее выгородить. Секунду Каллен молча смотрел на жену, потом покачал головой. — Тебе надо отдохнуть, поохотиться, — произнес он, — потом и поговорим. Потянувшись, он хотел привлечь ее к себе поближе и обнять, но она ловко выскользнула из его объятий и растворилась в ночи. Поведение Беллы разозлило Эдварда больше, чем он мог себе представить. Все эти годы он был уверен, что проблема по имени Мария в его отношениях с женой исчерпана. Как оказалось, нет. Совершенно неожиданно Беллу повело на ревности. И ладно было бы к чему придраться в настоящем, так нет, она ревновала к тому, что было в прошлом. Глупое ребячество, иначе и не скажешь. Неужели Белла так плохо его знает, что думает, будто он может вернуться к Марии? Этому не бывать. Эдвард не собирался что-либо менять в своей жизни. Он уже сделал свой выбор, и время показало, что Белла не была ошибкой. Но, как бы там ни было, именно это неожиданное безразличие и холодность со стороны Беллы и послужили толчком к тому, что Эдвард решил поцеловать Марию. Все вышло случайно, он этого не планировал... Просто в какой-то момент, находясь в одной комнате с женщиной, которую когда-то любил, ему вдруг нестерпимо захотелось снова почувствовать ее в своих объятиях, снова ощутить ее поцелуй на своих губах. И, ухватившись за первый попавшийся в разговоре предлог, он так и сделал. Эдвард, конечно, понимал, что обнимает ее в первый и последний раз. Понимал, что не позволит себе переступить границу. Даже несмотря на натянутые отношения с Беллой. Но желание вернуть прошлое, проверить свои чувства, в которых была так уверена Белла, взяло вверх. И стоило только ему поддаться своим желаниям, стоило почувствовать, как затрепетала Мария в его объятиях, как он осознал, что совершил ошибку. Этого не надо было делать. Прошлое не стоило возрождать. Потому что оно, как оказалось, вполне могло перевернуть его жизнь с ног на голову.