Мой учитель

      Снова учебные дни. Снова рано звенит будильник, снова нужно подниматься на учебу. Но после того, что случилось... Мне очень стыдно появляться в школе, смотреть в глаза Мистеру МакКуину. Господи, как же мне стыдно. Я никогда подумать и не могла о том, что это все произойдет, причем так быстро.       Когда я пришла в школу, мне как сам Бог велел встретиться взглядом с физиком. Это были самые ужасные мои 4 секунды в жизни... хотя нет, было и похуже. Эти синие глаза так и смотрели прямо в душу, прожигая очередную дыру и вызывая некомфортные чувства. Но я вдруг почувствовала те самые чувства, которые я чувствовала к нему, когда впервые его увидела. Ту ненависть и злость, но одновременно что-то смешанное со всем этим. Так, ладно, ничего с этим уже не поделаешь, не думаю, что мы будем общаться как прежде.       Я отправилась на первый урок в кабинет информатики. Там меня уже заждалась Ариана. Я не успела ей рассказать о произошедших со мной совершенно выходящих из ряда вон событий и не думаю, что расскажу вообще, так что мне придется молчать до тех пор, пока все не уладиться. Ко мне до сих пор по прежнему отвратительно относятся те самые девчонки, которые отбивали у меня так называемую «любовь всей моей жизни». Я спокойно зашла в кабинет и села на свое место, ко мне рядом сразу же подлетела Ариана. Сейчас мне либо придется выкручиваться по полной, либо мне придется врать, то есть выкручиваться по полной, либо рассказывать правду. — Ну что, как провела свои выходные? — Радостно спросила у меня Ари. Мне нечем было ответить. У меня не было мыслей в голове. — Ну, как обычно. Ничего нового. — А как же тот молодой симпатичный? — Ариана, пожалуйста, мне не до этого сейчас. — Думаю, по ее лицу было видно, что она начала догадываться о тех ужасных событиях.       В целом урок прошел довольно обычно. Сегодня физики нет, зато есть дополнительные. Отлично, будем краснеть. Еще разу раз на переменах мы сталкивались взглядами с Мистером МакКуином и мне не становилось от этого легче. Это то чувство, когда ты уже был с человеком настолько близок, что между вами могла проскользнуть мысль о настоящих отношениях и не важно кто кого был бы старше. Но видимо я снова ошиблась в человеке и до последнего думала, что меня и он использовал. Но зачем? Для чего?       Последний урок. Я судорожно, сильнее сжимая сумку, направляюсь в кабинет физики. Он ничего не говорил про отмену занятий, значит они должны быть сто процентов. Сидя в коридоре возле его двери, я теребила эту чертову сумку как могла. Мне кажется, что вся эта искусственная кожа давно слезла с нее, сыпясь с моих рук черными ошметками. Я услышала шаги, приближающиеся к кабинету. Да, так и думала. Это он. Он открыл кабинет и попросил меня зайти. Я послушно направилась к кабинету, а позади меня, после того как я вошла, дверь закрылась на замок. Неужели опять? — Пожалуйста, можешь пройти к столу и сесть за первую парту, — Ну... хорошо. Я старалась с ним не общаться. Слишком много позора, так сказать, — Слушай, я не хочу снова ввязываться в твою жизнь, я много делов всяких наделал в ту ночь, мне правда жаль. Все эти мои косяки и непонятный бред, который я нес тогда и... — Но Вы же помните, что Вы мне сказали, когда мы сидели за столом? — Мне пришлось его перебить. Внутри меня играл целый спектакль эмоций, а мои руки трясло. — Про мою бесконечную любовь к тебе, которая началась еще тогда, как только я увидел тебя? — Именно! — Я не смог насобирать в себе смелости сказать тебе об этом, но... — Но что? Все эти Ваши слова — пустое место? — Я был пьян, Салли. — А вот это мне не понравилось. Какого черта он это мне говорит? — Зачем Вы мне это сейчас говорите?! Зачем?! Значит Вы меня совсем не любите, я Вам не нравлюсь и так уж вышло, Вы целыми днями бухали и я была у Вас на примете как самая охуенная молоденькая телочка для траханья? Или что?! — Я была невыносимо злая. У меня все кипело внутри, я никогда не материлась вслух, но похоже сегодня особенный день. — Что за бред ты несешь?! Эти тупые суки из твоего класса так и требовали, чтобы их выебали, причем выебали так жестко, чтобы у них ноги подкашивались. Если по-твоему я такой баклан и бабник, то ответь мне на вопрос: почему они до сих пор не побывали у меня между ног? Как ты думаешь? Неужели ты действительно не видишь очевидных вещей! — О каких очевидных вещах Вы мне говорите? — Да о том, что я люблю тебя! Услышь уже это наконец то! Я пьянствовал дни и ночи напролет потому что я не мог смириться с тем, что полюбил школьницу, с тем, что меня пытались соблазнить какие-то проститутки малолетние, чтобы я потом отсиживался в инкубаторе туберкулеза, чтобы потом сдохнуть где-нибудь в переулке, — Он впервые в жизни кричал и ругался со мной. Я никогда не слышала его голос во всей его красе. Он всегда разговаривал так спокойно и так мило, особенно со мной, но сейчас это переходит все границы, — Я люблю тебя и тот раз, тот раз, тот самый день, когда ты сидела на моем столе, я думал, что будет все... все... именно так, как должно быть.       Я не могла больше терпеть. Это слишком. Я подошла ближе и впилась своими губами в его губы, углубляя поцелуй. Не могу поверить, что это делаю я. Он быстро усадил меня на письменный стол. Было уже совершенно певать на то, услышали ли учителя из соседних кабинетов этот тупой и бессмысленный ор или нет. Казалось, что сейчас мое сердце выпрыгнет, настолько сильно оно билось...