девять
15 октября 2019 г., 15:30
Бен совсем потерял голову. Спрятав лицо в ладонях, он застонал, желая целиком раствориться на месте, вместо того чтоб разгребать последствия своих ужасных действий. Как он мог настолько осмелеть? Как он мог так воспользоваться ею? Это всё игра. Это всё не по-настоящему. На самом деле она не хотела его, это всё просто для вида. И он всё испортил.
Как обычно.
Бен не замечал ничего вокруг, зацикленный на собственном смятении, поэтому почувствовав, как матрас прогнулся, и ощутив рядом с собой тепло её тела, он чуть из кожи не выпрыгнул.
Устроившись на боку, она прижалась к нему и нежно обняла, притягивая к себе поближе. Он сдался без боя, совершенно не понимая, что происходит.
— Ты никогда прежде не занимался ничем подобным, да, Бен? — тихо спросила Рей, поглаживая его по волосам. Не в состоянии ответить, он лишь с трудом сглотнул и отрицательно покачал головой. А потом и сам лёг набок, а она прижала его лицо к своей груди. По всей видимости она успела снять свитер, и он уткнулся лицом в мягкое декольте, прикрытое одним лишь розовым кружевным бюстгальтером.
— Ш-ш-ш, всё хорошо, — прошептала она, стоило ему задрожать в её объятиях. — Это естественно — после такого чувствовать себя непривычно, опустошённо и виновато.
Он судорожно вздохнул и уткнулся лицом в её прикрытую кружевами грудь. Одной рукой она успокаивающе поглаживала его по спине, между лопатками. Плавное, неторопливое дыхание девушки и ровное сердцебиение под его щекой понемногу успокаивали, помогая ему прийти в себя.
— Прости меня, Рей, — прошептал он ей в грудь. — Я не хотел причинять тебе боль. Не хотел пользоваться тобой.
Она тихонько мурлыкала, зарывшись пальцами в его волосы.
— Ты этого не делал. Не сделал мне больно. Или ничего такого, чего бы я сама не хотела. Не извиняйся, Бен. Прости, что поставила тебя в такое положение. Если кто и воспользовался ситуацией, то только я.
Отрицательно хмыкнув, он покачал головой. Разве это могло быть её виной? Она же здесь совершенно не ради его отвратительных желаний. Его пальцы рассеянно крались под кружево лифчика, медленно приближаясь к мягкой груди, когда на него обрушилось осознание.
Он ведь платил ей за проведённое с ним время. А она не какая-то секс-работница. А если она согласилась на это лишь потому, что боялась остаться без оплаты? Замерев, он медленно убрал от неё пальцы. И вопреки всему надеялся, что она не заметила, куда он собирался залезть.
Рей не какая-то разовая эскортница. Она стоит гораздо большего. Она заслуживает кого-то получше, чем он. Тяжело сглотнув, Бен сел, избегая её взгляда.
— Я... Ох. Кажется, у меня есть лишняя рубашка. Если понадобится, — он старался говорить как можно более отстраненно и профессионально. Ну, насколько это возможно с женщиной, от которой до сих пор пахло сексом. Боже, какой же он извращенец, раз умудрился это заметить.
Отвернувшись от неё, он зарылся в старый комод в поисках чего-нибудь, чем она смогла бы прикрыться. Этот ёбаный свитер оказался дохлым номером. Ему просто придётся купить ей новый. Встав с кровати, она не произнесла ни слова, но он слышал, как она ходит по комнате. Наверное, пытается привести себя в порядок. Достав старую клетчатую рубашку, он встряхнул её, предварительно понюхав. Запах показался ему нормальным. Снова повернувшись к ней и не отрывая взгляда от пола, он протянул ей рубашку. Которую она так же молча взяла.
Он испортил всё просто охуеть как.
Желая собраться с мыслями и хоть немного привести свои волосы в порядок, он на мгновение отвлёкся. А когда, наконец, обернулся к Рей, она уже надела его рубашку, концы которой завязала в узел на талии, просто бесподобно демонстрируя подтянутое тело и крошечный участок животика, выглядывающий между узлом и поясом леггинсов. Ему открылся беспрепятственный вид на её бёдра, которые прежде скрывались под слишком большим свитером. Сглотнув, он отвернулся, надеясь, что она не заметила его пристального взгляда. Какой же он подонок.
Она глубоко вздохнула, словно пытаясь успокоиться, прежде чем шагнула вперёд и с улыбкой взяла его за руку. Он улыбнулся ей в ответ, и они вместе вышли из его старой спальни.
Когда они вернулись в гостиную, было очевидно, что его семья разговаривала вполголоса. Они резко замолчали, стоило Бену и Рей войти в комнату. Его мама слегка улыбнулась им.
— Теперь всё в порядке, родной?
Он лишь кивнул и тяжело опустился на диван. Рей аккуратно примостилась к нему на колени. Должно быть, ей больно. Он так и знал, что поступил с ней слишком жестоко.
— Хорошо. Очень хорошо, — Лея, казалось, не находила слов. У его матери такое определённо было впервые.
Люк одарил их странной улыбочкой.
— Ну, пока вы там занимались сексом, снег пошёл.
Широко распахнув глаза и вцепившись в диван, Бен замер.
— Да ёб твою мать, Люк! — судя по голосу, Лея была смущена.
— А что? Мы все их слышали, — как ни в чём не бывало заметил тот. А потом взглянул прямо на Рей. — Ты очень громкая в постели, моя дорогая. Не уверен, что ты в курсе.
Бен медленно перевёл взгляд на Рей, не зная, как поступить. Она довольно привлекательно покраснела.
— Извините, — пробормотала она, глядя на свои руки.
— Люк, Богом клянусь...
— Чего? Ты же сама хотела, чтобы я сказал им, что пошёл снег!
— Я не просила упоминать о сексе!
— Не понимаю, в чём проблема? Это же просто секс. Они бы подумали, что мы оглохли, если бы не услышали, как они занимаются сексом.
— Уж лучше б я оглох! — раздался мрачный ответ Хана.
— Это довольно лицемерно с твоей стороны. Я же прекрасно помню, как за год до рождения Бена всё лето торчал с вами в том уродливом старом фургоне. И даже не могу сосчитать, сколько раз мне приходилось слышать ваши стоны с заднего сиденья, пока я был за рулём.
— Это совсем другое! Мы были женаты! И никто из нас не был твоим ребёнком!
— Но Лея — моя сестра. Ты думал, я хотел слушать, как моя сестра всю ночь напролёт стонет твоё имя, Хан?
Лея возвела глаза к потолку и пробормотала себе под нос:
— Господи, спаси меня от этой семейки.
Сделав глубокий вдох и нацепив на лицо безмятежную улыбку, она вернулась к разговору, перебивая мужа и брата, которые продолжали спорить о том, кто громче всех стонал в «Соколе».
— Смысл бесцеремонности твоего дяди в том, что начался слишком сильный снегопад. И мы подумали, что будет лучше, если вы останетесь на ночь...
— Ни в коем случае, — Бен даже не стал дожидаться продолжения. Если у него есть выбор, он здесь не останется. Небольшой снежок не помешает ему вернуться в город, он просто поедет помедленнее, если придётся.
Глядя на него, мать нахмурилась.
— Я серьёзно, Бен. Там уже всё замело.
— Ничего страшного.
Раздавшийся голос отца напугал Бена. Он был уверен, что Хан пытается умертвить себя в углу комнаты.
— Бен, одумайся. Ну никак машина Рей не выберется по этим дорогам.
На этом Бен немного застопорился. Он и забыл, что Рей ездит на натуральном куске дерьма. Он посмотрел на неё, она пожала плечами.
— Не страшно, — не смотря на него, она рассеянно теребила нитку на его рубашке. — Уверена, что справлюсь.
Бен поднял взгляд как раз вовремя, чтобы заметить, как мать хмурится, подозрительно глядя на него.
— Если вы живёте вместе, зачем приехали раздельно?
Мгновение он таращился на неё в полной растерянности. Он понятия не имел, как на это ответить. В том, что они приехали на разных машинах, не было никакого смысла. К счастью, Рей подала сигнал прежде чем он начал слишком долго мямлить.
— По дороге сюда мне пришлось забрать свою машину из мастерской, и мы решили, что будет разумнее просто поехать на ней дальше, а не возвращаться и оставлять её дома.
Всё правильно сказала. Она горазда на импровизацию. Бен молча кивнул, поддакивая Рей.
— Тебе следовало просто оставить этот кусок хлама там, откуда взяла. В такую погоду эта машина ни за что не доедет до города.
Глядя на Хана, Рей слегка нахмурилась, а Бен за такое скотство смерил отца сердитым взглядом. Даже если старик прав. Он ни за что не позволит ей ехать на этой развалюхе домой в такую метель. Крепко обняв её, Бен прижал Рей к своей груди.
— Ну, если погода действительно настолько ужасна, полагаю, мы никуда не поедем. Можем остаться здесь.
Она взглянула на него, и глаза её сияли.
— Всё нормально, Бен, — тихо сказала она, чтобы услышать мог только он. — Нам не обязательно оставаться.
Он импульсивно потянулся и погладил её по щеке костяшками пальцев.
— Мы остаёмся, котёнок. И это не обсуждается.
Она слегка улыбнулась ему, но всё-таки кивнула. Он обнял её крепко, прижав к своей груди. Возможно, у него больше никогда не будет возможности обнимать её так, как сейчас, особенно после того, как он обошёлся с ней раньше. Это эгоистично и глупо, но перед родителями он мог притворяться сколько угодно. Она уткнулась лицом ему в шею, прижавшись носом к горлу. Было так легко притвориться, что всё это по-настоящему.
Он нежно погладил её по спине.
— Тебе нужно достать что-нибудь из машины, котёнок?
Покачав головой, она взглянула на него.
— Нет. Я оставила все наши игрушки дома. Не думала, что мы останемся на ночь, — она дерзко улыбнулась ему; Бен постарался не покраснеть.
— Переживёшь одну ночь без игрушек, милая? — с усмешкой спросил он.
Она подмигнула ему. Шалунья ему подмигнула!
— Уверена, мы сможем импровизировать. У тебя есть какие-нибудь старые галстуки, которые ты бы использовал на мне?
Господи. Эта женщина станет его погибелью. Он с трудом сглотнул, но кивнул.
— Уверен, что-нибудь мы найдём.
Рей снова приникла к нему, прижимаясь к его груди. Из-за этого его сердце забилось немножко быстрее, и ему пришлось себе напомнить — в который раз — что всё это не по-настоящему. Она не его девушка. Она здесь только потому, что он ей платил. Их отношения должны быть профессиональными.
Он нежно погладил её по спине, и она зевнула — самым широким и милым зевком из всех, что он когда-либо видел. Бен не смог удержаться от смешка и взглянул на неё сверху вниз.
— Ты хочешь спать, котёнок? У тебя был тяжёлый день.
Она тихо мурлыкнула и кивнула, едва приоткрыв глаза.
— Всё в порядке, малышка. Иди, отдыхай.
Она сонно улыбнулась и погладила его по щеке своей миниатюрной ладошкой. Её пальцы такие тёплые — он чувствовал след от её касания даже после того, как она убрала руку.
— Спасибо, папочка.
Он томился вместе с ней, наблюдая, как сонно она моргает, прижавшись к его груди. Во всех своих самых смелых фантазиях он никогда бы не подумал, что подобная ситуация станет настолько интимной. Держать её в объятиях не эротично даже, и всё же он испытывал трепет от того, насколько она ему доверяла. Она проводила с ним интимнейшие моменты, впустив в свои интимнейшие места...
А потом его мать откашлялась, как делала всегда, когда злилась или желала привлечь внимание. И момент оказался целиком и полностью испорчен. Он смерил Лею взглядом; беспокойство начало медленно поглощать все счастливые чувства, успевшие в нём накопиться.
— Прежде чем ты ляжешь спать, Рей, я хотела спросить, не подсобишь ли ты мне кое с чем на кухне?
Рей тотчас выпрямилась. Она слегка потёрла глаза и кивнула, вставая с его колен.
Бен тоже поднялся. Ни в коем случае он не собирался навязывать Рей свою мать. Он положил руку ей на поясницу, и они направились на кухню.
— Наедине, Рей, если ты не против.
О. Нехорошо это. Рей обернулась к нему, нахмурившись. «Что происходит?» явно читалось в её глазах, но у него не нашлось для неё ответа. Хорошего, во всяком случае. И всё же Бен кивнул. Наклонившись, якобы собираясь поцеловать её в щеку, он прошептал:
— Уверен, ничего страшного.
Кивнув, она последовала за Леей на кухню.
Тяжело сглотнув, Бен посмотрел ей вслед и снова медленно опустился на диван. У него возникло нехорошее предчувствие.
