Ограбление по-ведьмински

- Девушка! Девушка, Вы в порядке? Не молчите, дайте хоть знак какой! – орал почти что в ухо чей-то голос. Слова доносились словно через вату или глухую стену, не позволяя разобрать четкого смысла. Я не помню как и когда очнулась, как и то, где я вообще. Просто в один из моментов я поняла, что больше не сплю или лежу без сознания. Мозг работал очень вяло и лениво, с трудом анализируя информацию. Очень болела голова, преувеличением не будет , если сказать, что она просто раскалывалась. Такое ощущение, что мне в череп со стороны затылка забили ржавый гвоздь. С трудом разлепив глаза, я попыталась сфокусироваться на источнике звуков. Перед глазами было до нельзя нечеткое красное пятно. Угадать в красном размазанном шарике человека можно было разве что по голосу. Мужчина, судя по тембру. Несколько долгих мгновений я просто лежала не в силах двинуть и пальцем. Тело реагировало на все вялые приказы мозга под стать ему. Однако, стоило незнакомцу потрясти меня, в попытке привести в себя, как зрение наконец-то сфокусировалось. Толстый бородатый мужик в красной рубашке. Жаль, видимо правы были мальчишки в детстве, что эту рыжую не-красавицу разбудит свин, а не принц. Вместо того, чтобы попытаться как-то встать, я лишь глупо хихикнула. Мужик принял это за сигнал моего понимания его. Что-то обеспокоенно лепеча, незнакомец подхватил меня подмышки, помогая встать. Ноги были словно из желе, но я сумела все же каким-то чудом тут же не завалиться назад. Меня вновь подхватили, на сей раз под руку, неодобрительно пробормотав что-то про школу и выпускной. Какая школа? Какой выпускной? Нет, ну со школой-то все понятно, но какой выпускной? Декабрь месяц на дворе! Декабрь… как-то странно звучит. На улице, точнее в каком-то переулке с кучей мусорок, между двумя из которых меня только что и достали, градусов под сорок. Жарко, как в аду. Неужели у меня температура еще выше подскочила? Тогда понятно почему мне так плохо и почему зима ощущается как в пустыне Сахара, но непонятно почему я при такой температурище не лежу, помираю где-то в больнице, а валяюсь посреди кучи мусорных баков. Мужик уверенно куда-то меня потащил из переулка. Не похож на сутенера или насильника, чем-то больше похож на булочника из типичных фильмов о средневековье. Еле-еле переставляя ноги, я плелась на буксире у незнакомца, очень вяло соображая, что вообще происходит, однако стоило только нам выйти из переулка и, проплетясь несколько узеньких трущоб, выйти на нормальную улицу, как мозг щелкнул, словно переключатель, резко заработав. Дома… Это были не типичные российские городские многоэтажки. Это вообще были не многоэтажки! Ощущение, что я очнулась где-то в Сирии или любой другой стране, где такие небольшие домики, словно из глины. Те самые домики, которые типичны для пустынных стран. В основном двух-трехэтажные, но накорнь отбивающие все сомнения, что я в России. В шоке я тупо уставилась перед собой, разинув рот. Мужик моей реакции не понял и что-то спросил, но я не слышала что. Мои глаза в панике бегали от одного дома к другому, цепляясь за прохожих. У прохожих была какая-то странная одежда: то с типично-американским уклоном, то вообще какой-то киберпанк! Стоило мне случайно наткнуться взглядом на человека, метра под три ростом, утыканного какими-то механическими трубками, как мой рассудок помахал мне ручкой, удалившись. В панике вырвав руку у помогающего стоять мне мужчины, я рванула вперед, не разбирая направления. Мужчина что-то кричал мне в след, но я не слушала, быстро переставляя подгибающиеся ноги и выжимая из себя максимум скорости. Сердце больно бухало об ребра, дыхание сбилось, ноги так и норовили подвернуться, но я в паническом ужасе продолжала бежать. Все проплывающие мимо меня дома слились в единую полосу. Прохожие еле успевали отскакивать с моего пути или это я испуганно шарахались при виде каждого, чей вид был, мягко сказать, не естественен для жителей моего города. Нет, можно понять рокеров там, панков или готов, у них своя субкультура и все такое, но они и встречаются очень редко, а тут каждый третий, если не второй! Вот только это далеко не панки, готы или рокеры это… у меня даже слов нет кто! Киборги и мутанты какие-то! Дом за домом, квартал за кварталом. Легкие чуть ли не разрывались от недостатка кислорода, мои вечно вьющиеся волосы растрепались и торчали под разными углами, закрывая мне обзор, но я продолжала бежать. Очень хотелось просто лечь и помереть – во рту все пересохло, а также очень кружилась и болела голова. Миновав очередную площадь, рынка судя по всему, и пробежав еще квартал, свернув на повороте, я резко впечаталась в кого-то. Серый пиджак, очень воняющий дорогущими духами – это все, что я успела запомнить перед тем, как на меня наставили винтовки три человека, что до этого молчаливо следовали за этим «кем-то». Впав в крайнюю степень паники и онемев от этого, как голосом, так и лицом, я что есть силы рванулась в бок. Моя рука, что лихорадке от ужаса вцепившаяся в пиджак неизвестного, что-то сорвала с пиджака этого человека. За спиной раздался вопль, а затем отчетливое «Воровка!». Не успела я ничего толком осознать, как в опасной близости от моего плеча пронеслась пуля. Меня сорвало окончательно. Растеряв все остатки разума, я еще быстрее рванула по улицам, в надежде затеряться в толпе. Толпы, как назло, несколько долгих пересечений улиц не было. Выбежав на более или менее людную улочку, я попыталась затеряться в скудной толпе куда-то спешащего народа. Толпа, под выкрики того человека в сером пиджаке и звуки стрельбы бежавших за мной телохранителей, с криками шарахалась от меня. По ощущениям я стерла себе все ноги кедами, но мне было не до этого. Нырнув в очередной переулок, к счастью имеющий несколько путей отступления, я, пробежав до ближайшего поворота, резко занырнула в мусорный бак, затихнув. Из-за глухих ударов сердца и никак не возвращающегося в норму дыхания, я почти ничего не слышала из происходящего снаружи, поэтому искренне молилась всему и вся, чтобы мое тяжелое дыхание никто не услышал. Пытающийся отдышаться мусорный бак – это что-то с чем-то. Мимо такого точно не пробегут не остановившись. Нет, все же я могла слышать происходящее снаружи. Истерический визгливый ор какого-то аристократа, у которого я что-то невольно украла, и звуки приближающихся к мусорному баку телохранителей отрезвили меня. Зажав руками нос и рот я старалась не издавать ни звука, но выходило это хуже некуда: то и дело слышались какие-то сдавленные задыхающиеся попискивания. Не знаю благодаря кому или чему, бугаи пробежали дальше по повороту. Все еще не веря своей удаче и тому, что меня не убили, я продолжала сидеть в мусорном баке. Не знаю сколько времени прошло с того момента, как качки-телохранители пробежали мимо мусорки, но я не решалась из нее показать и носа. Мне казалось, что стоит лишь только чутка высунуться и глянуть ушли ли те люди, как меня тут же схватят и убьют без всяких церемоний. Время шло. Тишина. Я успела уже задремать, но выкинутый прямо мне на голову мешок с мусором заставил меня мигом очнуться. Подождав пока человек, выкинувший мусор, уйдет, я аккуратно вылезла из мусорного бака. Видок у меня был еще тот: запылившиеся и все перемазанные в какой-то дряни кеды, ляжки с которых свисали остатки чьей-то лапши, осенний плащ, промокший от пота и весь изгаженный содержимым кошачьего лотка. О том, что было сейчас с моими волосами, я старалась не думать. Брезгливо стащив с себя осенний плащ, я выкинула его во все тот же мусорный контейнер – там этому предмету гардероба теперь самое место. На каменистую землю что-то шмякнулось, когда я выкидывала плащ. Недоуменно посмотрев себе под ноги, мои глаза обнаружили какую-то брошь. От вида этой броши мне захотелось залезть обратно в мусорный бак и похоронить себя там. На земле лежала золотая брошь, размером с кулак взрослого детины, в центре которой сиял, отсвечивая бликами солнца, гигантский драгоценный камень. Не нужно быть ювелиром, чтобы понять, что каменюка самый настоящий бриллиант и на его стоимость можно купить себе небоскреб, а то целый квартал небоскребов. Вот ведь "повезло" же. Трясущимися руками подхватив брошь и рассмотрев ее вблизи, я поняла, что помереть в мусорном баке – это не самая страшная участь. По бокам от каменюки красовалась россыпь каменюк чуть поменьше. Мне резко поплохело. И что теперь мне с ней делать? Меня же убьют! Я не знаю где я, но точно не в России. Негнущимися пальцами вцепившись в брошь и прижав ее к груди, я в ужасе начала оглядываться по сторонам. Никого не было. Подворотня, в которую я забежала, была на редкость глуха. Громко и ощутимо сглотнув, я еще раз метнула взгляд по сторонам. По-прежнему никого. Сколько я просидела в мусорном баке неизвестно, телефон и наручные часы я оставила дома, не посчитав нужным их брать в минимаркет, поэтому я могу лишь только гадать сколько сейчас времени. В памяти всплыли слова ОБЖешника о том, что время можно определить по солнцу, поэтому я тут же задрала голову вверх. Увиденное в небе заставило меня, мягко сказать, охренеть. Солнце. Два Солнца. Две звезды, находящиеся рядом друг с другом, нет не в паскалях или как их там… парсеках вроде, а в буквальном смысле рядом друг с другом и образующие единую Солнечную систему. Ноги подкосились и я послушно бухнулась на колени. Я не дома. Не дома я. И если до этого момента я думала, что меня похитили, продали за рубеж, а потом почему-то выкинули, сравняв с мусором, то теперь я даже не знаю что и думать. Я не дома. Не в своей квартире, не в своем городе, не в своей области, не в своей стране и даже не на своем материке… Я даже не на своей планете! Да что там, я даже не в своей Солнечной системе! И это ни капли не смешно, если, конечно, вдруг наше Солнце не решило поделиться пополам. Не помня себя и не зная как, я встала с колен и, прижимая к себе брошь, куда-то пошла. В голове было пусто, мозг просто отказывался думать не в силах проанализировать сложившуюся ситуацию. В себя я пришла лишь только тогда, когда впечаталась носом в висевшее на веревках белье. Веревки? Подняв взгляд с земли, я поняла, что успела каким-то образом по безлюдным подворотням уйти в самое начало городка. Стоящие рядом друг с другом дома приобрели чуть большее расстояние между собой и обзавелись мелкой, от силы три на два метра, пародией на огородики, в которых вместо чего-либо из зелени, стояли такие как столбики с развешенной одеждой. Уличные сушилки? Тихо проходя мимо домов с сушилками и случайно заметив в одном «огородике» висящие предметы гардероба, не являющиеся спальными, как у соседских сушилок, я воровато огляделась. Жить хотелось нестерпимо, не обязательно долго и счастливо, но еще хотя бы десяток лет – это точно. В таком виде, как я выгляжу прямо сейчас, я далеко не уйду. В первой же людной подворотне меня сдадут на милость полиции, благо, что мой образ запомнило много народу. Прохожих не было и из окон никто не смотрел. Тихо прокравшись к висящей на веревках одежде, я быстро пробежалась по ней глазами. Панталоны, юбка, размера этак шестидесятого, мужские труселя, пара носков, чей-то лифчик, водолазка, того же размера, что и юбка, три рубашки и что-то кожаное. Еще раз оглядевшись по сторонам и убедившись в отсутствии свидетелей, я стащила с веревки это «что-то кожаное». «Что-то» оказалось наемничьим костюмом, похожим на гибрид костюма Дэдпула и брони Гильдии Воров. Броня-костюм была изрядно потерта и вытянута в некорых местах, но она, несомненно была лучше, чем моя ночнушка. Около столбика нашлись и сапоги от комплекта кожаного костюма. Велики. Даже невооруженным глазом видно, что это не мой размер. Прямо тут, не отходя от белья, стащив с себя ночнушку и кеды, я натянула на себя кожанный костюм. От кожи было жарко и душно, но это намного лучше, чем обгореть от лучей двух светил. От лучей лишь только одного солнца рыжий человек обгорает лишь только так, а тут их целых два! Сапоги, как и ожидалось, были велики, но обуть их после моих узких кед оказалось манной небесной. Повертев поочередно в разные стороны ногами, я убедилась, что пара лишних сантиметров в носках – это не смертельно и бежать можно. Да и коричневый кожаный костюм в пустыне – это ведь не черный, поэтому тут же обгореть и свалиться от солнечного удара я не должна. Вот только костюм не очень удобно провисает в области колен, паха и подмышек, а также жмет в груди, но ничего потерплю. Стащив с веревок еще единственные из оставшихся нормальных предметы гардероба – три рубашки, я тихо пошла на выход, прижимая к груди свои обновки, под которыми так удачно была замаскирована брошь. - Эй! Ты что это творишь?! – раздался мне в спину гневный оклик, стоило только мне подойти к калитке. Я застыла на месте не в силах и мускулом дрогнуть. Проклятье! А я ведь была так близко! И что теперь делать? Медленно, чтобы еще больше не рассвирепеть оравшего, я обернулась. Из окна второго этажа того самого дома, в чьем «огородике» я только что одолжила одежду, свисала, кхм, мадам. Размера этак шестидесятого мадам. Как по возрасту, так и по телу. Мадам обладала голосом на редкость скрипучим и противным, поэтому, стоя к ней спиной, я не сразу поняла, что кричала женщина, а не профессиональный алкаш. Мадам не переставала меня заживо сжигать своим мутным взором и уже хотела завопить на всю округу «Вор!», однако мое паникерство опять сработало, на этот раз в нужный момент. В детстве я очень любила различные фокусы и сама хотела стать, когда вырасту, фокусницей, поэтому за моими плечами сейчас множество различных программ и передач про фокусы. Увы, но чем больше мне становилось лет, тем больше на мои мозги капали родители, говоря, что это не профессия, а непонятно что и с ней я никуда не устроюсь. Бывало дело доходило даже до скандалов, в конце концов я не вынесла и согласилась стать хирургом, как этого и хотела мама. Однако все навыки фокусов, подцепленные мною из передач, никуда не делись, хотя за столько лет уже изрядно поистрепались, да и я забыла большую часть трюков. Знаете какой мой самый любимый фокус? Это когда фокусник взмахивает широкой тканью, походящей на простынь, и исчезает. В детстве я часто пыталась повторить этот трюк с полотенцем, но у меня почему-то никуда исчезнуть не выходило. Поэтому сейчас загнанный в тупик мозг не нашел ничего логичнее, чем впопыхах достать одну из рубашек, швырнуть ею в мадам и, пока ткань в полете раскрылась, нырнуть под забор, а затем быстро поползти на коленках в сторону ближайшей подворотни, прижимая к себе брошь и две честно награбленные рубашки. Где-то позади страшно вопила мадам и к ее противному голосу прибавилось еще несколько, но я к тому времени уже успела затеряться среди домов. Нужно было срочно выбираться из этого городка. Вот только куда? И где я вообще…