Вампир с дефектом!

В больнице врачи толком ничего не могли рассказать, но Рик добился своего. Кирилл стал его подопечным официально. Больница не может допустить к тому правоохранительные органы без присутствия самого Рика. Значит, неожиданных переводов не будет. Затем состоялся жаркий спор с прокурором, которому поручили это дело и, как всегда, победил в споре Рик, а вот прокурор, злясь и пыхтя, покинул больницу ни с чем. Рик уже хотел покинуть больницу с Артемом, который грудой мышц действовал на прокуроров безотказно. Те внимали каждому слову Рика. Он-то понимал, что это нечестно так нарушать психику людей, но вот в таком тандеме они работали великолепно. Артем зачищал, создавая проблемы Рику, при этом поддерживая его просто своим присутствием. Его остановил скулеж в палате, на которую Артем показывал, говоря, что там парень, которого нашли на месте зачистки. Что его заставило зайти, хотя прежде он спокойно проходил мимо, он и сам не мог ответить. Но главное, что зашел. Внутри был тусклый свет, так как парень долгое время провел в темноте и травмировать его нельзя. Сам парень сидел на полу, в комнате, забившись в угол, тихо подвывая. Настолько тихо, что Рик услышал лишь благодаря сильному слуху вампира. — Привет, малыш, — прошептал Рик на грани слышимости. Парень лишь сильнее задрожал, обняв ноги, и сжался в такой маленький комочек, чтобы его никто не заметил, что Рик едва не расплакался от сочувствия. — Маленький, ты больше не один, — прохрипел из-за кома в горле Рик, желая добиться хоть какого-то ответа. — Ты знаешь, что тебя больше никто не обидит? Парень лишь бросал взгляды из-под длинной грязной челки, но молчал, главное — Рик смог заметить, что внутри теплится надежда. Надежда, что ему просто помогут. Он все время, что был там, надеялся, что его спасут, но помощи не было, и надежда все глубже и глубже пряталась, но она до сих пор есть. — Я понимаю, тебе страшно, — садясь на пол в метре от ребенка, прошептал Рик, не обращая внимания на пол, который выглядел не сильно чистым и был довольно холодным, ему нужно находиться с ним на одном уровне, чтобы тот не боялся его, а смотрел прямо в глаза. После такого насилия страшно, когда кто-то возвышается. Это подавляет и заставляет стать еще меньше в надежде, что не заметят. — Ты боишься довериться и поверить. Но я клянусь, все закончилось! Ты в безопасности, — проговорил Рик, даже не пытаясь прикоснуться к ребенку, боясь спровоцировать то, что он еще больше закроется. И ребенок легко, но покачал отрицательно головой, это приободрило Рика. Он отключился, забыв, что неподалеку стоит Артем и проходит медперсонал. — Со мной тоже когда-то такое случилось. Я помню этот страх. Боль и злость на всех! Ведь никто не приходил, чтобы избавить меня от кошмара, в котором я оказался, — шептал Рик, делясь своей историей. Той, которую никому не рассказывал. — Я так долго был в кошмаре, что перестал верить. А когда мне помогли и спасли, я долго не мог поверить в это и так же искал место, где меня не заметят, чтобы не было больно, — он говорил и говорил, замечая, что ребенок поддается. Он приподнял голову и заинтересованно слушал. — Как вы могли пустить к ребенку вампира, из-за них тот так настрадался! — закричал истеричным тоном доктор, пытаясь пробраться мимо Артема. Видимо, это психолог, которому самому пора к коллеге наведаться. Таким тоном кричать у палаты пациента с нарушенной психикой нонсенс. Ребенок забился в угол, накрывая руки головой, но лишь на мгновение, заметив, что мужчина, бросившись к нему, не нападает, а, наоборот, прячет за собой. Не дает страшному человеку даже увидеть его. Подросток, подняв глаза, просто прижался к мужчине, плача беззвучно, но с надрывом. От него пахло безопасностью и домом. То, чего он давно не видел и даже толком не помнит. Его быстро обняли, развернувшись и крепко прижав к груди. Ласково и нежно поглаживали по спине, шепча слова успокоения и поддержки. Это то, что нужно было ребенку. Простое участие и теплые объятья, обещающие безопасность. Он долго плакал, даже не замечая, как Артем, устав слушать доктора, за шкирку оттянул его от палаты, вырубив предварительно. Тактичностью он не отличался. Тем самым и добавлял работу его отделу. — Как тебя зовут? — спросил Рик, когда всхлипы прекратились, а дыхание выровнялось, но кулачки, которые держали рубашку, так и не разжались. — Тима, — тихо ответил парень. Внутри чувствовалось опасение, но страха перед мужчиной он не испытывал. Он доверился, теперь главное не потерять это доверие. — Ты можешь остаться здесь, — проговорил Рик, но мальчишка так сжался на его коленях, в попытке скрутиться, что причинил боль Рику, но тот стерпел и даже не поморщился. — А можешь поехать со мной. К моей семье. Там есть два маленьких ребенка, которые будут очень рады с тобой познакомиться. И очень энергичный омега, который позаботится о тебе, он очень эмоциональный. — С тобой, — проговорил тот с тихой надеждой, вновь расслабляясь, когда понял, что его не бросают вновь одного в той темноте, что окружала его. Как наяву, так и во снах. — Только не пугайся, — предупредил Рик и на вопрос в глазах ребенка заговорщицки продолжил. — Омега настолько будет тебе рад, что может тебя сильно заобнимать и зацеловать. А малышня попытается показать тебе все и заставить участвовать в их играх, — серьезно заметил Рик, на что ребенок не знал, пугаться или улыбаться ему. — Но если тебе это все не понравится, то сразу говори, и они не будут так на тебя наседать, — заметил Рик, внимательно вглядываясь в глаза ребенку, чем надеялся показать всю свою уверенность и радость от его присутствия. — Они просто очень любят, когда к ним приходят. — Я постараюсь, — пообещал он, но Рик видел сомнения. — Не бойся. У меня очень хорошая семья. Она мне помогла, когда я нуждался в ней! — убежденно заметил Рик, поднимая подростка, который ничего толком не весил, а его острые когти причиняли боль. — Артем, не дай кому-то с нами заговорить. Не хватало таких крикливых врачей встретить еще, — попросил Рик на грани слышимости, прикрывая ребенка. Он был высоким, но не настолько, чтобы трудно было его нести. Полтора метра роста, а умудрился скрутиться на руках в маленький комочек, пряча глаза в рубашке. Артем хмуро, но кивнул. Рик видел, что тот сочувствует пареньку и даже обрадовался, что к нему нашли подход, хотя за два дня никто не смог этого сделать, но вот его хмурая морда сбивала всех с толку. Поэтому его боялись все. Но вот ребенок отреагировал на нее спокойно. Видимо, посчитав, что оба достойны доверия. Ведь слышал, как Артем его защищал. *** — Ты домой? — подняв трубку, сразу спросили без приветствий. — Да, но со мной компания, — предупредил Рик, сидя на заднем сидении своей машины, в то время как Артем их вез к нему домой, умело управляя его машиной. — С тем красавчиком? — весело спросил он, удивляя Артема, который бросил странный взгляд в зеркало заднего вида. — Не только, — ответил Рик, закатывая глаза к крыше машины. — Познакомлю тебя с малышом Тимом, который сильно пострадал и ему очень нужна семья, — добавил Рик, поглаживая парня по лохматой голове. Первым делом отмыть и накормить. — Ты словно щенка в дом ведешь, — заметил со смешком омега, но чувствовалось, что он понимает, о чем речь и явно начал приготовление к приему ребенка. — Щенка, да только человеческого. Оборотень, вид не знаю, он сильно травмирован, так что сразу приглуши свет и договорись с малышней, чтобы не было криков и вообще громких звуков. — Я все понял. К твоему приходу все будет готово, — оповестил тот, прежде чем бросить трубку, как всегда, не прощаясь. — Как его зовут? — неожиданно спросил Артем, следя за ними через зеркало заднего вида. — Айви?! — вопросительно приподнимая бровь, ответил Рик. — Красивое имя, и ему удивительно подходит, — сделал Артем комплимент, что из его уст было удивительно слышать. — Я передам, — шокировано заметил парень, смотря на него странно. — Почему ты так на меня реагируешь? — неожиданно спросил Артем устало. — Ты же не боишься, но я не могу понять твоего отношения ко мне! — видимо, любопытство ему присуще, как и всем кошкам. — Ты меня сильно раздражаешь, — признался Рик, смотря ему в глаза через зеркало, он заметил, как тот дернулся, но подумал, что показалось. Ведь тот фыркнул презрительно на его слова. — Ты наглый и самоуверенный оборотень, который требует к себе все внимание, не думая, что кто-то может быть занят. Для тебя нет правил и ограничений. Ты постоянно смотришь на все свысока и с презрением, — разошелся Рик, заставляя мужчину удивленно вскинуть брови. — И каждый раз, когда ты появляешься, я понимаю, что будут проблемы! Ты постоянно делаешь из меня наживку или бросаешь в середину операции, не предупредив о моем участии. Да я за время знакомства с тобой начал заниматься борьбой, потому что понимаю, что с таким отношением ко всему, какое у тебя, мне долго не прожить. Ты без зазрения совести бросишься в пучину драки, если в этом у тебя будет интерес. Ты идешь к своей цели не просто по головам, а по трупам, и не чувствуешь ничего. Дальше продолжать? — спросил Рик, откидывая голову на спинку и смотря на Артема сквозь прикрытые глаза. — А что, есть еще что-то? — уточнил Артем, не думая, что его действия со стороны выглядят именно так. — Много всего, да в деталях, но ведь тебе на все это плевать, — заметил Рик, усмехаясь уголками губ. — Я не думал, что и правда все с твоей стороны выглядит так, — ответил Артем. — Но я ни разу не бросил тебя без прикрытия и ни разу не оставил в гуще событий одного, — сказал тот в свою защиту, на что сам парень фыркнул. — Конечно, ведь потом мне же юридически и приходилось все разруливать, — напомнил Рик, отворачиваясь, чем и закрыл тему их разговора. Зачем говорить, если тому плевать? Зачем зря показывать, что тебе не плевать? Что ты чувствуешь? Когда они приехали, Тими пришлось будить. Ведь Рик боялся, что проснувшись, и сразу в незнакомом месте, парень испугается. Артем, махнув рукой, исчез в темноте, а спустя пару секунд послышался удаляющийся рокот его мотоцикла. Все на самом деле над Тимом охали и ахали. Сразу хорошо вымыв, а затем и накормив. Рик смотрел с теплой улыбкой на передвижение остальных в квартире, попивая специальный напиток для вампиров. Людская кровь под запретом, потому что вызывает безумие. Не сразу, но со временем ты просто не можешь остановиться, и тебе постоянно мало. Такие вампиры вырезали деревни. Пили до последней капли крови. Пока человек не умрет. Для этого и были придуманы заменители на основе оборотнической крови. ДНК оборотней смешивали с человеческой, добавляя искусственные усилители и подавители, и получался напиток для честных граждан. Оборотни являлись теми, кто стоял на защите людей и контролировал вампиров. Они не давали обезумевшим уничтожить всех. И их кровь имела питательную основу, которая не вызывает безумие. Утоляет голод, бодрит, но не приносит удовольствия. Нет взрыва вкуса. Нет возбуждения. Совсем ничего нет! Просто успокаивает жажду. Многим вампирам не нравились такие правила, особенно староживущим. Они вообще не признавали законы. Вот на таких отступников и охотится Артем. И несколько команд из кланов. Каждый отвечал за свой участок. Но Артем оказался самым яростным и непримиримым. Его боялись все. И даже свои! Раньше Рик думал, что странно, когда свои боятся так же, как и те, на кого тот охотится, но когда увидел, что тот идет по трупам, понял, почему. Ему плевать на жертвы, главное достичь результата. И он безумен во время битвы. Его зверь настолько силен, что Рик, впервые столкнувшись, едва сам не умер от сердечного приступа. Его сердце билось обычно слабо и медленно, но тогда словно стремилось пробить ребра. Настолько сильно оно билось. — Рик, ложись к Тими, он нас боится и старается отодвинуться подальше, а с тобой он чувствует комфорт и безопасность, — заходя, заметил омега, устало улыбаясь. Рик чувствовал вину, что повесил на него парня, но нежная рука омеги понимает лучше, чем он. — Хорошо. Ты как? — спросил парень, обнимая омегу за плечи, когда тот положил голову ему на плечо, обняв руками за талию. — Устал, но я рад, что Тими с нами. Ему сильно не повезло в жизни, и я его прекрасно понимаю. — Я тоже, — согласился Рик грустно и как-то сдавленно. — Ладно, пойду ложиться спать, и ты иди. Не стоит убирать и готовить на завтра. Встану, я сам все сделаю, — целуя того в щеку, проговорил Рик, улыбаясь тепло и ласково. — Ты знаешь, что ты лучший? — спросил он, улыбаясь, словно солнышко. — Я люблю тебя. — И я тебя люблю! — ответил Рик, прежде чем скрыться с кухни. Стоило ему выгнать близнецов и лечь на кровать под одеялом, в котором прятался Тими, как тот, словно лиана, облепил его всеми конечностями и, положив голову на плечо, засопел. Рик не противился, крепко прижав паренька к себе, прикрыл глаза. Он сильно устал, а завтра, как и много дней вперед, не обещало быть легким, так что стоит отдохнуть, когда есть такая возможность.