Созвездия наших ночей

      Блум всегда боялась ночи. До пятнадцати лет Блум спала с включённым светом и боялась, что если встанет с кровати, то её обязательно схватят за ногу. По ночам подростков преследуют кошмары. Зачастую. Это же само-собой разумеющееся, верно? И часто после таких кошмаров Блум чувствовала пустоту в груди. Всё казалось нереальным, словно... чужим?       В такие секунды девушка просила маму сделать ей чашечку горячего шоколада, отгоняющего дурные сны. Блум брала из кухонной тумбочки запрятанную засахаренную булочку, а в руку карандаш, запиралась в комнате и начинала что-то рисовать. Рисовала преимущественно фей и волшебные мира, хотя и сама не понимала такое влечение ко всякому потустороннему. И вправду, как такая трусиха, как Блум, может мечтать о чём-то подобном? Уж странно, это точно! — Не засиживайся допоздна, — Ванесса целует дочь в лоб, но в глубине души знает: Блум маму, конечно, не послушает. — Сладких снов.       Девушка что-то бурчит под нос и принимается выводить узоры на полупрозрачных нарисованных крыльях. Это всё фантазия. Разумеется, фей не...       Блум засыпает прямо на столе. Засыпает и слышит колыбельную. Кто это поёт?..

***

      Он молчит. Нахмурил брови. Размышляет о чём-то, да? Блум старается сидеть неподвижно, делать вид, что её совершенно не интересует, что там в мыслях у Валтора, но невольно разглядывает его лицо... Он всегда был таким невозмутимым, властным. Даже спокойным! Но теперь... Что значила его фраза: «Скоро наступит ночь»? Что побудило его схватить фею за руку и утащить в пещеру? Он испугался?.. Но чего? — Что значит «ночь» в этом мире? — Блум опускается на землю и отводит взгляд. Ей неловко от того, что она первая нарушила тишину и показала свою заинтересованность. Глупо. И он молчит. — То, о чем ты думаешь, связано с этим, не так ли? — говорит Блум совсем тихо и поднимает взгляд на мага.       Его ледяные глаза словно усмехаются. Валтор видит, что фея пытается скрыть свои настоящие эмоции к происходящему. Что она сдерживает себя, кусает губы, сжимает кулачки, но сдерживает. А ты изменилась, Блум. — Знаешь... — быстрым шагом подходит к выжидающей фее и наклоняется к её уху. Блум покрывается мурашками. — Я просто думаю над тем, какое бельё тебе подойдёт? Белое или чёрное? Сама как думаешь? — усмехается Валтор, а красноволосая в ту же секунду смущённо вспыхивает. Словно какая-то влюблённая девочка! — С тобой нельзя даже нормально поговорить! Ты... — Тише. Это шутка, — продолжает усмехаться маг. Блум злобно смотрит на мага и тут же прячет лицо в коленях. — Милая, на что же ты рассчитывала, задавая такие вопросы? — На адекватность, — буркнула девушка.       Ответом послужила громкая усмешка. Тишина. Блум поднимает голову — в темноте практически ничего не разглядеть, но она чувствует, что Валтора нет рядом. Голубоглазая обнимает себя за плечи. Холодно. — Я просто, — Блум смотрит в темноту и знает, что её не услышат. А хотела бы она этого сама? — не хочу быть одной во тьме. — Рано или поздно окажешься. И тогда остаётся лишь принять эту тьму, — неожиданно рядом раздаётся голос Валтора и Блум вздрагивает. И почему она не почувствовала его присутствие? — Мне повезло: я всегда был тьмой, — ухмыляется мужчина. — Всё сущее рождается из света и становится тьмой впоследствии, — замечает Блум. — Мудро. Но слишком сопливо. Тьма всегда существовала рука об руку со светом и нам просто не повезло оказаться по обеим сторонам баррикад.       Блум молчит. Считает, что Валтор не видит, как она нервно кусает губы. Но у Валтора зрение, как у ночного хищника. Видит каждую деталь, тьма не является преградой его зрению. «Не нервничай, Блум» — Ночь здесь другая, — начинает Валтор. — Не такая, как в Магиксе, или на той же Земле. Сущие твари, неуспокоенные души буквально вырастают из ниоткуда и ходят по этой земле. Поверь мне, ничего отвратительнее я не видел, — маг резко замолкает и поджимает губы, вероятно, вспоминая нечто неприятное. — И это происходит каждую ночь. Велик шанс превратиться в такую же дрянь. Но, к счастью, ночь и день здесь сменяют друг друга, — мужчина ухмыляется.       Блум нутром чует, что Валтор чего-то недоговаривает. Есть некая важная деталь о ночи, которую маг по некоторым причинам решил не упоминать. Но голубоглазая молчит и мысленно благодарит мужчину за хоть какую-то информацию. — Но как же ты? Я? Тот зеленоглазый? Почему мы не... — Всё дело в силе воли существа. Чем сильнее, тем меньше риск превратиться в эту тварь, — тёмный маг раздражённо хмыкает. — Нашла время, чтобы вспоминать о Карбрее. — На самом деле у меня много вопросов и насчёт него тоже, — не с меньшей злостью отвечает Блум. — Но, как видишь, я нахожу в себе силы терпеливо ждать ответов, так как знаю, что ты обязательно обманешь. — Надо же, терпеливая говоришь? — фея готова поклясться, что Валтор ухмыльнулся.       Миллион шансов, чтобы раз и навсегда убить Блум, отомстить за свою смерть. Самыми разными изощрёнными способами. Какого чёрта он вообще обязан отвечать на её вопросы и помогать выживать в этом мире? Она должна благодарить его за великодушное не рукоприкладство! Но... Тот, кто умеет ждать — дождётся большего. И Валтор ждёт. Ждёт, чтобы воплотить в жизнь план, который зрел у него в голове со дня смерти. — Что ж, ты права. Но, обещаю, я всё тебе расскажу. Позже, — шепчет Валтор.       И Блум знает. Знает, что он лжёт.

***

— Чёртова кучка мух! — Сторми оскалилась и призвала молнии для атаки.       Люди оказались в безопасности благодаря феям и специалистам, что немало разозлило ведьм. Победная улыбка на смазливых личиках фей весьма... Раздражает. Расцарапать бы им лицо. — Сестра, дай мне самой разобраться, — ледяная ведьма вдруг ухмыляется. — Без Блум они куда слабее. — Иллюзия тьмы, — шепчет Дарси. — Не выйдет! — Стелла нахмуривает брови, — световой океан!       Свет Стеллы мгновенно освещает иллюзорное пространство Дарси и рассеивает заклинание. На удивление фей, Трикс лишь ухмыляются. Битва продолжается.       Феи нападают на Трикс снова и снова, а те, в свою очередь, отражают атаки и злобно смеются. — Видимо за годы вражды у них что-то сдвинулось в мозгу, — недоумённо проговорила Муза, смотря на то, как подруги без особых усилий загоняют Трикс в угол. — Без сомнений, — хмыкнула Стелла.       Винкс казалось, что исход предрешён — ведьмы проиграют, но... — Девочки, — испуганно проговорила Текна и привлекла внимание фей, занятых дракой, — Трикс не пытаются нас убить! Они оттягивают время! — кричит фея технологий и тут же отбивается от ледяных лезвий. — Евы среди них нет! — замечает Муза и тут же смотрит на Стеллу.       Стелла смотрит в ответ и не понимает: в чём же тогда смысл битвы и что нужно Трикс и Еве на Солярии? Могущественные артефакты Радиус спрятал на другой планете после череды нападений Валтора, но... Мог ли отец оставить что-то, о чем Стелла и не подозревала? Неужели Радиус скрывал от собственной дочери нечто опасное и могущественное? Неуж...       Тьма, а в ней душераздирающий смех ведьм. Солнце погасло. Солярия пала.

***

      Блум с трудом разлепила глаза. Первое, что заметила фея — отсутствие тёмного мага в её поле зрения. Красноволосая немного приподнялась, осматривая скалистую поверхность «стен» пещеры, все входы и выходы. Даже казалось, что помещение стало чуть более светлым. — Ну и где же он? — задала вопрос сама себе фея. — Уже потеряла меня, принцесса? — горячо прошептал на ухо Блум Валтор, от чего та мгновенно вспыхнула и резко повернулась в сторону неожиданно появившегося мужчины. — Нет! То есть, совсем не тебя! — быстро затараторила Блум, стараясь не встречаться со взглядом серо-голубых глаз. — А кого же? Карбрея? — рассмеялся Валтор, — или того, кто содрал твои крылышки?       Было вполне ожидаемо, что Блум расстроится: она поджала губы и опустила голову. Валтор ухмыльнулся, наслаждаясь тем, что он попал в больное место феи. Так старается казаться сильной. — В Чистилище день, — ухмыльнулся маг, подавая руку Блум, — не соизволите ли вы выйти со мной на прогулку, принцесса?       Рядом с ним Блум чувствовала себя словно... защищённой? В самом деле, ещё год назад такие мысли показались бы странными и глупыми, но сейчас фея знала, что в этом мире нет никого, кто был бы к неё более-менее доброжелательным. И хотя Валтор был остёр на язык и прямолинеен, вместе с тем девушка понимала, что на данном этапе жизни более честного существа ей не удастся встретить.       Путь на север был длинный и пустынный. Тишина давила на уши, лишь изредка раздавались какие-то шуршания и скрежет, из-за которых Блум, как бы она ни отрицала, испытывала страх. Честно сказать, фея не понимала, почему они держат путь так далеко от дома, да и Валтор не спешил объяснять. Он шёл рядом с девушкой, смотря лишь прямо, скрестив руки на спине. Блум закрыла глаза от пыльного ветра, что ударил в лицо и на секунду её показалось, что рядом с ней идёт Скай. Показалось...       Впереди виднелись скалы, по которым текла зеленовато-мутная жидкость, превращаясь в озеро. Даже растения, существующие в Чистилище, не выдержали ядов в атмосфере около этого места и завяли. Блум поёжилась от увиденной картины. Боковым зрением красноволосая заметила, что на неё в упор смотрел мужчина. Блум хотела проигнорировать этот взгляд, но маг остановился и взял её за руку, резко потянув на себя. Девушка неосознанно положила маленькие ладошки на грудь Валтора и подняла взгляд. — Может, — Валтор облизнул сухие губы, — расскажешь, что произошло с твоими крыльями?       Блум прикусила нижнюю губу и посмотрела в серо-голубые глаза, полные решимости узнать ответ на вопрос. Но, в самом деле, почему она должна отвечать на его вопросы, когда он не рассказывает ровным счётом ничего? — Взамен я расскажу, почему мы движемся на север, — ухмыльнулся тёмный маг, словно прочитав мысли феи. Или не словно?       Блум колебалась. Но терять же нечего, верно? — У Трикс появилась новая соратница, — выдохнула Блум, а Валтор весело ухмыльнулся при упоминании трёх неуклюжих ведьм. — Её зовут Ева. И она... использовала многие запретные заклинания, чтобы... победить меня, — Блум прикусила губу и посмотрела вдаль, стараясь отвлечься от непрошенных слёз.       Тёмный маг молча слушал фею. Блум сделала попытку вырваться из рук мага, но Валтор по какой-то неведомой причине не позволил. Девушка лишь вздохнула и продолжила: — И напоследок она решила оторвать мои крылья, — особенно мрачным голосом сказала фея, заставив удивиться даже Валтора, — не знаю, что стало после этого с моими друзьями... Я скучаю по ним, — Блум грустно улыбнулась и взглянула в ледяные глаза мужчины. — Что ж, грустная история, — ухмыльнулся маг, но Блум вовсе не разозлилась отсутствию понимания. В конце концов, она сама решала — говорить или нет. — Я предполагаю, из-за того, что твоя магия пошатнулась, ты застряла в облике феи? — голубоглазая молча кивнула.       Валтор отпустил Блум так же резко, как и закончил разговор. Он пошёл вперёд, совершенно не меняясь в лице или в походке, в то время как фея чувствовала себя невероятно опустошённой. Но единственная мысль не давала покоя тёмному магу: «Почему мне так знакомо это имя? Кто же ты, Ева?»