Созвездия наших ночей

      Кровь стучит, бьётся о грудную клетку, проходит мучительным огненным потоком по всему телу. Больно. Чёрная, вязкая смола первозданной магии наполняет сердце, запуская по сосудам жгучую силу Огня. Огня Дракона. Тёмная материя, словно вуаль, окутывает сгусток энергии. Голубого огня. — Мама?.. — шепчет — Мама! — крик растворяется во тьме.       Дыхание разрывает лёгкие, тихий шёпот матерей эхом раздаётся в раскалывающейся голове. — Где он? — тянет руку во тьму и слышит тихий скрипучий смех. — Куда вы дели его!?       Мрачная атмосфера тёмного измерения отравляет мысли, причиняет боль. Нет края и конца лабиринту из чёрных зеркал; лишь синий огонёк медленно падает в чёрное, заволакивающее пространство, освещая всё вокруг лёгким, предсмертным мерцанием.       Она знает абсолютно точно — они не сжалились. Они убили его.

***

      Что же матери отобрали у тебя, Ева?       Тьма заполнила планету. Как будто по щелчку пальцев погасло солнце и через секунду... Огонь. Вокруг горячий, сжигающий кожу огонь. Словно лиловый гриб* поднялся над вечно цветущей и радостной Солярией. — Люди... — чёрный дым застилал глаза, не давал вздохнуть, — там мои... люди, — Стелла закашлялась в руку, и затуманенным взором посмотрела на то, как кровь изо рта медленно стекала на раскрытую ладонь.       Стелла ощущала, как ноги тяжелеют, как болит всё тело и... как не получается превратиться в фею, словно все волшебные силы в один миг исчезли. Стелла не чувствовала в себе ту светлую магию, что была в ней раньше. Казалось, что всё это происходило во сне, что это просто очередной кошмар.       Ты сейчас проснёшься и окажешься в Алфее. На соседней кровати будет лежать Муза и слушать музыку в наушниках, а в другой комнате будет рисовать Блум, которая словно бы и не исчезала. Обязательно зайдёт Флора и предложит травяной чай. Вы снова соберётесь всей командой и будете спасать Волшебное Измерение. Вместе. Ты сейчас проснёшься. — Девоч...ки, — снова закашлялась, не обращая внимание на капли крови, — где все?       Принцесса Солярии шла на ощупь, ощущая под ногами осколки, а руками чувствуя лишь густое пространство горячего чёрного дыма. В последний раз попыталась крикнуть, позвав Брендона, но изо рта вырвался хрип, и язык, дёсны, зубы наполнились вязкой кровью, отдающей металлическим привкусом. Зрачки глаз расширились.

Неужели это всё?..

***

      Красноволосая фея в недоумении смотрела на спину Валтора, нахмурив бровки, но тут же быстрым шагом зашагала за ним, пытаясь нагнать. — Подожди, но ты ведь тоже обещал... — Блум не продолжила.       В одно мгновение Валтор повалил их обоих на землю и закрыл фею своим телом, прижимая голову девушки к своей груди. В ту же секунду раздался огромный, нечеловеческой силы взрыв, оглушая даже такое далёкое измерение, как Чистилище. Столбы пыли и магической энергии прошлись по земле, заставляя слабых существ Чистилища, вроде птиц, замертво падать на землю. Валтор крепко зажмурился и ещё сильнее прижал к себе Блум одной рукой. Другой же он опирался о землю, чувствуя, как острая боль проходит по его спине, выжигая кожу. Блум вцепилась в Валтора, испуганно смотря в его серо-голубые, сосредоточенные глаза. Фея резко выглянула из-за спины Валтора, повинуясь внутреннему чутью, но тут же пожалела. Кровь на его спине просочилась через плащ чёрными пятнами, но тёмный маг продолжил непоколебимо закрывать Блум. Испуганно колыхнул огонь Дракона.       Ровно через пять секунд исчезло магическое колебание тёмной энергии, но столб пыли всё так же стоял над Чистилищем. Валтор со стоном откинулся от Блум, упав на живот, и тут же потерял сознание. — Что... — Блум с нечеловеческим страхом вцепилась в Валтора, перевернув того с живота на спину. Он не подавал признаков жизни. — Нет, нет... — Блум похлопала мага по щетинистой щеке, никогда до этого не позволяя себе даже прикоснуться к нему. — Валтор... — Блум в истерике схватила мага за лицо, чуть приподняв его, — Валтор, нет... — фея почувствовала, как спирает дыхание, как тошнота подкатывает к горлу.       Ты не можешь так просто меня оставить.       Блум закрывает глаза в надежде на то, что всё это — самый что ни на есть кошмарный сон.       И на секунду фее кажется, что это действительно лишь бредовый сон; Блум словно в полудрёме окутывает тёплым, пьянящим светом, который приятными языками пламени щекочет кожу, поднимает волосы, играясь с ними.       Голубоглазая поздно понимает, что так по-особенному сработала её целительная сила огня Дракона, пытаясь спасти Валтора. — Кха... — Блум резко поднимает голову, услышав хриплый голос. — А обязательно было на спину переворачивать? Я специально лёг на живот, чтобы облегчить боль, — ухмыляется Валтор и заглядывает в большие, наивные глаза девушки.       Блум не отвечает и крепко обнимает мага, заставляя того удивлённо обнять в ответ.       Валтор нахмурился, ощущая странное чувство радости, появившееся от мысли, что за твою жизнь кто-то переживает. Словно ты для кого-то особенный. Но феи ведь за всех так волнуются, верно?       Тёмный маг резко встаёт и, с ухмылкой взглянув на Блум, ровным шагом идёт вперёд. И только сейчас фея поняла всю глупость своего внезапного порыва, смущённо глядя ему в спину. — Это произошло на Солярии, — неожиданно произносит Валтор, даже не оборачиваясь. — Что?! — Блум почувствовала, как её ноги подкашиваются, а язык словно немеет. — Такой взрыв с таким количеством негативной энергии мало кого может оставить в живых. Мне жаль.       И Блум с ужасом понимает, что сегодня у Стеллы день рождения. Которое она всегда отмечает на Солярии.

***

      Лучи раннего солнца начали греть землю, но трава, покрытая каплями росы, всё ещё оставалась прохладной и неприятной. Но, тем не менее, мальчик с медно-рыжими волосами с особым, странным удовольствием продолжал лежать на траве, ощущая некое умиротворение и спокойствие. — Ах, вот ты где! — нежно улыбнулась красноволосая женщина, смотря на мальчика, который даже не обратил внимание на новоприбывшую. — Знаешь, я подумал... — замешкался. — О чём же? — О значении власти. — Значение власти велико, если у власти великий человек, — улыбнулась женщина. — Пойдём кушать? — Мам, а я? Я великий? — одним рывком встал мальчик, весело и хитро смотря на мать. — Ты обязательно станешь великим, Даркар. Обещаю.