Woven from time

Сакура едва ли могла вздохнуть. Оковы сна опутывали липкими сетями, мешая реальность с призрачным миром грёз. Ей снился один и тот же сон каждую ночь, а после пробуждения она ощущала лишь гнетущее чувство пустоты в душе. И казалось, этому не будет конца. Прижав ладонь к груди, Харуно жмурится и солёные капли срываются из уголков глаз, расчерчивая мокрые дорожки по щекам. — Ну сколько можно, — срывающимся шёпотом роняет она в темноту, ощущая саднящее чувство раздирающей боли в самом сердце, — почему всё так? Боль душила скручивающими путами, стягивая силками душу так, что хотелось кричать, словно лишь это могло принести ей долгожданное освобождение. Хотелось кричать от отчаяния, словно вся её жизнь была неправильной, и всё это лишь огромная ошибка, исправить которую она была не в силах. — Что опять? — доносится недовольное ворчание, и Сакура вздрагивает, зажимая ладонью рот. — Ты мешаешь мне спать! Она не отвечает, лишь беззвучно роняет слёзы, стискивая шёлковую ткань наволочки. Поворачивается на бок, сжимаясь в калачик, утыкаясь лицом в подушку, чтобы он не услышал всхлипов. Саске тяжело вздыхает, отчего девушка затаивает дыхание. Матрац под его весом чуть прогибается, когда мужчина меняет положение тела. Сакура чувствует лопатками его спину, когда он отворачивается от неё, и девушка незаметно отодвигается, чтобы уничтожить ту грань касаний, понимая, что его близость для неё невыносима. Утро приносит с собой призрачную надежду на освобождение и Сакура сбегает. На работе она всегда могла отвлечься от гнетущей действительности, с головой погружаясь в привычный ритм обязанностей. К концу дня она с тревогой глядит на часы, нервно щёлкая ручкой о глянцевую поверхность стола, лихорадочно придумывая новую отговорку, и тихонько стонет, понимая, что Саске уже давно научился распознавать её ложь. — Так и знала, что ты всё ещё тут, — доносится до Сакуры нежный голос подруги. Ино грациозно переступает порог, проходя в кабинет, и усаживается на стул. — Выглядишь усталой! — Мне не удаётся нормально выспаться, — пожав плечами, отзывается Харуно, а Ино лишь сочувствующе хмурится, прекрасно зная истинную причину её состояния. — Я в порядке, правда! — Да кого ты обманываешь? — отмахивается блондинка. — Думаешь я слепая? Ты похожа на завядший цветок, вся бледная и осунувшаяся. Смотреть тошно! — Так не смотри, — просто отвечает Харуно, заправляя выбившиеся пряди волос за уши и вновь склоняясь над бумагами. — Не говори чепухи. Ты моя подруга… Сакура слабо улыбается и вздрагивает, когда мобильник вдруг начинает жужжать, скользя по столу. Саске. Взгляд Сакуры мгновенно мутнеет, а ручка выскальзывает из дрогнувших пальцев, с лязганьем упав на деревянный пол рядом с её ногой. Харуно закусывает губу, медля, но когда всё же сдаётся, протянув руку к телефону, Ино опережает её. — Ино, что ты де… — Да, Саске, здравствуй! Это Ино, — Сакура вся сжимается, поражённая поступком подруги, от изумления приоткрыв рот, на что блондинка лишь закатывает глаза, махнув на неё рукой, — да, Сакура уже закончила, но сегодня она идёт со мной, извини! Нет, не нужно забирать её! Девичьи посиделки, знаешь ли. Иногда это просто нам необходимо, понимаешь? Она переночует у меня, а утром я её привезу, не волнуйся! Сакура невольно прислушивается, пытаясь уловить голос Саске из трубки, но Ино трещала без умолку, периодически жестикулируя руками, и делая круглые глаза, так что разобрать хоть что-то было практически невозможно. — Ладно, Саске, не скучай, пока! — деловито подмигнув ей, отвешивает блондинка, и сбрасывает вызов, возвращая телефон владелице. — Что это только что было? — хмурится Сакура, пряча телефон в карман халата. Ино лишь беззаботно пожимает плечами, наматывая на палец золотистую прядь волос. — Вечер пятницы, подруга! Нам следует развлечься, так что не спорь. Или ты хочешь пойти домой к Саске? Сакура мгновенно теряется, изумрудные глаза ширятся на бледном лице, выдавая крайнюю степень отчаяния и тревоги. — Но… Я… — Никаких «но», — строго чеканит та, поднимаясь на ноги, — идём! — Что он тебе сказал? — с грустью в голосе отзывается девушка, обогнув стол и расстегнув на себе больничный халат. — Он злится? Ино лишь закатывает глаза, сложив на груди руки, ожидая пока подруга переоденется. — Нет, — качнув головой, отзывается Яманака, ничуть не пожалев, что соврала. Стоило ли говорить о том, что проклятый Учиха был недоволен тем, что Сакура сегодня не вернётся домой? Ино ненавидела его надменный тон и то, как он обращался с её подругой. Для него она была не более чем просто вещь, и о чувствах, конечно же, не могло быть и речи. — Он пожелал тебе хорошего вечера! — Ты врёшь, и не краснешь, Ино, — с укором отвечает Харуно, мельком глянув на себя в зеркало. Слишком бледная и непомерно усталая. Совсем не так должна выглядеть молодая девушка — слишком много тоски в потухшем взгляде, и так мало уверенности в себе. Она казалась себе какой-то серой и потерянной, словно блёклая тень рядом с солнечной Ино. Поджав губы, Сакура расправляет измятое платье, наскоро приводит в порядок волосы, и подводит блеском губы. — Выкинь его из головы, — стоя позади подруги отзывается блондинка, мягко касаясь ладонями её плеч, уверенно подбадривая. — Хорошо? Сакура кивает, делая короткий вздох. Возможно, стоило прислушаться к её словам — она не станет думать о нём. Просто насладится вечером в хорошей компании. — Ладно, — кивает с лёгкой улыбкой на губах, и делает глубокий вздох, призывая на помощь всю свою решительность. — Я готова! — Ну вот и славно, — подмигивает блондинка, и подхватив Сакуру под руку, решительно шагает на выход. — В паре кварталов отсюда есть неплохое местечко! Мне Шикамару рассказал… — Что за местечко? — Сакура задумчиво хмурится, придерживая на плече сумочку, пытаясь не отставать от Яманака. — Бар, — Ино бросает на неё быстрый взгляд через плечо. — Ну же, улыбнись подруга, сегодня мы будем всю ночь веселиться! И даже не вздумай снова закрываться в себе. Я не позволю тебе хандрить! — Да я и не думала даже… — Отлично. В баре было довольно людно, громко играла музыка, но тем не менее Сакура чувствовала себя довольно расслабленно, да и рядом с Ино невозможно было грустить — шумная блондинка никогда не унывала и всегда знала как развлечься. Заняв свободную пару стульев за барной стойкой, подруги первым делом заказывают шампанское. — Будем пить всю ночь напролёт, — подмигнув Сакуре, улыбается подруга, и довольно звучно сталкивается с ней своим бокалом. Сакура так же не может сдержать улыбки, и кивает в ответ, приникая губами к холодному стеклу, делая пробный глоток игристого вина. По телу приятной волной прокатываются мурашки — алкоголь сластит на языке, даря чувство расслабленности и лёгкости, бьёт в голову миллионами щекочущих искр, потихоньку вытесняя недобрые мысли о Саске. Их отношения длились почти пять лет, но их трудно было назвать счастливыми. Саске был сложным, замкнутым человеком, крайне скупым на эмоции и чувства. Он был жесток и непреклонен в собственных убеждениях, так что Сакура до сих пор не понимала, как они вообще стали встречаться. Их не связывало абсолютно ничего. Они были совершенно разными. Несовместимыми. Однажды она пробует поговорить с ним на эту тему, но Учиха лишь награждает её ледяным непроницаемым взглядом, так что в миг становится больно дышать, и ничего не говорит в ответ — просто молчит. — Просто расстанься с ним, делов-то? — как-то между делом бросает Ино, вновь замечая подавленный взгляд подруги. Но Сакура упрямо молчит, всё ещё помня обжигающую боль от пощёчины Саске, когда она говорит ему об этом. Он бьёт её с такой силой, что на скуле остаётся длинный тёмный синяк, который девушка старательно скрывала на протяжении нескольких недель. — Даже не смей больше заговаривать со мной о подобном, — с шипением отзывается Учиха, стискивая её лицо рукой, не позволяя отвернуться. — Ты никуда не уйдёшь. Я не позволю! С тех пор Сакура окончательно убеждает себя в том, что Саске не тот человек, что был действительно нужен ей. Не тот, о ком с болью думала в ночи. Чьё имя произносила шёпотом, роняя слёзы. И всё ещё хранила старый номер в записной книге телефона, зная, что если позвонит — ей так и не ответят. — Эй, — весело отзывается Ино, легко щёлкая Сакуру по носу, и привлекая к себе внимание подруги, — что я говорила? Отличное место! — Мне нравится, — с улыбкой тянет Харуно, осматривая шумный зал и опустошая бокал. И тут же услужливая Яманака наполняет второй, очевидно, успев отвоевать у бармена целую бутылку алкоголя. Единственное, что сейчас смущало Сакуру, так это неудобный высокий стул, из-за которого приходилось то и дело поправлять подол платья задирающегося на сведённых бёдрах. Вторая порция шампанского мягко кружит голову, и согревает нутро, так что Сакура окончательно отбрасывает ненужные мысли, и становится более раскрепощённой. Они вновь чокаются бокалами, и выпивают содержимое до дна за пару глотков. Молодой бармен улыбается ей из-за стойки, а она лишь мягко откидывает волосы со лба, бросая в ответ мимолетный взгляд. Третий бокал шампанского вынуждает Харуно взглянуть на экран мобильника. Нет, она вовсе не ждёт ответа от Саске, но в тайне надеется, что тот не позвонит ей больше, и она, наконец, сможет начать новую жизнь. Сакура по привычке открывает записную книжку, и долго смотрит на заученный наизусть номер. Возможно, абонент уже давно сменился, но ей хотелось верить в обратное. Хотелось верить в то, что по ту сторону вновь услышит до боли знакомый голос. Голос того, кого она так старательно пыталась забыть все эти годы. — На что это ты там так уставилась? — требовательный голос Ино вынуждает Сакуру невольно вздрогнуть, и поднять глаза. — Снова он звонит? Просто отключи телефон и забей! — Это не Саске, — дернув плечом, отмахивается Харуно, но упрямая подруга уже выхватывает из её рук телефон, принимаясь деловито водить наманикюренным пальчиком по экрану. — Эй, Ино… Верни! — Верну, если скажешь чей это номер, на который ты так томно вздыхаешь! — Не выдумывай, — недовольно морщится Сакура, уже успев пожалеть о том, что вообще достала мобильник — теперь Яманака будет заваливать её расспросами до конца вечера. — Я вовсе не вздыхала! Отдай телефон… — Ага, как же? Не вздыхала она! Идём-ка припудрим носик… И вспрыгнув со стула, настойчиво тянет за собой в сторону дамской комнаты. — У тебя интрижка с кем-то, лобастая? — взгромоздившись на мраморную столешницу умывальника, коротко хмыкнув, интересуется любознательная блондинка, и выудив из крохотной сумочки пачку сигарет, подкуривает одну, делая глубокую затяжку. Сакура лишь пожимает плечами, разглядывая своё отражение в зеркале, после чего принимает из протянутой пачки сигарету, и зажимает её губами, приникая спиной к прохладной кафельной стене. Чиркает зажигалкой, затягиваясь горьким дымом, и прикрывает глаза, мгновенно ощущая накатившую волну слабости. — Это номер Гаары, — выдохнув сизый дым, сипло отзывается она, не придавая значения тому, как округляются глаза подруги. — Помнишь его? — Тот новенький из старшей школы? — на мгновение задумавшись, тянет Яманака, глядя на экран мобильного. — Конечно помню! Сакура мягко улыбается, вспоминая давно позабытые ощущения, вызванные при первой встрече с этим человеком. * * * * * * Раздражение. Вот что она чувствует, когда впервые сталкивается с ним в коридоре школы. В тот день Сакура сильно опаздывала, поэтому очень спешила, на ходу проверяя сумку, совсем позабыв об осторожности. Лишь в последний миг она замечает перед глазами белую рубашку, и не успев среагировать, со всей силы врезается щекой в чужую спину. Вскрикнув от неожиданности, она отлетает назад, и плюхается на пол, рассыпав всё содержимое сумки вокруг себя. Зашипев от боли и досады, она вскидывает злобный взгляд на объект своей неудачи. Перед ней стоял парень, которого она прежде никогда не встречала, но, как ни странно, на нем была форма их школы. — Ослепла? — пряча руки в карманы брюк, холодно тянет тот. Сакура даже опешивает от неожиданности, теряя дар речи. Похоже, этот парень был так же не в восторге от их столкновения. Он даже не пытался ей помочь, продолжая нависать сверху. Хладнокровия ему явно было не занимать, настолько невозмутимым он выглядел, на что Сакура лишь с силой сжимает челюсти, чувствуя острое желание запустить ему в лицо увесистым учебником. Взгляд у этого парня был неприятным. Слишком пристальный и колючий, с лёгкой тенью надменности и презрения. — Я тебя не заметила, — наконец, находится она, понимая, что довольно долго медлит с ответом, на что собеседник лишь криво усмехается. — Советую проверить зрение, — бросает он напоследок, и, развернувшись, удаляется, оставив Харуно в полном замешательстве, пунцовую от злости и стыда. — Иди ты к чёрту со своими советами, придурок! — шипит ему в след, выставив средний палец, наплевав на последствия, если тот вдруг решит обернуться. Но парень не оборачивается. К счастью или нет, Сакура даже не задумывается, просто принимается со вздохом собирать учебники, украдкой потирая ушибленную щёку. Новость о переведённом ученике застает Харуно врасплох, стоило ей только перешагнуть порог классной комнаты. Учитель вполне сдержанно прощает ей опоздание, позволив юркнуть за свою парту, в то время как весь класс уже вовсю гудел над неожиданным объявлением. Сакура же лишь только хмурится, с недовольством глядя на своего недавнего «знакомого», с которым, по воле случая, ей совсем недавно посчастливилось столкнуться в коридоре. — Сабаку-но Гаара, — сдержанно оглашает парень, игнорируя хихиканье девочек с первых парт, и их возбуждённое перешёптывание. Он явно приходится им по душе, чего нельзя было сказать о мужской половине класса — для них смазливая внешность уже расценивалась как удар ниже пояса, а воинственно-настороженные взгляды говорили о том, что Гаара только что был внесён в список особо опасных конкурентов в борьбе за внимание первых красавиц класса. И не важно, что при этом думал сам новичок. Сакура тяжело вздыхает, замечая ревнивый интерес со стороны её друга Наруто. Гаара же держался особняком. Он коротко отвечал на вопросы учителя, лениво обводя взглядом присутствующих, и слегка сощуривается, когда Сакура, неожиданно, попадает в его зрительную ловушку. И она вновь подмечает, что в его взгляде было нечто отталкивающее, пожалуй, даже немного пугающее, но вместе с тем не менее завораживающее, отзывающееся покалывающими импульсами под кожей. А наличие непослушного всполоха ярко-красных волос лишь только дополняло образ загадочного засранца. И бонусом — скверный характер. О котором Харуно уже была прекрасно осведомлена, поэтому смотрела на него иначе, нежели другие представительницы класса. Щека всё ещё неприятно саднила, и Сакура не сомневалась, что завтра утром зеркало покажет ей занимательный синяк. Фыркнув, она первой отводит глаза, предпочтя занять себя учебником, и напряжённо замирает, когда учитель предлагает новичку занять любую из трёх свободных парт. Место у окна, по левую сторону от неё, пустовало, и Харуно надеялась, что придурок не выберет его. Но тот, словно прочитав её мысли, целенаправленно направляется к заветной территории, решив скрасить её будни вынужденным соседством, окончательно сведя всё настроение к нулю. Выдохнув через зубы, Сакура с силой стискивает ручку, и недовольно уставляется перед собой, понимая, что с созерцанием школьного сада через окно теперь покончено. На перемене стол новичка оккупируют желающие познакомиться, а Сакура лишь устало откидывается на стуле, лениво потягивая клубничное молоко из коробочки, почти не слушая радостного щебетания подруги — Ино вальяжно сидела на её столе, закинув ногу на ногу, рассказывая об очередном симпатичном парне, пригласившим её на свидание. — Что это с тобой сегодня? — неожиданно спрашивает блондинка, удивленная притихшей Сакурой, и вдруг перехватывает её за подбородок, вынуждая приподнять голову. — А с щекой что? — Ничего, — спохватившись, отвечает та, прижимая к припухлости всё ещё прохладную коробочку. — Случайно вышло… — Синяк будет, — констатирует Яманака. — Даже компресс не поможет… Вон как опухло! Сакура лишь пожимает плечами, и вдруг вскрикивает, когда её, неожиданно, вздёргивают за предплечье, вынудив вскочить на ноги. Гаара, каким-то чудом успев разогнать от своего стола толпу одноклассников, под всеобщее изумление просто выволакивает опешившую Харуно в коридор, прижимая спиной к стене. — Ты что творишь? — восклицает она, глядя в лицо парня отчаянным взглядом. Она пыталась переосмыслить произошедшее, но ледяные глаза вынуждают её, разве что, испуганно смолкнуть. Дыхание сбивается, а по телу проносится стремительная волна мурашек — Сакура приростает к месту, до боли вжимаясь лопатками в прохладную стену. Она уже и не помнила, когда в последний раз её так сильно заставляли нервничать, но сейчас этот парень казался ей настоящим психом — пугающим, и совершенно непредсказуемым. Его лицо не выражало ни единой эмоции, и сейчас, когда их разделял практически один шаг, Харуно, наконец, могла хорошенько рассмотреть его глаза — водянисто-зеленые, словно безжизненные. Но до тошноты пронзительные. Гаара тянется рукой к её лицу, практически касаясь пальцами припухлости на щеке, и у Сакуры окончательно сдают нервы. — Не прикасайся! — зажмурившись, вопит она, и сжав руку в кулак, слепо бъёт куда-то в район его живота. Но реакция у придурка была просто поразительной — удар приходится вскольз, но и без того он неосознанно напрягает мышцы пресса так, что в запястье руки Харуно что-то болезненно щёлкает, отчего она невольно вскрикивает, и со злостью уставляется на виновника всех её неудач потемневшими от боли глазами. В медкабинете у неё диагностируют вывих со смещением, и накладывают тугую повязку. И по мере того, как росла боль в суставе, Сакура становилась всё мрачнее — пользоваться больной конечностью она не сможет как минимум ещё две недели, а это означло серьёзное отставание. Благо, она считалась одной из лучших учениц школы, и была на втором месте по успеваемости. Первое место по праву занимал гений — Учиха Саске. Самый красивый парень их школы. Вернувшись в класс, Сакура с удивлением отмечает, что одноклассники разделяются на два лагеря. Первый лагерь, состоящий исключительно из девочек, поддерживал Сабаку-но, свято верящий, что парень не сделал ничего плохого, и что это она, Сакура, повела себя как ненормальная, накинувшись на милого красавчика с кулаками. Второй лагерь, в который входили исключительно парни, не считая Учиха, который предпочёл держать нейтралитет, и ленивого Шикамару, который был в принципе против любой суеты — считали новенького настоящим дьяволом. И по взгляду Рок Ли, самому справедливому парню класса, Харуно понимает, что после уроков Гаару ожидает знатная выволочка. Толстобровик, как его в тайне привыкла звать Сакура, был не из робкого десятка, и любой спор привык решать с помощью кулаков, не боясь при этом значительно превосходящего его по силам противника. А ещё он был тайно влюблен в неё, и всячески старался это скрыть, хотя об этом было известно абсолютно всем. Плюхнувшись на своё место, Сакура кисло уставляется на доску, буквально кожей ощущая пристальный взгляд новенького. Казалось, его совсем не заботило то, что происходило вокруг, и это только сильнее бесило Сакуру. Бесила его самоуверенность и хладнокровие, но, возможно, то была лишь показная видимость. В отличие от толстобровика, который буквально был одержим спортом и тренировками — Гаара казался ей щуплым и слишком слабым, так что не оставалось сомнений, кто завтра явится на уроки не в лучшем расположении духа. А, быть может, и вовсе не явится. С первых секунд звонка, как и ожидалось, большинство парней срываются с мест, одарив новичка довольно красноречивыми взглядами, а Рок Ли вполголоса сдержанно просит его проследовать за ним, на что Гаара лишь щурится, но, всё же, без лишних слов молча собирает сумку, и выходит из класса. Сакура провожает его спину долгим взглядом, и тяжело вздыхает. — Что это вдруг на него нашло? Зачем он вдруг схватил тебя, а, лобастая? — задумчиво тянет Ино, так же провожая взглядом новенького, помогая Сакуре собрать учебники. — Он псих что-ли? — Мне откуда знать? — раздражённо шипит та, морщась от пронзительной боли в запястье, с трудом застёгивая молнию на сумке. — Ли так просто его не отпустит… Пока ты была в медпункте тут такое творилось! — усмехается блондинка. — Мне плевать, что с ним будет, — поднимаясь на ноги, отвечает Харуно. — Надеюсь, ребята как следует проучат его. — Эй! Как насчёт того, чтобы зайти в один магазинчик косметики по пути домой? Слышала, там даже продают сладкую помаду для губ! — Сегодня без меня, — отмахивается Сакура, понимая, что поход по магазинам с подругой может затянуться до позднего вечера, как это обычно случалось, а у неё ещё были дела дома. — Да только одним глазком взглянем! — подхватывая её под руку, заговорщицки подмигнув, уверяет Яманака, на что Сакура лишь закатывает глаза, не зная как отвертеться, но её уже во всю волочили к выходу из класса. Спустя четверть часа Сакура понимает, что совершает серьёзную ошибку, идя на поводу у подруги — рука нестерпимо ныла, напоминая о скорейшем возвращении домой, так что Харуно почти не вникала в весёлую болтовню над ухом. Хотелось сбежать. Нужно было ещё придумать оправдание для матери по поводу запястья, и убедить её в том, что это никак не скажется на её успеваемости. Хотя Мебуки была не из тех людей, кого можно было легко провести. В отличие простодушного отца — она была излишне строга к Сакуре, и даже самое простое проявление тёплых чувств было для неё чем то чуждым и противоестественным. Найти общий язык с матерью не получалось, как бы она ни старалась. Сославшись на то, что ей звонят из дома, Сакура выбегает из душной лавочки, оставив подругу во власти бесчисленного множества пёстрых бутыльков и баночек, и быстрым шагом направляется в сторону дома. Через улицу призывными огоньками маячила аптека, и Сакура, недолго думая, решает зайти, и купить себе мазь от растяжений. Входная дверь отворяется с милым звоном крохотного колокольчик, и Харуно, отвлекшись на мгновение на этот звук, по неосторожности врезается в идущего ей навстречу человека. Охнув от неожиданности, она по инерции начинает кланяться, сбивчиво шепча слова извинений, запоздало подмечая привычную взгляду школьную форму. Внутренности сжимает неприятное колющее чувство тревоги. И хотя её взгляд был направлен в пол, Сакура уже смутно догадывалась, что перед ней стоит тот, кто по ощущениям казался ей чертовски знакомым. Восхитительно-тошнотворное чувство дежавю, от которого сердце тут же пускается в пляс. Закусив губу, Сакура медленно поднимает голову, сталкиваясь глазами с… Гаара. Он выглядел на удивление спокойным, даже несмотря на то, что его форма была выпачкана в пыли, а две верхние пуговицы на рубашке отсутствовали, открывая взору бледную шею с выступающим кадыком и ложбинкой между ключицами. Харуно нервно сглатывает — нижняя губа парня была рассечена, а прямо над левым глазом виднелась внушительная ссадина, кровавым росчерком проходящая через бровь практически до самого виска, которую не могли скрыть даже ниспадащие на лоб пряди влажных волос. А ещё кровь. Много крови. Она медленно сочилась из ссадин, успев застыть тёмными, запекшимися дорожкам прямо до самой челюсти — и выглядело это поистине жутко, так что волоски непроизвольно вздыбливаются по всему её телу, отзываясь фантомными отголосками боли где то в самом низу живота. Хотя… Казалось, Гаару совсем не заботило его состояние, а во взгляде, прежде остром и ледяном, теперь ощущалось чудовищное равнодушие и усталость. — Я… — пробует заговорить Сакура, первой нарушая неловкое молчание, но слова упрямо не шли с языка. Она просто не знала, что ему сказать. Да и как оказалось, ему было на это глубоко наплевать. Он просто медленно поднимает с пола выпавшую из рук коробочку, и молча проходит мимо. Колокольчик за её спиной отзывается тревожной трелью, отчего Сакура невольно зажмуривается, чувствуя неясную дрожь во всем теле, и инстинктивно втягивает голову в плечи. Ей совсем не нравится его сдержанное молчание, казалось, оно было куда более громче самых обидных слов. Уж лучше бы высказал ей всё, что думает. Вывел на эмоции, накричал, обвинил. Пообещал отомстить. Она бы хоть как-то смогла понять его состояние. Но вот молчание — оно обескураживало. — Тётушка… — Харуно подходит ближе к кассе, неуверенно блуждая глазами по витрине. — Эй, ученица, — женщина по ту сторону прилавка взволнованно всплескивает руками, поглядев на неё придирчиво-изучающим взглядом, от которого Сакуре вмиг становится неуютно, а лицо вдруг становится красным, — а тот парень случайно не из твоей школы? У вас, похоже, одинаковая форма! Как же быть? Кажется, он с кем то подрался, но наотрез отказался это признавать! Даже не купил ничего из лекарств… Сакура на мгновение хмурится. — И что же он купил? — Только упаковку мятных леденцов… — Ками… — Сакура резко прижимает ко лбу ладонь, смеживая веки, лихорадочно обдумывая сказанное. — Ему мозги, наверное, отбили?! — в пол голоса, с удивлением бурчит она себе под нос. Выскочив из аптеки, она быстро осматривается по сторонам, и заметив вдалеке знакомую спину, со всех ног бросается вдогонку. — Эй, постой! Гаара неуверенно озирается, останавливаясь, а Сакура замирает в полушаге, пытаясь выровнять сбившееся дыхание. — Ты… Ты нормальный вообще?! — она одаривает парня яростным взглядом. — У тебя всё лицо в ссадинах, а ты мятные конфеты покупаешь? Совсем головой тронулся? Тебе нужно в больницу! Гаара лениво ведёт челюстью, перекатывая леденец с языка за щеку, слегка сощуриваясь, глядя на неё изучающим взглядом. Казалось, он пытался понять, зачем она за ним увязалась. — Тебя это не должно волновать, — коротко роняет он, вынудив её ещё больше нахмуриться. — Разве ты не должна быть на стороне своих друзей? Сакура опешивает от неожиданности, и замирает. Должна ли она принимать чью-то сторону? Не ей ли совсем недавно было плевать на то, что с ним сделают? Почему она не может просто пройти мимо, и закрыть глаза на увиденное? — Я просто пытаюсь помочь! — тихо шепчет она, решая сказать правду. — Нужно обработать ссадины, иначе останутся шрамы… Она достаёт из кармана пиджака платок, и неуверенно тянет руку к его лицу, намереваясь стереть кровь с щеки, но парень вдруг перехватывает её запястье, заставив Сакуру испуганно вздрогнуть и посмотреть ему в глаза. — Не уверен, что мне нужна забота глупой дурочки, — с усмешкой заявляет он, заставив Сакуру вспыхнуть от неимоверного стыда. — Да как ты смеешь? — мгновенно ощеривается та, угрожающе сощуривая потемневшие от гнева глаза. — Я пытаюсь помочь тебе! Она пытается вырвать руку, но хватка парня не ослабевала — он удерживал её перед собой, не позволяя отступить ни на шаг, и, казалось, пытался прочесть ту гамму чувст, что сейчас возникала на её лице. Он отпускает её после того, как Сакура с силой упирается ему больной рукой в грудь, вынудив болезненно выдохнуть сквозь сомкнутые зубы и недовольно поморщиться. У него явно были ушиблены рёбра, это Сакура тотчас же осознает. И именно поэтому не сбегает, хотя ей очень сильно этого хотелось. Усадив затихшего идиота на первую попавшуюся скамейку возле магазинчика с книгами, она уверенно вынимает из сумки бутылочку антисептика и принимается обрабатывать ссадины на его лице, стойко игнорируя злостные взгляды и болезненное шипение. — Больно! — недовольно тянет тот, отдёргивая голову, когда она не осторожно касается ранки на его губе. — Извини, — она лишь пожимает плечами, слегка нахмуриваясь, — но левой рукой и вправду неудобно работать… — Зачем ты пыталась меня ударить? Такая неуклюжая… — А зачем ты вытащил меня из класса? Гаара замолкает, глядя на неё пристальным взглядом, отчего Сакура, не церемонясь, вдруг с силой прижимает к его рту палочку с раствором, надеясь вызвать негодование с его стороны, но тот, как ни странно, упрямо терпел. — Больно? — приглушенно отзывается он, заставив Сакуру встрепенуться. — Терпимо… Лучше о себе беспокойся! Завтра твоё лицо будет выглядеть ещё хуже! А ещё у тебя могут быть сломаны рёбра! Уверен, что не хочешь пойти в больницу? Вдруг тебе станет хуже? — Я в порядке… — Это Ли тебя так?.. — Тот идиот с бараньими глазами? — Гаара коротко хмыкает. — Встречаешься с ним? — Что за глупости? — раздражённо отзывается она, слегка приподнимая голову парня, чтобы заняться ссадиной над глазом. — С чего такие мысли? Гаара слегка сощуривается, внимательно наблюдая за её реакцией, словно делая для себя какие-то выводы, но от комментариев, как ни странно воздерживаться, ограничившись лишь коротким кивком. — А блондин? Сакура подсаживается ещё ближе. Откинув со лба парня пряди волос, она осторожно касается уголком платка воспалённой кожи, убирая грязь и запекшуюся кровь. — Ты о Наруто? Мы с ним с самого детства знакомы. Думаю, вы с ним тоже сможете подружиться, если ты перестанешь вести себя как… — Как кто? Она задумчиво глядит ему в глаза, отстранённо подмечая, что в свете заката они выглядят нехарактерно яркими — цвета лазурной бирюзы. — Как… ненормальный, — тихо шепчет она, всё ещё находясь под впечатлением от увиденного, и делает глубокий вдох, возвращаясь к своему занятию. Гаара тоже отводит взгляд, обдумывая услышанное. А Сакура тем временем извлекает из небольшой коробочки полоску пластыря в мелкое сердечко и накладывает поверх ссадины, с трудом сдерживая язвительную ухмылку. — Готово, — наконец, отзывается она, застёгивая школьную сумку, и поднимаясь на ноги. — Уже поздно, так что мне нужно поскорее вернуться домой… — Идём. Сакура замирает, в изумлении вскидывая брови. — Не нужно меня провожать, — недовольно тянет она, — лучше поспеши домой и подумай над тем, что скажешь своим родным! Должно быть, они будут не в восторге от увиденного… Гаара молча поднимается на ноги, невозмутимо извлекая из коробочки новую конфету. Отправив лакомство в рот, он смеряет Сакуру внимательным взглядом, явно что-то обдумывая, после чего проходит мимо, медленным шагом направляясь вниз по улице, пряча руки в карманы испачканных брюк. Он слегка прихрамывал на правую ногу, так что Сакура раздраженно стискивает зубы, закатывая глаза. — Ненормальный идиот! — шипит ему в спину. — Тебе, что же, в одну сторону со мной? Я же сказала, не нужно меня провожать! Она слышит тихую усмешку, и быстрым шагом идёт следом, собираясь высказать ему всё, что думает, но тот заговаривает первым: — Нам в одну сторону, успокойся… Сакура хмурится, поравнявшись с ним в шаге. — Откуда ты знаешь, что нам по пути?