Переворот в Хогвартсе

Еле держащегося на ногах Рона тащили Гарри и Невилл. — Ого, вот, я чуть не влип! — пробормотал Рон. — Ты должен меня понять, Гарри, это я сгоряча. Я же вечно на вторых ролях... А! Невилл неожиданно как для Рона, так и для остальных врезал ему по животу со всей силы. — На вторых ролях, говоришь? — спросил Лонгботтом. — И это ты считаешь поводом? — Не надо, Невилл, он не в себе! — успокаивала его Луна. — Сам виноват, что так напился! — сказал Гарри. — Ты и до этого вёл себя отвратительно. Где ты вообще навидаться умудрился? — В Кабаньей Голове... — Мне сам профессор Пруэтт дал выпить. Да не шучу я, серьёзно, профессор Пруэтт дал мне выпить! Гермиона понимала, что Рону предстоит серьёзный разговор с друзьями, особенно с Гарри. А это значит, Гарри будет не до разгадки тайн биографии Снейпа. «Твоя грязнокровка сама виновата! — Гермиона вспомнила слова Беллатрисы. — Вместо того, чтобы уйти с дороги, эта дура путалась под ногами Тёмного Лорда! Сынок её такой же — вечно лезет, куда не просят...». Неужели речь шла о матери Гарри? Снейп любил её? Что ж, это объясняет, почему он, унижая Гарри, обязательно добавлял, что он такой же наглый и высокомерный, как его отец. Но почему тогда... Надо узнать поподробнее и передать Гарри! Гермиона подошла к каменной гаргулье, стражу покоев нового директора. Интересно, какой может быть пароль? — Лили Эванс? — спросила она. Гаргулья не сдвинулась с места. — Хмм... — Лимонные дольки? Угадала. Профессор Снейп не менял пароль. Гермиона поднялась по винтовой лестнице и прислушалась к двери кабинета Снейпа. — Как вы могли допустить это? — сердито спрашивала МакГонагалл. — Воландеморт в школе! Он мог бы кого-нибудь убить! Вас, Гораций он просто запугал, но а Вы-то, Северус, какой двойной агент после этого? — Поверьте, профессор МакГонагалл, — процедил Снейп. — Я сделал всё возможное, чтобы не было жертв. Но полностью отказать ему я по понятным причинам не мог. — Пойми, Минерва, — пробормотал Слизнорт, — У нас не было выбора. Мы имеем дело с настоящим монстром! — А с чего вы решили вступить в открытый бой с его сторонниками именно сегодня? — с недоброй иронией спросила МакГонагалл. — Мне уже давно было трудно держать себя в руках, — нервно сглотнув ответил Гораций. — Мы не спали ночами, готовили ему философский камень! Кроме того, у меня с ним давние счёты. Когда я ещё не ведал, что талантливый хороший собой ученик Том Реддл — будущий убийца, я думал, что ему легко поддадутся ступени карьерной лестницы Министерства Магии, и, хоть он и говорил, что политика его не привлекает, он мог стать Министром магии. Поэтому я захотел свести с ним свою племянницу Глэдис. Дурень, какой же я дурень! — навзрыд вопил Слизнорт. — Она, четырнадцатилетняя девушка, оказалась проницательнее меня! Что-то недоброе она видела в нём. Другие девушки не отрывали от него глаз, но он не обращал на них внимания. Но Глэдис возбудила в этом звере охотничий азарт! Он измучивал её преследованиями, буквально был её тенью. Я бы выкинул его пинком из Хогвартса, но Армандо Диппет очень уважал его. Тогда я собрал все свои сбережения и отправил Глэдис в Шармбатон. Она была спасена. — всхлипнул Гораций. — Вышла замуж, купила коттедж на Лазурном берегу. Она была счастлива, я тоже был счастлив, но однажды... Двадцать третьего апреля 1946 года, как сейчас помню эту дату... Он её похитил, а потом убил. Я присоединился к нему только потому, что он пригрозил убить всю её оставшуюся семью! Ее детей, её внуков — всех! Это он и сделает! — Думаю, сначала он нападёт на Хогвартс. — мрачно сказал Северус. — Если он уже всё знает. — Так чего же мы ждём? — спросила МакГонагалл. — Дадим ему бой! — Это не так просто, Минерва, — возразил Северус. — Надо тщательно обдумать план действий. Наш противник — сильнейший тёмный маг столетия. — Чего тут думать-то? — возмущался выпивший Слизнорт. — Чего думать? Да я его голыми руками... Гермиона сразу быстро спустилась по винтовой лестнице и побежала было к кабинету ЗОТИ. Почему же они не позвали профессора Пруэтта? Как можно было о нём забыть? Но, возможно... Он и есть Воландеморт? Во-первых, Снейп относится к нему с почтением и даже с некоторым страхом. Во-вторых, он поступал с Драко так же, как поступал с ним и лже-Грюм. В-третьих, зачем профессору ЗОТИ подпаивать Рона? — Всё в порядке, мисс Грейнджер? — невозмутимо спросил неожиданно появившийся профессор Пруэтт. Гермиона не знала что ответить. Голос Пруэтта был зловещим, леденящим. Он снял шляпу и тёмные очки. Гермиона ахнула. Бледное змееподобное лицо. Узкие красные глаза. Это же сам Воландеморт! Она была права. Он скинул перчатки, обнажив длинные, похожие на червей пальцы и медленно подошёл к застывшей на месте Гермионе. — А ты молодец, что не бежишь и не сопротивляешься. — произнёс Тёмный Лорд, крепко вцепившись в руку жертвы. Затем он оттолкнулся от пола, подняв за собой Гермиону, разбил заклинанием окно и вылетел из замка. Гермиона летела высоко над землёй, деревья, озеро, стадион даже и сам замок казались ей крошечными. От страха перед высотой она беззвучно кричала. Они летели всё быстрее и быстрее, и вдруг Гермиона испытала такое скверное чувство, будто её протянули через узкий шланг. Тьма сгустилась вокруг неё, и она потеряла сознание. Очнулась она у порога старинного особняка. Воландеморт открыл дверь и втолкнул её внутрь. — Теперь проходи в гостиную. — торжествующе прошипел новый фальшивый профессор, ткнув её в спину палочкой. Гермиона медленно прошла в полумрачную комнату, где единственным источникам света была огромная хрустальная серебристая люстра. Из кресла лениво поднялся Люциус Малфой. — Добро пожаловать в Малфой-мэнор, грязнокровка. — манерно растягивая слова произнёс Люциус, сделав небольшой глоток из бокала вина. Затем он взял со столика колокольчик и позвонил в него. Мелкими шажками в гостиную вошёл Хвост — жалкий лысый пузатый мужичонка. Его глаза нервно забегали — перед кем встать на колени, перед хозяином особняка или перед Тёмным Лордом? — Покажи нашей гостье подземелье, Хвост. — с нескрываемым удовольствием произнёс Малфой-старший. Только Питер Петтигрю засеменил к Гермионе, Тёмный Лорд взмахнул палочкой и чем-то выстрелил Питеру прямо в лицо. — За что, милорд? — рыдал Питер, падая на колени. Лицо его облилось кровью. — Ты должен подчиняться только мне, Хвост. — с гневом сказал Воландеморт. — Быстро пошёл отсюда! Питер неуклюже поднялся и, воя от боли, вышел из гостиной. — Присаживайтесь, мисс Грейнджер. — сказал Тёмный Лорд, указывая на кресло. — Мой лорд, — лицо Люциуса стало бледнее обычного. — В этом кресле будет сидеть грязнокровка? Это отребье? — Круцио! — рявкнул Воландеморт. Люциус скорчился от боли. — Круцио! — повторил Тёмный Лорд. — Не забывайся, Малфой, делай, что я говорю, если не хочешь умереть в муках. Встать! Я прекрасно умею читать мысли, мой скользкий друг. Воландеморт взмахом палочки поднял владельца особняка до потолка и принялся бить его об пол, потолок и стены. Гермиона чуть в обморок не упала от такого ужасающего зрелища. Жена Люциуса, войдя в гостиную, пришла в ещё больший ужас. — Пошли вон, — злобно прошипел Воландеморт, когда вдоволь натешился. Люциус поднялся не без помощи жены. — Это не твой дом теперь, Люциус, — сказал Воландеморт. — А мой. И здесь мои правила. Когда Малфои покинули гостиную, Воландеморт снова указал Гермионе на кресло. Гермиона на ватных ногах подошла к креслу и медленно, неуверенно присела. Воландеморт сел в кресло напротив. На столе стояла ваза с разнообразными фруктами. — Берите, что Вам захочется, мисс Грейнджер, — манерно произнёс Тёмный Лорд. — Не стесняйтесь.