Исповедь. С белого листа

«- Я давал себе слово, что забуду тебя, как только ты уедешь, Однако эта задача оказалось непосильной для меня одного…»

***

      Осень. Наступили скучные, серые будни. На улице вечно моросит дождь, что заставляет и без того угрюмых, замкнутых прохожих прятаться за зонтами. Свет от фар машин разрывает пространство дорог, и, кажется, что яркие линии бесконечны и неразрывны. Нескончаемое движение. Толпёжка на светофорах. И тишина условная. Шум города никак не вписывается в одинокое молчание людей, занятых своими делами.       Обычно в такие дни хочется быть дома. Закрывшись на все замки, укутавшись в тёплое одеяло и попивая осторожно горячий шоколад из самой любимой кружки, сидеть с дорогим человеком на диванчике в дальнем углу комнаты и вместе мечтать о светлом и безоблачном будущем… но не каждый может себе позволить подобное.       Кто-то просто занят рабочими или учебными делами, кто-то, может, вовсе не любит уютную и домашнюю обстановку, а есть и те, у кого нет того самого обожаемого человека, которому можно открыться и полностью довериться, и каждая минута, проведённая в одиночестве, ранит больше, чем мог бы навредить холодный ветер, дождь и грязь. К последней категории людей относился и Ким Сокджин. Парень никогда ни в ком не нуждался, да и больше — нуждались в нём, но после того, как уехал один дорогой для него человечек, из-за которого он слабовольно позволил себе влюбиться, испытать весь набор унизительных чувств, Джин полностью изменился.       Всё оставалось так, как и прежде. Особо ничего не менялось, Ким всё так же оставался учеником выпускного класса, та же группа для общения, те же заботы и дела, однако обычное не приносило больше удовольствия. И причину Джин тоже знал — Пак Чимин, добрый, улыбчивый малыш, ребёнок за которым вечно хотелось ухаживать. Его последние слова: «Твоя любовь ближе, чем ты думаешь. Он всегда рядом», Ким Сокджин помнил о них, но переключиться так быстро никак не получалось. Чим был первым и единственным, даже после всех выяснений отношений и прощений парень продолжает обожать своего бывшего одноклассника, храня в сумке невкусную карамельку, как напоминание.       И даже сейчас, сидя на уроке иностранного, который по ощущениям уже явно затянулся, Джин вспоминает озорной блеск в глазах малыша, радующий его ещё этим летом. Рядом, что-то записывая и пыхтя от интереса, расположился на большую половину парты Ким Тэхён. Парень, как было обычно для него, опоздал на добрые двадцать минут, но дружба со старостой в который раз спасла его зад. Тэ умел договариваться, даже если поначалу собеседник совершенно не хотел соглашаться. Ему часто говорили, что из бывшей тройки: Чимин, Джин и Тэ, у него лучше развит навык общения.       — Псс… Джини, — толкнув в локоть, тем самым отвлекая от своих мыслей Сокджина, Тэ протянул вырванный листок из тетрадки. — Сегодня мой знакомый, Намджун, устраивает вечеринку, не хочешь сходить? Тебе бы не помешало развеяться. — Не интересно, — прошипел Джин, спешно пробегаясь взглядом по тексту на листке: записаны были имена тех, кто придёт, и время самой вечеринки. — Ты же знаешь, что я не любитель подобного, а в последнее время…       — А в последнее время ты стал безэмоциональной куклой! — повышая тон голоса, закончил предложение парень, но, быстро осознавая, что они ещё на уроке, прикрыл рот ладонью. — Я тебя не узнаю больше, такое чувство, что тогда вместе с Чимином улетел и ты, а со мной осталось нечто подобие старого Джина.       Тэхён так же скучал по Паку, но всё-таки парень был не из тех людей, которые будут долго сидеть и грустить, да и общение они поддерживали регулярно, так что его спокойствие было легко объяснимо.       — Чимин просил заботиться о тебе, однако такое чувство, что мне приходиться иметь дело с бездушным ослом, — Тэ уже успел наигранно отвернуться, демонстрируя другу, что обиделся, но вдруг метафоричная лампочка в его голове засветилась, и у Кима появился новый план. — Я недавно с ним разговаривал… — произнеся это, Джин моментально среагировал, а на лице Тэхёна заиграла лукавая улыбка, — …диалог пошёл о тебе. Знаешь, я вот чего не понимаю, он такими хорошими словами вспоминал тебя, будто ты ему когда-то успел жизнь спасти. Мне аж завидно стало…       — Он что-то ещё говорил? Рассказывал, как живёт? Просил передать мне что-нибудь?! — в глазах Джина заиграл огонёк, а руки затряслись от нарастающего волнения. — Тэ, расскажи мне о чём был разговор! Пожалуйста!       — Ого, как сразу активировался.       — Тэхён!       — Тише, мой друг, тише, — глупо кланяясь перед учениками и учителем в знак извинения за шум, Тэ хватает Джина за руку, пытаясь утихомирить соседа. — Если не хочешь, чтобы нас выгнали отсюда, то лучше помолчи и послушай меня. Ещё пару секунд, забывшись, Ким держал парня за руку, однако первое же движение запястьем Джина заставляет Тэхёна моментально убрать свою ладонь, смущённо утыкаясь взглядом в тетрадь. — Да… разговор заходил о тебе, Чим даже просил меня кое-что передать тебе, но…       — Но? — Сокджину не терпелось узнать концовку, что же хотел сказать ему малыш.       — Да, но после твоего отказа пойти со мной на вечеринку пропало любое желание тебе рассказывать. В нашем мире всё устроено так, что, если ты хочешь получить какую-либо информацию, нужно ещё постараться. Ничто не безвозмездно.       — Я понял тебя. Что сделать нужно? — сдаваясь, Джин закрыл свой блок с лекциями, где, к слову, было написано только оглавление, и вопросительно глянул на Тэ, который ему снова протягивал помятый листочек.       — Просто запиши наши имена здесь. Думаю, удача улыбнётся тебе, — квадратная улыбка младшего всегда появлялась, когда он побеждал в спорах, служа своеобразным знаменем победы. — Помнишь, как правильно пишется моё имя? Или подсказать?       — Смотри, чтобы я не вспомнил, как вписывать его в список опоздавших, — огрызнулся Ким, но свою часть уговора выполнил, вписав сначала своё, а потом и имя Тэ в список.       — Хорошо-хорошо.       — Сделал. Теперь рассказывай. У Чимина что-то случилось? Ему нужна моя помощь? Или… — листок в руке Джина жалобно сжался.       — Не нагоняй мрака.       В этот момент прозвенел звонок, пинком выбивая из сонного состояния всех зевак. В кабинете поднялся гул. Ни с кем не прощаясь, первым выбежал из класса учитель, видимо, ему больше всех осточертело сидеть на одном месте, следом потянулись «правильные ученики», скорее всего, в столовую, а главные сони остались, попросту поворачивая голову в другую сторону, где-то поверхностно ожидая начало следующего занятия.       — Жду тебя сегодня в шесть по адресу, — пока Джин отвлёкся, Тэ успел собрать портфель и выйти из-за парты, прорываясь через толпу к выходу. — И да, Джини, если меня спросят, скажи, что мне стало плохо… живот скрутило, что ужас! В столовке давно не дают хорошей еды.       — Ты снова пропускаешь по той же причине?!       — Ну… всякое случается! — У самых дверей Тэхён снова вспомнил о уговоре и, через поток раздражённых людей, закричал: — Чимин просил передать привет тебе! Сказал, что скучает по тебе! Я держу обещание!       Не успев что-либо ответить, Тэ смылся, оставив Джина одного.       — И это всё? Ким Тэхён, твой скилл растёт с каждым новым днём, — громко выдыхая, Ким возвращается к окну, снова растворяясь в своих мыслях, но последующая СМС помешала.       Сообщение пришло от Тэ и содержало всего две малоинформативные строчки:

«Бедный мой животик снова болит…

P.s Не забудь про шесть часов. Я буду ждать!»

      — Глупый. И как он думает потом куда-то поступать? — хоть и хотелось поучить парня жизни, но на лице возникла давно несвойственная улыбка, от чего на душе стало теплее. Ребяческое, чуток нахальное поведение Тэ позволило вернуться в норму, может, не на постоянно, но на время, и этого уже хватает.

«Я понял. Постараюсь не опоздать».

      Откладывая в сторону телефон, Сокджин внимательно изучает листок с гостями, который забыл забрать Тэ и, по всей видимости, теперь придётся отдавать ему, выискивая знакомые имена и запоминая новые, чтобы после было более комфортно вести диалог. Останавливаясь глазами на одном из имён, плечи парня невольно дрогнули, а из сомкнутых губ вырвался истерический смешок.       — Чонгук? — вот кого-кого, но Чона Джин точно не ожидал увидеть, хотя бы не через такой крохотный срок. — Ещё мало времени прошло… Решил выкинуть Чимина из памяти?!

***

      Мощно опаздывая по времени, обгоняя толпы людей, следующих в противоположном направлении, Тэ спешит на подработку. Как назло, дождь снова закапал, хотя только совсем недавно погода решала успокоиться. Зонта нет, в который раз Тэхён забывает его дома, приходиться прикрываться портфелем, а бежать в школьных туфлях по мокрым плиткам, выложенной дорожки, затруднительно: обувь вечно скользила, приходилось проявлять осторожность, что забирало священные секунды.       Ким успел проклясть всех, пока наконец из-за угла не показался маленький продуктовый магазинчик: место, где и работал парень. Чуть ли не кубарем залетая в двери, Тэ пугает посетительницу с ребёнком, стоящую в этот момент у кассы и, крича мужчине-работодателю, что ещё одна минута и он займёт своё место, скрывается в подсобке.       — Джин сможет отвлечься, пока меня нет? — переодеваясь в сухую рабочую одежду, Тэхён всё не сводит взгляда с мобильника. Пару раз появлялось желание написать старшему, однако осознание того, что сейчас идёт урок и так он только помешает, останавливало парня.       — Ким Тэхён! Ты там скоро?! — голос начальника далеко не из приятных, а когда тот начинает беситься, дела становятся ещё хуже.       — Да-да, я уже закончил!       Почти сразу после ответа Тэ выходит в главный зал и под раздражительное цоканье языком становится за кассу, завершая смену напарника. Никто в школе не знал про подработку парня, точно так же, как и друзья. Больше всего Тэхён не хотел, чтобы его кто-то жалел и предлагал свою помощь. Зависеть от других людей — быть ничтожным перед собой.       В особености парень боялся, что о трудностях узнает Сокджин, поэтому вечно приходилось придумывать глупые отмазки и сбегать с уроков, надеясь, что другу и дальше будет неинтересно, где он пропадает после.       — Ты снова опоздал, Ким! — начальник был особенно раздражительным сегодня. Завтра день, когда мужчина должен раздавать зарплату, следовательно, придирался ко всему, прикарманивая себе чужую копеечку. — Третий раз на неделе!       — Простите, начальник. Мой дом находится далеко от магазинчика, приходится бегать, — складывая ладошки, Тэ виноватым взглядом встречает своего первого посетителя. –А ещё сейчас сезон дождей! Войдите в моё положение, пожалуйста!       — И почему тогда не устроишься на место ближе к дому? — мужчина недовольно хмыкнул, но зато успокоился. — Работай.       — Есть, сэр! Да пусть Ваша снисходительность будет услышана на небесах! — недолго радуясь, Ким вспомнил о вечеринке, которую сам и предложил. — Ещё… можно сегодня будет на час раньше уйти? У меня есть дела… не хотелось бы опаздывать.       — Нет. Сразу говорю, если хочешь остаться здесь, то даже не проси о подобном, — всем видом показывая, что диалог продолжать смысла нет, мужчина удалился в свой кабинет.       — И почему так категорично?! «Если хочешь остаться здесь», говорит так, будто сюда было трудно попасть. Не проблемы бы с деньгами, меня здесь бы вообще не было, к вашему сведению!       Раздраженно ударив по кассе, Тэхён снова пугает покупателей, ловя на себе сразу же несколько осуждающих взглядов.       — Ничего, может, Джин успеет освоиться к тому времени, как я приду, и не придётся самостоятельно его подталкивать к новому общению.       Обслужив первых, Ким быстро набирает сообщение Сокджину, чтобы тот не ждал его и шёл сразу на вечеринку, а он присоединиться уже позже.

«Джини, извини, но тебе придётся одному идти на место. Я позже присоединюсь к тебе, однако из-за некоторых обстоятельств задержусь. Не позволяй себе теперешнему тупо сидеть в одиночестве и грустить!»

      Отправляя это, Тэхён пролистывает общие диалоги, останавливаясь на переписке с Чимином. Последнее сообщение от друга пришло совсем недавно, но прочесть его почему-то не хотелось.       Всё же перебарывая себя, Тэ открывает СМС, а там всего одна строка, которая вызывает бурную реакцию эмоций:

«Ты рассказал историю Сокджину? Думаю, не стоит, он будет волноваться».

      Отвечать нечего, но Тэ ещё несколько минут не закрывает диалог. Он продолжительно смотрит на сообщение, пытаясь что-то выдавить из себя, хотя нет совершенно никакого желания. Молча пролистывая выше, парень возвращается к вчерашней переписке с другом, где Пак рассказывал, что к нему приезжал Чонгук. Чимин бежал за ним, но они так и не встретились… Парень чуть не попал под машину, но заветной улыбки старшего брата он не увидел.       Рассказывая о своих переживаниях, парень всегда просил, чтобы Тэ скрывал это от Джина, однако вчера он сам попросил о разговоре с ним. Пак ещё чувствует себя виноватым, боится писать бывшему однокласснику первым, а глупый Ким никогда не напишет сам, пока его не подтолкнёшь к действию.       Переживая, что Ким закроется в себе только больше, Тэхён не смог рассказать о случившемся хёну, особенно когда последний так среагировал сегодня, услышав лишь имя и, тем самым, самостоятельно мысленно съедал себя, что обманывает друзей. Но Чим сам просит теперь не рассказывать Ким Сокджину, так почему ему не стало легче? Груз лжи всё равно продолжает лежать на сердце.       — Может, обслужите меня уже?! — выбивая из спутанного порядка мыслей, язвительно обратился мужчина. — Или я могу забрать вещи, не заплатив?       — П-прошу прощения! — в спешке бросая телефон на полку за кассой, Тэхён возвращается к работе, квадратной улыбкой и добрыми пожеланиями в конце, пытаясь спрятать свои переживания. — Глупой рассылкой телефон забивают!       Будто понимая, мужчина благосклонно кивает и, лишь получив чек о совершённой покупке, уходит, уступая место следующим однотипным покупателям.       Смена парня четыре часа. Обычно время пролетает незаметно быстро, но сегодня, как бы парень не пытался закопаться делами по голову, часы тянулись ужасно медлительно, как будто стрелка несколько раз просто останавливалась и не двигалась с места. Как назло, ещё клиенты пошли один раздражительней другого, своими косыми взглядами и едкими словами возвращая в грубую реальность. Уведомлений на телефон больше не приходило.       Когда от смены оставалось минут двадцать, Тэхён начал собираться. Хотелось как можно быстрее оказаться в совершенно другом месте, на вечеринке с Джином. Увидеть, что парень всё-таки пришёл туда, расслабляется, морально отдыхает. Тэ, наверное, ничто так не хотел увидеть, как спокойную и настоящую улыбку друга. Казалось, что, увидев её, Тэхёну и самому должно стать легче, по-другому не должно быть. Это заставляло двигаться быстрее.       В самом конце, когда пришёл момент снова сдавать место, к Киму подошёл парень, работник из зала. Он долго мычал, пытаясь подобрать подходящий слова для начала разговора.       — К-ким… можно тебя попросить об одолжении? — закрывая кассу и передавая ключи своему собеседнику, Тэ вопросительно хмыкнул. — У меня с девушкой сегодня намечается романтический ужин… не возьмёшь на своё имя бутылку вина?       — Почему не запишешь ты?       — На моём счету… большой долг. Хозяин голову оторвёт, если узнает, что я и сегодня взял что-то из магазина! — голос парня стал более уверенным, когда начал рассказывать о гнёте со стороны начальника. — А у тебя список пуст. Услужи, а?       Он схватил Тэхена за руку и умоляюще заглядывал в глаза, парню даже показалось, что он вот-вот заскулит.       — Ну ладно, — Тэхен нетерпеливо смахнул его руку со своей, начиная испытывать раздражение из-за того, что напарник задерживает его.       Еще несколько минут драгоценного времени пришлось потратить на исполнение несвоевременной просьбы, и эти минуты длились дольше, чем четыре часа смены.       — Спасибо, ты не представляешь, как помог мне! Я знал, что ты не откажешься… — напарник продолжал произносить благодарности, но Тэхен уже не слушал, а равнодушно прошел мимо, оставляя растерянного парня с перекошенным лицом позади.       Проходя мимо стеклянной витрины, Тэхен увидел свое неясное отражение и вспомнил, что он до сих пор в школьной форме, а времени, чтобы зайти домой катастрофически не хватало, поэтому, решив, что школьная форма тоже отлично подойдет для вечеринки, он торопливым шагом направился к назначенному месту. С каждым шагом чувство усталости отступало, а вместо него появлялись воодушевление и глуповатая улыбка на лице.       К месту встречи он добрался почти бегом, поэтому перед входом остановился и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы восстановить дыхание. За время пути легкая полуулыбка превратилась в жизнерадостный оскал, а мысль, что он вот-вот увидил Джина, ускоряла уже успевшее успокоиться после бега дыхание.       Зайдя в дом, Тэхен ожидал увидеть толпу людей, которые успели собраться, ведь сам он опоздал, но вместо этого увидел только одного парня, который стоял у стены и разговаривал по телефону. Тэхен подумал, что слишком сильно задержался и вечеринка успела закончиться, но потом услышал громкий крик и последовавший за ним возбужденный смех из соседнего помещения, что, собственно, сразу отметали последний вариант.       Тэхен тут же расслабился и направился на звуки шума. Шум привел его в соседнюю комнату, где и находились все пришедшие. Нос сразу почувствовал дурманящий шлейф спиртного, заполняющий пространство вперемешку с дымом сигарет, из-за чего свежего глотка воздуха не хватало. Музыка приглушена на два-три тона. В комнате было ужасно тепло, что хотелось расстегнуть первые две пуговицы на рубашке и уже глотнуть холодных напитков, которых ещё полно на столе, но у Тэ была первостепенная задача найти Джина.       На приход Тэхена никто не отреагировал, всеобщее внимание было сосредоточено на двух людях, которые находились в центре кричащей толпы.       — Ты так быстро забываешь о своих обещаниях? — Тэхен услышал знакомый голос и начала всматриваться в людей вокруг, пытаясь найти взглядом друга.       Наконец он заметил знакомое лицо в середине и принялся лихорадочно проталкиваться через толпу.       Промелькнувшее впереди лицо Джина с выражением злости и даже ненависти не только удивило, но и оставило после себя чувство печали, которое граничило с болезненным разочарованием. С трудом заняв место в первом ряду, Тэхен пытался понять, что успело произойти за время его отсутствия.       — Ты же обещал Чимину, что никогда не забудешь его, а теперь пришел сюда и ведешь себя так, как будто ничего и не было! — Тэхен никогда не видел друга в таком состоянии, и, хотя он не видел лица человека, который стал причиной такого состояния Джина, парень догадался, что это Чонгук, потому что больше ни один человек не вызывал у Джина таких эмоций.       — Тебя не должно волновать, что происходит между нами. И не смей даже имя его произносить! — голос Чонгука был тихим и мог показаться равнодушным, но Тэхен слышал, что его ярость пылает так же сильно, как и ярость Сокджина, если не сильнее. — Только не из такого поганого рта!       — Ты предал его!.. — Джин собирался сказать что-то еще, но в этот момент ярость Чонгука взяла контроль над самообладанием, и он ударил парня по лицу, повалив того на землю.       — Я не предал! Не предал! Не предал… — Чонгук продолжал повторять и гневно бить его по лицу, причиняя боль не только Джину, но и самому себе. Находясь на расстоянии, можно было почувствовать всю злость от слов Кима, явно задевающих за живое, вышедшую за границы сдержанности. Чон сам ещё не отошёл от всех событий, связанных с младшим, и всё же есть те факты, о которых Джин не знает. — Я был у него! Прилетал к нему! Но у него теперь другая жизнь… другая!       Люди вокруг были рады устроенному представлению, но драка никому не была нужна, поэтому двое парней, которые находились ближе к дерущимся, оттащили Чонгука, самостоятельно который остановиться уже не мог. Тяжёлые воспоминая полностью накрыли парня, не давая шанса свободно вздохнуть. Наконец здравый рассудок начал возвращаться, вырвавшись из рук «спасателей», парень, поправляя одежду, шумно выдохнул и без каких-либо объяснений направился к выходу, бубня себе под нос однотипную фразу.       Слегка задев Тэ плечом, мальчишка услышал предложение, которое после не сможет забыть: «Я слабый, сбегают первыми только слабые люди», а Чон даже не обратил на это внимание, не обернувшись, прошёл мимо, продолжая винить себя.       Джин продолжал лежать на полу, люди начали расходиться по комнате, когда поняли, что шоу закончилось, и никто даже не попытался помочь ему встать.       Тэхен тут же сорвался с места и подбежал к Джину. Тот неподвижно лежал и смотрел в одну точку, сначала это напугало, но потом разозлило. Стоило Джину один раз увидеть Чонгука, как тот полностью завладел его вниманием. Парень даже не заметил приход Тэхена на вечеринку, в его мыслях был только Чонгук, и это не могло не раздражать.       — Ты в порядке? — это был самый глупый вопрос, который он мог задать сейчас, другие в голову сейчас совершенно не приходили. — Встать можешь?       Джин мрачно кивнул и начал подниматься. Тэхен молча предложил свою помощь, но, может, не увидев или не захотев, парень проигнорировал протянутую ему руку. Шипя от боли и проклиная вообще тот момент, когда он согласился прийти сюда, парень подошёл к дивану, усаживаясь на него и с остатками злости сжимая руки в кулаки.       — Ты же видел? — тихо проговаривая, Джин повернулся к Тэ, всё ещё стоявшему напротив, не осмеливаясь сесть рядом. — Он просто пришел сюда повеселиться, как будто в его жизни ничего не изменилось, будто нихрена и не было у них с Чимином! — с каждым словом Тэхён больше понимал, что в парне говорит алкоголь, а пьяный блеск в его глазах только доказывал это. — Как он посмел так легко всё забыть?! Ему самому не блевотно от себя?! Лучше бы его не было вовсе!       Тэхен смиренно слушал гневный поток, не имея возможности вставить и одной фразы, но его взгляд был прикован к кровоточащей ране над губой. Джин устало откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза, позволяя лучам светомузыки играть на его лице.       Парень извлек платок из кармана и медленно поднес его к ране, боясь причинить еще больше боли. Джин лишь устало приоткрыл глаза и бросил на друга взгляд, наполненный благодарностью.       — Ты еще в школьной форме? Не был дома, что ли? — он слегка приблизился и пытливо смотрел на Тэхена, ожидая ответ.       — Это сейчас не имеет значения… — вопрос застал его врасплох, от растерянности он стиснул платок в пальцах и случайным резким движением провел по ране, от чего Джин несдержанно зашипел.       — Не обижайся, но доктор из тебя отвратительный, — он схватил руку Тэхена и медленно отвел от своего лица, осторожно разжал напряженные пальцы друга и забрал платок. — Если не против, то я лучше сам.       Тэхен лишь кивнул, все еще ощущая тёплые прикосновения на своей руке. Радовало, что в комнате было довольно темно и Ким не увидит смущённое лицо младшего.       — Я так понимаю, вечеринка для нас уже закончилась, — парень неотрывно наблюдал за движениями Джина, тот угрюмо кивнул в ответ и продолжил протирать рану. — Надеюсь, возражать ты не будешь, но оставить тебя одного я не могу.       — Не отстанешь же ведь? — пробормотал Сокджин, угрюмо кивая, словно отвечая на свой же поставленный вопрос, увидев довольную квадратная улыбку друга. — Куда пойдём сейчас, мой путеводитель? — парень хотел съязвить, но Тэхён этого даже не заметил.       — Домой, конечно! Кто знает, что пьяным ты можешь выкинуть, главный соня класса? — старший недовольно хмыкнул. — Собирайся пока что, а я пойду, хоть поздороваюсь с Намджуном.       Устало махая рукой, будто прогоняя мальчишку, Ким поднимается и бредёт к дверям, на улицу, обещая, что верно будет ждать там, на эту обстановку он смотреть уже не в состоянии.       — Никуда не сбегай! — кричит ещё раз вслед мальчишка, направляясь в обратную сторону, где больше всего шуму, громче музыка и больше людей.       Ким Намджун любил находиться в центре внимания, отчего так часто устраивал вечеринки. Парень любитель наводить шума, и вот в один из таких моментов Нам и Тэ познакомились. Нельзя сказать, что Намджун был человеком из плохой компании, просто мог достать всё, что его попросят, обычно незаконное что-то, а так Ким ни раз спасал Тэхёна, даже смог замять дело, когда пьяный Джин приставал к Пак Чимину. Младшему долго пришлось упрашивать парня, однако, как и следовало профессионалу, информация не дошла до посторонних, а так и умерла в узком круге лиц.       Как и ожидалось, Ким сидел в центре комнаты, окружённый большим количеством народа. Он что-то с интересом рассказывал опьяневшей восторженной публике, но, увидев Тэхёна, сразу замолчал, раскрывая объятия и подходя ближе.       — Ким Тэхён! Мой младшенький, — крепко обнимая парня, одурманивая сладким шлейфом дорого одеколона, Джун был очень рад увидеть друга на вечеринке. — Я думал, ты не придёшь, особенно когда узнал, что задержишься. Но, ребята, он пришёл, мой человечек здесь!       Публика моментально среагировала одобрительными возгласами и махами руками, хотя многие даже не понимали, кого приветствуют.       — Если бы мы снимались в мелодраме, нашу встречу точно бы истолковали неправильно, — отстраняясь от парня, высвобождая себе чуть большее пространства, Тэхён поздоровался в ответ, не прекращая свой диалог. — Но я всё равно сейчас ухожу, так что фильм получился бы малобюджетным.       — Почему же так рано? — парень возмущённо повёл бровью.       — Скорей всего, ты так же присутствовал на стычке двух подвыпивших дураков. Так вот, не очень хочется признавать, но один из мой друг… нужно побыть с ним, чтобы не выкинул ещё чего, — смущённо улыбаясь, Ким взглянул на Намджуна, подобный ответ которого вполне устраивал.       — Ссора произошла из-за парня? — голос Джуна прозвучал довольно громко и спокойно, показалось, будто музыка стихла в тот момент, захватывая с собой крики и вопли пьяных «животных».       — Что-то типа… — не хотелось признавать, что парень попал в самоё яблочко своим вопросом.       — И ты уходишь сейчас из-за парня? — хитро улыбаясь, Ким взял со столика рюмку и поднёс к губам Тэ. — Если я прав, то, думаю, тебе стоит выпить перед уходом.       — Н-но… Нам… — не успев договорить, Намджун начал нагло вливать алкоголь, аккуратно придерживая за подбородок, не давая мальчишке раньше времени закрыть рот.       — Это будет расплатой, что ты так скоро покидаешь меня. И считай, что это подарок от меня. Хорошо повеселиться, — подобно алкоголю, прожигающему сейчас все внутренности, заставляя скривиться, лукавый взгляд друга неотрывно наблюдал за эмоциями Тэхёна, выбивая любую, не самую приятную эмоцию.       — С-спасибо… наверное… — ещё раз громко сглатывая, тем самым более-менее успокаивая горящий организм, Тэхён, пошатнувшись, развернулся, уже собираясь уходить, но крепкая рука Кима остановила его.       — Подожди! — пальцами свободной руки Джун играючи провёл по спине младшего, пуская по спине того беспокойные мурашки. — У тебя случайно нет номера… второго? Я, вроде, слышал, что его имя Чон Чонгук?       — Все имена… и номера на листке. Ты же сам просил так заполнять, — как мышка перед удавом, Тэ не шевелился, боясь, что так его сразу съедят, отвечая на каждый вопрос. Намджун всегда добивается того, чего хочет, не важно, какими путями.       — Точно. Как я мог забыть, — цепляясь указательным пальцем за ремень на брюках, Джун слабо толкает парня вперёд, образно отпуская. — Спасибо, дорогой. Теперь можешь идти. Надеюсь, скоро свяжемся.       И Тэ послушно ступает, только позже находя правильные слова, как нужно было ответить, чтобы не выглядеть дураком. Но поздно, нелепо распрощавшись с Намджуном, Тэхён наконец выходит на свежий воздух. Недолго оглядываясь, парень ищет Джина, а после найдя того, стоящего под тусклым светом фонаря и пинающего найденный камешек на дороге, Ким спускается, сразу же по-дружески обхватывая парня за плечо, привлекая внимание к себе.       — Пойдём домой. Здесь нам делать больше нечего.       Ким Сокджин в ответ только молча кивнул.

***

      Хоть дома Намджуна и Тэ находились далеко друг от друга, но на удивление парни добрались до контрольной точки быстро. Джин успел ещё больше опьянеть, глоток свежего воздуха пошёл ему не на пользу, что только грело желание быстрее уложить его спать, а прощальный «подарочек» Джуна раскрылся во всей своей красе: афродизиак, подмешанный в спиртное, пропускал неприлично пошлые мысли, а Сокджин, находившейся нереально близко и, временами, когда парень начинал лениться и не хотел никуда идти, слабое трение их тел друг о друга ужасно возбуждало. Тэ держался из последних сил, каждый раз оптимистично улыбаясь Киму, а в душе мысленно сыпал проклятиями.       Наконец, не с первого раза найдя ключи, Ким Тэхён открыл дверь, позволяя сначала зайти Джину, а потом уже и самому. Парень просит друга не шуметь, но тот из-за своих стараний издаёт звуки ещё громче, извиняясь по миллион раз.       — Да ничего, просто иди уже! — убрав обувь на полку, Тэ вовремя заталкивает Джина в свою комнату.       На шум пришла мать. Женщина долго вопросительно смотрела на сына, который изо всех сил вцепился в ручку двери, боясь, что оттуда выйдет Ким.       — Я тебе завтра всё объясню… Сейчас позволь Сокджину переночевать у нас, ему никак нельзя появляться дома в таком состоянии, — парень умоляюще смотрит на мать, всё сильнее вжимаясь в дверь, чтобы она случайно не увидела его абсурдную возбуждённость.       — Хорошо, — только давая зелёный свет, Тэ резко поворачивает ручку двери, собираясь входить, но женщина продолжает. — Сегодня снова звонили из школы. Ты ушёл с последних двух занятий.       — Я всё стараюсь оплатить больничный счёт отца, когда мне учиться?       — Долга осталась на три месяца, думаю, я бы смогла…       — Нет. Отца скоро выпишут, и ему дальше понадобятся дорогостоящие лекарства, — разворачиваясь и делая первый шаг, парень всем видом показывает, что хочет окончить разговор, доставляющий ему только одну неприязнь и тяжесть на сердце. — У нас и так проблемы с финансами, платить продолжу я.       — Но твоя учёба?!       — Не стоит беспокоиться. Лучше иди спать, как помню, у тебя завтра ранний подъём.       Не давая ничего больше сказать матери, Тэ закрывает дверь за собой, прячась от проблемы в тёмной комнате.       Перебирая весь диалог у себя в голове, Тэхён уже открывает рот, чтобы позвать Сокджина, но замечает, что одноклассник давно спит на кровати, тихо сопя в подушку.       — И не пришлось укладывать… — устало выпуская воздух, отдалённо напоминающий смешок, Ким бесшумно, как кошка, подходит к кровати. Опускаясь на корточки, со слабой дрожью в руках накрывает старшего одеялом и долго неотрывно смотрит.       «Лицо спящего Джина такое красивое…»       Необъяснимая мысль посещает голову, а за ней сразу и другие.       «Он такой милый, когда беззащитен… когда не говорит глупостей… и когда не грустит по Чимину. Когда он настоящий».       По телу пробежали мурашки. И если сначала хотелось отогнать от себя подобные рассуждения, то сейчас Тэ сам с интересом разглядывает друга, вдохновляется и желает. Внутри словно пустили электрический провод. Губы горят, бессмысленное желание поцеловать спящего Джина проедает мозг, не желая слышать никаких сомнений и отказов.       Джин так близко, такой невинный и расслабленный, его опьяняющее дыхание теплом ощущается на щеке, что больше туманит разум, заставляя поддаться искушению и приблизиться… только приблизиться к губам парня.       Возможно, всё происходящее из-за афродизиака, но Тэхён уже верит, что это его желание, верит, что ему правда хочется прикоснуться к Сокджину. Один поцелуй что-то изменит? Можно ли всего раз позволить исполнится сокровенному желанию, можно ли почувствовать его настоящего?       И будто отвечая «нет» на вопрос, Джин сонно произносит имя, которое сейчас Тэ совершенно не хотел слышать, — Чимин. Старший повторяет его снова и снова, зовёт, мучается, а Тэхён ничем не может помочь. Весь сжимаясь изнутри, Ким пытается убить в себе последний позыв, хотя бы взять Джина за руку, и, быстро переводя взгляд на рядом лежащую подушку, он бросает её в парня.       — Спи молча, дурак! Не смогу уснуть, если кто-то будет бубнеть над ухом!       Уходя в ванну, чтобы освежиться и снять напряжение, из-за которого он нормально контролировать свои мысли не может, Ким Тэхён останавливает у входа, снова смотря на Ким Сокджина. Ему страшно признаваться, но всё чего он хочет — это Джин, он полюбил его ещё в самом начале их знакомства, когда они вместе мечтали стать великими и известными. И сегодня шанс раскрыть свои чувства мог быть использован… Тэхён мог воспользоваться возможностью…

Но время упущено. Нещадно упущено. Что-то пробовать уже не имеет смысла.

      — Джин, ты мне нравишься. Нравишься уже как четыре года, — закрывая рот ладонью, Тэ словно запрещает себе говорить, но… — Ты не слышишь моего признания сейчас, и, сделай милость, не старайся никогда его услышать.