"Интересное положение"

Мадам Пинс была в отпуске, а часть библиотеки так же нуждалась в реставрации. Гермиона и Гарри крались, как мыши. Гарри крепко держал подругу за руку. — Мантия-невидимка была бы сейчас очень кстати, — шептала Гермиона. — В отсутствие мадам Пинс мы не можем здесь быть, — бормотал Поттер. — Реставрация запланирована на конец августа. Гермиона остановилась и с улыбкой посмотрела на друга: — Гарри, куда делся твой дух авантюризма? — игриво спросила она. — Я… просто не хочу проблем, — смутился Поттер. — Их не будет, если мы уделим этому меньше внимания. Идем, — Гермиона потащила друга за руку, всеми силами стараясь забыть инцидент со Снейпом на скамье.

***

— Альтернативная медицина и необычные заболевания находятся в запретной секции, — прошептал Гарри. Они стояли в темной и пыльной библиотеке. Было трудно дышать. Гермионе смертельно захотелось прокашляться, но она сдержалась. — Значит, идем туда, — решительно ответила она. — Герми, только прошу быстрее. — Пятью минутами мы не ограничимся. Люмос! — на конце волшебной палочки гриффиндорки вспыхнул синий фонарик. Они ходили по запретной секции не меньше десяти минут, выискивая хоть какой-то намек, пока Гарри не бросился в глаза огромный потрепанный том. — Гермиона! Что-то есть! — воскликнул Поттер, осторожно вытягивая книгу. Грейнджер сдула толстый слой пыли с переплета и внимательно вчиталась. — «Особые проклятия». С чего ты взял, Гарри? — Просто предположил, — пожал плечами Поттер. — Мы ищем достаточно долго, и ничего интересного. Может, в этой книге найдется хоть что-то.

***

Гарри проводил Гермиону до госпиталя после того, как она спрятала книгу под подушкой в спальне. — Я должна посещать мадам Помфри каждый день, — улыбнулась девушка. — Мы пропустили перекус в Большом Зале, — откликнулся Поттер. — Глупости, Гарри. Это меня совершенно не волнует. Гермиона посмотрела на взволнованного и озадаченного Поттера, думая о том, когда будет лучше рассказать ему о своем интересном положении. Иногда это казалось легким, но через секунду гриффиндорка осознавала, насколько это будет трудно. Лучше не сейчас. Она боялась, что будет откладывать вот так еще долго. До появления живота, скорее всего. — Мисс Грейнджер, дорогая! Хорошо, что вам не пришлось напоминать, — Помфри открыла дверь госпиталя. — Мистер Поттер, рада вас видеть. Гарри слегка поклонился. — Может, успеешь на сок с кексами, — подмигнула ему Гермиона. — Я зайду к тебе перед сном, — чуть улыбнулся Поттер.

***

— Как вы себя чувствуете? — Поппи включила огромную лампу и направила на лицо Гермионы. — Намного лучше. Если честно, я весь день что-то делаю и отвлекаюсь от своего самочувствия. — Значит, точно ничего не беспокоит, — усмехнулась мадам Помфри. — Бурная деятельность — это хорошо. Лишь бы шло вам на пользу. — Я бы хотела уточнить… насчет занятий с профессором Снейпом, — Гермиона почувствовала, как щеки запылали. — Я ведь могу продолжать с ним работать?  — Разумеется! — всплеснула руками Помфри. — Но все в пределах разумного. — Она заботливо ощупала живот гриффиндорки и дала ей градусник. — Только осознание того, что я могу продолжать жить обычной жизнью и не отказывать себе в простых удовольствиях, поможет смириться с мыслью, что я беременна. — Я понимаю вас, мисс Грейнджер, но рано или поздно настанет момент, когда вам придется быть более осторожной. И прошу вас, прекратите говорить об этом, как о трагедии. Гермиона кивнула и протянула Помфри градусник. Ее умиляли магловские методы лечения Поппи, в сочетании с магическими. Она стала ей второй матерью за эти дни, и гриффиндорка была бесконечно благодарна мадам Помфри за все, что она сделала.

***

На сок с кексами успела и Гермиона. В Большом зале почти никого не было. Гарри доедал последний кекс и жестом пригласил подругу присесть. — Будешь изучать книгу всю ночь? — с улыбкой спросил он. Гриффиндорка кивнула. — Профессор Снейп ушел несколько минут назад. Я приглядывался по мере возможности, но ничего не заметил. Возможно, он здорово шифруется. — Лучше не распространяться об этом, Гарри, — Гермиона сделала большой укус. — Само собой, — пожал плечами Поттер. — Завтра приедет Джинни, — он внимательно посмотрел на подругу. — Что за странная выжидательная реакция? — Гермиона подняла брови. — Я хочу ее видеть, если ты об этом. И задавать вопросы о Роне не собираюсь. — Об этом я и хотел попросить. Не знаю, что там у них происходит, но думаю, что лучше не стоит. — Гарри, я не глупая и все прекрасно понимаю, — Гермиона выдавила из себя улыбку. - У меня появились заботы и помимо Рона. Последнее, чем я хочу заниматься — это копаться в головах других людей.

***

Они просидели в Большом зале еще очень долго, играя в волшебные шахматы, и Гермиона возвращалась в спальню, когда за окнами уже стемнело. Она никак не ожидала увидеть Северуса Снейпа у двери. Он смотрел на нее все тем же взглядом, каким и тогда, когда она в ужасе сбежала от него. — Профессор, — прошептала она, — что вы тут делаете? Вполне логичный вопрос. Она увидела, что Снейп крепко сжимает рукой кусок мантии. — Вы отсутствовали на ужине, я подумал, что вы нездоровы, — ответил Снейп. Он сказал чистую правду. И ему действительно хотелось обсудить поступок Грейнджер. — Нас могут увидеть, — выдохнула Гермиона. — Так пригласите меня войти, — бровь Северуса изогнулась. Он ставил перед фактом, не колеблясь, и это вводило Гермиону в ступор. Приятный ступор. Она не могла отказать и приоткрыла дверь. — Прошу, — она шептала, чтобы не выдать дрожь в голосе. Снейп прошел на середину спальни и встал, скрестив руки. Гермиона встала напротив него, не решаясь сесть. — Как вы попали в это крыло? — чуть более смело спросила она. — Я профессор, мисс Грейнджер, а не студент с другого факультета. Гермиона не знала, что сказать, замечая, что тоже начинает теребить ткань платья. — Не могу предложить чая… — Спасибо, я не хочу. Гермиона завела руки за спину, чтобы прекратить терзать несчастное платье. Снейп сделал небольшой шаг к ней, и гриффиндорка почувствовала, как у нее сбивается дыхание. — Я не сторонник спонтанных поступков под порывом чувств, мисс, — начал Снейп. — И придерживаюсь того мнения, что человек должен держать ответ за свои действия. Я думаю, вы понимаете, к чему я клоню. Гермиона кивнула, закусив губу. Ей хотелось спрятать глаза, куда угодно, лишь бы не видеть его пристального взгляда. Она понимала, что все это не прекратится, пока Снейп не услышит ее ответ. — Я сама не знаю, почему сделала это, сэр. Возможно, вы не поверите, но в ту секунду я действительно не отдавала себе отчета в том, что делаю. Можете посчитать меня безрассудной. — Я никогда не считал вас таковой, — Северус не моргал, словно подбирал слова, сверля Гермиону взглядом. От его глаз хотелось упасть без чувств. Ей было тяжело. — Как к этому относиться? — Профессор Снейп, — Гермиона чуть дернулась в его сторону, и он тут же сделал еще один шаг к ней, словно она должна была упасть с минуты на минуту, и он готовился подхватить ее. В груди гриффиндорки все задрожало. — Профессор Снейп, я прошу вас забыть об этом. Я понимаю, что это странная ситуация, но думаю, что мы найдем силы просто забыть. Я обещаю, что больше не поступлю так, но прошу, не ждите от меня никаких объяснений. Я не знаю, что вам сказать. Снейп опустил взгляд. Он видел ее стройные ноги, подол платья, колыхающегося от легкого ветра через окно, оголяющий колени. Такой вид был неуместен, и Северус снова посмотрел ей в лицо. — Сэр, — прошептала она. Снейп не ожидал, что у гриффиндорки было что-то еще. — Да? — Я доставила вам неприятность? — он увидел, как напряглись ее плечи после этой фразы. Гермиона будто замерла. И, Салазар, она была действительно прекрасна. Это невозможно не признать. — Нет, мисс Грейнджер, — он мог бы добавить, что ему было приятно, но не смог. — Хорошо, — выдохнула она. — Что ж, не могу вас отвлекать. Доброй ночи, — Снейп тут же развернулся и прошагал к двери. — Спокойной ночи, профессор Снейп.

***

Ночь Гермиона провела буквально в объятиях с «Особыми проклятьями». Мелкий шрифт, ужасно скучный слог, огромный набор непонятных текстов. Гриффиндорка теряла надежду найти хоть что-то стоящее, пока не дошла до последних страниц. — «Проклятие Пожирателей», — прошептала она вслух. Речь шла о ситуации, когда пожиратель смерти добровольно отказывался от участия в группировке и подвергался особому проклятию Темного Лорда, которое он создал на начальных этапах оформления группировки. Гермиона почувствовала, как дрожит. В книге говорилось о том, что проклятие может появляться по-разному. У многих чернела сама метка, выжигая, в прямом смысле, кожу на руке. Если у Темного Лорда были особые планы на уничтожение потенциального предателя, но он не успел совершить убийство, то проклятие появляется именно в той форме, в какой он хотел это сделать. — «Метки проклятья — разноцветные пятна, выедающие пораженные участки кожи. Могут выглядеть, как кровоподтеки, гематомы и язвы. Медленно уничтожают неверного, обрекая на мучения и, в конечном итоге, на смерть» — Гермиона читала вслух, выискивая внизу страницы хоть намек на противоядие. Его не было. Гриффиндорка понимала, что не уснет. Ее колотило, и она готова была поклясться, что у Снейпа именно то злосчастное проклятие. Все думали, что он погиб. Ходили бесконечные слухи о том, что Темный Лорд приготовил для него особую кару в виде смертельных змеиных укусов на шее, но никто не верил. Да и каждый обитатель Хогвартса слабо помнил какие-то подробности после такого большого потрясения. Снейп просто исчез, растворился в общем хаосе. Гермионе было страшно. Она накрылась тяжелым пуховым одеялом, сложив руки на животе. Ни слова о противоядии, ни единой буквы. Она закрыла глаза, пытаясь сконцентрироваться. В голову медленно, но верно приходило четкое осознание того, что у нее есть ребенок, и казалось бы, откуда быть путанице в голове, но становилось только хуже. Шея Снейпа, пораженная, теплая, пульсирующая. Огромное количество близких людей, которым предстоит узнать, что у нее ребенок. Ребенок, с которым она не знает, что делать. Гермиона осторожно погладила себя по животу, пытаясь предугадать, в какое время она почувствует, что начинает его любить и начнет ли вообще.

***

После визита к мадам Помфри Гермиона встретилась в Гарри, и они отправились в Большой Зал на завтрак. — У меня для тебя небольшой сюрприз, — загадочно прошептал Гарри. Сюрприз заключался в Джинни, которая уже ожидала их за столом. Она сидела такая милая, теплая и домашняя. Гермиона будто почувствовала себя в уютной Норе за чашкой чая с семьей Уизли, но в то же время что-то кольнуло в груди. Снейп напряженно наблюдал за этой сценой, пытаясь предугадать реакцию Гермионы, и, конечно же, она улыбнулась. У Северуса возникла мысль, что Уизли приехала забрать Грейнджер в семью, что девчонка уже написала слезливое письмо о своем интересном положении, рыжий недотепа одумался и пришел в чувство, решив проявить благородство и забрать Гермиону с прицепом. От этой мысли становилось не слишком приятно, и Снейп попытался переключиться на беседу с Макгонагалл. — Я рада тебя видеть, — тихо проговорила Джинни. Она не менялась, очаровывая своей легкостью. Гермиона улыбнулась. Джинни была ни при чем. Она здесь, и она — ее лучшая подруга. Гермиона считала, что не было в мире человека, способного заменить Джинни Уизли. — Я тоже. Выпьем тыквенного сока, как раньше в школе? — ответила гриффиндорка.

***

— Как ты себя чувствуешь? Гермиона и Джинни прогуливались по дворам Хогвартса. Гарри решил оставить их вдвоем, чтобы они могли спокойно поговорить, но Гермионе, по сути, нечего было сказать. Желание спрашивать о Роне то возникало, то стремительно пропадало. О ребенке она не хотела и заикнуться. — Намного лучше. Гермионе не пришлось придумывать тему для разговора. — Рональд одержим какой-то непонятной мне идеей воссоединения семьи, — проговорила Джинни. — Я не могу с ним говорить, иногда мне кажется, что я перестаю его понимать. Он зомбирован, пытается наладить какие-то близкие контакты с Перси, но безуспешно. — Я так и поняла, — тихо ответила Гермиона. Ей, по правде, было нечего сказать на слова Джинни. — Он скорбит по Фреду… — Я понимаю, — перебила Грейнджер. — Нам всем больно от этой утраты. Я все понимаю, Джинни, но давай не будем о Роне. Уизли вздохнула. Она понимала Гермиону. — У меня немало забот. Я хочу помочь в реставрации школы, насколько это возможно и навестить моих родителей, — сказала Гермиона. — Все остальное меня не беспокоит так сильно. — И я все понимаю, — вздохнула Джинни.

***

Бесконечные «репаро» и заново рожденная мебель школы отвлекали Гермиону от бесконечного потока сбившихся мыслей. Она сидела вместе со всеми в классе трансфигурации и чинила все, что только можно. Однако, периодически поглядывая на часы, девушка понимала, что хочет вернуться в спальню и остаться наедине с собой. — Мы с Джинни хотим прогуляться до Хогсмида, — Гарри внимательно посмотрел на подругу. — Ты с нами? — Неважно себя чувствую, — Гермиона вытерла лоб и вздохнула. — Но буду признательна, если вы принесете мне чего-нибудь вкусного. Гарри улыбнулся: — Будет сделано. Джинни была увлечена уборкой старых книг, и Гермиона воспользовалась случаем, придвинувшись ближе к Гарри. — Я изучила книгу, — прошептала она. Глаза Поттера блеснули: — Что нашла? — Ты что-нибудь слышал о проклятии пожирателей? — Разумеется, — кивнул Гарри. — Но ничего конкретного, слишком абстрактное понятие. Убедиться в его существовании не приходилось. — Гарри, я вычитала все, что было в этой книге и готова поклясться, что Снейп проклят. Поттер нахмурился: — Герми, нельзя быть настолько уверенной в этом. Гермиона взяла его руку и крепко сжала: — Гарри, все описания подходят. Все слишком логично. Самое проблематичное, что нет ни слова о противоядии. Гарри вздохнул: — Может потому что проклятия, как такового нет? Гермиона начала нервничать: — Гарри, прошу, не будь таким скептичным. Я часто ошибалась? Поттер улыбнулся и сжал руку подруги в ответ: — Разумеется, нет. Ты — самая великая волшебница последней четверти двадцатого века, так уж точно. — Это не смешно, — гриффиндорка закатила глаза. — Я и не смеюсь, — Поттер немного помолчал. — Бывшие члены Ордена должны хорошо разбираться в этом вопросе. Я готов разбить свой скептицизм об их весомые аргументы. — Половины уже нет с нами, — Гермиона поднялась, чувствуя, как у нее тяжелеет голова. — Ладно, Гарри. Мне нужно отдохнуть. Она шла в гостиную Гриффиндора быстрым шагом и, как только захлопнула дверь, ее осенило. — Кингсли! — воскликнула Гермиона. — Кинглси Бруствер. Так лихорадочно Гермиона не писала ни единого письма в своей жизни. Улизнуть из Хогвартса в Министерство было из области фантастики, и поэтому почтовая сова была единственным приемлемым вариантом. Наскоро запечатывая письмо, она отправила сову, собирая всю веру в свою правоту.

***

Гарри и Джинни буквально застряли в Хогсмиде, пропустив обед в Большом Зале. Гермиона тоже не попала на него, так как уснула крепким сном. И только к ужину она смогла подняться. Когда гриффиндорка вошла в Большой Зал, Снейп посмотрел на нее странным взглядом. Они с Макгонагалл целый день занимались восстановлением кабинета Дамблдора, который отнял все силы, однако у Северуса хватало секунд на то, чтобы подумать об исчезновении Грейнджер. Надо признаться, он ждал ее в своем кабинете. Ждал, что она войдет, прижимая к груди стопку тетрадей. Но Гермиона не появилась до обеда, и Снейп, бросив план работы на сегодня, отправился помогать Макгонагалл. Каждый раз, когда мысли возвращались к Гермионе, его виски предательски резало, и зельевар готов был буквально вытрясти из себя все эти размышления. Появление Джинни Уизли означало только одно: Гермиона возвращается в Нору. Вереница сов влетела в Большой Зал, выпуская из лап кипы писем и бандеролей. Рядом с тарелкой Гермионы упало письмо с четко напечатанной буквой «М». Она тут же среагировала, схватив конверт, и спрятала его в карман кофты. Снейп не смог отвлечься. Он следил за каждым ее движением.

***

— Очевидно, приезд мисс Уизли настолько отвлек вас, что вы забыли о занятиях по зельеварению. Гермиона вздрогнула. Она стояла у того самого окна, у которого стоял Снейп, застав ее за прогулкой. Гриффиндорка резко развернулась. — Профессор Снейп… Он кивнул. — Простите, но сегодня я не смогла найти время несмотря на… Снейп приподнял брови: — Несмотря на? — Несмотря на мое желание, — выпалила Гермиона, с трудом сглотнув. — Я помогала чинить класс трансфигурации. — Мисс Грейнджер, это звучит как оправдание, что странно, ведь это не моя инициатива заниматься вместе. Гермиона не знала, что ответить, пытаясь не переводить взгляд на шею Снейпа, которая была закрыта. Она всматривалась в его глаза. Северус сложил руки на груди: — Полагаю, что занятия окончены, ведь появление мисс Уизли в Хогвартсе явно не случайно. Гермиона напряглась: — Что вы имеете ввиду? — она действительно не понимала. — Могу предположить, что вы оповестили семейство Уизли о вашей ситуации, и ваш кавалер соизволил одуматься и взять вас под свою опеку, поручив сестре поговорить с вами и забрать. Гермиона вспыхнула, почувствовав, как ее окатывает жаром: — Сейчас вы ошибаетесь, профессор. Я думала, вам это не свойственно. Снейп искренне удивился: — Что вы имеете ввиду? — Джинни приехала помочь Гарри. А я не немощная старушка, которую нужно «брать под опеку». Я остаюсь в Хогвартсе и прошу вас впредь больше не упоминать Рональда Уизли. Это не уместно. Уголки губ Снейпа дрогнули. Он ждал ее все утро. Ждал этого робкого взгляда и осторожного стука в его дверь, но сейчас решительный взгляд Грейнджер, ее плотно сжатые губы обескураживали его до легкой улыбки, которую он себе позволил. Гермиона не ожидала. — В таком случае, прошу извинить за ошибочные предположения. Но не отрекаюсь от своих слов насчет занятий, подчеркивая, что это исключительно ваша инициатива. Поэтому не стоит оправдываться, почему вас не было. — Профессор, — теперь Гермиона шагнула в его сторону, сокращая расстояние между ними. - Но ведь если бы они были не нужны, вы бы не начали этот разговор, проигнорировав мое нахождение здесь и пройдя мимо. Ведь так? Она обезоруживала его все больше. Он мучился от ощущения, что ждет от нее чего-то. И миллиметры между ними, которые сократились настолько, что до его восковой кожи доходило ее теплое дыхание, заставляли ждать еще больше. Он должен был что-то сказать. Снейп не мог допустить дать ей право оставить последнее слово за собой. Но в голову не приходило ровным счетом ничего. — Мой вопрос был вполне уместен. Если ваше отсутствие в моем классе в назначенное время будет повторяться, я вынужден буду отменить занятия, так как у меня есть заботы помимо. Я требую ответственного подхода к работе, за которую вы решили взяться. Мои занятия — это не хобби, которым можно заниматься время от времени. Наши результаты могут быть продуктивны для дальнейших уроков в Хогвартсе, и здесь работает принцип регулярность-продуктивность. Гермиона улыбнулась: — Я поняла вас. — Чудесно, — ничто не дрогнуло на его лице. Письмо из министерства жгло карман гриффиндорки. — Доброй ночи, профессор Снейп. — Доброй ночи, мисс Грейнджер.