"Интересное положение"

Гермиона вышла из кухни, держа в руках лопатку, и в следующую секунду она выпала у нее из рук. — Гермиона, ты в порядке? — тут же подбежала к ней миссис Грейнджер, поднимая лопатку с пола. — Да, — машинально отвечала Гермиона, не моргая глядя на Снейпа. Он тоже смотрел на нее своим глубоким взглядом. Гермионе на миг показалось, что он может читать ее мысли сейчас. — Это действительно преподаватель Хогвартса? — спросила миссис Грейнджер. Гермиона кивнула. — Что происходит? — из кухни вышел мистер Грейнджер. Это отрезвило Снейпа: — Северус Снейп, профессор зельеварения в Хогвартсе. — Ох! — мистер Грейнджер протянул ему руку. Снейп несколько секунд смотрел на нее, а потом все-таки пожал. Он не привык к такой форме общения. — Я много наслышан о вас. Снейп перевел взгляд на Гермиону, в груди которой что-то моментально вспыхнуло. — В самом деле? — его бровь приподнялась. — Полагаю то, что я чрезвычайно деспотичен. Мистер Грейнджер добродушно усмехнулся, А у Гермионы дернулось веко. — О, нет. Она говорила, что вы достаточно строг, но такими и должны быть преподаватели в школе, — похоже, мистер Грейнджер был настроен на общение. Уголки губ Снейпа приподнялись. Обстановка в доме была настолько магловская и приторно милая, что он не мог не ухмыльнуться. — Гермиона что-то натворила, мистер Снейп? — с опаской спросила миссис Грейнджер. — Разумеется, нет. Ваша дочь слишком прилежна, — Снейп сложил руки за спиной. Гермиона покраснела до кончика носа. — Но, тем не менее, позвольте мне попросить ее на несколько минут. — Разумеется! — тут же согласился мистер Грейнджер. Он тут же проникся уважением к сдержанному профессору. — Гермиона? Гриффиндорка поймала себя на мысли, что уже несколько минут не шевелится. Ее будто сковало. Она смогла отвести взгляд от Северуса только когда к ней подошла мать. — Дорогая, ты в порядке? — тихо спросила она. — Да, мама… — кивнула Гермиона. — Я на минуту. — Конечно, сколько угодно! — тут же отреагировал отец.

***

Они шли молча. Их плечи периодически легко стукались друг о друга. Гермиона не была настроена начинать первой. Неужели, он вернулся за мной…. Когда они подошли к крошечному зеленому озеру, Снейп остановился, и Гермиона вместе с ним. Она физически не могла поднять на него глаза, сверля взглядом пуговицы на его рубашке. Снейп все так же держал руки за спиной и закусывал нижнюю губу. Вокруг было тихо, будто вся деревня уснула. — Гермиона, — наконец, произнес он. С произношением им ее имени, внутри гриффиндорки будто порвалась давно натянутая леска. Она подняла на него глаза и почувствовала, что хватка на шее ослабла, и она может говорить. — У тебя была весомая причина, чтобы приехать? — спросила она. — Да, — отрезал он. Гермиона замялась. Она надеялась, что сейчас он скажет, что приехал забрать ее. Что ему, в конце концов, непросто без нее. Но Снейп долго молчал. Теперь он не смотрел на нее, его взгляд блуждал по притоптанной зеленой траве. — Ты рассказала родителям о своем положении? — наконец, выдавил из себя он, чувствуя, что внутри все холодеет от волнения. Еще несколько минут назад он был полон решимости. — Только матери, — спокойно ответила Гермиона. — Как она отреагировала? — Непонятно. Гермиона отвечала односложно, и Снейп понимал, что она ждет, что он озвучит причину внезапного появления здесь. Он чувствовал, как внутри нее свербит это ожидание. — Я не умею извиняться… — начал Снейп. — Это неправда. Ты умеешь, — тут же перебила его Гермиона. — Тогда во мне не было такого бешенства, как вчера, — вырвалось у Снейпа, хотя он не хотел говорить этого. Искренне не хотел признавать. — Мне в пору извиняться перед тобой, Северус. — На этой фразе Снейп прикрыл глаза, потому что его имя слишком сладко срывалось с губ Гермионы. — Я должна была тебе сказать. Но ты бы не согласился. — Скорее всего, — Снейп повел бровью. — Сейчас я уже ничего не могу сказать, кроме того, что ты действительно спасла меня. Этим признанием он мгновенно сломал невидимую стену между ними, освободив Гермиону окончательно. Она почувствовала, как тело расслабляется и выдохнула. — Я много думала о нас. Точнее… Я думаю каждый день и каждый час, — она сбивалась из-за легкого волнения. Из-за желания выразить свою мысль достойно перед ним, под его тяжелым пронизывающим взглядом. — Гермиона присядь, — Снейп оборвал ее, указывая рукой на покосившуюся деревянную скамейку возле озера. Гермиона почувствовала досаду, но медленно прошла к скамье и присела, сложив руки на коленях. Снейп опустился перед ней, опираясь кулаком в сильное бедро. — Гермиона, дело в том, — он чувствовал, как между легкими что-то схватывает, — что, — он резко оттянул ворот рубашки. — Северус, — Гермиона внимательно посмотрела на него. Снейп снова смотрел вниз. Его пальцы застыли на воротнике. Для Гермионы эта пауза начала становиться невыносимой. Она осторожно положила руку на колено Снейпа. Он тут же посмотрел на нее, и это стало для Гермионы тем самым волшебным пинком для озарения. Ее губы стали медленно растягиваться в улыбку. — Северус, я тоже люблю тебя. Мэрлин, наверное не стоит разбрасываться такими словами, но я чувствую, что это так необходимо сказать тебе. Северус, у меня было столько сомнений в эти дни, я буквально металась, — Снейп почувствовал, как она начала сжимать пальцами его колено. — Но если хочется сказать это, значит надо говорить. А мне хочется, ты не представляешь себе как, — от волнения Гермиона поднялась со скамьи. Снейп не отрывал от нее взгляда, не смея перебить. — Я никогда бы не подумала, что между нами может что-то произойти. О, я не считаю себя глупой или блеклой. Далеко нет. Но чем я смогла бы заинтересовать тебя? Чем я заинтересовала? Порой мне кажется, что открывая рядом с тобой рот, я выгляжу так нелепо, будто мое фото вывесили на доску позора. Иногда я думаю, что мы из параллельных вселенных, Северус. Что мы две вспышки, которые никогда не схлестнутся в единое целое.… Но ты здесь… Гермиона хотела сказать еще много чего, но мысли, которые недавно были разложены по полочкам, смешались снова. Снейп еще некоторое время смотрел на нее. Гермиона набралась смелости. — Я не слишком опытна. Ко всему этому бардаку в голове, добавился прицеп. — Это мой прицеп Гермиона, — не дыша ответил Снейп. — В смысле? — гриффиндорка слегка прищурилась. — В прямом. Я — отец твоего ребенка. Гермиона снова присела на скамью. — Это невозможно. — Это реальнее, чем кажется, — Снейп выжидающе смотрел на нее, чувствуя, как глаза становятся стеклянными. Но самым странным было то, что с его легких упал груз, и дышать стало намного легче. Гермиона приложила дрожащую ледяную руку к губам, опустив глаза, чувствуя, что веки просто не поднимаются. — Откуда ты узнал? — Это важно? Гермиона нашла в себе силы посмотреть на него, и Северус улыбнулся от этой жгучей смеси женского негодования и детского гнева. — Я приехал, чтобы поговорить с твоим отцом в первую очередь. Гермиона облокотилась на спинку скамьи, уставившись в одну точку. Никаких эмоций в ту секунду у нее не было. Снейп был готов дать ей ровно столько времени, сколько она пожелает. Молчание затянулось надолго. Северус подошел ближе к озеру и внимательно вглядывался в мутную воду. Когда Гермиона поравнялась с ним, он глубоко вздохнул. — Я должна поговорить с отцом, — тихо сказала она. — Я в этом не уверен. Снейп немного помедлил, но наконец, повернулся к ней, положив руку на живот. От прикосновения крупной теплой ладони Северуса, в ноги Гермионы выстрелил мощный горячий импульс. Она почувствовала. Почувствовала, что все именно так, как должно быть.

***

Словно бегающая за дверями отцовского кабинета Лиззи Беннет, Гермиона металась из угла в угол в ожидании, когда Снейп и родители поговорят. Физически ее колотило, но на душе было спокойно: она знала, что Снейп найдет нужные слова. — Знаю. Я не беспечный юнец, — спокойно проговорил Снейп, пристально глядя на побледневших мистера и миссис Грейнджер, — но значит так сложились обстоятельства. Не все в этой жизни подвластно нашему жалкому контролю. — Но вы же преподаватель, — ахнув, прошептала миссис Грейнджер. — Преподаватель — это не черт во плоти, — уголок губ Снейпа дрогнул, но он сдержал усмешку. — Могу раскрыть свой козырь и сказать. что в отличии от розовощекого юнца с наполеоновскими планами и амбициями, я просто сделаю все, чтобы мой ребенок и его мать были счастливы. — А как же любовь? — вырвалось у романтичной мечтательной девочки, живущей глубоко внутри миссис Грейнджер. Мистер Грейнджер бросил на нее странный взгляд. Снейп чуть прикрыл глаза, вспомнив мягкие горячие губы Гермионы, ее податливое тело и прикосновения тонких пальцев к его коже. — Об этом можете не беспокоиться. Мистер Грейнджер закусил губу, сверля Снейпа взглядом, и чувствовал силу. Силы, исходящая от мрачного мужчины, облаченного в черную мантию хватило бы на таких троих, и отец Гермионы уже не смог ничего сказать.

***

Гермиона резко встала, когда дверь в гостиную открылась. Отец смотрел на нее с доброй улыбкой, а миссис Грейнджер тревожно переводила взгляд с дочери на Снейпа. На лице профессора не дрожала ни одна мышца. — Мисс Грейнджер, собирайтесь. Хогвартс Экспресс через считанные минуты, — он позволил себе усмехнуться. — Что мы будем делать? — вырвалось у Гермионы. — Первым делом, нанесем визит директору Макгонагалл. Уверен, он станет для нее незабываемым.