Orphan and It: dance of blood and shadows

      Удар за ударом сбивали клоуна с ног, не давая нормальной возможности подняться. Неудачники старались окружить Пеннивайза и забить его до смерти, однако монстр был проворливее и отбивался своими когтистыми лапами, отбрасывая подростков в стену.       Сейчас Пеннивайз был очень злым и по-настоящему сердитым. Безумная жажда порвать на куски и сожрать целиком перешла черту. Клоун иногда применял различные иллюзии, превращался в отвратительных и устрашающих существ всячески пытаясь напугать и свести с ума Неудачников.       Попытки проваливались, но все-таки существуют в их подсознании существа, которых они боятся, с легкостью верив в галлюцинацию.       Оно отбросило в стену Беверли, успевшую только замахнуться на него с металлическим оружием и рука клоуна перехватила её своей мертвой хваткой.       От удара головой об тупой угол ржавой развалюхи открылась рана. Область начала отзываться болью. Сначала острой и жгучей, а после — ноющей.       На руке остался кровавый след. — Беверли! — Билл подбежал к раненной и осмотрел рану, пока остальные Неудачники боролись с клоуном, — Черт. Рана неглубокая, но большая. — Все в порядке, Билл. Правда, — пыталась успокоить девушка челкастого.       Меньше всего ей хотелось, чтобы парень переживал за неё в неподходящий момент. К тому же, переживания ни к чему, потому как все битвы заканчиваются не без жертв. На лице Денбро невооруженным глазом было заметно беспокойство. Но никто и не догадывается, о чем сейчас его мысли. — Билл! Берегись! — крикнул кто-то из группы.       Челкастый обернулся и увидел монстра, летящего прямо на него, вместе со своим безумно-устрашающим смехом и яростно пылающими глазами. Пеннивайз схватил парня и повалил на землю, пытаясь добраться острыми зубами до его головы. Билл защищался металлической железкой, удерживающую вес монстра.       Со спины грудь Пеннивайза насквозь проткнула ржавая железка с заостренным концом. Клоун изогнулся и выпрямился разъяренно рыча во весь голос. Из открывшейся раны в груди в воздух выпустилась черная кровь. Вой был невыносим и на момент оглушил всех находящихся поблизости.       Несмотря на то, что Пеннивайз — существо бессмертное, Оно все равно чувствовало боль и давало слабину. Но сразу старалось брать себя в руки. Каждый раз с новой порцией боли Оно беспокоилось за Хлою и за свое нерожденное дитя. Если слабеет он — значит та же участь ждет и Матурин.       Пока клоун пытался вытащить из себя все железки и металлические острые предметы, они не давали боли стихнуть и мешали ему. От этого на теле Матурин могут остаться шрамы, будто их рисуют невидимые чернила.

☆☆☆

      Хлоя стояла у окна, грустно смотря в пепельное небо. Солнца давно не видать, словно надежда больше никогда не взойдет. Но Хлоя не верила в это. Мысли девушки неустанно возвращались к Пеннивайзу. Перед глазами снова и снова возникал момент их прощания. Хотелось верить в хорошее, не взирая не жестокую реальность, которую никто не изменит.       По своей природе клоун был очень упрям и самоуверен. Эти черты иногда оборачивались против него, как ни крути. Остается надеяться, что сейчас он не будет считать себя таковым.       Грустные мысли не давали покоя. Такое состояние не могла не заметить Матурин, наблюдающая за ней порядком минут 10. — Не грусти. Он вернется. Он ведь обещал тебе, — спокойным и успокаивающим голос произнесла девушка, подойдя к Хлое и положив свою руку на хрупкое плечо. — Я не сомневаюсь в этом. И все-таки мне как-то… не по себе. Иногда он чересчур упрям даже для меня, — еле натянутая улыбка расползлась лениво на губах. — Видела бы ты, каким он бывает со мной. Он еще тот зануда.       Подобные слова всегда вызывали улыбку. Хлоя знала: каким бы Пеннивайз не был — она любит его всем сердцем. И он всегда будет только её. Её Танцующий клоун, которого смогла полюбить единственная, чистая, человеческая душа, не смотря на все совершенные поступки над невинными детьми.       Неожиданно Матурин почувствовала резкую жгучую боль сразу во всех областях тела. На руках прорезались царапины, из которых тут же стекала густая белая кровь, а на спине образовалась глубокая рана от проколотого предмета. Хлоя впала в панику. — Матурин! Что с тобой? Что происходит?       Девушка не удержала равновесие и ноги подкосились, свалив белокурую на колени. Ладони притронулись к основной и более серьезной ране в грудной клетке и тут же отпрянули. Ладонь окрасилась в нежно-кремовый оттенок. — П-пеннивайз… — шепнули белые губы. — С Пеннивайзом что-то случилось? Матурин, прошу говори со мной! — голос дрожал от нахлынувшей волны страха.       Матурин будто таяла на глазах. Трудно было представить, что сейчас чувствует Пеннивайз. И не хотелось думать. Действовать нужно было немедленно. Неизвестно, сколько Пеннивайз сможет продержаться там. Каждая секунда дорога. — Х-хлоя… я не смогу… защитить… тебя… — Нет! Нет! Только не умирай! Не смей! Что я должна сделать? Что мне делать? — к глазам подкатывали слезы. Девушка склонилась над белокурой.       Матурин достала из кармана хрустальный сосуд и протянула его Хлое. Он был наполнен какой-то жидкостью темного цвета и имел определенные свойства. — Что это? — Это сосуд. В нем находится кровь Пеннивайза. — Кровь? Откуда он у тебя? — Пеннивайз отдал мне его прежде чем уйти. Он сказал, чтобы я передала его тебе. Кровь сможет дать тебе сил, когда будет совсем плохо. Правда, после того, как ты её выпьешь — могут быть последствия, которые невозможно изменить. Учти это. Используй его. — А если я её дам Пеннивайзу?       Вопрос остался без ответа, потому как Матурин чувствовала себя плохо и начала захлебываться кровью. Хлоя очень испугалась и побежела из дома к входу в канализацию.       Черепаха изо всех сил старалась держаться. Подняться на ноги удалось не с первой попытки. И не со второй. Держась одной рукой за рану, девушка старалась излечить себя. Однако на замену зажившим ранам появлялись новые и более глубокие. А чар становилось все меньше. Ровным счетом, как и сил. Последняя чаша магии истратилась на мысленный голос, который Пеннивайз в миг уловил.       «Проклятье! Говорил же ей ждать меня. Вот глупенькая моя. Если кто-то из них причинит ей вред я их сожру, что и глазом не моргнут»       Хлоя бежала по улицам, стараясь сокращять расстояние, сворачивая в переулки. От бега появилась тяжесть в животе и новые ощущения боли. Хлоя чувствовала, что и сама малышка внутри беспокоится о своем папе и подавала характерные признаки. Вот только они передавались ноющей болью. — Держись малышка! Я спасу нашего папу. Ты только не бойся, — проговорила девушка ласково, погладив свой живот во время передышки.       «Мамочка… спаси папу, пожалуйста»       Очень скоро девушка настигла канализационного входа и чтобы было проще ориентироваться, она вспомнила путь, по которому её вела Матурин.       Сточные воды замедляли движения, из-за чего силы стали убывать быстрее. Слезы катились по щекам девушки. Она не переставала повторять имя любимого клоуна у себя под носом, мысленно молясь, чтобы она не нашла его труп. Если он будет держаться на волоске жизни, то это будет хоть какой-то надеждой на его выживание.       Девушка и подумать не могла, как сильно время провернется вокруг неё. Есть предположение, будто кто-то Хлое проложил путь и она шла по нему, как по красной ниточке. До ушей долетел дикий вой зверя, но сердце знало хозяина воя. Не теряя ни минуты, девушка устремилась к источнику звука.       Придерживая руками живот, она дошагала до места, откуда увидела ужасную для неё картину: Пеннивайз стоял на коленях и хитро улыбался, будто стебся над жалкими попытками Неудачников уничтожить его. Глаза горели янтарным пламенем. Перед фигурой клоуна стоял Билл, готовивший вот-вот проткнуть глотку своим оружием. — Знай одно, Билли: меня ты не убьешь. Не ты, не кто-либо другой. Все вы жалкие существа, не знающие ценность в жизни. Для меня вы всего лишь пища. Я до конца дней буду возвращаться к вам снова и снова… — Возможно. Но только не сегодня, — Билл резко замахнулся, нацелив острый конец оружия в глотку. — НЕЕЕТ!!! — в этот момент Хлоя дернулась с мертвой точки и подставила себя на защиту клоуна.       На разукрашенное лицо капнули в один момент алые капли крови.       Никто из Неудачников даже и не мог ожидать такого исхода. Все произошло очень быстро и неожиданно даже для Пеннивайза. Только сейчас до Билла дошло, к чему привел его поступок, пока он на минуту представил самоуверенность и превосходство.       Хлоя застыла на месте с металлическим оружием в груди, пронзивший её насквозь. Острый конец едва не достал до поверхности тела клоуна. Оно пронизывающим взглядом сверлило спину девушки и глаза остановились на заостренном конце, с которого лениво капала кровь. Затем желтые глаза налились багровой кровью полностью от края до края. — Хлоя… моя малышка…       Клоун поднялся с колен и пронзил всех Неудачников устрашающим взглядом, полным ненависти и злости. Всем участникам стало по-настоящему жутко. Из глаз потекли тонкие струйки крови и челюсть трансформировалась в зубастую пасть. С уголков губ капнули голодные слюни.       Не помня себя от страха, Билл судорожо разыскал у себя метательный нож и дрожащей рукой запустил его в монстра. Лезвие вошло по основание в белый лоб. Оно дьявольски закричало и начало дергаться, демонстрируя свое страшное лицо и злые черты. Ножик каким-то образом сам высвободился и отлетел в сторону, а рана моментально зажила сама. Неудачники от паники стали пятиться назад, но далеко никто не убежал. Демонический клоун набросился на каждого подростка, не испытывая ничего, кроме проснувшегося голода и жаждой насладиться воплями боли. Пеннивайз чувствовал каждую каплю крови Хлои, медленно покидающую её тело.       Самое ужасное, что никто из сверхнечеловеческих существ не смог предугадать такого исхода. Все произошло совсем не так. Будто судьба перевернула ситуацию с ног на голову. В результате этого переворота Хлоя пала невинной жертвой, приняв на себя участь и смерть.       Мерцающий огонек жизни еще держался в теле девушки, но его час постепенно подходил к концу. Рана была не совместима с жизнью и ничто не могло её залечить. Тело девушки лежало на холодной земле, пропитывая все вокруг кровью.       Каждому из подростков Пеннивайз вырвал бьющиеся сердца и тут же их сжирал, поглощая свежие порции страха. Тела он отправил парить над логовом среди остальных детей.       А вот их души…       Для них он приготовил особый подарок, который станет для них вечным проклятием. Души всех убитых подростков из «Клуба Неудачников» клоун отправил в свой родной дом — во вселенную «мертвых огоньков». Туда он отправлял только «достойных» детей, кто пробудил в нем злость и агрессию на своих жертв, превышая шкалу нормы. И оттуда души покойников никогда не возвращались.       Их души веками будут терпеть страдания и никому не суждено избавиться от заслуженной участи, которую устроило Оно.

☆☆☆

      Окровавленные пальцы аккуратно проводили красные дорожки по бледному личику девушки, постепенно зарываясь в волосы. Клоун держал возлюбленную на руках, не зная и не видя перед собой больше смысла жизни. Его девочка… его малышка, с которой он был всю её жизнь теперь лежала на его руках с большой проколотой раной. Эмоции прожигали клоуна изнутри. Ему хотелось визжать, кричать, чтобы хоть как-то спустить напряжение. Но его уста были сомкнуты, а губы прижались к холодным и нежным губам его малышки.       Пеннивайз прижимал хрупкое тело к себе, не обращая внимания на пятна крови, оставленных на его костюме. Он чувствовал исходящий холод и согревал малышку как мог. Пусть она поймет, что он всегда рядом и не оставит её.       Неожиданно Оно заметило торчаший из кармана девушки хрустальный колпачок и рука потянулась к предмету. Сосуд был знаком. И клоун знал содержимое. Не допуская ни единой мысли в своей голове, Оно залило черную кровь в девушку. Когда пузырек опустел, монстр стал всматриваться внимательнее, ожидая, что малышка вот-вот разомкнет глазки. А его душа вновь зальется красками.       Не увидев изменений, клоун упал духом. А ведь его кровь была последней надеждой, на которую он мог опереться. Из области сердца высветился огонек, по форме похожий на пламя свечи и немного приблизился к Пеннивайзу. От огонька клоун почувствовал знакомое тепло, а когда огонек улетел на небеса — белую кожу пронзил холодок. — Она жива… — прошептали губы клоуна в мертвой тишине.       Острый слух монстра уловил тихие шаги и шелест одежд. Он даже не стал оглядываться. Нетрудно было узнать пришедшего. — Пеннивайз? Что с Хлоей? — голос Черепахи прозвучал обеспокоенно, будто хозяйка догадалась о исходе битвы.       Серебряные глаза не сразу поверили в увиденное. Сердце сковала невиданная боль и пустота. Матурин лишь склонилась над лицом девушки и, неожиданно для себя, услышала очень-очень тихое и слабое дыхание. В непонятках Черепаха глянула на свою противоположность. — Она жива… я это чувствую. — Она дышит, Пеннивайз. Нет, она не умерла, — уже точно произнесла девушка, уверенная в своих догадках. — Я ей дал свою кровь. Не знаю, почему она еще не открыла глаза. — А я знаю. Она спит. — Что?! — монстр удивленно уставился на Матурин. — Она спит мертвым сном. Я чувствую, её душа в нашем мире «мертвых огоньков». Там она будет проходить трансформацию ближайшие 50 лет и вернется на Землю совсем другой. Она станет сверхсуществом, как мы. А пока, её тело будет спать и медленно созревать, — успокоила белокурая клоуна, положив руку на его плечо. Но монстр тут же отдернул руку.       Танцующий клоун на минуту представил свою Хлою в её новой оболочке. Конечно, внешность почти не изменится, разве что появится способность менять цвет глаз и превращаться в чудовище с огромной пастью. Не без сверхспособностей останется девушка. И клоун это знал. Пусть так и будет.       Конечно, первые несколько месяцев малышке будет тяжело привыкнуть и принять «новорожденную» себя. Она будет выглядеть как человек, а внутри не останется ничего человеческого. Разве что чувства, которые она приобретет или вспомнит. И естественно, Пеннивайз не останется сидеть во мраке.       Возможно, все произойдет совсем не так, как пожелало бы её сердце, но лучше возродиться монстром, чем умереть в одиночестве.       Всему можно научиться. Для существ с другого измерения нет ничего непостижимого. — Да… ты права. Я тоже это чувствую. Только, что же стало с нашей малышкой? Я её не чувствую и не слышу. — Не хочу огорчать, но я тоже не слышу, — вздохнула тяжело Черепаха.       Пеннивайз спрятал лицо, прижавшись к телу девушки. Одно событие о том, что его возлюбленная жива — не могло унять боль потери в темной душе монстра. В мыслях Оно проклинало себя. Не уберегло ни свою любимую Хлою, ни свое дитя.       От злости на самого себя белый лоб клоуна покрылся легкими трещинами. Это выглядело как у разбитой фарфоровой куклы. Матурин заметила перемену своей противоположности, но не могла успокоить несчастное одинокое существо. В такие моменты Зло лучше не тревожить.       И тут Матурин пришибло током: девушка почувствовала знакомую энергию. Она исходила когда-то из утроба Хлои. А в голове пронеслось имя «Эббинайз».       Матурин засияла в улыбке. Значит дочка Пеннивайза жива. И это был явный намек, чтобы вселить хоть какую-то надежду. — Эббинайз жива. — Что?! — клоун отвлекся от печальных мыслей, переведя желтые глаза на белокурую.       И каким-то образом Пеннивайз даже не поинтересовался, откуда она узнала имя, которой он нарек свое дитя. Скорей… удивление было намного сильнее, нежели задавать вопрос. — Я только что чувствовала. Твоя дочка жива. Я услышала в голове её имя. Не падай духом, дурачок! Уж я бы не стала тебе врать, — пыталась подбодрить клоуна она. — Пхе… еще б ты соврала мне. Я бы тебе точно голову отгрыз, — оскалился клоун и отвернулся.       После оба замолчали и не стали обмениваться больше взглядами. Слова Матурин были не столь убедительны и все равно задели Зло. Его противоположность не стала бы так рисковать, если бы это была ложь. Значит, Эббинайз действительно жива. В душе клоун попытался улыбнуться, но не получилось. Возможно, ему было очень тяжко поверить в такое счастье. Истинная смерть бы его доченьки уж точно навсегда запомнилась в темной душе монстра.       Более-менее выйдя из стресса, клоун попытался вслушаться в тишину. Ни голоса, ни отклика, никаких признаков жизни. Матурин давно покинула клоуна, оставив в одиночестве со своими мыслями. Пеннивайз заглянул в личико Хлои и прижался красно-белой щекой к щечке девушки.       Над монстром нависла сонливость, которую он не в силах подавить. Спячка вновь напомнила о себе. И только сейчас монстр понял, что очень нуждается в отдыхе. Потому как клоун не спал достаточное количество времени.       Прикрыв глаза, клоун услышал детский голосок, пронесшийся в его голове, как стрела. Он четко услышал имя «Эббинайз». И это заставило его окончательно поверить в слова Матурин. — Мы встретимся, моя малышка. Я обещаю тебе это.       Они обязательно встретятся. В следующей жизни.       Пеннивайз взял тело Хлои на руки и прижал к себе, направляясь к колодцу. Битва его сильно измотала и ему нужен был покой. В голове монстр еще немного прокручивал философию Матурин, хотя и сам убедился в чистой правде. Ему не терпелось встретиться с его малышкой.       Прежним Пеннивайз уже не будет. Теперь он немного иначе будет относиться к своим жертвам. И для каждого ребёнка очередная пытка перед смертью будет намного ужаснее. На этот раз клоун даст волю голоду. И никто не будет его останавливать. Точнее, не сможет.       Еще раз посмотрев в лицо возлюбленной, Оно чмокнуло в бледный лобик и, прижав холодное тело к себе, спрыгнул с конца колодца во мрак, где он проведет последующие 27 лет. Как он и обещал Хлое в детстве: они полетят вместе, держась за сотни воздушных красных шариков.       С его пробуждением жизнь жителей Дерри станет отравляющей и никому не избежать злого нрава.       Оно вернется вновь…