Не оставляй меня

      Бетти быстро шла по опустевшим улицам, стараясь как можно скорее дойти до того места, куда так торопилась. Людей становилось значительно меньше, да и стоило бы поберечь себя после произошедшего, но характер и упрямство девушки давали о себе знать. Она немного отошла от произошедших событий, наивно храня веру и надежду на то, что это были чистые совпадения, а не то, о чём она начала думать с первых же секунд после прихода домой.       Было безумно страшно осознавать тот факт, что за ней могут следить, а уж тем более покушаться на её жизнь дважды за один день, и неизвестно что было бы, если бы Джонс тогда не оказался рядом.       Про ситуацию с незнакомыми парнями с оружием в руках, Майку она решила ничего не говорить, потому что просто-напросто не видела в этом никакого смысла, если уж он так и не понял своей вины в том, что он подозревал свою девушку в измене, пока та отходила от шока после попытки изнасилования. Да и доказывать что-то банально не было сил, потому что моральное истощение влекло за собой плачевные последствия, ведь Купер всё же, какой бы бездушной скотиной она казаться не пыталась, была довольно-таки ранимой натурой, если уж на то пошло.       Да, возможно, её слёзы не так уж просто увидеть, хотя бы потому что девушка изо всех сил пыталась не давать волю эмоциям, ведь ни к чему хорошему это, обычно, не приводило. Не считая того, что можно было получить очередную порцию жалости и сострадания от тех, кому на это абсолютно плевать. И даже если учитывать эти факторы, Бетти всё равно оставалась молодой девушкой, которая, как бы странно это ни звучало, умела чувствовать. Все события этой жизни отражались на ней, на её характере, но как бы то ни было, Элизабет никогда не смела скрывать тот факт, что Бетти из прошлого не умерла в ней окончательно, продолжая подкидывать старые, давно забытые, ощущения.       Конечно, было бесполезно что-то доказывать, когда человек окончательно отказывался верить в то, о чём ему пытаются сказать, уворачиваясь от тем и делая так, чтобы люди продолжали верить в сказки, которые придумал он сам.       На протяжении этих лет Купер даже не пыталась открыться людям и впустить их в свой мир, который, пусть и был чёрным снаружи, притягивал внимание изнутри своей ослепительной завесой тайн, эмоций, которые, увы, передать было поистине сложно, да и не нужно.       Бетти научилась имитировать счастье, радость, скрывать свои настоящие чувства, которые вечно норовили вырваться на свободу. У неё было, что показать тем, кто верил Элизабет на слово, даже не удосуживаясь копнуть глубже.       Купер возвела вокруг себя стену из пепла и непрошенных воспоминаний, которые бесили своим присутствием ежедневно, но эта самая стена не могла сломаться от неосторожных движений, прямо как в далёком прошлом. Она отгораживала Бетти в какой-то мере от всего мира, который оставался вне поля её зрения, делая так, чтобы девушка могла спрятаться за ней, словно ребёнок за мать. Она никогда никому не дала бы её разрушить лишь потому, что никто на это не способен. Нужно учиться на прошлом опыте, который оказался плачевным и ужасным, волоча за собой кровоточащие раны.       Бетти оглядывалась по сторонам, но никого не замечая, продолжала идти дальше, почти что добравшись туда, куда держала изначально свой путь. — Хэй, — она улыбается, подзывая к себе маленькую собачку, которая громко залаяла, подбегая к ней.       Ещё три месяца назад она заметила это бедное существо на одиноких улицах Саутсайда, решив забрать собаку к себе домой, сделать своим домашним питомцем и оборудовать уютный уголок в их с Майком доме для этого пёсика. Потому что выглядел он, и вправду, плоховато. Худой, истощённый, видимо, хозяева просто так выкинули его на улицу, даже не заботясь о будущем этой собаки, бросив её на произвол судьбы. А Бетти любила животных и даже не представляла, как можно просто так избавиться от них, как от использованной вещи.       И все эти три месяца она подкармливала своего «нового знакомого», которого потом назвала Бентли. Пёс был достаточно умный и шустрый, и уже через неделю начал узнавать Купер и бежать к ней навстречу, дабы вновь отхватить порцию корма, припасённого специально для него.       Но как только Браун узнал о намерении своей девушки приручить этого Бентли, то тут же начал возмущаться, а потом и говорить, что у него вовсе аллергия на шерсть, да и на дух он их не переносит. Видите ли, они жалкие и постоянно доставляют уйму хлопот людям, из-за чего Майк решил шантажировать Бетти тем, что уйдёт он, если Купер попробует принести эту шавку домой.       И кто бы только знал, как Купер хотела ответить ему, что она бы с радостью выпроводила своего парня за дверь, а на его место забрала собаку, но это всё же квартира Брауна, поэтому ей осталось только найти другое решение проблемы.       Бентли радостно залаял, завидев в руках Элизабет новую порцию еды, быстрее побежав на своё место около заброшенного дома, куда Купер успела притащить два старых пледа и соорудить из них приличную подстилку.       Ей было здесь уютно, потому что людей в этой местности не наблюдалось, да и Бетти могла часами говорить о своей жизни, будто бы Бентли , действительно, было дело до человеческих проблем. Зато после становилось лучше, даже появлялось такое чувство лёгкости на душе, которого обычно не было после сеансов у Вероники. — Всё хреново, — хмыкнула Купер, поглаживая собачку одной рукой.       Улыбка получается максимально неестественной и даже чуть нездоровой на первый взгляд. Поникший взгляд зелёных, словно молодая листва, глаз устремляется на серый асфальт, пока Бетти садится на корточки, кутаясь в свою куртку и наблюдая за Бентли. — Моя жизнь ужасна, — с горькой усмешкой выдаёт Элизабет, закрывая глаза. — Чёрт, я всё порчу, я такая жалкая…       Чтобы сознаться в этом, требуется действительно много сил и нервов, которые уже были на исходе. — Тебе не понять, — укоризненно продолжает выплёскивать свои мысли, откидывая волосы за спину. — Неужели я и вправду недостойна чего-то хорошего?       Кажется, этот вопрос, как и все предыдущие, не требует ответа, ведь было понятно, за что Купер ругает себя каждый день, вспоминая все проколы, за которые ей и приходится расплачиваться в настоящем. — Я настолько запуталась во всех событиях, что уже сама не понимаю, где я настоящая, — нервно качает головой, кусая нижнюю губу почти что до крови, будто этот жест сможет чем-то облегчить боль.       Если бы всё было так просто, то и волноваться было бы незачем, но суровая реальность, что каждый день подставляла подножки и не самые приятные сюрпризы, вновь злобно хохотала над девушкой. — А сейчас… — запнулась, переходя на шёпот, как будто рядом кто-то стоит и подслушивает. — Сейчас всё так странно в моей жизни… Будто я должна вернуться в прошлое и всё исправить, а это мой шанс!       Это, может, слышать и непривычно, но мысли по поводу того, что судьба вновь даёт ей повторный шанс, проверяя на прочность, как будто подкидывая всё то же самое, не отпускают вот уже третий день после всего произошедшего. — Боже, — завороженно смотрит на закат, потому что этот самый заброшенный дом находился на некой возвышенности, что давало больше возможностей рассмотреть красивое природное явление. — Может, действительно стоит всё изменить? Бросить Майка и начать с чистого листа?       До одури банально, но только это нелепое предложение и приходит в светлую головку, сразу же давая ложные надежды на будущее.       Сколько было этих несбывшихся мечт и надежд?! Миллионы, но ни одна из них не пришла в действие! — Что я слышу!       Бетти почти что падает от испуга, пока сердце вновь совершает сальто. — Ты что, больной, что ли?! — кричит, потирая кисть, на которую она приземлилась, когда чуть ли не разлеглась на холодной земле. — Не ори, голова и так с самого утра раскалывается, — ворчит подоспевший Джонс, грубо пихая возмутившуюся девушку локтём, чтобы приземлиться рядом. — И что же случилось, что ты решила бросить своего ненаглядного?       Купер вообще не понимала, что он здесь делал, пропуская этот странный вопрос мимо ушей, потому что он никак не касался Джагхеда, и ему уж точно необязательно было знать ответ на него. — Ты что, следил за мной? — нелепо выдвигает своё предложение, уже начиная корить себя за такой глупый вопрос. — Думаешь, мне это нужно? — устало откликнулся Джаг, даже не понимая, почему решил сесть рядом с ней, если после произошедшего дал себе слово никогда больше не приближаться к этой девушке.       Бетти не хотелось абсолютно ничего. Внутри была пустота, в которой эхом отражались умеренные удары сердца. Не было желания ссориться, выяснять отношения, пытаться накричать на него или сделать что-то ещё, на что она, несомненно, была бы готова ещё месяц назад.       Эти дни вымотали её настолько, насколько только было возможно, поэтому сейчас, именно в эту секунду, Элизабет хотела просто посидеть в спокойствии и гордом одиночестве, но и это не удалось сделать нормально, так, как она планировала. — Что ты тогда тут делаешь? — сипло спрашивает Бетти, уже не боясь запачкать новые джинсы, усаживаясь в них прямо на землю и опираясь спиной о стену старого здания. — Ты не ответила на мой вопрос, поэтому я не буду отвечать на твой, — мастерски опустил тему, которую подняла Элизабет, тайком поглядывая на уставшую девчонку.       Сейчас она не выглядела как стерва или последняя сучка, которая так часто приходила к нему во снах, нет. Она чем-то была похожа на прежнюю Бетти Купер, в глазах которой всегда был тот самый свет, потерянный для всего мира, но обнаруженный в её душе.       Джонс на секунду улыбнулся своим тёплым мыслям, но вскоре тут же принял прежнее выражение лица, отворачиваясь от Элизабет. Она даже не заметила его мимолётную улыбку, рвано выдыхая холодный вечерний воздух.       Оба не решались смотреть друг на друга, смирно сидя на расстоянии около метра, потому что им явно не нужна близость. Если уж на то пошло, ни один из них не смог противиться желаниям, которые уже практически завладели разумом. Остались жалкие дни, а может и часы до того, пока страсть окончательно не вскружит голову, забирая в свой сладкий и такой долгожданный плен.       Бетти не удержалась и задержала свой взгляд на парне, который безразлично пялился вперёд, так же облокотившись о обшарпанную стену некогда жилого дома. Ветер красиво развевает густые волосы. Купер чувствует явную потребность в том, чтобы закурить, но не нащупывает пачку сигарет в кармане своей ветровки, досадно закатывая глаза. — На, — явно поняв в чём дело, Джагхед протягивает сигарету и зажигалку, пока Бетти замешкалась, не зная, что делать. — Бери, пока предлагают.       Элизабет что-то неразборчиво пробурчала, наверное, опять слова возмущения, но всё же приняла, моментально затягиваясь и выпуская едкий дым, который клубами устремился вверх, пока девушка игнорировала прожигающий взгляд Джонса на себе. — Курить вредно, — будто издевался, облизывая внезапно пересохшие губы, пока Бетти вновь промолчала, слегка пожимая плечами. — Неужели тебя это волнует? — усмехнулась, так и не посмотрев в его сторону, пока сигарета тлела между пальцами, а никотин продолжал разрушительное действие в лёгких. — Заботишься обо мне?       В открытую насмехалась, поджимая колени и делая наигранно удивлённое лицо. — Нет.       Просто, без лишних слов и попыток оскорбить юную особу, потому что он явно устал от этого. Она не была готова вступать с ним в очередную словесную перепалку.       Но она никогда не умела искусно врать.       Джонс осмотрелся вокруг, замечая щенка и то место, где он проводил своё время, пока ждал Купер, недовольно хмурясь и недоверчиво поглядывая на Элизабет. — Твоих рук дело? — снова задал вопрос, слегка кивая на вещи, принесённые Бетти для Бентли. — Тебе-то что? — фыркнула Элизабет, притягивая ноги за колени ближе к себе. — Значит, твоих, — делает заключение, отворачиваясь от довольной собаки, взглянув на светлое небо. — Что ж, ты не такая бездушная тварь, какой пытаешься казаться.       Бетти уверена, что ещё несколько дней назад она была готова выцарапать Джонсу глаза за такой подкол. А сейчас ей было абсолютно плевать на то, что он там думает. Она устала вечно что-то доказывать и опровергать не соответствующие действительности слухи. — Я ничего не пытаюсь, — прошипела Купер, складывая руки на груди.       Джагхед прищурился, облапав фигуру девушки глазами уже несколько тысяч раз за эти минуты. — Слишком много всего произошло за последнее время, — неожиданно начала Бетти, даже не обращая внимание на его прожигающий взгляд, чувствуя от этого удовлетворение и некое преимущество. — Мне не по себе.       Джонс безразлично пожал плечами, так ничего и не ответив, хотя она и не жаждала услышать его мнение по этому поводу. — Думаешь, это было подстроено? — спросил Джаг, потирая переносицу. — Не знаю, — честно ответила, заправляя выбившуюся прядь за ухо. — Какая разница? Разве ты не этого хочешь? — в глазах явное подозрение Джонса в том, что произошло.       Джагхед осуждающе покачал головой. — Я не желаю тебе смерти, — хочет дать понять, что он не тот человек, который мог бы всё это сделать ради того, чтобы Бетти ушла с тропы войны. — И, вообще, думаешь, что я бы выбрал такой ненадёжный способ?       Бетти хмыкнула, понимая, что для него это всего лишь шутка, а для неё новый повод для переживаний.       У Джонса настроение на удивление спокойное и невраждебное, как обычно. Видимо, сегодня он в хорошем расположении духа, что сказывалось на его поведении. — Ты спрашивала меня, что происходит? — неожиданно сказал Джонс, устраиваясь поудобнее. — Всё ещё ждёшь ответа?       Элизабет наконец-то повернулась к Джагхеду, который увидел заинтересованность в её глазах, незаметно пододвигаясь ближе. — Происходит пиздец, Купер, — ухмыльнулся, зарываясь пальцами в копну чёрных волос, взъерошивая их. — И я не знаю, как это остановить. — В каком плане? — безразлично откинула сигарету в сторону, опять принимая исходное положение, но Джаг, видимо, не торопился от неё отворачиваться. — Если ты про… — Я про нас.       Бетти слышала, как сердце забилось внутри грудной клетки, а все чувства, словно оголённый нерв, доставляли уйму боли лишь своим жалким существованием.       Хотелось сказать, что нет никаких «нас», хотелось уйти, потому что вновь неладное предчувствие посетило Бетти, которая не понимала, что значило всё это. Но она не могла и слова произнести, выдыхая полной грудью, потому что кислорода стало катастрофически не хватать. — Что значит про «нас»?       Джагхед звонко засмеялся, щуря глаза. — Ты же вроде умная девочка, — то ли спросил, то ли уточнил, но и это становится не так важно в сию минуту. — Так зачем пытаешься казаться глупой?       Бетти шмыгнула носом, складывая руки на груди и пытаясь успокоить бешеное сердцебиение. — Я и без тебя знала, что у нас всё не лучшим образом, — едко высказалась девушка, хмуря брови.       Странно говорить такое местоимение, как «мы», ведь всё ещё давно распалось, поэтому безумно сложно собраться с мыслями и не сделать что-то такое, чего сам от себя наверняка не ожидаешь. — Я ответил на твой вопрос, — раздражённо проговорил Джонс. — Безумно надеюсь на то, что вижу сейчас тебя последний раз наедине с собой. — Я тоже.       Оба безбожно врали, и это было заметно по приторно сладкому тону, но уж лучше всю жизнь прожить во лжи, чем в горькой правде. — Правда? — насмешливый тон — ещё хуже. Он всегда так говорил, когда вновь собирался издеваться. — А мне казалось, что тебя всё устраивает, нет? — Мне тоже много чего казалось, — взмахнула волосами, нервничая сильнее, когда он придвинулся ближе, даже не пытаясь сделать это незаметно. — Что меня должно было устраивать?! — Наши с тобой встречи, — так обыденно проговорил, словно он ожидал этого вопроса. — Ты же сама хотела этого, разве нет? — Чего «этого»? — раздражается ещё сильнее, хотя казалось, что больше некуда. Остались считанные секунды до того, пока злость не достигла своего апогея, а ладошки не начали кровоточить. — Оу, кажется, твоей извращённой фантазии пора успокоиться, — испустил смешок, замечая, что осталось совсем чуть-чуть до того момента, пока она окончательно не потеряет своё спокойствие.       Потому что он хочет видеть её тёмную сторону. — Что?! — воскликнула, даже не понимая, как он может допускать такое поведение в общении с ней. — Ой, Боже, не строй из себя невинного ангелочка, тебе не идёт, — улыбается, понимая, что, видимо, добился того, чего хотел. — Ты идиот! — вскрикнула, отодвигаясь дальше от него. — Заебал меня своими тупыми подколами! Если твоя девушка не удовлетворяет тебя должным образом, то так и скажи, а не ходи вокруг да около!       Джонс старался не рассмеяться в голос, когда Бетти отвернулась от него, садясь спиной к парню, предварительно отодвигаясь на безопасное расстояние от него.       Демон внутри царапал душу, желая как можно скорее выйти наружу. Бетти чувствовала, как неумолимо быстро сгорали последние предохранители, а те скопившиеся отрицательные эмоции хотели как можно скорее одержать верх над ней. Чтобы она забыла, кто такая, чтобы отдавалась во власть темноте, присущей ей и её сердцу. Чтобы тёмная сторона взяла верх, а не скреблась внутри, больно задевая светлые чувства, которые ещё не до конца умерли.       Её вновь настигает то тепло, которое вязкой массой захватывает всё, что только можно, которое охватывает здравый разум, принуждая отдаться во власть внутреннему дьяволу.       Было откровенно похуй на моральные устои и на то, что она должна была всё же соблюдать их, какой бы стервой не являлась.       Потому что с тех самых пор она плохая девочка Элизабет Купер.       Бетти с хитрой ухмылкой медленно развернулась к ни о чём не подозревающему Джонсу, взмахнув золотистыми прядями волос, смотря на безразличное выражение лица Джагхеда. Он пялился вперёд, даже не поднимая свой взгляд на девушку, которая поджала пухлые губы, складывая руки на груди. Приказала себе сделать так, чтобы Джонс понял наконец-таки, что не только он может оказывать на неё какое-либо влияние. Она имела над ним такую же власть.       Бетти придвинулась к Джагу, пока он обеспокоенно дёрнулся, когда Элизабет положила ему на плечо свою ладошку, чуть сжимая. — Любишь её? — ей нечего было стесняться такого личного вопроса, который наверняка поставил Джонса в тупик, потому что он нахмурился, но руку так и не убрал. — Тебе есть до этого дело? — язвительность его тона заставила чувствовать некое удовлетворение, хотя Бетти понимала, что так не должно быть. — Значит, не любишь, — заключила девушка, расплываясь в зловещей улыбке. — Зачем мучить бедняжку? — отвращение на слове «бедняжка» заставило Джагхеда закатить глаза и раздражённо ухмыльнуться. — Люблю, — едко отвечал он, пока Элизабет звонко рассмеялась, накручивая прядь волос на тонкий палец, ставя своё колено на бедро Джонса, пока он уже ни на шутку испугался настроя своей бывшей девушки. — Так, как никогда не любил никого.       Купер почувствовала, как сердце сжалось от его слов, но виду так и не подала. Чертовски больно, но он не должен был знать об этом. Не сейчас. — Оу, правда? — скользнула пальчиками по его скуле, склоняя голову набок. — Поверь, я не разочарована, — слишком тщательно скрывала то, что находилось внутри под несколькими слоями напускного безразличия. — Но, Джонси, — исковеркала его фамилию, наклоняясь ещё ближе, пока Джаг пытался отодвинуться и не смотреть на ничего не прикрывающую одежду. Ну или на то, что находилось под ней. — Я же не глупая девочка, верно? — издевалась, забирая нижнюю губу в плен ровных белых зубок, продолжая надавливать на его бедро своей ногой. — Поэтому я знаю, что ты мне врёшь, — говорила это так уверенно, что Джагхед шумно сглотнул, когда она вела пальцем по своей ключице, а в штанах вдруг становилось очень тесно и, казалось, что пора отсюда немедленно уходить. — Может, ты её и любишь, — ложь. И это понятно сразу. — Но меня ты хочешь, даже не отрицай, я пойму это.       Джонс закрыл глаза, приказывая себе успокоиться и думать о том, что она просто сошла с ума, что Бетти сейчас же уйдёт и прекратит испытывать его самообладание. Он уже готовился спокойно выдохнуть, когда она убрала колено, но не тут-то было. Девушка в мгновение ока перекинула стройную ножку через его бёдра, вдавливая его спиной в стену. — Что ты делаешь? — прошипел Джагхед, хватая её запястья, пока Бетти переместилась выше, делая позу ещё развратнее. — Я тебе задавала этот же вопрос, — придвинулась максимально близко. — Но ты не посчитал нужным на него отвечать.       Бетти продолжала изучать его черты лица взглядом, встряхивая головой, а румянец на щёчках притягивал к себе внимание парня, заставляя того чуть ли не зажмуриться от той волны желания, которая молниеносно захватила в плен его разум и, вместе с тем, выдержку. — Немедленно слезь, — продолжал злобно шептать он, но Купер оказалась слишком сильной противницей, усаживаясь почти что на его достоинство. — Серьёзно? — вновь звонко засмеялась, склоняясь над ним. — Ты не хочешь этого, верно? — мурлыкнула девушка, пытаясь вырвать свои запястья из его хватки. — Ты хочешь меня, — уже не спрашивала, а утверждала этот чересчур явный и заметный факт. — Чёрт возьми, Купер, — чертыхнулся, отпуская её руки, не оставляя возможности подняться с земли, хотя он и не старался слишком сильно. — Прекрати это всё. — Почему? — прекрасно вжилась в свою роль, даже не вспоминая Веронику и её советы. «А потом прибежишь ко мне, скажешь, что он трахнул и ушёл…»       Видимо, теперь уже однозначно прибежит.       Элизабет слегка надавила длинным ноготочком на его шею, вызывая бурю эмоций, потому что Джаг злился, но ничего не мог поделать с пленяющим блеском глаз напротив. Этот коктейль, состоящий из безумных сочетаний того, что, в принципе, сочетаться не может, давил на сознание обоим, заставляя терять голову, чуть ли не безвозвратно отдаваясь ощущениям.       Бетти провела костяшками пальцев по его ключице, проникая холодными пальчиками под футболку, пока Джагхед уже не думал сопротивляться, наблюдая за девушкой из-под полуопущенных ресниц. Не выдержал, больно впиваясь пальцами в её кожу на талии и подрываясь с места.       Тишина была прервана вскриком Бетти, но боль от удара о кирпичную стену ушла, как только она заметила наглую физиономию Джонса, склонившегося над ней. Парень слишком резко вжал её в своё тело, ставя руки по обе стороны от её головы. — Какая же ты сука, — выпалил Джаг и устроил колено между её ног, чтобы предотвратить нежелательные последствия. — Не отрицаю, — воздух моментально испарился из лёгких, заставляя Джага со свистом втянуть воздух и опять посмотреть на довольную девушку.       Она обвила руками его шею, с силой сжимая мягкие волосы в ладошке, заставляя того что-то невнятно прошипеть и стиснуть челюсти.       Бетти ненавидела его за это грёбанное влияние, которое он оказывал на неё и её тело. Ненавидела его за все эти слова в её сторону, пропитанные отвращением, грязью, но вместе с тем, похотью, что сейчас так отчётливо виднеется в его тёмных глазах. — Как же ты меня раздражаешь, — продолжал давить на неё, норовя сломать в моральном плане, но Элизабет понимала, что ему это не удалось бы. Она научилась делать так, что люди охотно верили её очаровательным сказкам. — Но ты меня хочешь, — Бетти понимала, что в эту игру можно играть вдвоём, поэтому лишь вскинула бровки, наслаждаясь этой близостью, которая сводила с ума обоих. — И не надо говорить, что это не так, я же чувствую.       Явно намекала на эрекцию, отчётливо виднеющуюся под тканью джинс. Она хищно облизнулась, когда Джагхед наклонился ещё ближе, опаляя её губы своим дыханием, не отрывая взгляда от Купер. Бетти сжимала его предплечья ручками, притягивая всё ближе, вдруг резко подавшись вперёд, бёдрами прижимаясь к нему, заставляя парня глухо простонать ей в шею. — Джаг, — девушка прикрыла глаза от удовольствия, когда Джонс прикоснулся губами к венке на шее, слыша грохочущий пульс Элизабет. Она пыталась собрать свой самоконтроль и остатки сознания по крупицам, но наплевав на это гиблое дело, подалась ему навстречу, не сдерживая стона.       Слишком мерзко от самой себя, но было слишком приятно от его горячих рук, хотя Бетти на грани реальности понимала, что выглядит сейчас словно дешёвая шлюха, которая, зная о наличии своей второй половинки, продолжала почти что плавиться от удовольствия и прикосновений чужого парня.       Элизабет прижала его голову к себе, заставляя того упереться руками в стену, а потом переместить их к ней на талию, сжимая до синяков под пальцами, но это сейчас их уж точно не волновало. Бетти чувствовала себя живой и настоящей, и она уж точно не вспоминала о Майке и вообще о его существовании на этой планете в целом.       Слишком приятно было ощущать его горячие губы на шее, когда он стянул куртку с плеча, оголяя молочную кожу, кроткими поцелуями приближаясь к ключице. Элизабет громко и прерывисто дышала, чувствуя лёгкое головокружение из-за его ласк. Сейчас он почему-то был слишком медлителен, стараясь всё делать как можно тише, пока низ живота скручивало от возбуждения в тугой узел, а теснота в штанах уже почти причиняла парню боль.       Вновь посмотрел на неё, улыбаясь виду девушки. Она прикрыла глаза, полностью отдавшись этим незнакомым ощущениям, дыша сквозь чуть приоткрытые губы, что так и манили к себе одним видом. Он обвил талию одной рукой, плотно прижимая к себе, заставляя ту распахнуть огромные глаза и посмотреть на довольного Джагхеда, который второй рукой зарылся в шелковистые волосы. Он в мгновение ока преодолевает это чёртово расстояние, впиваясь влажным поцелуем в её шею. Бетти простонала, ощущая как это электричество между ними заполняет каждую клеточку. Ощущала и то, как трусики давно намокли, и ей остаётся лишь покорно ждать, когда Джонс сможет утолить эту жажду по нему собой.       Парень прикусил тонкую кожицу, проводя по ней горячим языком, а после уткнулся носом в ямочку между ключицами, втягивая нежную кожу, наплевав на её бойфренда и на то, какую реакцию можно будет ожидать с его стороны.       Бетти всхлипнула, когда Джагхед схватил её за бедро, вновь вдавливая в стену и многообещающе ухмыляясь. Ведёт длинными пальцами по ноге, а после и по шву джинс, будто бы обводя невидимый контур. Элизабет попыталась поймать его губы, но парень вовремя увернулся, больно хватая её за скулы. — Ну же Джонс, — позвала, вытягивая шею, путаясь пальцами в чёрных как смоль прядях, пока волна дрожи накрывала девушку, словно пронзая своим теплом насквозь. — Давай, скажи, как ты меня ненавидишь.       Давила на больное, спускаясь шаловливыми пальчиками к ширинке его джинс, чувствуя некую боль из-за того, как сильно он давил на бедро. — Скажи, какая я сволочь, — продолжала, даже не замечая его голодного взгляда, пока в мыслях парень уже несколько раз трахнул её, не заботясь о последствиях. — Скажи, что ты хочешь от меня избавиться…       Бетти улыбнулась вновь, надавливая ладошкой на отчётливую твёрдость в штанах парня, заставляя того прорычать ей в губы, но руку он так и не убрал. — Не молчи, Джагхед, — удовлетворённо выдохнула, чувствуя лёгкую пульсацию под ручкой, блаженно закатывая глаза и легонько сжимая плоть. — Я хочу узнать, что на самом деле ты думаешь…       Джонс пропустил все слова мимо ушей, сильно кусая кожу на шее, заставляя Элизабет вскрикнуть и попытаться увернуться. — Ненавижу.       Единственное, что он сказал, прежде чем Бетти поддалась вперёд, заставляя того упереться эрекцией ей в живот. Она смеялась, прижимаясь губами к его скуле, закрывая глазки.       Джонс нащупал рукой замочек на шве джинс, чуть надавливая на него пальцами, пока Бетти громко простонала, чуть ли не теряя голову от его непринуждённых движений.       Купер рвано выдохнула, чувствуя его губы на своём теле, когда Джагхед поцелуями спускался к груди, слишком сильно сжимая её в своих объятьях.       И, возможно, всё бы это закончилось именно здесь тем, чего оба ожидали в эту минуту, если бы не совесть, которая включилась, словно лампочка, хотя парень наивно верил в то, что она умерла уже давным-давно. — Джагги, я буду тебя ждать, — Николь мягко улыбнулась своему молодому человеку. — Ты только возвращайся поскорее, хорошо?       Она заботливо смотрела на Джагхеда, отряхивая домашнюю одежду от муки, которая осталась на ней после того, как девушка пекла пирог. Его любимый пирог. — Я буду скучать, — она поцеловала Джонса в губы, со всей нежностью смотря на него и вновь примечая знакомых бабочек в животе. — Люблю тебя.       Николь приняла его кивок, закрывая дверь и счастливо устремляясь на кухню, дабы ещё подумать, чем ей можно порадовать своего любимого.       Всё слишком неправильно.       «Люблю тебя». Эти слова вращались в голове по кругу, слишком уж больно было осознавать то, что он сейчас фактически изменял той, которая была жизнь за него готова отдать. Джагхед испуганно отстранился под недовольный взгляд Бетти. — Не надо, — это никак не объясняло сложившуюся ситуацию, пока парень скинул с себя руки бывшей, отходя на безопасное расстояние.       Отвращение к себе было такое, что невозможно было передать словами, поэтому Джагхед старался дышать спокойно. — Чего? — Элизабет выгнула бровь, недовольно топая ножкой. — Джаг, ты в конец… — Заткнись, — слишком резко кинул ей Джонс, сцепляя зубы. — Мы оба об этом пожалеем, поэтому пора остановиться.       Его слова обезнадёживали, и Купер не знала, что думать по этому поводу. Джагхед тут же развернулся и устремился вперёд, передёргивая плечами и не кидая ни единого взгляда на Бетти, которая продолжала удивлённо пялится ему вслед, закипая от злости и разочарования.       Её, чёрт возьми, оттолкнули?! И не абы кто, а сам Джагхед Джонс, который обещал что-то там сделать?! Элизабет сжала ручки в кулаки, а тело всё ещё отказывалось приходить в себя после случившегося у этой стены.       Бетти не понимала, что произошло, но было ясно лишь то, что сначала он был не против. Купер пообещала себе быть более настойчивой в следующий раз, продолжая мысленно проклинать его.       Тёмная сторона рвала и метала внутри, разрывает душу, пыталась сделать так, чтобы Элизабет предприняла более решительные действия и наконец-таки получила того, чего хотела давно. А Бетти привыкла её слушать, наслаждаясь явным вкусом приближающейся победы. — Ну-ну, Джонси, мы ещё посмотрим…

***

      Свит Пи равнодушно пялился на серую стену в своей палате, уже полностью придя в себя и оправившись после всех событий, связанных с Упырями и их бандой. Он который день проводил в этой больнице, но врачи всё твердили о том, что Змей ещё не так здоров, чтобы вновь рваться во враждующий мир двух банд, настоятельно рекомендуя парню оставаться в отделении дня ещё так четыре.       Свиту иногда казалось, что он скоро сойдёт с ума, потому что в палате он был один, да и друзья навещали его не так часто, потому что Упыри опять взялись за старое и начали продавать наркотики. Хотя ни одного пока не поймали, но было ясно сразу, что это они. Кроме них некому заниматься такими грязными делами.       В больнице было ужасно скучно, потому что заниматься было совсем нечем, а интернет тут не ловил вообще. Приходилось приобщаться к литературе, книжки ему притаскивала Тони и вечно рассказывала какие-то истории из своей жизни, которые его мало интересовали, но одиночество всё же было хуже, чем байки подружки.       Свит вновь лёг на подушку, думая, что осталось чуть-чуть до того момента, пока он окончательно не умрёт здесь со скуки, хотя это и было преувеличенно, но брюнет явно был не в себе от этих серых будней. — Свит, это пиздец! — Джонс почти сорвал дверь с петель, вбегая в нему в палату.       Свит Пи улыбался, завидев друга, который, по всей видимости, был чем-то сильно обеспокоен, но факт того, что он пришёл к нему, уже радовал. — Наконец-то, — Свит усаживался на кровати, пока Джонс с грохотом ставит стул ближе к другу, так же громко садясь на него, предварительно закинув пакет с мандаринами на тумбочку. — Я уж думал, что ты до моей выписки не придёшь. — Свит, не время для твоих шуток, — быстро проговаривал Джагхед, заставляя брюнета поднапрячься и уже не относиться к этой встрече так же спокойно. — Я… Она… — Чего? — перебил Свит Пи, потирая переносицу, выбешивая Джонса своим поведением и какой-то беспечностью, как могло казаться на первый взгляд. — Опять Упыри? — Нет… То есть да, — запинался Джаг, но тут же выдохнул, собираясь с мыслями. — Блять, какого хуя ты меня перебил?       Брюнет закрыл глаза, смиряясь с таким обыденным и привычным дерзким поведением своего дружка, который раздражённо ёрзал на стуле, нервничая ещё больше. — Короче, — вновь начал Джагхед, наклоняясь ближе к Свиту, словно один из любопытных работников этой больницы решил за ними подглядывать и подслушивать. — Я спас Купер.       Свит Пи закашлялся, удивлённо посмотрев на друга. — Ты чего сделал? — переспросил, так и не отойдя от мимолётного шока, который проскочил в его взгляде и манере речи. — Кого ты спас? — Погоди, это ещё не всё, — соблюдал интригу Джонс, криво усмехаясь. — Я её… — Ты её что?! — опять не выдержал, чуть не подскочив на больничной койке, округляя глаза. — Успокойся! — прикрикнул Джонс, приказывая самому себе взять себя в руки. — У нас не дошло до этого.       Свит Пи отвернулся от друга, осмысливая сказанное Джагхедом, но всё равно ничего не понимал, пялился на него, слегка покачивая головой, словно осуждая Джага за его слова. — Мне тебя похвалить за это? — усмехнулся он, проведя рукой по волосам, на удивление спокойным тоном продолжая общаться с Джонсом. — Я знал, что рано или поздно это произойдёт, так чего ты теперь хочешь от меня услышать? — В смысле? — теперь очередь удивляться и впадать в ступор уже Джагхеда, который щёлкнул пальцами перед носом своего друга, думая, что тот, видимо, не до конца понимал всю серьёзность сложившейся ситуации, которая ставила под сомнение всё дальнейшее распланированное будущее. — Что значит, ты знал?       Свит задорно захохотал, и Джаг действительно подумывал над тем, что, наверное, стоило позвать врача. — Ой, Джонс, будто ты сам не понимаешь, — иронично отозвался Свит Пи, потянувшись за бутылкой воды. — Я же видел, как ты на неё смотришь. — Как? — Мне это сейчас в подробностях описать надо? — вновь стебался парень, удобнее устроившись на твёрдом матрасе.       Джагхед еле заметно покачал головой, опуская взгляд в пол. Даже Свиту всё стало давно понятно, а он так и не мог разобраться в своих резких перепадах настроения. — Думаешь, что у вас ничего не будет? — вновь спросил парень, смеряя Джонса таким взглядом, будто он издевался над ним, продолжая говорить какими-то загадками. — А мне кажется, что осталось совсем недолго до тех пор, пока вы не… Ну, ты понял.       Джагхед пожал плечами, расслабившись на жутко неудобном стуле, который ужасно раздражал его своим противным скрипом. — Вы уже целовались? — не отставал Свит Пи.       Джонс неоднозначно кивнул головой, потому что не понимал, можно ли считать произошедшее между ними вчера поцелуем. — Что и требовалось доказать, — Свит победно усмехнулся и посмотрел на растерянного Джага, который даже не думал о том, чтобы возразить или хотя бы воспротивиться его словам. — А она была против? Отталкивала? — Я тебе насильник что ли? — грубо отозвался Джагхед, явно оскорблённый его предположением. — Она наоборот не была против, а очень даже за.       Одного воспоминания о её ручках, которые вчера гладили его член сквозь ткань тёмных джинс, было достаточно Джонсу для того, чтобы вновь возбудиться при мысли об этой не знающей моральных ценностей девчонке. — И в чём проблема? — расслабленно протянул Свит Пи, рассматривая чересчур интересную оконную раму. — Если ты так хочешь её, то трахни, тем более, она же не против. А потом оба забудете и вернётесь в нормальный ход жизни и будете делать вид, что ничего не произошло. А у вас в этом большой опыт, скажу тебе.       Свит Пи вроде бы был серьёзен, но Джаг отказывался верить в его слова. — Ты что, издеваешься надо мной сейчас? — полюбопытствовал Джонс, смерив друга недоверчивым взглядом. — Нет, я вполне серьёзно, — вкрадчиво проговорил Свит, понимая, чем вызвал такую реакцию у Джагхеда. — Тебя что-то смущает? — Эм… — Джаг гримасничал, сцепив руки в замок и натянуто улыбаясь. — Ну, к примеру то, что у неё есть парень, у меня есть девушка, а ещё… Ах, да, мы ненавидим друг друга, а так всё в полном порядке.       Свит закатил глаза, но его уже давно было не удивить такими выходками лучшего друга. — Ты не любишь свою девушку, ей, судя по всему, плевать на своего парня, — констатировал факты, загибая пальцы. — Вы можете просто переспать, а ненависть тут не при чём. — Ага и как после этого на меня будут смотреть Змеи? — не сдавался, понимая, что в первом и во втором пункте, которые привёл ему Свит Пи, он безусловно, прав. — А ты будешь орать об этом всем? Прям сразу после этого придёшь и начнёшь кричать о том, что ты трахнул саму Бетти Купер?       Джагхед не мог больше продолжать этот разговор, потому что понимал, что осталось совсем чуть-чуть до тех пор, пока друг его окончательно не убедил бы, что ничего страшного в том, что он хотел Элизабет, нет. Впрочем, Свит Пи всегда был немного странным человеком и то, что у него такие странные советы, совсем неудивительно. Он всегда старался понимать Джонса, а в этой ситуации, Джагхеда как раз-таки понять можно, потому что Свит Пи понимал тот факт, что Джонс ещё не до конца охладел к бывшей, что и доказывали все события, случившиеся ранее. — Нет, — отрицательно покачал головой. — Это неправильно, поэтому закрываем эту тему. — парень медлил, смотря на безразличное выражение лица Свит Пи. — Как у тебя тут вообще дела?

***

      Джагхед пришёл домой лишь через три часа после того, как посетил Свит Пи, блуждая по городу, потому что произошедшее вчера с Бетти заставило слишком долго мучиться и даже не понятно из-за чего больше. Либо из-за стояка по ночам, потому что сны были уж слишком откровенны, либо из-за того, что совесть его сильно встряхивала, когда парень встречался взглядом с Николь, которая нежно обвивала его шею ручками, прижимаясь ближе.       И он сам, наверняка, даже не заметил, как стал отстраняться от своей девушки, приходя домой позднее обычного, специально задерживаясь на своей работе. И это тоже был минус в его сторону.       Но Джонс ничего не мог сделать с этим, он не мог заставить себя полюбить Николь, потому что не хотел этого, потому что уже наконец-таки хотел свободы от этих ужаснейших отношений. И почему парень решил оттолкнуть от себя Купер в тот момент было загадкой, но он уже успел несколько раз пожалеть об этом, потому что был близок к тому, к чему стремился так долго и чего желал, не скрывая.       Джагхед знал, что на днях это всё прекратится и у него хватит смелости сказать Николь о том, что пришёл конец, хотя Джаг понимал, что угрызения совести всё же будут и в тот самый момент, когда он решится ей всё сказать, будет гнать какую-нибудь хрень по поводу того, что они могли бы остаться друзьями и всё такое, безумно банальное, и вместе с тем, неправдоподобное.       Джонс глубоко вздохнул, останавливаясь у двери своей квартиры, не спеша открывать её. Не было никакого желания возвращаться в обитель любви и нежности, когда ему это всё просто-напросто было не нужно.       Парень понимал, что ему становилось не только неприятно видеть Николь, но даже в какой-то мере больно, ведь всё это не обходится без того, что он проклинал себя по несколько тысяч раз и заставлял быть мягче.       Хотелось найти такую девушку, с которой не нужна была бы эта напускная забота и любовь, которая была бы похожа на него и прекрасно обходилась бы без всех этих бесполезных, по мнению Джагхеда, нежностей.       Джаг тихо зашёл домой, стараясь не хлопать дверью. Время девять вечера, по сравнению с тем, что вчера он вернулся не раньше одиннадцати, это не казалось таким ужасным и неправильным. — Ник? — в доме подозрительно тихо, свет горел лишь на кухне, заставляя Джагхеда скинуть куртку и устремиться туда, где, по его предположениям, и могла находиться девушка. — Хэй.       Он заметил девушку, которая забилась в уголок с красными глазами и опухшим лицом, видимо, это из-за того, что Ника плакала.       Николь нахмурила брови, держа в руках кружку с горячим чаем. Она прижала колени к себе, усаживаясь на диване, всё ещё сохраняя какой-то озлобленный и отрешённый вид. — Где ты был? — вопрошала девушка, морща носик, дабы вновь не дать волю слезам, потому что она знала, как Джагхед ненавидит это.       Он был слишком своенравным и грубым в отношениях с ней, поэтому даже не мог допускать мысли о том, что Николь могла сделать что-то наперекор. — Сначала я был на работе, — будто вспоминал, стараясь, чтобы всё звучало как можно естественнее. — Потом к Свит Пи заезжал, — спокойно пожал плечами парень, не понимая, почему у его девушки сегодня такое плохое настроение, а он — мишень её агрессии. Хотя чтобы понять этого достаточно лишь вспомнить последние месяца их отношений. — А, собственно, что случилось?       Он выгнул бровь в вопросительном жесте, наблюдая за расстроенной Николь, которая держалась из последних сил, чуть шмыгая носом и прикрывая глаза, хотя ком в горле мешал спокойно говорить. Хотелось кричать и метать, потому что он явно что-то скрывал уже долгое время. — Я звонила Свит Пи, — твёрдо отозвалась девушка, решив раз и навсегда выяснить, что, чёрт возьми, происходило между ней и Джонсом. — Ты был у него три часа назад, а после?       Джагхед понимал, что Николь поставила его, мягко говоря, в тупик, не зная, как выкручиваться из этой ситуации, которая была безвыходной впервые в его жизни. До этого Джонсу не приходилось отчитываться перед Никой за себя и свои поступки, поэтому в данный момент в голове лишь пустота. — Эм… Я, — он старался придумать что-то более правдоподобное, чем разные глупые предположения, но всё равно не находил, что можно сказать, стоя на одном месте. — Джаг! — она крикнула, вскакивая с места и рывком приближаясь к Джонсу. — Что произошло, что ты стал меня избегать?! Что я вновь сделала не так, объясни! — Я не избегаю тебя, — хмурился парень, так и не отходя назад, чуть удивившись напору своей девушки, которая, видимо, решила проверить его терпение на прочность. — Да?! Ты весь месяц где-то пропадаешь, тебя совсем почти не бывает дома! Ты приходишь сюда лишь для того, чтобы поесть и поспать, и всё! Ты просто не замечаешь меня, неужели я не заслуживаю обыкновенного внимания с твоей стороны?!       Джагхед удивлялся лишь больше, наблюдая за рассеянной и злобной девчонкой, которая упрекает его в безразличие и равнодушии так, будто бы у безобидного птенчика вдруг появились когти. — Почему ты не хочешь провести со мной время? — продолжала девушка. — Почему ты не хочешь куда-нибудь съездить на выходные? У тебя всегда есть повод для того, чтобы отказаться! Я всего лишь пытаюсь сохранять наши отношения, а ты приходишь домой в час ночи, а уходишь в девять утра, я фактически тебя даже не вижу! Джагги, объясни мне наконец-то, в чём моя вина?!       Чуть ли не рыдала, закутываясь в белый свитер сильнее, словно тёплая ткань могла спасти и отгородить её от всех невзгод, которые теперь так часто появлялись в судьбе девушки. — Ты не виновата, — он сам уже начинал злиться, потому что Джонса был и так легко вывести из состояния равновесия, а Николь сейчас даже не представляла, как близко он к той самой грани самообладания.       Своим видом, своим поведением, своими словами, всем, чем только можно и нельзя. Хотя так просто просто-напросто не должно было быть! Он должен был пожалеть её, прижать к себе, а не начинать ненавидеть её за то, что она просто пыталась высказать своё мнение и хотела исправить ситуацию. — А что тогда происходит?!       Джаг ощущал лёгкую головную боль, уже стремясь как можно скорее уйти из дома вновь и не возвращаться сюда до тех пор, пока она не успокоится и не придёт в норму. — Ничего не происходит! — взорвался он, прекрасно понимая, что, чёрт побери, не должен был кричать и срываться на ней! Но парень не выдержал, с нескрываемым раздражением в голосе начиная наступать на Николь. — Что ты опять напридумывала себе?! — Я ничего не напридумывала! — в том же тоне ответила девушка, легонько стукнув Джага по плечу маленьким кулачком. — Ты ничего не объясняешь мне и не говоришь со мной! — Прекрати, — прорычал он, не желая оставаться здесь и слушать её вопли и дальше, хотя это было ужасно эгоистично и неправильно, рассудок подкидывал единственный верный выход. — У тебя кто-то есть, верно? — её предложение выбило из колеи, хотя в голову и лезли вчерашние моменты с Купер, которые заставляли в сотый раз проклинать ту блондинистую бестию. — Ты меня разлюбил?!       Николь психовала, что на неё было совсем не похоже, но разбираться Джагхеду в этом не хотелось. С самого утра настроение было ни к чёрту, ещё и девушка решила доконать его своими расспросами. — Остынь для начала, — холодно отозвался Джонс, уже снова стоя в коридоре и натягивая свою куртку. — Ты куда? Вот опять! Опять ты уходишь, ты снова меня оставляешь!       Николь вновь легко ударила парня, закатываясь в истерике, чуть ли не уступая с ним в борьбу. И Джагу на секунду казалось, что это вовсе не его девушка. — Да что с тобой?! — крайне теоретически, её можно понять, но Джагхед до этого даже не додумался, убирая её руки с себя и принимая мысль о том, что стоило бы сводить девчонку к психиатру, пускай во всех её неврозах виноват лишь он. И стоило бы изменить своё поведение, как всё тут же встало бы на свои места, но Джонс не горел желанием это делать. — Ну и иди! — вытирала дорожки слёз с щёк, провожая Джагхеда и смотря ему вслед заплаканными глазами, пока тело ещё трясло от неподвластной разуму злости.       Парень вышел из квартиры, злобно дыша и направляясь к себе на работу, потому что сейчас это было единственное место, где он мог побыть в полном одиночестве и при этом, в тепле.

***

      Джагхед почти достиг места назначения, как тут же почувствовал крепкую ладонь на своём плече, разворачиваясь к тому, кто посмел его тронуть. — Фэнгс? — Джонс пожал ладонь друга из своей банды, пока тот развернул пакет, который был зажат в его другой руке, демонстрируя наркотики, что были в целлофане. — Это что за хуйня?       Фэнгс без слов кивнул на только что подоспевших парней, двое из которых были Змеи, а третий, судя, по всему, Упырь. — Что тут, блять, происходит?! — сегодня, видимо, вся планета его решила проверить на наличие стального терпения, потому что объяснить происходящее по-другому было невозможно. — Поймали его рядом с «Белым Змеем», — Фэнгс кивнул на избитого парня, который злобно таращился на Джага, повиснув в руках двух мужчин. — Это его товар, хуй знает, кто за ним должен был прийти, ясно лишь то, что он явно был уверен в том, что поступает правильно. — парень перевёл взгляд на Упыря. — Да, сука?!       Пнул его, заставляя парня скорчиться от боли и немного податься назад. — Тебя прислала Купер? — спросил Джонс, пока тот упорно молчал, даже не думая что-либо ответить Королю. — Ты ёбнутый?! Отвечай мне, когда я тебя о чём-то спрашиваю!       Джагхед бьёт его по лицу, пока тот стонет от боли, не оставляя попыток вырваться и убежать. — Да. — Что «да»? — прошипел Джаг, принуждая парня смотреть ему в глаза. — К чему именно относится твоё «да»?!       Упырь раздражённо пробурчал что-то неразборчивое, пиная ногами Змеев. — Если ты не прекратишь, то я придушу тебя, или зарежу, — для подтверждения своих слов, Джонс достал складной ножик, демонстративно повертев им перед лицом парня. — Говори, иначе придётся мне выбить из тебя ответ насильно!       Ударил его ногой в живот, заставляя Упыря согнуться пополам и громко материться. — Купер меня прислала, — выдал парень. — У нас был заказ, и она сказала, что именно я должен отнести это.       Он кивнул на пакет, всё ещё продолжая хныкать от боли. — Передай ей… — Джагхед зловеще улыбнулся. — Что если сегодня же, сейчас же, — он надавил складным лезвием на шею, оставляя на коже ярко-красную ниточку, — она не придёт к «Белому Змею», то кое-кто попрощается с жизнью.       Явно говорил про него, заставляя парня немедленно вытащить телефон и трясущимися руками набрать номер предводительницы.       Джаг знал, что это единственный способ действительно серьёзно поговорить с ней о том, что вытворяли Упыри, прямо сейчас, потому что если он этого не сделает, то не уснёт. И Фэнгс смотрел на него с гордостью за своего Короля, медленно кивая, буквально одним взглядом намекая на то, что он всё делал правильно. Большего и не нужно. — Она придёт, — выдавил из себя Упырь, морщась от боли. — Отлично.       Джагхед приказал увести его и держать парня до тех пор, пока Купер не соизволит здесь появиться, а судя по всему, ждать придётся достаточно долго. Джагхед не спешил домой, хотя бы из-за этой нелепой ссоры. И, что самое странное, Джонсу сейчас было абсолютно плевать на неё и на то, что, возможно, Николь сейчас рыдала и проклинала его, или, наоборот, звонила в надежде на то, что Джаг вернётся сегодня ночью, только вот у Джонса по этому поводу были совсем другие мысли.       Он поставил телефон на беззвучный режим, потому что не хотел с кем-то запланировано пересекаться, в надежде на то, что именно сегодня ночью ему наконец-таки позволят побыть в тишине и спокойствии. — Джаг, — Фэнгс остался, хлопая друга по плечу и чуть улыбаясь. — Я, конечно, в «Змеях» не так давно, как ты, но думаю, что нужно решать эти проблемы с Купер и её бандой, потому что, как обычно, ничем хорошим всё это, — он кивнул на ушедшего парня, передёргивая плечами, чуть поёжившись от холода. — Не закончится. — Я знаю, — раздосадованно прошептал Джаг, опираясь на стену небольшого здания, около которого его и перехватили собратья. — Но, чёрт, мне нужен план, по которому мы должны действовать дальше. — Думаю, что не мне рассказывать тебе о том, что в жизни всё может быть плохо и запутано, — издалека начал Джонс, припоминая, почему Фэнгс решил вступить в их банду.       Ему и его семье угрожали странные люди, которые обещали, если отец Фэнгса не вернёт нужную сумму денег до определённого срока, плату возьмут кровью. И они не блефовали; угроза оказалась выполненной, пока Фэнгс был на подработке. После этого происшествия, которое сильно отразилось на психике и характере Фогарти, парень присоединился к «Змеям». — Джаг, — Фэнгс в беспокойстве оглядывался по сторонам, чтобы удостовериться в том, что вокруг не было слишком уж любопытных людей. — Он сказал, что это Купер их подослала, верно? — получил неуверенный кивок со стороны Джонса, намереваясь высказать все свои догадки. — Но что-то мне подсказывает, что это не она.       Джагхед хмурился, не понимая, почему Фогарти вообще так решил, с нескрываемым удивлением смотря на него и на его сосредоточенное выражение лица. — Почему же? — В последнее время продажа наркотиков стала слишком частой. Конечно, могло бы быть предложение по типу того, что она мстит за Дэвида, но я не думаю, что эта месть в её стиле, — что правда, то правда, Джаг не мог отрицать очевидного.       Бетти вообще всегда было плевать на бизнес своей банды, её не волновал доход, и она не стремилась найти всем достойную прибыль, так что всё то, что происходило в последние дни, становилось настоящей загадкой. — Что ты хочешь мне этим сказать? — Ничего такого, кроме того, что недавно я застукал здесь Майка, который говорил с одним из своих, — пожал плечами Фэнгс, вспоминая случай, который произошёл несколько дней назад. — Потом он ему что-то передал, но разбираться я не стал, потому что был один.       Джагхед ясно начинал осознавать, что, видимо, пока Элизабет переживает не лучшие времена в своей жизни, Браун мог заменять её в делах с Упырями, поэтому становилось понятно, что все эти проделки, лишь его рук дело. Хотя, Джаг не мог что-то утверждать, пока не удостоверится в этом на все сто процентов. — Не думал, что Купер могла поручить Майку всю эту работу? — выдвинул своё предположение, хотя оно и казалось нелепым на первый взгляд. — Вряд ли, — опровергнул его догадки, стараясь как можно чётче дать понять свою точку зрения. — Бетти всегда была своенравной особой, поэтому она бы не послала Брауна решать что-то без её присутствия. Тем более, такие важные дела с наркотиками. — Получается… — Получается, что у них там творится какой-то пиздец, либо же они готовят что-то против нас, хотя надеюсь на то, что мы в этот раз сумеем поставить всех их на место, — закатил глаза, вспоминая прошедшие события и ту драку с Упырями, после которой пришлось идти в травмпункт. — Если уж у нас не получается договориться по-нормальному. — Мне кажется, мы даже не пытались поговорить нормально, — припоминает Джаг. — Ну тогда, может тебе стоит попробовать сегодня? — Фэнгс устало потирает переносицу, уже мечтая оказаться в своём доме. — Когда она придёт. — Придёт ли она вообще? В этом весь вопрос. — Если не придёт, то не скоро увидит одного из своих, — кинул многозначительные взгляды в сторону ушедших, приподнимая брови.       Джагхед посмотрел на изрядно вымотанного друга, хлопая его по плечу и легко приподнимая уголки губ. — Окей, — Джонс понимал, что другу действительно не помешал бы хороший сон, потому что все эти дни выдались не самыми лёгкими. — Я бы на твоём месте отдохнул, а то выглядишь не очень, — прикрыл глаза, вдыхая ночной воздух, чтобы самому немного расслабиться и прийти в себя. — Я справлюсь сам, не переживай.       Фогарти лишь благодарно кивнул, напоследок пожав руку Джагхеду и уходя с места, на котором успел застать Джонса, показав ему того наркоторговца.

***

      Джонс уже третий грёбанный час сидел в своём кабинете, дожидаясь Элизабет, которая, видимо, даже не торопилась сюда прийти, либо же вновь забыла об этой встрече, даже не понимая до конца, что угрожает её подопечному.       Впрочем, это было на неё похоже, поэтому Джаг ни в коем случае не думал удивляться таким выходкам своей бывшей девушки, перепроверяя по несколько раз недавно подписанные документы, чтобы занять себя хоть каким-то делом и не тратить время зря.       Джагхед не до конца понимал, почему Упыри решили действовать ему на нервы именно сейчас, когда в личной жизни проблем по горло, так ещё и на работе полнейший завал, который раньше помогал разбирать Свит Пи, а сейчас его место никто занять не мог, именно поэтому Джонсу приходилось задерживаться допоздна.       Он вспоминал о сегодняшней ссоре со своей девушкой, но даже не думал вернуться и извиниться перед ней. Похоже, что в этот раз они расстались, из-за чего становилось только легче, как бы эгоистично и ужасно это не звучало.       Джаг положил голову на руки, наблюдая за стрелкой наручных часов, которая, кажется, прилипла к циферблату, переставая двигаться. Сон не шёл, в голове мысли смешались в одну большую кучу, и сколько Джонс себя знал, он не сможет уснуть до тех пор, пока окончательно не разберётся во всём, что происходит.       Стук в дверь заставил Джагхеда вздрогнуть и как-то удовлетворённо улыбнуться, уже понимая, кто стоит за этой самой дверью.       Он неспеша встал со своего места, чтобы открыть столь позднему ночному гостю, пока в голове творилась полнейшая неразбериха, и что-то ему подсказывало, что хороший исход от его решения быть не может. Зря он всё это затеял, потому что не стоило проверять судьбу на прочность. — Доволен? — с порога фыркнула Купер, вальяжно и без разрешения заходя в кабинет, виляя бёдрами, которые едва прикрывала тонкая ткань юбки. — Я пришла, поэтому прекращай весь цирк и отпускай Мэла.       Она явно говорила о том человеке, который был задержан вечером. — Ты мне и условия ставить будешь? — насмешливо задал вопрос он, жадно скользя взглядом по её телу. — Надо поговорить. — Ох, Джаг, — специально сократила его имя, опираясь спиной на стену, открывая потрясающий вид на стройные ноги и пышную грудь, которую едва прикрывала футболка. — Если ты о том, что произошло позавчера, то… — Нет, — покачал головой, присаживаясь почти что на стол и видя в глазах Бетти некую заинтересованность. — Тогда я внимательно тебя слушаю, — улыбнулась девушка, поправляя волосы.       Джагхед довольно усмехнулся, склоняя голову набок. — Какого хуя, — Элизабет закатила глаза, понимая, что всё пойдёт по-старому, потому что он даже не думал что-то менять в их общении. — Твои идиоты торгуют наркотиками на моей территории? — Чего? — она ни черта не понимала, о чём вообще говорит этот парень, который вновь вызывал дикую смесь непонятных чувств. — Ты что несёшь, придурок? — Ну-ну, — не верил, чем начинал бесить юную особу, саркастично прибавляя: — Давай, скажи, что ты тут не при чём вообще.       Бетти сжимает ручку, но тут же справляется с эмоциями, приказывая себе успокоиться и сделать так, чтобы он не думал о том, что его слова как-то могли задеть девушку. — Я тут не при чём. — Тогда из тебя херовая предводительница, Купер, — выплюнул парень, не понимая, как она может так нагло ему врать. — Раз уж ты не можешь уследить за своими дружками.       Бетти чуть ли не начинало трясти из-за злости и из-за того, что он начал обвинять девушку, даже не разобравшись. Хотя, это было в стиле Джонса, поэтому не стоит чему-то удивляться. — Ёбнутый? — язвительно выдала она, пытаясь сделать так, чтобы не вызвать подозрений по поводу того, что ей всё же стало обидно. — Я ещё раз говорю, что не причастна к этому. Так что твои проблемы, раз уж ты мне не веришь. — Да ты что? — иронично высказался Джагхед. — Только вот он сказал, что ты его послала.       Бетти приоткрыла ротик в безмолвном вопросе, хмуря брови, даже не понимая, шутит он сейчас, или говорит правду. Что за бред? — Ты ни обо что не ударился? — Он сам так сказал, — твёрдо ответил он, чувствуя волну злобы. — Так что, всё же, получается, что ты херовая предводительница. Да ещё и обманываешь. — Да не посылала я его! — Тогда что это?!       Терпение Джонса тоже не было железным, поэтому он уже пожалел о том, что вызвал её к себе портить свои нервы, что она всегда делала отменно. — Что именно? — она вновь взяла себя в руки, понимая, что тоже может доводить Джагхеда до точки кипения и апогея злобы. — Я понятия не имею, о чём ты мне говоришь.       Джонс глубоко вздохнул, чувствуя бешеный пульс, который ускорялся с каждым словом, что слетало с уст напротив стоящей через чур наглой девицы. — Хорошо, — считал мысленно до десяти, но это ни черта не помогало, поэтому он вновь распахнул глаза, смотря на насмехающуюся девушку, которая будто бы довольна тем, что действует ему на нервы. — То есть, ты ничего не знаешь о том, что этот Мэл продавал наркотики, за что и получил по заслугам?       Бетти едва пожала плечами, потому что она и вправду не имела представления, о чём говорит этот юноша, который буквально убивал и презирал одним взглядом тёмных, словно океан в шторм, глаз. — Я уже ответила на этот вопрос, — смысла оставаться и дальше здесь не было, поэтому Бетти раздражённо фыркнула, уже смотря на дверь, явно демонстрируя желание уйти отсюда и не приходить больше никогда. — У тебя всё? — Блять, Купер, ты не в себе что ли? — не выдержал тот. — Мне силой из тебя ответ придётся выбивать?       Бетти задорно улыбается, прикусывая нижнюю губу и сверкая зелёными глазками. — А ты сможешь? — снова начала заигрывать, но лучше бы она этого не делала, потому что терпение и самоконтроль после этой злополучный ссоры, у Джонса находился на нуле. — Хочешь, чтобы я попробовал? — оттолкнулся от стола, сокращая расстояние, но замер в метре от девушки. — Ответь на мой вопрос.       Бетти, словно завороженная или загипнотизированная, пялилась на него, шумно сглатывая, вновь ощущая то сексуальное напряжение, внезапно возникшее в воздухе. Чёрт, чёрт, чёрт… — Я ничего не знаю, — тихо проговорила девушка, почти что не моргая и анализируя Джонса взглядом. — Одобрен тобой? — перепрыгивал с темы на тему, заставляя Бетти вздрогнуть и поспешно отвести свой взгляд в сторону, немного смутившись, хотя это даже не похоже на неё. — Не нужно молчать, Элизабет.       Томно протянул её имя, а хрипотца в голосе усложняла всю ситуацию, когда Бетти ощутила новый прилив возбуждения и тепла. — Да, — кивнула, но потом помахала головой, опуская взгляд в пол. — То есть, ты не… В общем, — наконец-таки взяв себя в руки, Купер спешит хоть что-то дельное сказать парню. — Я ничего не знаю про наркотики, но поговорю с Майком и Мэлом.       Чувствовала себя провинившейся школьницей, которую отчитывали за плохие оценки. — Ты мне сейчас одолжение делаешь? — в открытую насмехался на ней, почувствовав то смущение и напряжение.       Бетти понимает, что он переступил через рамки дозволенного, слишком много себе позволяя. — В любом случае, твоё дело, верить мне, или нет, — едко высказалась Элизабет, заставляя Джонса прыснуть. — Хотя от этого мало что изменится, потому что мне похуй на тебя, — показала средний палец, щуря глаза. — Понял? И, думаю, что, если уж Майк и назначил всё это, то я не буду против, потому что твои гадюки это заслужили! Как и твой дружок, — наступала на Джагхеда, пока у последнего всё желание смеяться с этой встречи прошло и остался лишь злобный оскал. — Я даже рада, что так вышло, потому что вся твоя банда и ты, в особенности, трусы. Сбегаете от проблем и не пытаетесь их решить, — ухмыльнулась, замечая знакомые чёртики в его глазах. Потому что эта сука явно намекала не только на утренний инцидент, но и на прошлое. — Все вы никогда не станете достойными чего-то значимого в этой жизни.       Бетти не думает, что перегнула палку, торжественно заканчивая свою речь и внимательно следя на Джонсом, который почти не дышал, понимая, что она перешла все границы дозволенного своим распутным поведением. Она должна за это ответить. — Твою мать! — Купер вскрикнула, когда он больно впечатал её в стену, ожидая удара или ещё чего похлеще, хотя Джаг этим никогда не занимался, но она прокрутила в голове разговор, понимая, что сказала, вероятно, что-то лишнее.       Тело сладостно замерло в ожидании, а она даже не думала вырываться или кричать, уже ожидая дальнейших действий. Вихрь мыслей закружился в голове, словно быстрая карусель, унося в мир фантазий, которые, видимо, когда-нибудь всё же будут воплощены в реальность.       И Джонс хоть до утра прямо тут мог бы горланить о том, что она последняя сука, которая бесит его всем, чем только можно и нельзя, порой со своими желаниями и внутренними демонами невозможно вступать в борьбу, потому что уже наперёд ясно, что ты проиграешь.       Бетти ждёт всего, чего только угодно, но никак не этого: — Блять, ну как же я хочу тебя…       Она приоткрыла ротик, вероятнее, чтобы что-то спросить, но не успела, потому что ощутила его тёплые губы на своих, моментально теряя дар речи, вместе с ним голову, совесть, а так же предохранители, слетевшие ко всем чертям.       Слишком горячо, слишком запретно, слишком сладко, чтобы оторваться и прекратить. Слишком поздно для того, чтобы сделать шаг назад.       Эти непередаваемые эмоции сосредотачивались где-то внизу живота, завязывая крепкий и тугой узел, который явно показывал лопнувшее и рассыпавшееся на мелкие кусочки, напряжение.       Парень провёл языком по нижней губе, слизывая остатки вишнёвой помады и проникая внутрь сладкого плена, вкушая её, чувствуя то, как вся кровь устремляется к паху, а мозг отключается и даёт свободу сердцу, а так же нахлынувшим чувствам.       Если позавчера его остановило то, что он фактически изменял Николь, предавая её и её чувства, то сейчас все сомнения ушли на задний план, а их место заняла огромнейшая потребность в близости с бывшей.       Кусал её губы, пока та стонала ему в рот, сжимая волосы у корней, прижимая ещё ближе. Сплетался с язычком девушки, проникая глубже и буквально вытрахивая её ротик, а от той температуры, что царила здесь, кажется, запотевали окна. — Джа-аг, — стонет своим чертовски сексуальным голосом прямо ему в рот, наслаждаясь этим вкусом и этой близостью.       Джонс стянул куртку с девушки, кидая её куда-то в угол, хотя сам понимал, что так не должно быть! Они не должны этого делать! — Сука, — парень остаётся без неизменной кожанки, а потом и без футболки, пока девушка прижимается к оголённому торсу, продолжая его целовать, ни на секунду не отстраняясь. — Блять, какая же ты охуенная…       Стянул белую футболку с тела девушки, оставляя её в одном кружевном лифчике и хватая за бёдра, заставляя обвить себя стройными ножками.       Пробрался руками под короткую юбку, задирая её всё выше, продолжая страстно целовать уже опухшие губы, кусая и зализывая следы своих зубов, чувствуя боль от напряжения в штанах. Бетти не пыталась сбежать, она хотела почувствовать его и не думала ни о чём другом, потому что слишком долго желала этого. Не думала и о том, что теперь совершала те же ошибки и завалила грёбаный тест судьбы. Она ничему не научилась.       Парень с грохотом опускает её на стол, спихнув оттуда все вещи, которые с характерным звуком упали на пол. — Джонс! — притягивает его ногами ближе к себе, ощущая его возбуждение, упирающееся в промежность девушки, хныча от желания.       Джагхед вновь проводит те параллели, ругая себя за это, но сделать ничего не может. Николь бы в жизни этого не позволила, а эта наоборот, хочет быть оттраханной в кабинете того, кто просто ненавидит её, но вместе с тем, безумно хочет.       С усилием отрывается от столь сладких губ, опуская взгляд ниже и замечая грудь, спрятанную за лифчиком, стараясь как можно скорее освободить её от оков и стянуть ненужный предмет гардероба.       Легко снимает его, пока девушка выгибается, словно от разряда тока, выставляя то, что было секунду назад за пределами ткани, напоказ, заставляя Джонса зарычать от возбуждения, понимая, что как бы отвратительно и ужасно это ни звучало, Николь ей даже в подмётки не годится, ударив себя мысленно по голове ни один раз за допущенную мысль.       Безумно хочет её, настолько, насколько вообще возможно кого-то хотеть в этой жизни.       Целует, стараясь не оставлять засосов, потому что ей ещё как-то домой идти и продолжать жить с Брауном, который, наверняка не поверит во второй раз про случай с наркоманами.       Спускается влажными поцелуями к груди, ловя сосок языком, прикусывая и слегка щекоча, пока Бетти снова развратно стонет, нетерпеливо заёрзав на столе и ощутив новый прилив влаги меж бёдер.       Запретное удовольствие распространяется от кончиков пальцев до кончиков волос, пока двое молодых людей продолжают наслаждаться присутствием друг друга в своей жизни, а именно в этом кабинете. — Чёрт возьми, — всхлипывает, пока он, не наигравшись, продолжает испытывать её самообладание, обводя ореол и прикусывая розовую бусинку. — Джаг! — Ты должна просить меня, — возвращается к губам, посасывая нижнюю, оттягивая её зубами и вновь проникая внутрь слишком сладкого и горячего ротика. — Умолять, сука!       Бетти судорожно вздыхает, соприкасаясь с ним оголённой грудью, заставляя того втянуть со свистом воздух и схватить её за бедро рукой, сжимая до покраснений.       Задирает юбку выше, стягивая капроновые колготки и отшвыривая их в угол кабинета.       Бетти сжимает его плечи, упоительно целуя и расправляясь с ремнём на его джинсах, задевая член ручкой, восхищённо выдохнув, понимая, что он её хочет так же сильно, ничем не уступая.       И теперь Элизабет признаётся сама себе, что действительно, наверное, является грязной сукой, которая действует под предводительством демонов в душе.       Хорошие и правильные девочки не ждут того, чтобы их трахнул бывший, которого они ненавидят, но одновременно с тем хотят. Хорошие девочки не изменяют парням, чувствуя от этого удовлетворение. — Будешь говорить, что не хочешь «этого»? — вспоминает их недавний разговор, похотливо облизываясь и утыкаясь носом в шею, посылая мурашки по телу той, которая сводит с ума одним лишь взглядом. — Не вижу смысла отвечать на этот вопрос, — качает головой.       Зарывается ручкой в его волосы, сжимая их с такой силой, что парень невольно шипит, ещё раз про себя отмечая то, что Николь бы никогда в жизни не допустила этого себе с ним, стараясь всегда всё делать аккуратно.       Откровенно похуй на то, что они враги и должны ненавидеть друг друга, откровенно похуй на моральные устои, придуманные обществом, откровенно похуй на противостояние их банд, которые, если узнают о том, чем их главари занимаются, тут же поднимут кипиш.       Терпеть притяжение не имеет больше смысла, потому что надолго их не хватило, как они и рассчитывали.       Джагхед обводит венку на шее, слишком медленно снова спускаясь вниз влажной дорожкой из поцелуев, обводя выступающие косточки, прикусывая их. Сжимает полную грудь в руках, что-то неразборчиво шипя ей на ухо, когда она наконец-таки расправляется со штанами, стягивая их до колен. — Ох, чёрт, — выругнулся парень, когда она сжала член в своей руке, скользя порхающими движениями вверх, но ткань мешала почувствовать девушку полностью.       Парень отодвигает насквозь мокрую ткань, погружаясь пальцами в истекающее лоно, нетерпеливо вздохнув. — Блять, какая ты узкая, — почти молящим тоном стонет Джаг, растягивая девушку сильнее, которая уже готовится принять его в себя целиком и полностью. — А-а-ах, да! — восклицает, всхлипнув, когда он задвигал ими быстрее, практически заставляя видеть мерцающие звёздочки перед глазами. — Так хорошо, Джаг!       Парень надавливает большим пальцем на клитор, ощущая на пальцах новый прилив влаги, удовлетворённо застонав. — Чёрт, да, — выгибается, когда он добавляет третий палец, уже без труда проникая глубже из-за обилия влаги. — Джонс, твою ж мать!       Кусает губы почти до крови, пока он хватает её за волосы, заставляя выгнуться назад. Снова впивается в её уста, пока Бетти чувствует лёгкую боль из-за сильной хватки на затылке.       Вынимает пальцы под её разочарованный стон, поднося к пухлым губам в немом вопросе. Девушка смыкает губки, принимая глубже с наслаждением упиваясь своим же вкусом, не переставая постанывать и двигать бёдрами навстречу, лишь бы он продолжил и не стал больше мучить её. — Что ты хочешь? — издевается, надавливая на чувствительный комок нервов, замечая то, что её ноги начинают дрожать из-за его действий и стимуляций. — Чтобы ты меня трахнул, — хнычет Элизабет, оттягивая резинку боксеров. — Джаг, быстрее, я хочу тебя!       Слишком долго он ждал этих слов, чтобы и дальше терпеть давление и тесноту, стягивая её трусики, так же кидая их к остальным вещам, находившимся в этом кабинете.       Джонс быстро достал презерватив из кармана джинс, натягивая на подрагивающий от возбуждения член, напоследок поцеловал Купер, с громким чмоком отстранившись и предвкушая кульминационный момент. — Сука, блять! — Джонс рычит в изгиб её шеи, проникая внутрь больше, чем на половину, замедляясь и сжимая её талию в своих руках. — Чёрт, медленнее, — стонет девушка, пытаясь принять в себя его размеры, потому что Майк явно не превосходил его ни по одному параметру, их даже сравнивать было бесполезно. — Погоди, Джаг.       Он терпит, но всё же не удерживается, подавшись бёдрами вперёд и совершая поступательные толчки, заставляя Купер закатить глаза и надеяться на то, что выглядит она сейчас привлекательно и нормально, даже не представляя, как может возбуждать одним лишь видом. — Да! — всхлипывает, вцепляясь в поверхность стола. — Быстрее!       Шепчет, находясь словно в забытье, видя некую туманную дымку перед своими глазами, двигаясь навстречу ускоряющемуся парню. — Блять, — Джонс закидывает её ноги себе на поясницу, с каждой секундой всё глубже проникая в девушку, которая машет головой, понимая, что хорошо настолько, что просто некуда себя деть. — Какая же ты узкая!       Внутри неё слишком узко и мокро, безумно влажная, она принимает его в себя, выкрикивая бессвязные ругательства. — Охуенно, — девушка прогибается в спине, чуть ли не ложась на стол. — Фак, Купер! Какая же ты охеренная!       Его слова составляют немаловажную роль, пока Элизабет подхватывает темп, а глубина и амплитуда толчков сводят с ума, пока голова начинает кружится от возрастающей температуры и накала страсти. — Блять, в тебе так хорошо, — запрокидывает голову, прерывисто и громко дыша, вбивая Бетти в стол, хватая её за бедро.       Сейчас ни у кого нет понимая того, что всё происходит неправильно, но это не так важно тем, чьи мысли не выходят за рамки этого кабинета и происходящего здесь.       Выходит из неё, приказывая встать со стола, принимая новую позу и облокачиваясь на локти, продолжая кусать губы, периодически ощущая, как ноги подкашиваются от удовольствия.       Новая глубина и угол ещё острее заставляют почувствовать в себе парня, который уже не пытается двигаться медленнее, потому что чувствует, как она начинается сжимать его изнутри, видя ноготочки, впившиеся в стол.       Не выдерживает, громко шлёпнув её рукой по попке, продолжая насаживать на свой член, замечая проявляющийся красный след на белоснежной коже и её громкий всхлип. Грань удовольствия и боли полностью размыта, поэтому Бетти совершенно не против, наоборот, жаждя того, чтобы Джонс смог сделать так, чтобы она наконец-таки почувствовала наслаждение от столь грубых ласк.       Бесполезно. Ещё раз ударяет, ощущая жжение в руке, но даже не думая останавливаться. Он слишком долго терпел, чтобы и дальше сдерживать тьму в себе.       Охуенно горячая, несравнимая и невероятная, Купер не имеет ничего против, лишь прося больше и желая того, чтобы Джонс не останавливался. — Джаг, — та самая приближающаяся волна удовольствия заставляет Купер вновь что-то невнятно пробормотать, выкрикнув его имя. — Джонс, да!       С Брауном такого не было, может, он и не так плох в постели, но всё же с Джонсом сравниться Майк не может.       Бетти ловила себя на мысли, что имитировала оргазм, а в последний раз получала его только лишь с Джагхедом ещё чёртову тучу лет назад, хотя мастурбация нередко выручала её, но всё же это не Джаг и не то, что происходит в эту самую злополучную минуту. — Детка… — слишком откровенно, Джаг остро ощущает, как мышцы влагалища начали сильнее сжиматься, окольцовывая его член и подводя парня к пику блаженства скорее, чем можно было подумать. — Так тесно… — А-а-а-х, да-а! Быстрее, Джаг! Ну же, прошу, ещё немного!       Узел почти что доставляет боль, норовя развязаться в любую секунду и рассыпаться на мелкие атомы внутри обоих. — Давай, — массирует клитор круговыми движениями, замечая, что Бетти начинает дрожать, чуть ли не крича оттого, насколько хорошо. — Кончи для меня, сучка!       Бетти понимает, что остаются лишь жалкие мгновения, сжимая парня изнутри, чувствуя неумолимо приближающийся пик. — Джагхе-е-ед!       Обессиленно ложится на этот самый стол, вздрагивая всем телом, так и не соизволив прийти в себя. — Да!       Следом за ней, кончает глубоко внутри, сумасшедше начиная стонать, теряя голову, оставаясь внутри. — Невероятно, — разворачивает девушку к себе, утыкается носом в ямочку между ключицами, даря напоследок короткий поцелуй, пока сознание всё ещё затуманено, что, наверное, к лучшему.       И они определённо знают, что после того, как окончательно придут в себя, лишь снова злобно посмотрят друг на друга, и на место желания придёт ненависть.       Оба понимают, что это была мимолётная слабость, которая имеет последствия, как и всё в этом мире, но это не так важно.       И они ясно осознают тот факт, что уже ничего не будет как раньше. Кроме того, что оба вновь нацепят маски, делая вид, будто ничего не произошло, хотя эти чувства, вновь оголённые, будут кричать им о своём существовании.       Иногда мы совершаем такие ошибки, после которых проклинаем себя же.

***

— Держи.       Перед Майком на стол падает конверт с фотографиями, который ему доставил один из банды за определённую благодарность. — Так, — Браун нездорово улыбается, разрывая бумагу и высыпая содержание этого самого конверта, беря недавно сделанные снимки в руку.       Парень молчит под насмехающийся взгляд Упыря, который ждёт то, что ему обещал Майк. — Я свою часть уговора выполнил, — начинает тот, протягивая руку. — Теперь твоя очередь.       Браун сцепляет зубы, смотря на фотографии своей девушки и Змея, которые были сделаны позавчера вечером.       Он нанял следить за ней своего дружка, так как подозревал Элизабет, но и подумать не мог, что всё настолько запущено.       Около старого здания стояли Джонс и Купер, когда их и смог засечь Рейн, щёлкнув пять раз на камеру телефона, понимая, что Браун будет доволен такой работой, ну, а Майк, в свою очередь понимал, что нет ничего проще, чем отплатить другу за эти драгоценные снимки, которые отныне изменят жизнь Бетти не в лучшую сторону, наркотиками, потому что Рейн был законченным торчком. — Ах, да, — он старается не показывать своё эмоциональное состояние, потому что это не для посторонних глаз так точно. — Я надеюсь, что ты понимаешь, что никто ничего не должен узнать от тебя?       Рейн утвердительно кивает головой, всё ещё протягивая руку, дабы заполучить честно заслуженную награду. — На, — Майк небрежно швыряет пакетик на стол, сжимая злополучное фото у себя в руке, свирепо дыша и понимая, что вскоре его девушке придётся очень несладко. — Теперь выметайся отсюда.       Рейн быстро покидает пределы кабинета, забрав то, что принадлежало ему, не поблагодарив напоследок Брауна. — Бетти, Бетти, — тихо шепчет Майк, продолжая перебирать фотографии. — Ты сама испортила себе жизнь.       Люди часто остаются одинокими, потому что вместо того, чтобы строить мосты, они строят стены.