Часть 7
13 марта 2019 г., 00:24
Мир словно остановился на несколько секунд, будто в замедленной съёмке, тянулось время, заставляя обоих шумно дышать и пытаться осознать происходящее с ними.
Николь, казалось, что-то хотела сказать, но Джонс выдвинул своё предложение как раз в тот момент, когда она уже готовилась задать свой вопрос. Ника пошатнулась, стараясь понять, что это реальность, а не очередной глупый сон, который ей приснился.
— Что? — девушка почувствовала, что уже не в силах сдержать слёзы, почти что не моргая и смотря на Джагхеда, у которого сердце сжималось от этой картины. — Джагги…
Джонс вздохнул, стараясь унять быстрое сердцебиение внутри грудной клетки. Он прикусил губу, напрочь забыв, что должен был сказать, хотя и продумал этот разговор несколько раз. Но именно в этот кульминационный момент все слова вылетели из головы, а на их место пришла пустота. Николь выглядела подавленной и разбитой, она ошеломлённо смотрела на Джонса, стараясь осмыслить сказанное парнем.
Угнетающая тишина давила на виски, и голова начинала болеть из-за сложившейся обстановки.
— Ник, я… — Джаг запнулся, собирая в голове слова в адекватное предложение, словно картину из множества неподходящих друг другу пазлов. Но они упорно не хотели создавать нормальное словосочетание. — Думаю, так будет лучше.
Если бы такое было в каком-нибудь очередном дерьмовом фильме, которые часто смотрела его девушка, Джонс бы рассмеялся в голос. Это звучало намного хуже, чем нелепо, но Джагхед не мог сказать хоть что-то ещё, понимая, что выглядел, наверное, ужасно. Эта безысходность медленно, но очень верно убивала.
— В смысле? — девушка вытерла слезу, скатившуюся по щеке, стараясь сделать так, чтобы сердце стучало хотя бы немного потише, ведь эта новость стала громом посреди ясного неба. — Кому будет лучше?
Грёбаная, грёбаная Купер, как же он её ненавидел в этот момент!
Неприятно было видеть её слёзы и понимать, что в них виноват только он и никто другой. Гораздо проще было бы вновь устроить стычку с Упырями, чем сейчас стоять перед уже, наверное, бывшей девушкой, словно провинившийся щенок. Для него это было равно пытке и унижению.
У Джагхеда не было опыта расставания напрямую. С Купер он просто пресёк общение на корню, игнорируя её, её звонки и сообщения. Хотя парень понимал, что поступал словно равнодушный трус, поделать с этим ничего не мог.
Другие девушки не задерживались дольше, чем на одну ночь, да и они были понятливыми особами, поэтому на утро сразу же собирали вещи и не пытались ломать комедию.
Но сейчас, именно в эту секунду, Джонс чувствовал, как больно было видеть слёзы, причиной которых послужил лишь он.
— Нам, — твёрдо сказал парень, собирая оставшиеся силы и переставая вести себя, словно слабохарактерный нытик. — Это пора прекращать. Мы, наши отношения долго не протянем.
Говорить стало немного легче, чем было вначале, но видеть её беспомощное состояние было слишком неприятно. Может, он бы даже перевёл всё это в нелепую шутку и продолжил жить как раньше, не пытаясь что-то менять.
Возможно, парень бы так и сделал, если бы не Элизабет. Надо же, теперь он думал о ней каждую прожитую секунду.
Джаг закусил нижнюю губу, приказывая себе сделать так, чтобы он не мог поддаться влиянию светлой стороны внутри себя. И это, вроде, получалось на отлично.
Если он и хотел дальше продолжать эти непонятные встречи с Купер, надо было прекращать ложь и немедленно избавляться от той, которая сейчас смотрела на него взглядом, полным боли и негодования.
— Нет, нет, нет, Джагги, — она шмыгнула носом, пытаясь схватить его за руку и заставляя посмотреть в глаза. — Я… Я не понимаю, зачем, что я сделала не так?
Джонс улыбнулся немного истерично и неестественно, потому что не мог понять, почему она снова думала, что всё из-за неё? Да, Боже, Николь не была виновата абсолютно ни в чём, она была совершено идеальна… Даже слишком.
— Ты всё сделала так, — говорил как можно увереннее, внутри борясь с оставшимися тёплыми чувствами.
Всё же они встречались не один год, поэтому не удивительно, что он успел привязаться к девушке. Да, не любил, но она ему симпатизировала. Тем более, Николь всегда была рядом, поддерживала его, а он платил ей за то, что она отдавала всю себя… Вот этой болью. Эгоист.
— Тогда что случилось, Джагги? — не сдержала слёз, они беспорядочно катились по щекам, оставляя мокрые дорожки. Девушка отказывалась верить в то, что происходило сейчас. — Объясни, прошу…
Чёрт, почему ему никто не сказал, что надо делать в таких случаях? Говорить правду уж точно не вариант, а импровизировать сейчас у него наверняка не получится, потому что волнение держало сердце в своих крепких тисках.
Джонс приподнял брови, в надежде на то, что у него получится что-то сказать, но единственное, что парень мог выдать, это:
— Ник, дело не в тебе, дело во мне, — Джаг зажмуривается, понимая, что давно бы уже ударил своего собеседника за такие слова, ведь они настолько банальны, что попросту казалось, это заученный сценарий. — Я… Мы просто не можем быть вместе.
Николь громко сглотнула, не переставая часто моргать и вытирать слёзы ладошкой.
— Почему, ответь пожалуйста, почему?! — она перешла на крик, не в состоянии уследить за своими эмоциями, что так рьяно рвались наружу. — Ничего не бывает просто так, слышишь?
Она так усердно пыталась добиться правды, что Джагхеду становилось действительно страшно из-за того, что эта девушка вдруг получит своё. Зная свой резкий характер, Джонс понимает, что может не удержаться и выдать всё, как есть, а не стараться придумать несуществующее оправдание своим аморальным поступкам.
— Прошу, скажи хоть что-нибудь, Джагги, — она схватила его за воротник холодными пальцами, не переставая судорожно качать головой. — Я так люблю тебя, Джаг!
Джагхед чувствовал, как внутри что-то разрывалось на мелкие кусочки и разлетлсоь по всему организму. Чувствовал всю боль и горечь этой ситуации, но даже не пытался взять свои слова назад.
— Ник, ты замечательная, — он будто бы пытался это доказать девушке, которая уже окончательно сбилась с толку разговора, потому что не понимала, зачем говорить, что она замечательная, но при этом бросать её. — Ты прекрасный человек, слышишь? — парень обнял её, стараясь подавить гложущее чувство вины, которое пыталось заставить его страдать. — Ты мне безумно нравишься, но я не могу.
— Не можешь что?! — Николь обхватила его лицо ладонями. — Объясни же мне, почему ты захотел расстаться, Джагги, я тебя совершенно не понимаю.
Джагхед сжал челюсти, пытаясь держать себя в руках и не кричать от бессилия. Что он мог сказать?!
— Потому что я не хочу продолжать эти отношения…
— Это из-за той ссоры, верно? — она словно в бреду начала что-то шептать, не отпуская Джага. — Джагги, пожалуйста, милый, прости меня за неё, я не хотела, чтобы так вышло! Я не знаю, что на меня нашло в тот момент, я… Я…
— Нет, это не из-за той ссоры, — опроверг её догадку, ослабляя хватку на её спине. — Я просто понял, что эти отношения губят тебя. С каждым днём всё становится лишь хуже, оба человека должны получать пользу, а я заставляю тебя страдать…
— Я люблю тебя! Ты не заставляешь меня страдать, мне хорошо с тобой!
— Это не так! Ну признайся, ты же сама понимаешь, что я практически не бываю дома, что я полностью завален работой, в последнее время мы всё чаще и чаще ругаемся, мы даже не можем согласовать наше мнение в некоторых случаях! Мы убиваем друг друга, в частности, я тебя, — Джагхед удивился самому себе, пока Николь сильнее сжала пальцы на его коже, чётко смотря в его глаза. — Я не хочу, чтобы ты страдала.
— Я счастлива с тобой, потому что ты мне дорог, — девушка по-детски надула губы, и Джонс понимал, что она действительно похожа на ребёнка, и им не стоило вообще заводить эти отношения. — Ты самый лучший человек за всю мою жизнь, а сейчас ты говоришь глупости, ты меня не губишь!
Джонс хмыкнул, не понимая, как эта девчонка всё ещё могла настаивать на своём.
— Я просто делаю тебе больно, и ты прекрасно знаешь это, — твёрдо проговаривал парень, пока она приближалась к нему. — Я не хочу, чтобы так продолжалось, я хочу, чтобы ты была счастлива по-настоящему…
Он перебрал всё, что только мог и уже не знал, какие аргументы нужно привести, чтобы она наконец-таки оставила его в покое. Звучит ужасно грубо, но Джаг не может ничего поделать.
— Я ещё раз повторяю, что счастлива только с тобой, — упорно доказывала ему свои чувства, пока Джагхед старался не накричать на неё или хотя бы не выпустить всю злобу, разгромив кухню. Нервы сдавали. — Всё потому что я люблю…
В один момент у него в голове что-то резко щёлкнуло, словно зажглась лампочка, заставляя Джонса отойти на пару шагов назад, пока в одночасье внутри всё перевернулось.
— Я тебе изменил.
Тишина. Молчание. Секунда, две, три, после Джагхеду казалось, прошла вечность, а Николь застыла на месте, устремляя поникший взгляд серых глаз в пол. Он сам удивился сказанному, но назад нельзя было вернуться и сделать что-то по-другому. Не выдержал.
Девушка продолжала молчать, из-за чего Джонсу стало немного неуютно и даже страшновато, ведь он не знал, что ожидать от этого человека дальше. Может, она вновь закатит истерику, может просто-напросто побежит собирать вещи, чтобы переехать к себе. Боже, может случиться такое, к чему он точно не был готов.
Она жила на Северной стороне города с подругой до того момента, пока не перебралась к Джагу в квартиру. И возвращаться ей теперь туда или нет, Джонс не знает.
Девушка всё ещё не произнесла ни одного слова, отчего Джагхед сухо сглотнул, стараясь хоть как-то растормошить её.
— С кем? — один вопрос, который определённо поставил парня в тупик, потому что назвать Купер он не мог. — Кто это был?
В горле образовался ком, мешающий что-либо внятно говорить.
— Это… Ты не знаешь, кто это, — пытался выкрутиться, понимая, что уже сам запутался в своём вранье.
— Вы давно были знакомы? — сквозь слёзы произносла Николь, смотря на Джонса.
— Нет, мы не были знакомы, это всё было ошибкой…
— Сам-то веришь в то, что говоришь? — подсознание в открытую насмехалось над ним, из-за чего Джаг зажмурился, понимая, что сейчас не самое подходящее время для этих нравоучений. — Звучит так глупо, что в это поверить труднее, чем тебе кажется.
— Когда, Джагги? — не переставала заваливать его вопросами, словно парень был на допросе.
— Недавно, — решил не уточнять точную дату, словно он и вправду забыл, когда это случилось. Забыл. Разве можно такое забыть? — Ник, послушай…
— Ты был пьян? — не оставляла его в покое, вновь хватая его за скулы и потянув на себя.
Джагхед не понимал, зачем ей эти подробности того злополучного вечера, хотя сам и задумался над словами девушки. Нет, он не был пьян, и это кажется труднее, чем могло быть на самом деле.
— Это как-то меняет ситуацию? — вопросил он, сводя брови к переносице.
— Конечно, Джагги, ну конечно же меняет! — затороторила девушка, заставляя Джонса впасть во временный ступор. — Если ты хочешь со мной расстаться, только потому что тебе не даёт совесть так жить дальше, то не нужно, Джагги, понимаешь? Если ты был пьян, то это меняет ситуацию, ты мог не понимать, что делаешь, это же совсем другое, Джаг. Тем более, ты не знаешь её, это всё было ошибкой и случайностью, так? — она закивала головой, уже готовая простить его за то, что он сделал. — Джагги, прошу, не делай глупостей, — она силой выдавила из себя что-то похожее на улыбку, потому что понимала, что была права в своих догадках, когда думала, что у него кто-то появился. Хотя он и утверждал, что это было ошибкой, Николь понимала, что что-то всё равно не так. — Я смогу простить тебя.
Джагхед будто почувствовал, как внутри что-то перевернулось вновь, и он с нескрываемым удивлением посмотрел на девушку. Простить? Она сможет его простить?
Джонс понял, что разочаровался в ней на все сто процентов, потому что сам не мог осознать тот факт, что девушка готова была простить измену и сама напрямую об этом сказала. Ведь Джаг был уверен, что если бы он встречался с кем-либо и любил действительно по-настоящему, парень бы ни за что и никогда не простил предательство. Да, он бы, возможно, убил того человека, с кем ему изменили, возможно, вырвал бы ему ноги, руки, а также другие жизненно важные органы. Но того, кто посмел изменить, не простил бы уже никогда. Потому что не понимал, как можно продолжать жить с этим человеком, смотреть ему в глаза, в конце концов, спать, зная, что тебя предали. Это был верх тупости, как считал Джонс, уже точно понимая, что дальше с этой девушкой они не могли встречаться.
Он усмехнулся, скидывая с себя её руки и презрительно посмотрев на неё. Чувствовал отвращение к самому себе.
— Прости, Ник, но нет, — парень отошёл на несколько шагов назад. — Я не смогу простить себя.
— Почему? — не сдавалась, до последнего решив сражаться с ним. — Я же сказала, что…
— Я не был пьян, — уже спокойно проговорил парень, ураган в его мыслях постепенно утихал, туманная дымка перед глазами спала, а чувство вины больше не преследовало его. — Я понимал, что я делаю, это ужасно, Николь.
Как бы противно это не звучало, ему даже интересно, что она ответит на это и как попытается выкрутиться из этой ситуации.
— Я всё равно люблю тебя, Джагги, — Джагхед закрыл глаза, понимая, что не ошибся, когда посчитал, что эта девчонка слабохарактерная.
Возможно, было бы неправильно сейчас ставить в сравнение с ней ту же самую Бетти, которая наверняка бы зарезала его после такой новости ножом на этой самой кухне, а потом и ту девушку, с которой он посмел ей изменить.
— Прости, — повторил уже, наверное, в тысячный раз, но ничего не мог поделать. — Но я не люблю.
Казалось, это был самый весомый аргумент, который он должен был привести ещё в начале разговора с ней, но почему-то не сделал этого. Не надо было признаваться в измене и делать больнее, он вновь показывал дьявола, который злобно смеялся внутри. И уже ничего не могло подавить тёмную сторону.
Она снова молчала, только теперь это не тяготило. Парень чувствует пустоту внутри себя, не думая её чем-то заполнять. Он сделал всё, что мог, а если ей даже этого было мало, то тут Джонс был уже бессилен.
— Ясно, — выдала наконец-таки девушка, опустошённым взглядом обводя кухню в последний раз. — Я тебя поняла, Джаг, не старайся больше что-либо доказать, сегодня меня уже здесь не будет.
Николь прошла мимо, пока Джагхед глубоко вздохнул. Груз может и покинул его плечи, а вот паршивое чувство никуда не делось, лишь усилилось донельзя.
Но она была.
— Прости, но нет.
Он ровным счётом не хотел быть тем, из-за кого можно навредить себе, поэтому решил, что если это всё прекратится сейчас, то дальше будет не так больно.
Ну он же ничего не чувствовал, он знал, что не смог бы влюбиться в неё. Потому что он не видел совместного будущего с этой девушкой.
— Ты издеваешься? У тебя фетиш такой, обламывать всё на половине?! Джонс, вернись ко мне!
На его счастье, тишину и возмущения Бетти разрезал громкий звонок его телефона. И он мысленно несколько раз поблагодарил за это Тони, которая звонила ему, напоследок кинув неоднозначный взгляд на обиженную и растрепанную Купер, которая чуть ли не вступала с ним в борьбу, приказывая вернуться к себе.
Купер строго покачала головой, ударив маленьким кулачком по столешнице, ощущая некую боль. Этот мудак отвергал её уже второй раз, неужели она серьёзно такая жалкая?
***
Бетти с поникшей головой стояла возле барной стойки в доме своего молодого человека, безразлично наблюдая за ним и пытаясь как можно скорее отвязаться от Майка. Бесполезный разговор начался уже полчаса назад, а он даже не думал его прекращать. Пришла из бара она только к пяти утра и сразу легла спать, прямо как в тот раз, не замечая досконального взгляда парня. Сейчас же время близилось к шести вечера, а девушка только соизволила подняться, как тут же наткнулась на недовольного Брауна, который прожигал её взглядом, недовольно смотря вслед Бетти. Её терпение не было железным, поэтому она не выдержала, решив поговорить напрямую о том, что творилось и почему он так смотел на неё, отчего ей неимоверно хотелось треснуть ему по бесячей физиономии. Словно она вновь начала строить из себя наивную и ничего не понимающую дуру, хотя Майк всё знал. И про Купер, и про Джонса, и про их отношения, которые они так тщательно пытались скрывать, но рано или поздно правда становится явной и для того, кому об этом знать требовалось в последнюю очередь. Сейчас же Элизабет приходилось выслушивать его очередное нытьё, пока парень размахивал руками, отчитывая Купер. — Ты слишком лояльно к ним относишься! — по сотому разу повторял Браун, расхаживая по кухне, неимоверно раздражая этим Купер. Голова и так болела после дня рождения, так ещё и он маячил перед глазами с того момента, когда Бетти встала. — Так нельзя! Элизабет закатила глаза, вздыхая и пытаясь сконцентрироваться на этом разговоре, но он становился всё скучнее и скучнее. Она уже устала слышать все эти однообразные фразы, которые не приносили абсолютно никакой пользы. Его слова были пустыми для неё, это Купер и пыталась показать своим будто отсутствующим видом, который явно бесил Брауна. Её мысли, её тело, вся она до сих пор была в том самом клубе в сильных и крепких объятьях Джагхеда, который так неистово целовал и ласкал её, улыбаясь и заставляя таять в его руках, словно лёд на палящем солнце. Он заставлял чувствовать её в последнее время действительно живой, по-настоящему нужной кому-то. Хотя Купер была уверена, что не сдалась ему, и он снова начал играть с ней, подчиняя себе. — Купер! — Бетти вздрогнула, понимая, что далека от сути разговора и от реальности, быстро моргая и пытаясь сделать так, чтобы навязчивое желание ушло так же внезапно, как и пришло. — Ты меня вообще слушаешь?! Элизабет закатила глаза и сложила руки на груди, выгибая бровь, словно она спрашивала, чем был недоволен парень, который нервно сжимал и разжимал свои кулаки. — Ты опять говоришь мне про змеев, хотя я ясно дала понять, что эта тема для меня закрыта раз и навсегда, — отрезала девушка, поправляя свои волосы. — Так чего ты теперь хочешь от меня услышать? Я всё равно придерживаюсь своего мнения, Майк, так что отвали, и без тебя башка раскалывается, — парень не выдержал, громко ударив по стене кулаком и теряя терпение окончательно. — А я, чёрт возьми, пытаюсь дать тебе понять, что они наши враги, но тебе похуй! — воскликнул он, свирепо дыша. — Ты вообще ни во что меня не ставишь, когда ты в последний раз виделась с кем-либо из банды?! Или что, без Дэвида ты там уже никто, разве не так? — Заткнись, — процедила сквозь зубы, не решаясь вскрывать недавно зажившие шрамы на внутренней стороне ладони. — Упырям ничто не угрожает, — настаивала на своём, не вдумываясь ни в одно из сказанных Майком слов. — Так что отстань от меня. — Упырям угрожают Змеи, — Бетти захныкала от тупости парня, пока он продолжал злобным взглядом метать в неё молнии. — Тебе же до этого нет дела, какая из тебя королева после такого, а? — так же сложил руки на груди, хмурясь. Бетти вдохнула глубже. — У тебя ко мне какие-то претензии? — задала вопрос девушка, не поддаваясь на провокации Майка. — Да, блять! Тебе столько много времени понадобилось, чтобы понять это?! — сгримасничал, ужасно наигранно продолжая свою тираду, полную бесполезных и бессмысленных слов. — У всех к тебе уйма претензий, но ты никого не слушаешь, тебе плевать на это! Какая ты после этого королева? Элизабет ясно поняла, что он, похоже, больше не играет роль её парня, раз так себя ведёт. Не поддерживал, а наоборот, топтался по её чувствам, как раньше это делал Джонс, хотя в похожих ситуациях Джаг оставался мужчиной, подставляя сильное плечо. — Охуенная, — выдала Купер, ухмыльнувшись и понимая, что её раздражение и его злоба достигли своего апогея. — Оно и видно, — съязвил Браун. — Ты же не пытаешься разобраться со Змеями, — вновь завёл свою шарманку, заставляя Бетти чуть ли не застонать от этого. — Но ты вспомнишь мои слова, когда они перебьют всех нас, поверь. — Хватит нагонять панику! — гаркнула Элизабет, проклиная парня в своих мыслях. — Я сказала, что придумаю что-нибудь, поэтому будь добр, исчезни и не порть мне настроение, — прошипела она. — И прекрати параноить, а у тебя это отлично получается, скажу я тебе. — Зато у тебя отлично получается трахаться с Джонсом. Бетти замерла. Страх, опасения, волнение, всё, что было внутри, начали сковывать тело, словно обвязывая его невидимыми, но тугими нитями, заставляя пытаться вырваться, но попытки были тщетны. Купер приподняла брови, готовясь что-то сказать, но выдать получилось лишь громкий вздох, мозг отказывался соображать. — Что? Нечего сказать, так? — едко высказался Браун, подходя на несколько шагов ближе. — А… Откуда, то есть с чего ты, — Бетти запнулась, понимая, что что-то пошло не так, и она слова выговорить не может. Чёрт возьми, откуда он мог это узнать?! — У меня свои связи, — отчеканил Майк, хмурясь и чувствуя, как внутри организма разгорается костёр его злобы и мести. — Ну же, Бетти, давай, скажи, что это не так. Чёрт, конечно же она могла бы сказать, что он не прав, обвинить его в клевете, но девушка словно разучилась разговаривать, пытаясь выдавить из себя хоть одно словосочетание, хотя всё было напрасно. — Я не… — она старалась подобрать нужные слова, но ничего не выходило. — Не ври мне! — Купер вздрогнула, когда он схватил её за запястье, слишком сильно сжимая его в своей руке. И она могла поклясться, что там останутся синие разводы от его пальцев. — Какая же ты тварь, — ядовито прошипел парень, что-то доставая из заднего кармана джинсов. Бетти попыталась вырвать руку, но ничего не получилось, боль лишь усилилась, делая так, что Элизабет захныкала, не оставляя попыток выдернуть конечность из его сильной хватки. Кисть начинала краснеть от силы Майка. — Смотри, — он кинул на барную стойку несколько фотографий, где были изображены Купер и Джонс. И эти фото были сделаны относительно недавно. — Что ты молчишь?! Вот теперь ей действительно стало страшно, хотя это ещё слабо сказано. Сейчас это был словно не её Браун, а какой-то другой мужчина с ужасным характером, потому что Майк бы не допустил такого отношения к ней. — Ты следил за мной?! — вскрикнула Бетти, дыша часто и рвано, стараясь вернуть бешеный пульс в прежний ритм. — Я — нет, — ответил он, хватая её и за второе запястье, с большей силой сжимая их в своих руках. — А вот тот, кому я это поручил, да, — парень рассмеялся, словно псих, пока Купер сглотнула, не понимая, что происходит. Он никогда так себя не вёл раньше. — И как видишь, не зря. Он растягивал каждую букву в своих словах, специально склоняя голову набок и выглядя так, как будто сбежал из психиатрической больницы. Бетти не могла ничего сказать, потому что безумно боялась того человека, который сейчас делал ей больно своими действиями. Кто знает, что от него можно ожидать, вдруг, он вообще убьёт её прямо здесь и сейчас. — Не трогай меня, — прошептала она, дёргаясь и делая так, что кисти рук ещё сильнее болели из-за её неосторожных движений. — Не смей, слышишь? — Мразь, — он сощурился, наклоняясь ближе и делая так, что она облокотилась на стойку, чтобы хоть немного быть дальше. — Он лучше тебя трахает, верно? — снова рассмеялся, не на шутку пугая этим перепадом настроения. — А я-то думал, почему ты не хочешь добить Змеев, оказалось всё куда проще… Он улыбнулся, но в глазах плясали настоящие черти, которые ещё сильнее ухудшали эмоциональное состояние Бетти. — Отпусти меня, идиот, — выругалась девушка и в эту же секунду пожалела за то, что вообще открыла свой рот. — Ты не в том положении, чтобы грубить мне сейчас, поняла?! — он в мгновение ока отпустил её руку, но тут же громко ударил девушку по щеке, заставляя пошатнуться, отклонив голову в бок и чувствуя неимоверно жжение. — Я бы убил тебя прямо сейчас, но руки марать о такую блядь, как ты, не хочется. Элизабет почувствовала вкус крови во рту, понимая, что губа кровоточила из-за его удара, а глаза начинали слезиться от страха. — Как думаешь, за меня сделают это другие Упыри, когда увидят эти фотографии? — он кивнул на снимки, переводя взгляд обратно на Купер. — Я так долго ждал того, чтобы ты расплатилась за то, что сделала… Либо это были наркотики, которые он продавал так часто, либо парень просто сошёл с ума окончательно, впрочем, варианта всего два, и Бетти больше склонялась к первому. — Ты не посмеешь, — место удара безумно ныло и жгло, заставляя Бетти громко всхлипнуть не столько от самой боли, сколько от унижения. — Правда? И кто меня остановит? — насмешливо поднял брови вверх. — Ты или твой Джаг, — специально выделил имя последнего, схватив её выше локтя. — Он же вроде теперь должен тебя защищать от таких, как я, разве нет? — смысл этой фразы был неоднозначен, это и уловила Купер, пытаясь сделать так, чтобы он не заметил наполнившиеся влагой глаза вновь. — Или у вас это несерьёзно? Бетти не могла поверить до сих пор в то, что это Майк, надеясь на то, что она крепко спит после дня рождения, но ощущения были слишком реалистичны. Красный след его пальцев проявлялся на нежной коже лица. — Ты недостойна быть королевой, ты просто тупая дура, которая вообще не достойна ничего в этом мире, — усмехнулся Браун, проводя костяшками пальцев по её скуле. Его прикосновения вызывали безумное отвращение, он был ей противен настолько, насколько это вообще было возможно. — Какая же ты сволочь, — сквозь зубы прошипела девушка. — Ты не лучше, — он резко отошёл от неё, заставляя со стоном взяться за затёкшие конечности. — Собирай свои вещи и убирайся отсюда, чтобы к ночи тебя тут не было, иначе ты пожалеешь о том, что вообще появилась на этом свете. А разве она не жалела до этого? Он сунул руки в карманы, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов и покидая Бетти, которая прибывала в глубоком шоке от всего происходящего. Чёрт.***
Джонс, как ни странно, находился дома, решив не засиживаться допоздна в баре, потому что настроения веселиться не было. Николь ушла ещё днём, сказав, что найдёт место, где пожить, несмотря на то, что Джагхеду, как могло показаться, было всё равно на дальнейшую судьбу своей уже бывшей девушки. Джаг понимал, что наконец-таки его покинули те сомнения и чувство вины, что он смог сделать то, о чём так долго грезил и к чему так долго готовился. Парень, может, всё же волновался за Нику, но был благодарен себе за то, что смог отпустить её от себя и не тянуть дольше. Да и теперь при встречах с Купер не будет тех угрызений совести, которые постоянно мучили его, отдаваясь пульсирующей болью в висках. Джонс вздыхает, крутя свой мобильный в руках и ощущая непонятное облегчение от всего происходящего с ним в последнее время. Даже после расставания, Николь не занимала больше места в его мыслях, чем Элизабет. И это нельзя считать нормальным, но Джагхед никогда не считал себя таковым. Да, он, чёрт возьми, нуждается во встрече с ней, ему просто до дрожи в руках нужно услышать её голос или хотя бы просто увидеть её. Ебучая Купер. Но тот факт, что сейчас Бетти была со своим Майком, бесил ужасно сильно, потому что он уж бы точно присвоил её себе вновь. Да, это эгоистично, да, он не имел права снова ломать ей жизнь, но Джаг не привык считаться с мнением других людей. Парень будет действовать так, как решит сам, пусть это решение и будет казаться ужасно глупым и далёким от норм обыкновенный морали. Он ведь расстался с Никой не только потому что устал от этих бесполезных отношений. Купер была в его голове круглосуточно, и Джаг понимал, что отныне всё изменилось, что их вражда никогда не стала бы прежней. До ломки во всём теле хочется увидеться с ней, дотронуться до неё и сделать что-то очень-очень плохое. Потому что он её ненавидел. Ненавидел, но слишком сильно хотел. Так, что это желание затмевало ебучую ненависть, присущую ему и его сердцу. Джагхед знает, что она, такая до безумия сексуальная и охрененная, издевается и, может даже, злорадствует над ним. Знает, что она, чёрт побери, довольна тем, что оказывает такое опьяняющее действие на него и на его тело. И самое страшное то, что он ничего не может поделать с этим. Потому что не хочет. Потому что он устал от лжи, потому что он всё чаще вспоминал те моменты, проведённые с ней в прошлом и понимал, что его слишком сильно тянуло к ней, так, что можно было почувствовать головокружение. Так не должно быть, он должен был отпустить её ещё очень-очень давно, но не смог. Джонс откидывает голову на спинку кожаного дивана, стоящего в гостиной, зевая. Не хотелось спать, хотя день выдался поистине сложным, непохожим на остальные, что были до этого. Без Николь пропал некий уют и комфорт, без её вещей и фотографий, которые стояли в рамках в коридоре. Но вместе с ней ушли и те противоречивые эмоции, которые давили на него. Джагхед поднялся на ноги, кусая нижнюю губу чисто по привычке и чувствуя какую-то неприятную боль. Но тут же вспомнил, с чем это связано, победно усмехаясь и возвращаясь в сегодняшнюю ночь, понимая, что Элизабет не оставит больше его никогда. Наручные часы показывали десять вечера, сон не шёл. Джонс провёл рукой по волосам, думая, что надо бы уже отправляться в постель, но настойчивый звонок в дверь прервал его планы, заставляя пошатнуться на месте. И кого занесло к Королю Змей именно сейчас? Джагхед медленно подошёл к двери, даже приблизительно не зная, кто за ней может стоять. Предположений было куча, а точного ни одного. Замок щёлкнул, и Джонс распахнул дверь, на секунду замирая. — Купер?! Дождь с большей силой, чем прежде, стучал по крышам зданий в Ривердэйле, создавая шум. Машины с бешеной скоростью гнались по дорогам, а люди спешили домой после тяжёлого рабочего дня. Сумерки опускались на город, заставляя бояться темноты, которая в этот день пришла раньше обычного времени, пугая жителей Саутсайда своей загадочностью. Бетти медленно перебирала ногами, закидывая съехавшую сумку обратно на плечо и продолжая беззвучно хныкать. Озлобленная на весь этот несправедливый мир, она пыталась найти то место, где можно было переночевать. Ноги устали от того, как долго она шла и как много вещей ей пришлось тащить на себе. Денег почти что не было, поэтому шанс того, что сегодня она будет ночевать дома значительно уменьшался с каждой секундой. Ловить попутку тоже был не лучший вариант, хотя бы потому что машин и так было немало, а ливень заслонял обзор на обочину, заставляя водителей проезжать мимо бедняжки, даже не замечая её. Хотя это всё отлично характеризовало то эмоциональное состояние, которое было у Элизабет. Она пыталась не плакать в первые часы после расставания, но после того, как вышла из дома, не выдержала и разревелась. На Майка ей было, откровенно говоря, плевать, а вот на Упырей, которых она, видимо, лишилась, далеко не всё равно. Кто же знает, что взбредёт в голову такому человеку, как Браун, вдруг он не шутит, вдруг он и вправду покажет те фото её уже бывшим подопечным. Купер вздохнула, стараясь отогнать от себя подступающие приступы истерики и паники, но мало что получалось. Ей срочно надо было найти хотя бы ночлег. Южная сторона не то место, где можно было спокойно переночевать на вокзале в обнимку с людьми без определённого места жительства. Квартира у Элизабет имелась ещё от родителей, но вся проблема заключалась в том, что была она на другом конце этого треклятого города, а как туда добраться, Бетти толком не понимала. Оставался один вариант — Вероника. — Чёрт, ну возьми же ты трубку, — прошептала девушка, по пятому разу набирая номер своей подруги, но всё напрасно. Противные гудки в телефоне ужасно начинали раздражать, и Купер могла с точностью сказать, что ещё несколько бесполезных попыток дозвониться Веронике не кончатся успехом. Не день, а сплошное проклятье. — Блять, — Бетти споткнулась, чуть ли не падая на уже мокрый асфальт, понимая, что сама промокла насквозь из-за проливного дождя. — Да что ж это такое?! Словно в этот день именно на неё свалились все несчастья бренного мира, и именно она попала под горячую руку своей судьбы. По телу разливалась не только паника, но и вязкий, будто кленовый сироп, страх. Ещё больший ужас придавал вид городка в ночное время, ведь многие фонари были разбиты и почти что не освещали дорогу. Бетти не понимала, что ещё можно сделать в такой ситуации, но жить ей хотелось всё же больше, чем умереть. Звонок мобильного прервал звук дождя, заставляя Купер облегчённо выдохнуть, когда на дисплее высветилось «Ронни». Она незамедлительно взяла трубку, кашляя. — Алло, Беттс, ты звонила? — обеспокоенный голос Лодж послышался на другом конце провода, пока Элизабет уже была готова пойти в гости к подруге. — Что-то случилось? — Ты дома? — Купер всхлипнула, пугая своим жалобным тоном Веронику. — Ты издеваешься что ли? — непонимающе цокнула девушка. — Я же говорила, что на выходные к родителям уезжаю, ты меня вообще когда-нибудь слушаешь? — Чёрт. Бетти топнула ногой, возмущению Купер не было предела, потому что все надежды с крахом разрушились в эту же секунду. — А что случилось-то? — спросила Лодж, зевая и готовясь ко сну, даже не представляя, что сегодня пришлось пережить её подруге. — Хуйня, — выдала Элизабет. — Ладно, не забивай голову, — Бетти понимала, что в этой ситуации Вероника ей уже никак не поможет, потому что чисто физически не сможет приехать к ней сейчас. А вот волноваться Ронни ни к чему после произошедших событий, тем более, Бетти знала, что это ещё не самое страшное, что с ней происходило. Она сильная, она должна справиться. — Беттс, не обманывай меня, — предупреждающе проговорила Лодж, в её голосе был оттенок сомнения. — Точно всё нормально? — Да, — Элизабет еле сдерживала слёзы, понимая, что врала в который раз, говоря, что у неё всё хорошо, хотя это было далеко не так. — Не переживай, и ещё кое-что… Элизабет хотела что-то добавить, но зарядка как на зло кончилась. Телефон завибрировал в руке и экран потух, пока крупные капли дождя капали на него. Бетти глубоко вздохнула, стараясь осмыслить всю ситуацию и искать выход из неё, но ничего не получалось. Не оставалось ничего, кроме того, как пойти к Джонсу, который, наверное, пошлёт её, но попытка — не пытка, тем более, когда на кону твоя собственная жизнь. Элизабет громко всхлипнула, удерживая влагу в глазах и понимая, что слёзы ей сейчас точно ничем не помогут. Надо срочно спасаться, потому что сумерки сгущаются и туман сходит на город, обволакивая её словно мутной пеленой. Купер поспешила к подъезду Джагхеда, наизусть зная его адрес и понимая, что надо бы поспешить. Пускай, он, возможно, не захочет с ней видеться… Хотя, исходя из их последних встреч, она бы так не сказала. Но кто же знает, что может взбрести в голову такому человеку, как Джаг. Бетти в кармане куртки скрестила пальцы на удачу, хотя понимала, что это вряд ли поможет, если её идея провалится. И ей похрен на свой внешний вид, который наверняка не в лучшем состоянии из-за этого дурацкого дождя.***
— Ты что тут делаешь?! — с порога спросил Джонс, не пропуская девушку в квартиру и облокачиваясь на косяк двери. Она дрожала, с влажных волос капала вода, пока Бетти с наибольшей силой сжимала ручку сумки в руке, утирая капли дождика. Косметика, наверное, размазалась по лицу, и от прежнего макияжа Элизабет не осталось и следа. — Джаг, пожалуйста, впусти, я объясню, — сама же не верила своим словам, которые, наверное, поставили Джонса в тупик, но желание согреться оказалось настолько сильным, что она уже не думала над тем, что говорит. Он искренне недоумевал, как эта девушка оказалась на пороге его квартиры, да ещё и со своими вещами. — Ты сейчас шутишь или ты просто пьяная? — недоверчиво прищурился парень, анализируя пришедшую особу колючим взглядом серых омутов, заставляя почувствовать себя более, чем неуютно. — Похоже на то, что я шучу? — огрызнулась Бетти, но тут же взяла себя в руки, потому что понимала, что не лучший вариант спорить или ссориться с ним сейчас. — Пожалуйста, Джаг, мне некуда идти, — жалобно протянула Купер, но Джонс по-прежнему оставался кремнем. — Ты же живёшь с… С Майком, или как его там, — не сдавался Джонс, решив узнать правду. Безбашенная девчонка, потому что Джагхед не знал, что было бы, если бы он не расстался с Николь, а Бетти, похоже, было плевать на это. Элизабет как-то раздражённо передёрнула плечами, потому что не было ни малейшего желания разговаривать на эту тему, хотя без объяснений она, наверное, так и не попадёт к нему в квартиру. Девушка всего лишь просилась переночевать, неужели так сложно хотя бы раз в жизни сделать что-то хорошее? — Уже нет, — тихо выдала Купер, отворачиваясь и пытаясь сделать так, чтобы он не увидел те смятение и боль, которые украсили её лицо. — Вероника? — не переставал спрашивать, порядком начиная бесить этим молодую особу. Бетти чувствовала, что ему будто бы не хотелось пускать её, поэтому Джонс искал другой выход. А он всего-навсего просто хотел узнать, почему именно к нему пришла девушка, надеясь услышать ответ, который мог бы его удовлетворить. — Она уехала на время, поэтому не может помочь мне, — сказала всё, как есть, потому что не видела смысла обманывать. Её всё ещё потрясывало от того, что случилось, и Джаг отчётливо это замечал. — Арчи? Элизабет чуть не задохнулась от возмущения, потому что она не понимала, что плохого сделала, отчего парень так сильно пытался не впустить её в свою обитель. Да, она не была ангелом, но в прошедшие дни девушка не делала чего-то очень плохого. — Ты издеваешься? Ты же сам знаешь, что он далеко отсюда, — пожала плечами, негодование, вперемешку со злобой, так и сочилась в её тоне. — Окей, — протянул Джонс, зарываясь пятернёй в копну чёрных волос, взъерошивая их. — У тебя же есть квартира? Купер думала, что ещё после его «окей» закончатся эти бесполезные расспросы, но он даже не думал останавливаться. Бетти для себя решила, что не будет так унижаться перед человеком, которому глубоко похуй на то, что она, чёрт возьми, могла замёрзнуть и умереть от этого. Хотя, можно подумать, когда-то он заботился о ней, так что ничего удивительного в этой ситуации не было. — Всё, можешь не стараться, — выкрикнула Бетти, вновь закидывая сумку на плечо. Не знала, чем могла заслужить такое отношение к себе. — Я тебя прекрасно поняла, мог сразу сказать, что не судьба и что ты не можешь мне помочь. Джагхед не успел возразить, как она уже была готова спуститься с лестницы, отворачиваясь от него и спеша покинуть подъезд этого злосчастного дома, ведь он ясно дал понять, что ей здесь не рады. Более того, она незваный гость, который ожидал непонятно чего. — Стой, стой, стой, — Джонс крепко схватил её за руку, но Элизабет громко, сама от себя такого не ожидая, вскрикнула, выдёргивая запястье. Джагхед непонимающе отпустил её, пока девушка остановилась, понимая, что прокололась. Выкрикнула, скорее всего, на рефлексе, потому что боль мгновенно пронеслась по телу из-за одного прикосновения. — Дай сюда, — Джаг попытался снова взять её за кисть руки, но Бетти отошла назад на безопасное расстояние, потому что на сегодня ей и так хватило. — Купер, не беси меня, подойди сюда. Элизабет, на его удивление, лишь сделала несколько шагов назад, показывая явное намерение уйти и не возвращаться, желательно, никогда. — Блять, а ну стой, — он уже не обращал внимание на протесты, грубо потянув девушку на себя за локоть и так же грубо запихивая её в квартиру, заставляя спотыкаться на каждом своём шагу, мысленно стократно убив Джонса за такое неаккуратное обращение с собой. — Ну и зачем? Ты, вроде, ясно дал мне понять, чтобы я сваливала и не возвращалась, — прошипела Купер, облокачиваясь на стену в коридоре и осматривая помещение, в котором была достаточно давно. С её последнего визита тут, впрочем, почти что ничего не поменялось, атмосфера прошлого окутывала с ног до головы, из-за чего казалось, что становилось лишь больнее. Молодая душа кричала о том, что пора бы вспомнить, как сложно было забыть это место. — Не утрируй, — отрезал Джонс, закрывая за собой дверь. — Руку дай сюда. Бетти помотала головой, насупившись, словно маленький котёнок, который остался без порции молочка. Она разозлилась и хотела, чтобы Джагхед это понял. — Купер, — прошипел Джаг, складывая руки на груди, исподлобья смотря на девушку. — Ты же знаешь, что я добьюсь своего, только вот каким путём, решать тебе. В его голосе отчётливо слышалась угроза, пока Элизабет неуверенно опустила сумку на пол, не понимая, стоит ли делать то, что он говорит, или продолжать стоять на своём. Впрочем, выбор невелик. Она отвернулась, презрительно сощурив глаза и состроив обиженное выражение лица. Настаивала на своём до последнего, не уступая ему в упрямстве. — Ясно, — спокойно проговорил Джагхед, подходя всё ближе и ближе. — Что с губой? Бетти замешкалась, потому что не знала, сказать ли ему правду, или придумать очередную правдоподобную историю. След руки Майка она замазать-то смогла, а вот с разбитой губой дела обстояли плохо, хотя она не была уверена, что тональный крем остался на её коже после того, через что ей пришлось пройти. — Ударилась. — Если ты будешь врать мне, я сделаю тебе больно, — рыкнул парень, сжимая пальцы на коже её плеча, неприятно надавливая на ключицу. — Мне повторить свой вопрос или ты соизволишь на него наконец-таки ответить? Купер, как никто другой, прекрасно знала, что обманывать его бесполезно, он это словно чувствовал, но всё равно пыталась сделать так, чтобы он поверил в её враньё. — Я ответила, — хмыкнула девушка, понимая, что он, наверное, верно подметил тогда, что она мазохистка. Воспоминания о том вечере пронеслись в белокурой головке с бешеной скоростью, заставляя шумно сглотнуть и почувствовать прилив возбуждения, взявшегося непонятно откуда. Он всегда действовал на неё отравляюще, и эта ситуация не обошла стороной. Следы его пальцев остались на нежной коже, а те ощущения присутствовали у неё в памяти, когда тепло разливалось по организму, отдаваясь тяжестью внизу живота. — Правда? — он наверняка понял в чём дело, ведь Джонс видел её насквозь, словно обладая некой супер способностью, которая действовала только с ней. — Серьёзно думаешь, что меня легко вот так провести? Парень слишком сильно и резко вжал её в своё тело, заставляя вдохнуть необходимый сейчас кислород. Не отпускал её, ещё больнее надавливая пальцами на её плечи, но она почти что не чувствовала этой боли. Его прикосновения не вызывали отвращения, как, к примеру, касания Майка. — Отпусти, — прошептала, закрывая глаза и понимая, что проигрывала, пока её трусики бесстыдно намокли от того сумасшедшего влияния на своё тело. — Ты отвечаешь на мой вопрос, и я тебя отпускаю. Твёрдо проговорил, сделав так, что Бетти раздражённо ухмыльнулась, понимая, что не сможет долго играть в гляделки. — Я же сказала, что… — Кто? Купер сначала не поняла, к чему именно относится его «кто», но потом увидела, как он смотрел на синие следы на запястьях, впиваясь пальцами с новой силой и словно вымещая на этом злобу. — Блять, — выругнулась девушка, уже осознавая, что отговорка по типу «ударилась» не поможет. — Ну что ты хочешь от меня услышать? — Ты так и не поняла этого?! — с наигранным удивлением покачал головой, позволяя прядям причудливо спасть на лоб, закрывая обзор на собеседницу, которая изо всех сил подавляла в себе желание потрогать шелковистые кудряшки. Он не верил, но он чувствовал, что всё катилось к чёрту. Все его установленные правила, касающиеся этой стервозной девушки рушились на глазах, позволяя тому желанию охватывать и пленить разум. Как в старые времена, когда они задыхались от влияния друг на друга, когда они жили для себя и не обращали внимание на других людей. Жалел ли Джонс? Нет, определённо, нет. — Ты слишком зависима от меня, — констатировал как должное, не понимая, какую чудовищную боль могут причинять такие слова, но нотка гордости не могла остаться незамеченной. — Поэтому ты можешь обманывать кого захочешь, на них мне похуй, но не меня. Бетти облизнулась, выпрямляясь и пытаясь сделать так, чтобы он перестал давить ей не только на кожу, но и на нервы, которые итак были расшатаны. — Ты ошибаешься. — Неправда. Раздражал, бесил, делал так, что злость и давняя обида смешивались друг с другом, а адреналин в крови непонятно каким образом улучшал ту ситуацию, в которой оказались оба. — Я не хочу говорить на эту тему, — предприняла последнюю попытку, надеясь на то, что он оставит её в покое, и она перестанет чувствовать себя, словно на допросе. — Я не хочу это обсуждать. Бетти прикрыла глаза, чувствуя, как пульс ускорился под кожей, а его запах обволакивал пространство вокруг, заставляя терять свою голову. — Ты же понимаешь, что мне как-то всё равно на это? Купер закатила глаза и старалась хотя бы немного прийти в себя. На хрупкие плечи девчонки слишком много навалилось в последние дни, которые казались сущим адом. — Мы сильно поссорились с Майком, — пожала плечами, словно так и должно быть, словно её бывший парень имел право поднимать руку на девушку. Да, Джонс не был примерным мальчиком, но он не бил девушек, потому что это противоречило его принципам. — И получилось вот так. Она кивнула на синяки и намекнула на разбитую губу, судорожно сжимая руки в кулаки, но тут же взяла эмоции под свой тотальный контроль, который в последнее время перестал быть таковым. — Получилось так, что он тебя ударил? — Он всё узнал, Джаг. Джонс замер, нахмурив брови и медленно качая головой. Чёрт возьми, это из-за него она попала под горячую руку своего паренька, но Джагхед никогда не признал бы своей вины за это. — Откуда? — Я сказала, — саркастично выплюнула девушка, агрессивно выпутываясь из рук Джонса. — Хер знает, он сказал, что нанял кого-то там следить за мной. Джагхед потёр переносицу, понимая, что проблемы, похоже, только начались. Но у Элизабет они и не заканчивались. — И что теперь с Упырями? — Понятия не имею, но он угрожал мне тем, что покажет наши фото им. Парень всё ещё не особо верил в слова Бетти, которая скинула куртку, так и не согревшись. — Что будешь делать? — этот вопрос был глупым, но Купер просто пожала плечами, морща носик, потому что чувствовала, как не вовремя в горле образуется ком, мешающий говорить. — Можно я приму у тебя ванну? — единственное, что слетело с её уст, прежде чем Джонс недоверчиво прищурился, слегка кивнув.***
Уже совсем поздняя ночь наступила в Ривердэйле, дождь почти прекратился, тихо постукивая по крыше и стекая каплями по окнам. Одинокая лампа горела на кухне, пока Бетти двумя руками обхватывала чашку с чаем, согреваясь, хотя горячий душ всё же помог ей. Она молчала о том, что происходило в последние дни, что в её судьбе, как и в голове, творился полный хаос. Сценарий, который писали сценаристы для её жизни, пестрил круговоротами событий и странными ситуациями, что никак не хотели укладываться в мыслях. На вопрос «где Николь?», Джонс посмотрел на Элизабет каким-то убийственным взглядом и буркнул что-то наподобие «не твоё дело», зацепив этим Бетти. Она не понимала, почему должна ему всё рассказывать, когда парень в свою очередь даже не думал говорить ей о том, что произошло в его жизни. Хотя, кто она такая вообще, чтобы интересоваться его личными делами? — Купер, — Элизабет вздохнула, не понимая, где ещё могла накосячить, что он никак не оставлял её в покое. — Всё в гостиной, поняла меня? Он разговарил с ней как с пятилетним ребёнком, который ничего не знал и не умел и которого необходимо везде водить за собой за ручку. — Да, — она увидела его серьёзный взгляд, сильнее завернувшись в лёгкое одеяло и пожимая ноги под себя. — Можешь не напрягаться, завтра утром меня уже здесь не будет, так что не переживай. — Думаешь, я бы позволил тебе остаться тут дольше? — он выдал это как шутку, но с таким выражением лица, что Бетти стало действительно не по себе. Действительно, мало того, что несколько месяцев назад он не то, что на порог своего дома её не пустил бы, он вряд ли бы вообще смог спокойно видеть её и не пытаться задеть в моральном и физическом плане. — Ах, да, прости, — криво усмехнулась, смотря на то, как он склонил голову набок, останавливаясь на пороге кухни. — Совсем забыла про то, что ты у нас холодный мальчик, а я глупая и наивная девочка, — сделала лицо как у мультяшного персонажа, складывая руки в замок. — Скорее, слишком неправильная и дерзкая, — поправил он, стягивая наручные часы, которые показывали час ночи, кладя их на стол рядом со своим телефоном. — Хочешь опровергнуть эти факты? — Не думаю, — съязвила Купер, наблюдая за тем, как он облокотился на стол, стягивая свою футболку и откидывая её в сторону. — Я полностью с тобой согласна. Бетти совершенно бессознательно засмотрелась на него, в памяти всплывали картинки ночи, которую не так давно они провели вместе. Девушка скользила глазами по торсу парня, останавливаясь на ремне его брюк и кусая губу, бесстыдно рассматривая его и встряхивая головой от тех мыслей, которые были далеки от приличия. Россыпь родинок красиво украшала его подкаченное тело, и Элизабет так некстати вспомнила, как любила целовать их, спускаясь ниже… — Перестанешь пялиться на меня? — выдернул её из далеко не порядочных мыслей, замечая чёртиков в потемневших зрачках. Элизабет знала, что в прошлом она, возможно, покраснела бы и отвернулась, бормоча себе под нос извинения, но сейчас она даже не думала над тем, чтобы спускать взгляд с него и его тела. Хитрая улыбка не спадала с её лица, пока она облизнула губы. — Не думаю, сладкий, — Джагхед поперхнулся, когда она закинула ногу на ногу, откидывая волосы назад и ухмыляясь собственным фантазиям. — Тебе же нравится то, как я на тебя пялюсь, — передразнила его, проводя язычком по нижней губе и усмехаясь. — Разве нет? Джонс был зол на то, что она так бездумно выводила его из себя своими словами, был зол на себя за то, что возбуждался из-за её будоражещего и звонкого голоса и откровенного вида. Он знал, что поступит аморально, если трахнет её, потому что сам только недавно расстался с девушкой, которая, наверное, плакала и вспоминала его. Но ей было плевать на это, что она и показывала, из-за чего ненависть растекалась по венам, затуманивая здравый рассудок, который частенько покидал Джагхеда. — Прекрати, — прорычал парень, когда она встала со своего места, направляясь к нему. — Купер, хватит, не до тебя сейчас. Элизабет рассмеялась. — Да ты что? — она подошла вплотную, электризуя воздух между ними и усиливая желание. — Тебе, может, да, но твоё тело думает иначе. Она провела ноготками по прессу, спускаясь ниже и останавливаясь у ширинки его джинс, оставив лёгкий поцелуй на его ключице. — Я сказал… Он замолк, перехватив её руки, готовясь отвести её от себя, но замер, глядя на четыре ровных пунктира на ладошке, которые кричали сами за себя своей выразительностью. — Бетти… На выдохе, не отпуская её руку из своей широкой ладони. Парень аккуратно провёл пальцами по глубоким шрамам от острых ногтей, щурясь и осуждающе смотря на Элизабет. Купер не понимала, почему чувствовала стыд за это, шмыгая и даже не стараясь выдернуть конечность. Его поведение совершенно непонятно, потому что парень неравнодушно отнёсся к тому, что она снова взялась за старое, хотя ему, наверное, должно было быть пофиг. — И зачем? — он забыл о том, что злился на неё и хотел оттолкнуть от себя. Забыл о том, как ненавидел её, поглаживая маленькие шрамы. — Ты знаешь, что делаю я это только тогда, когда хочу выплеснуть злобу или агрессию, — прошептала девушка. — В последнее время всё слишком плохо, — нервная усмешка расцветает на её губах, приковывая к себе внимание. Чёрт побери, до звёздочек перед глазами, хочется её обнять и прижать к себе, хочется сделать так, чтобы она отвыкла от вредных привычек, хочется просто сделать так, чтобы она была рядом. Но это невозможно. Он понимал на подсознательном уровне, что по большей части виноват в том, что она с собой делает, именно он. Давил на неё все эти дни, игрался с ней, а она не могла ничего сказать наперекор, потому что отдавалась вновь. Мало того, что это паршивое чувство вины не отпускало его прошедшие недели, так теперь оно усилилось вчетверо, соответствуя количеству ярко-красных пунктиров на раскрытой ладони. — Не нужно смотреть на меня таким взглядом, словно тебе жаль, — фыркнула Бетти, когда он в последний раз провёл большим пальцем по этим злосчастным следам. Джонс усмехнулся, потому что прекрасно знал, как его бывшая девушка ненавидела жалость в свою сторону и как сторонилась этого чувства. — Даже не думал, — обыденно ответил Джагхед, так и не отпуская её руки. — Ты настолько сумасшедшая… Бетти старалась ловить ртом нагревшийся воздух и пытаться вдыхать полной грудью, но когда его глаза опустились ниже шрамов, она чуть ли не упала от переизбытка эмоций, потому что было слишком интимно и до невозможности приятно. Джагхед переплёл их пальцы, наступая на девушку и заставляя её медленно отходить назад, пока она не упёрлась в кухонный гарнитур. — Чертовка. Купер улыбнулась, вытягивая шею и запрыгивая на стол, расставляя стройные ножки, притягивая парня к себе. — Знаю, — мурлыкнула девушка, понимая, что сегодня им точно никто не сможет помешать, что сегодня она снова будет иметь возможность чувствовать себя живой. Джагхед потёрся носом о чувствительный кожу на шее, зная, насколько сильно она любила, когда он так делал. Вдохнул неизменный запах карамели, наполняя им свои лёгкие. — Так значит, ты теперь свободна, — задал, скорее, риторический вопрос, прислоняясь сухими губами к пульсирующей венке, легонько целуя. — Не для тебя, сладкий, — облизнулась, запрокидывая голову и задевая бёдрами его член за слоями ткани, заставляя его впиться пальцами в ягодицы, подтягивая ближе к себе. — Даже не претендовал. Купер улыбнулась, путаясь длинными пальцами в его волосах и развратно покачивая бёдрами, задевая твёрдую плоть. Она была готова отдать всё, что у неё есть, лишь бы он не останавливался. — А зачем тогда спрашивал? Джагхед ухмыльнулся, медленно провёл языком по кожице, а после слишком больно и сильно впился в неё зубками, втягивая и оставляя багровый след. Когда она была в отношениях, он не позволял себе этого, но сейчас всё изменилось. Николь никогда не разрешала оставлять следы на своём теле, а на теле Бетти никто не мог оставлять засосы, кроме него. Парень отстранился, проводя тонкими пальцами по своему клейму, пока Элизабет сжала волосы у корней, заставляя что-то невнятно прошипеть. Он больно впечатал её лопатками в навесные шкафчики, кусая шею и оставляя метки, которые словно кричали о том, что она снова отдаётся ему, даже не подозревая, куда это всё может привести, и какие последствия будут их ожидать. — Блять, Джонс, — она попыталась уклониться, потому что ноющая боль дала о себе знать, но после громкого шлепка вернулась в исходное положение, пытаясь свести ножки вместе, демонстрируя этим пришедшее желание. Кожа покрылась мурашками, и Джагхед отчётливо это заметил, проводя кончиком языка по выступающей косточке и сжимая талию в своих руках. Она была слишком привлекательной, чтобы идти наперекор. Парень усмехнулся, наклоняясь ближе к её лицу и скользя пальцами по спине, заставляя выгнуться навстречу. Не целовал, лишь позволяя себе прикасаться губами к её губам, ограничиваясь безобидными касаниями, которые вскоре превращались в лаву внизу живота. Она таяла, она задыхалась, она пыталась прийти в себя, но ничего не выходило. — Сучка, — беззлобно прошептал он, смыкая ровные белые зубки на её нижней губе, ненасытно посасывая и вызывая развратные стоны со стороны Бетти, которая справилась с ремнём, поглаживая его член и слегка надавливая на него влажной ладошкой. Не осталась в долгу, слегка царапая ноготками его плечи и кусая за мочку уха, после снова возвращаясь к его губам, которые манили к себе одним лишь видом. — Да, Форсайт, — она в предвкушении закатила глаза, когда он больно опустил руку на её кожу, зная, что его до безумия раздражало это имя, которое было прописано у него в паспорте. — Могу поспорить, что ты уже готовая для меня, верно? — он сомкнул губы на соске, который торчал сквозь тонкий материал футболки, потому что лифчик она решила не надевать, сразу понимая её намерения. — Чёрт, — сжимала его напряжённые плечи, выгибаясь и предоставляя ему больше свободы действий. Возбуждение росло, словно температура на термометре в знойный, жаркий летний день, поднимаясь выше и выше. Слегка пощекотал розовую бусинку языком, второй рукой сжимая полушарие и мешая боль на незаметно границе с неземным удовольствием. Парень закинул её ноги себе на поясницу, сильнее прижимая стройное тело к себе, не переставая ласкать. Пальцы мягко пробирались по внутренней части бедра выше к пику её блаженства, дразня мимолётными касаниями. Пощипывал белую кожу, оставляя короткие поцелуи и делая так, что она не могла совладать с эмоциями, которые бились через край. С каждой секундой в штанах становилось всё теснее, ткань давила на плоть, и Джонсу ненароком казалось, что его брюки прямо сейчас порвутся из-за давления. Тягучее возбуждение пленило их чувства и разум, затуманивало рассудок, делая так, что они постепенно задыхались от того, что происходило. Да, он признавался себе частенько в том, что обожал её тело, любил подводить к самому краю, не давая насытиться сполна. Слегка надавил на жаждущий его прикосновений клитор, сплетаясь с язычком девушки и почти что забываясь от её сладких стонов. Бетти оставила яркий след на его шее, любуясь свежепоставленной меткой, шире разводя ноги. Убивали друг друга, травили ядом и делали так, что оба постепенно теряли голову от нахлынувших эмоций. Это было так запретно, но так притягательно для них обоих. — Да, Джаг, — она зажмурилась, когда парень подцепил кружево двумя пальцами, норовя стащить. — Трахни меня. Джагхед замер, в голове произошёл словно какой-то щелчок, возвращая его на несколько часов назад в разговор с другом. Свит Пи закуривал в кабинете Джонса, раскинувшись на диване и забросив ногу на ногу. Сигарета дотлела до фильтра, начиная постепенно обжигать пальцы, но Свиту было как-то всё равно на это. — То есть, у вас что-то типо секса без обязательств? — задал вопрос он, покачивая ногой в воздухе. Парня уже выпустили из больницы, чему Джагхед был несказанно рад, потому что Свит Пи был для него самым близким человеком, без которого было поистине сложно. Да и он соскучился по их разговорам. — Думаю, да, — хрипло проговорил Джаг. — Заиграешься ты, Джонс, — неожиданно высказался Свит, поправляя чёлку. — Уже был печальный опыт, разве он тебе ни о чём не говорит в настоящем? — Я теперь не такой беспечный, — твёрдо отозвался Джонс, немного отодвинувшись на кресле, решив, что Свит Пи в корне не прав. — Я вовсе не про это. Джагхед выгнул бровь. — А про что? — Про то, что ты лучше меня знаешь, какие девушки в плане чувств, — пожал плечами. — Ты же прекрасно понимаешь, что она влюбится в тебя снова. — После того, что я сделал? Как после этого можно любить? — недоверие так и сквозило в его голосе. — Можно, — утвердительно кивнул, спокойно продолжая вести диалог. — Если бы она до сих пор так сильно грезила о прошлом, то не легла бы под тебя. Джонс нахмурился, не понимая, что до него хочет донести Свит Пи, говоря вечно какими-то непонятными загадками. — Она неравнодушна к тебе, — уверенно произнёс он. — Была и есть, неважно в каком плане. Но самое страшное так это то, что если она всё же снова полюбит тебя, то ты ничего не сможешь дать ей взамен, кроме качественного траха, ну или как там у вас. Джагхед задумчиво пялился в одну точку, переваривая слова друга, которым он не сказать, что был рад. — Хорошо, давай по-другому, — спокойно выдохнул Свит. — Ты что-то чувствуешь к ней? Ответь мне честно, есть ли какая-нибудь симпатия в плане не сексуального характера? — Нет, — он не врал, потому что действительно ничего не чувствовал к ней, кроме того будоражащего кровь желания. Да и Свит Пи не тот человек, которого он бы обманывал, потому что незачем. — Мне как-то похуй на это, я не обязан ей ничем, тем более, я не должен к ней что-либо чувствовать. Свит Пи усмехнулся, понимая, что ему действительно жалко Купер, которая, наверное, всё же недостойна такого отношения к себе. Но сердцу приказать невозможно, так же, как и соврать своей душе. — Вот именно, Джаг, но наконец-таки подумай о других. Ты сам понимаешь, что чем чаще будешь видеть её, а, тем более, заниматься сексом, тем сильнее будешь привязывать её к себе и в конечном итоге всё это выльется в катастрофу. Джагхед двумя пальцами потёр виски, стараясь сделать так, чтобы мысли наконец-таки нормализовались, но попытки были тщетны. Он никого к себе не привязывал насильно, даже в мыслях не было. — И что ты мне этим хочешь сказать? — Подумай, Джаг, действительно ли она настолько виновата, что ты так издеваешься над ней. Просто пойми, что девушек, которые хотят оказаться с тобой в постели не так-то мало, возьмём хотя бы Эвелин, — Джагхед скривился, его чуть не передёрнуло об упоминании об этой прилипале, которая считала должным каждый день спрашивать, всё ли у него хорошо, и как там отношения с девушкой. — Я просто привёл её в пример. — То есть, мне надо перестать спать с ней? — Тебе надо научиться думать и пытаться смотреть в будущее, искать вероятные исходы у своих поступков. Просто подумай, Джаг, я же не призываю тебя насильно отказаться от этого. Джонс положил голову на руки, звучно застонав и понимая, что у него случился передоз информации. А если честно… То, возможно, Свит Пи и прав, Бетти, может, и сука, но она и так много всего натерпелась в своей жизни. Джагхед вопросительно взглянул на Бетти, которая пыталась поймать его губы своими, притягивая к себе тонкими ручками и покусывая шею, оставляя красные следы, спускаясь всё ниже. — Джаг, ну же, — она двинулась, задевая его стояк и стараясь добиться того, чего так долго желала. — Что? Джонс посмотрел на неё, устанавливая зрительный контакт. Она доверчиво жалась к нему, прикрывая зелёные глазки. И Джаг понимал, что Свит Пи прав абсолютно во всём. Если присмотреться, можно спокойно заметить, что она неравнодушна к нему, это пугало и заставляло насторожиться. — Не останавливайся, — она ойкнула, когда парень резко убрал её руки со своего тела, ясно осознавая, что должен прекращать начатое, пока ещё не поздно. — Джаг? А если она и вправду влюбится в него, что тогда? Не сказать, что Джагхед льстит сам себе, нет. Просто он знал о попытках самоубийства Купер несколько лет назад, понимая, что служил весомой причиной. И сейчас она снова доставляет себе физическую боль из-за него. Так не должно быть. Конечно, он хотел её, но парень точно так же не думал, что будет чувствовать себя лучше, если будет спать с ней и постепенно, если цитировать слова друга, привязывать к себе. Это же неправильно. Он же ничего не сможет почувствовать, ничего не сможет сделать взамен. Потому что Джонс не любил её никогда, и вероятность того, что что-то могло измениться, была крайне мала.
