Сборничек зарисовочек

Александра разбудили нежные и даже на удивление смелые поцелуи в шею. Только начинало светать, а Андрей со своим неугомонным и чересчур живым характером уже требовал внимания. А ведь Бинх планировал спать как минимум до полудня - рабочая неделя выдалась слишком тяжелой, чтобы не использовать единственный выходной на полную катушку. Но эти ранние приставания не раздражали от слова совсем - очень даже наоборот. Заставляли почувствовать себя счастливым и нужным. Неразборчиво пробубнив что-то явно не сердитое, Сашенька улыбнулся уголками губ и сонно посмотрел на Толстого, сидящего рядом. Юноша встал давно – это было видно. Весь этот час он просто лежал рядышком, под теплым боком полицмейстера, и слушал его тихое размеренное дыхание, борясь с желанием разбудить. Все же, этот нетерпеливый ребенок не выдержал. - Андрюш, спать ложись, рано ведь еще, - мягко произнес Александр Христофорович, поглаживая мальчишку по шелковистым темным волосам, так как оный стал ластиться как кот, помуркивая тихо и будто бы извиняясь за такой ранний подъем. - Не могу я, - чуть виновато отозвался Андрюша целиком и полностью залезая на лежащего Бинха. – Дождик мешает, он громкий. Дождь и вправду шел, вот только чем он мешал - непонятно. Лично Александра как раз клонило в сон от приятного шума. - Ну... Хороший мой, - начал мужчина, будучи не в силах не улыбаться и не умиляться, уж и по голосу было слышно. Он чмокнул Андрея в темную макушку, крепко обнял, прикрыв глаза, и стал гладить по спине, иногда заползая рукой под рубашку юноши и особенно радуясь этим странным, но счастливым хихиканьям. Боже, ну за что ему это маленькое чудо досталось? – Если ты сейчас заснешь... То позже я попрошу напечь тебе твоего любимого печенья. Идея шантажа была сомнительной, но, тем не менее, Толстой на уловку поддался, хоть и не сразу. - Ну Александр Христофорович, - хныкнул Андрей, уткнувшись мордочкой в шею полицмейстера. – Это нечестно и несправедливо! - И весьма коварно, - хохотнул Саша, почесав свое чудо за ушком. – Спи, радость моя. Стоило этой радости смириться и успокоиться не без тяжелых и недовольных вздохов, как ласковые и легкие поглаживания по спине ввергли его в глубокий сон, и никакой дождь не был помехой. Следом вновь заснул и Бинх, крепко сжимая своего Андрюшу в объятиях.