3. Прикосновение
21 ноября 2018 г., 13:46
Пожалуйста, не сгорай, Ведь кто-то же должен гореть. За углом начинается рай, Нужно только чуть-чуть потерпеть. Шагни обратно за край, Тебе рано еще сгорать. За углом начинается рай, Нужно только чуть-чуть подождать. Пожалуйста, не сгорай, Спаси, все, что можно спасти, Прости, все, что можно простить, Иди, пока можешь идти. Шагни обратно за край... За углом начинается рай… Flëur “Голос”
Тима Я ждал встречи с Лием. Соскучился я всё-таки по живому общению в этой глуши. И чем-то он меня к себе расположил, хотелось ему помочь. Я сразу понял, что парень не глупый, не наркоман или аферист, а просто действительно попал в беду. Похоже на посттравматический стресс. И он совсем один. Красивый, вежливый, домашний, вряд ли бы такого бросили родители, значит, либо их убили на его глазах, либо его изнасиловали, а может, и то и другое. Сбежал из дома? В любом случае, жутко от этих мыслей. Ему бы психолога, а не меня, недоучку, бегло изучившего универский курс психологии на уровне сдать и забыть. Когда я подошёл к дереву, он уже сидел на нём, похоже это место казалось ему безопасным. Мне же так не казалось, с детства боюсь высоты, но раз Лию там спокойнее, то ладно. Сегодня он завёл разговор первым, сразу заметив моё приближение: – Привет. Я хотел ещё раз сказать спасибо! Никогда бы не подумал, что буду так скучать по обычной пище. Судя по виду и разговорчивости парня, знакомство со мной таки принесло кое-какие улучшения в его состоянии. Лий выглядел лучше. Ушли синяки под глазами и кожа перестала быть серой, чтобы разглядеть какие-то другие подробности было слишком далеко, но он даже держался легче, сидел расслабленно, приветливо болтая ногой. – Привет. Пожалуйста! Ты отлично выглядишь! Парень на дереве смутился и немного напрягся. – Прости, комплименты излишни, я понял, – я вздохнул, вот зачем нужно было его пугать?! – Ты приготовил список? – Да, там в корзинке под деревом. И возьми хотя бы ягоды в благодарность за вчерашние пакеты. Больше я ничего не придумал... – И не нужно, я понимаю, каждый может попасть в сложную ситуацию, ты мне ничего не должен. Но хорошо, я возьму ягоды, чтобы ты не чувствовал себя обязанным, – во сколько же интересно он пришёл, раз уже набрал полную корзину черники? – Слушай, а можешь дать мне всё-таки свой номер телефона на всякий случай? – Да, конечно, я что-то забыл даже про телефон в этой глуши, хорошо, что он вообще здесь ловит, – мы обменялись номерами. – После обеда я пойду на станцию, если ещё что вспомнишь, позвони. – Да, спасибо. Я уселся на привычное место на бережку. – Сколько тебе лет? – я решил начать с более-менее безопасной темы. – Восемнадцать в прошлом месяце исполнилось. А тебе? – Двадцать три. Я приехал на время отпуска, снимаю тут домик недалеко от озера. Ты студент? – Собирался. Теперь сомневаюсь. – Вроде, ещё не поздно, экзамены сдал? – Да, даже на бесплатное, но... В общем, не знаю, как теперь. А ты кем работаешь? – Я педиатр, работаю в детской гос. поликлинике. Куда хотел поступать? – На исторический. Ты надолго здесь? – Ещё три недели планирую. Здесь хорошо. Спокойно. Ты ходил на озеро? – Да, но давно. В лесу, кстати, тоже есть озеро. Но не искупаться, оно довольно грязное, цветёт. То есть это пруд, наверное, – о природе парень разговаривал спокойно и мечтательно, похоже, он и вправду любит это место. – Я не знал. Ты давно здесь живёшь? – Меня привозили сюда летом с семи лет. А так, я жил в городе. С бабушкой, – ответив, Лий замолчал, как будто собирался что-то сказать, но передумал. – Расскажешь ещё о себе? Говорят, становится легче, если выговоришься. Лий вздохнул, собираясь с силами, и отвёл взгляд, уставившись на другой берег, где над цветами порхали яркие бабочки. – Бабушка умерла недавно. Родители умерли давно, я их не помню. Я остался один и я... не справился, – Лий опять замолчал, видимо решая, стоит ли рассказывать всё, или лучше не надо. – У тебя не осталось родственников? – Нет, никого нет. Но я не могу вернуться. Кое-что случилось... И я... Не могу, – Лий побился головой об ствол и зажмурился. Похоже, мои самые плохие ожидания оправдались. "Кое-что случилось" и это "кое-что" явно было не очень приятным, раз он так шарахается от людей. – Расскажи. Кто это был? – Я не знаю. Было темно, и я был не в себе, – Лий тяжело сглотнул, – Их было двое, альфы, опьяненные запахом течки. Они увязались за мной ещё на улице, я... не успел. Я не смогу туда вернуться! – парень судорожно вцепился в ветви и тяжело дышал. – Тише, тише. Их здесь нет. Тебе не нужно возвращаться. Если нужно, квартиру можно продать через поручителей. Всё будет в порядке. Со временем ты забудешь всё и вернёшься к полноценной жизни. Если не получится сейчас, можно взять академ на год. Ты... Ты можешь спуститься? Обещаю, что не подойду сам. Лий сидел, раскачиваясь на дереве, и плакал. Хотелось снять его оттуда и обнять, но, учитывая произошедшее, это крайне неуместно. Отдышавшись, утеревшись рукавом и в который раз опасно покачнувшись на своём насесте, парень серьёзно посмотрел на меня и кивнул. Он ловко спустился и сел под деревом, уткнувшись в свои колени. Я выдохнул спокойнее, а он продолжил: – Мне кажется, я больше никогда не смогу подойти к альфе. А если я почувствую его резкий запах, меня просто вывернет. Теперь я мог его рассмотреть, не задирая голову. Как я и думал, Лий – омега. И липовый запах мне мерещился не потому, что в лесу цвела какая-то припозднившаяся липа, так пах Лий. У него были лёгкие, пышные, чуть вьющиеся пепельно-русые волосы немного короче плеч, голубые глаза и длинные ресницы, чувственные красиво изогнутые губы, которые он сейчас прятал за коленками. Хотелось как-то успокоить этого милого как котёнок парня, но я не нашёл ничего лучше, чем вспомнить друга: – Не все альфы такие. Я долгое время встречался с альфой, уверен, что он бы никогда не взял силой, какой бы не был запах. Он, кстати, пахнет полынью. Однажды к нему приставал какой-то омежка, но он его послал, сказал, что у него есть я и течка не стоит наших отношений, – я улыбнулся, припоминая, – А я тогда думал, что прощу, даже сам отправлял Рому к омеге, но он уперся. Омега с удивлением смотрел на меня: – Ты встречался с альфой? – Ага. Мы расстались недавно. – Что случилось? – Да ничего, просто страсть ушла. Мы остались друзьями. Когда тебе станет легче переносить общество, я обязательно вас познакомлю. Просто, чтобы ты знал, что приличные экземпляры тоже существуют. – Верю. Но как-то лучше издалека. Лий поднялся, походил по берегу, а потом вдруг с отчаянием посмотрел на меня. – Тим, я... Посиди там, пожалуйста, я хочу подойти. Я кивнул и улыбнулся, пытаясь подбодрить. Омега крался как оленёнок, но в его взгляде была решимость идти до последнего. И он дошёл. И присел рядом. – Только не трогай меня... я сам. Можно? – он нерешительно протянул немного трясущуюся руку. – Конечно, – я был очарован им. Я не могу знать, что он чувствовал, но сейчас он явно боролся со своим страхом и побеждал его. Я гордился им. И уже не сомневался, что он сможет. Ещё неделька и он сможет ходить в магазин и разговаривать с другими людьми. Уж я-то прослежу, теперь точно. Неловкое прикосновение, наконец, случилось. Его прохладные пальцы легли на мою ладонь. – У тебя получилось, ты молодец! Мне очень хочется обнять тебя, но я не хочу напугать. Ты и так сегодня победил такой страх, который мне и не снился. – Пока не победил, – Лий робко улыбался, руку он пока не убрал, это было внезапно очень приятно. – Но спасибо, если бы не ты... Я, пожалуй, пойду домой, приходи завтра? – Лий резко убрал ладонь и вскочил, как распрямившаяся пружина. – Конечно! Мне всё равно делать нечего. Я буду здесь около 10. И позвони, если ещё что вспомнишь. – Хорошо. И мы разошлись в разные стороны. Судя по этому, он жил в противоположной части деревни, куда вела другая тропинка. Весь оставшийся день я улыбался как влюблённый школьник. А вечером написал Рома. Он хотел приехать в гости на воскресенье, узнать, как я тут живу, сходить искупаться или на рыбалку. Я подумал немного и рассказал ему про Лия. Уговорил его не приезжать пока. Рома не стал настаивать, согласился с моими доводами, посочувствовал омеге и пожелал удачи. Одинокие люди заводят себе домашних животных. А я вот – дикого омегу. Но его просто невозможно бросить вот так! Он сильный, нужно только немного помочь. *** Лий Сегодня мне впервые так сильно хотелось коснуться человека. Мой страх сделал это чем-то ценным. Это, наверное, ужасно глупо – взрослый парень трясущимися руками тянется к почти незнакомому мужчине, чтобы потрогать его руку. Но для меня это правда важно. Я даже поверил в его слова, что я смогу снова стать нормальным. Тима был тёплым, и вокруг него разливалось спокойствие. Он очень удивил меня тем, что встречался с альфой. В моём представлении, такие добрые и надёжные быстро женятся и заводят детей. Хотя, что я могу знать, может на самом деле он не такой, рано делать выводы за два дня. Похоже, сейчас он единственный человек, кому не всё равно, что со мной, и я не знаю, как себя с ним вести. Страшно, что он приблизится, и страшно, если он уйдёт. Я не знаю, почему он со мной возится, и боюсь разочаровать. С ним спокойно. Мне, панически боящемуся мужчин, спокойно встречаться с парнем наедине в лесу. Ну а что, было бы лучше в людном месте? С моими страхами? Бегаю я быстро, лес знаю хорошо, так и правда лучше. Вот с чего бы я взял и выложил сегодня всё? Я вздохнул. Он прав, стало легче. Ночью мне снилось, что меня сталкивают в глубокую яму. Я пытаюсь зацепиться за края, но руки скользят, и кто-то давит на плечи, и я срываюсь, опять падаю, опять цепляюсь. А потом сверху ко мне тянется рука, и я из последних сил цепляюсь за неё. Она знакомо тёплая и крепко держит меня. На следующий день мы гуляли по лесу часа четыре. Я встретил его как обычно, сидя на дереве. Но сегодня спуститься было гораздо легче. Мы просто шли и разговаривали обо всём, как нормальные люди: про книги, кино, он рассказывал случаи из универской жизни и врачебной практики. Мы ходили на высохшее болото, где по осени бывает много клюквы, и к лесному пруду. На берегу пруда мы сели отдохнуть, и я опять взял его за руку. Мне было неловко, но он спокойно сидел, смотрел на меня и улыбался, даже не пытаясь пошевелиться. Под этим взглядом я чувствовал себя ребёнком, делающим первые шаги. Обратно мы шли медленно и за руку, почти не разговаривая. Рука была такая же тёплая, как вчера, такая же тёплая, как во сне, только сжимала не так крепко. Один раз мы встретили грибников, идущих навстречу, женщину и ребёнка лет десяти. Разумнее было отпустить его руку, всё-таки парни, но я вцепился в неё, а он и не подумал вырывать. Спокойно поздоровался и пропустил их, отступив в траву. Дойдя до развилки тропинок, я таки освободил его ладонь из своего захвата. Хотел было уже попрощаться, но потом подумал, что не будет ничего плохого, если я покажу ему, где живу. Если со мной что-то случится, он будет знать, где меня искать. Тима согласился и проводил меня до дома. Договорились созвониться завтра. На прощание он протянул мне руку, и я пожал её. Это было бы глупо, если не учитывать мою проблему. Касаться Тимы больше не страшно. Приятно и волнующе, но не страшно. *** Тима Я никогда не чувствовал себя так. Ни с мужчинами, ни с женщинами тем более. Лий очаровывает, хочется положить весь мир к его ногам, чтобы только он забыл, что с ним произошло. Может, я влюбился? К Роме я испытывал совсем другие чувства, между нами было и доверие, и страсть, но не такое. Нам было хорошо вдвоём, мы понимали и улавливали желания друг друга, но такого трепетного чувства не было. И в моих чувствах к Роме ничего не изменилось ни за полгода разлуки, ни сейчас. Он не стал номером два, и если бы сейчас мне поставили выбор, я бы не смог выбрать. Может это какой-то инстинкт защиты? Не знал, что он у меня так развит. Меня никогда не разводили на жалость. Я спокойно проходил мимо нищих на улице и в поликлинике видел всякое. А тут за три дня я привязался к омеге накрепко, мне самому уже нужны эти встречи не меньше, чем ему. Омега значит… Омеги появились в нашем мире относительно недавно, вроде в прошлом веке. Повсеместно был сильнейший демографический кризис, вызванный болезнями при беременности и бешеной детской смертностью. Когда появление омег стало известно общественности, каких только слухов не ходило! Об экспериментах над людьми по созданию сверхчеловека, о генетических мутациях, вызванных выбросом незарегистрированной радиации или химикатов и даже о новой расе пришельцев. Первый известный беременный мужчина, конечно же, вызвал очень бурную реакцию общественности, но, что удивительно, интерес быстро пошёл на спад. Когда врачи изучили особенности организма и провели статистические исследования, выяснилось, что их уже не так и мало. Около 5 процентов от общего числа мужчин в возрасте от 7 до 40, независимо от расы и национальности, есть тенденция к росту. Тогда же это связали с появлением мужчин с небольшим утолщением на половом органе, увеличивающимся после оргазма. Оказалось, что беременность у омег наступала только после секса с такими партнёрами и влечение их друг к другу было более химическим. Их назвали альфами и омегами, а обычные люди стали считаться бетами. Альфы и омеги обладали более сильными и необычными запахами и были более чувствительны к запахам других. Для бет запах оставался только запахом, и можно было списать его на парфюм. У альф и омег повышенная регенерация, в остальном они не сильно отличаются от бет. Раз в месяц-полгода у взрослых омег происходит эструс (в простонародье – течка), сопровождающийся повышенным либидо и усилением запаха, влияющем на взрослых альф. Довольно быстро вывели химические подавители для нежелательных эффектов эструса. Сейчас омеги и альфы – полноценные члены общества, альфы практически не отличаются внешне от обычных мужчин бет, разве что немного сильнее и выше, а омеги имеют андрогинную внешность и чаще всего гомосексуальны, хотя исследования показали, что они также могут иметь детей от женщин с высокой фертильностью. Я никогда не имел близкого знакомства с омегами, хотя в универе у нас были специальные курсы по особенностям их физиологии. И вот теперь меня влечёт к одному из них совершенно естественно, и нет сил и желания сопротивляться этому.
