Коса с полынью и липой

When you're falling I will catch you, You don't have to fall that far. You can make it, I will be there, You were broken from the start. Когда ты будешь падать, Я поймаю тебя, Тебе не придется долго лететь. Ты можешь сделать это, Я буду рядом, Ты был сломлен с самого начала. Depeche Mode “Broken” Источник перевода: https://www.amalgama-lab.com/songs/d/depeche_mode/broken.html

      Лий       Мы лежали на диване в гостиной (так себе гостиная, просто проходная комнатка, в которой был самый большой диван) и смотрели телик. Или делали вид, что смотрим. Я всё ещё хватался за Тиму, боясь отпустить, и он и не вырывал мою руку, а держал её, чуть сжимая, и поглаживал второй.       Я думал о том, что произошло сегодня. Я влюбился, и я занимался сексом с любимым. Я всё ещё чувствую всполохи возбуждения, когда вспоминаю. Готов ли я пойти дальше? Готов лечь под него? Теперь внутри заворочалась почти забытая тревога, как будто наступая на горло и выбивая воздух из лёгких. Тима почувствовал это и обнял меня. Я уснул прямо так в его объятиях, не заметил, даже когда он выключил телевизор.       Сон был тревожный. Мне снилось, что у меня в животе зреет тёмный шар, постепенно увеличиваясь и протягивая лёгкие как дым щупальца в разные стороны, проходя через кожу, вылезая изо рта с выдохом. Они облепляли моё тело и оставались на нём отпечатками больших рук. Я проснулся посреди ночи, на секунду мне показалось, что на руке был тот самый след. Но это была просто тень от дерева за окном. Я глубоко дышал, пытаясь успокоиться. Сбоку спокойно сопел Тима, едва заметно улыбаясь во сне. Такой светлый в лунном свете, на фоне тёмно-серых подушек и пледа. От него даже во сне разливалось спокойствие и уют. Я свернулся у него под боком, развернувшись к нему спиной, и он обнял меня, прижавшись сзади всем телом. Снова стало тепло и спокойно, и я уснул. После сны были лёгкие и незапоминающиеся.       ***       Тима       Когда я проснулся, было утро и свет слепил глаза. Вчера мы не занавесили шторы и вот результат. Зато дождь наконец-то кончился. Учитывая, как резко развивались отношения с Лием в дождь, я даже не знаю радоваться ли этому. Вдруг сейчас проснётся и упорхнёт на своё дерево? И я побегу за ним, буду стоять под ним, готовясь поймать, если он свалится-таки со своего насеста.       Лий в моих объятьях немного пошевелился, поелозив попой по моей эрекции, и я забыл и про дерево, и про солнце.       Скользнув по животу, я опустил руку на такой же бодрый с утра член Лия и погладил его через бельё. Лий сонно застонал, толкаясь мне в руку. А затем развернулся ко мне, посмотрел ласково и потянулся к губам.       – Доброе утро.       – Доброе. Что прям так сразу, не почистив зубы?       Лий поморщился:       – Ты первый начал, – он подтянулся к тумбочке и передал мне дольку яблока, забытого и недоеденного здесь вчера. Вторую с удовольствием зажевал сам.       – Сойдёт?       Яблоко потемнело, но оставалось вкусным и сочным, я кивнул в знак согласия и сам потянулся к губам. На самом деле я не был так брезглив, просто захотелось подразнить. Лий с удовольствием ответил на поцелуй, раскрываясь полностью и зарываясь рукой в волосы. Очень быстро поцелуи из нежных и тягучих стали голодными и страстными, и я навис над ним, стягивая трусы. На секунду в его глазах мелькнула неуверенность, и я остановился.       – Я... я пока не готов... так.       – Не страшно! Есть ещё много интересных и приятных занятий, я как раз собирался продемонстрировать одно из них – я спускался по его телу, целуя и гладя его, пока не взял в рот его член. Лий застонал что-то неразборчивое, но благодарное, и вцепился в простыни.       В ответ на его стон, собственный член дёрнулся в возбуждении, и я опустил руку, лаская в одном с Лием ритме. Надолго нас не хватило. Омега казался сладким абсолютно везде. Томно потягиваясь и вытирая руку о бельё, я вытянулся рядом с ним. Утро начиналось прекрасно.       ***       Лий       Тима лежал рядом, жмурясь как сытый кот. И я, наверное, выглядел примерно так же. Несколько минут назад я плавился и крутился под ним, распалённый новой, непривычной, слишком яркой лаской. Ужас всё ещё накатывал на меня временами, когда Тима нависал надо мной или посильнее стискивал руку на бедре, но я мужественно его сглатывал. Я чувствовал, как страх выходит из меня вместе с воздухом на выдохе, и дышать становилось всё легче. Вместе с напряженным желанием по телу разливалась эйфория. Когда меня выгнуло в оргазме, я подумал, что сейчас улечу, но усталая нега всё-таки вернула меня на диван. Отдышавшись и вытянувшись на простынях, мы ещё минут пять лениво смотрели в потолок.       – Я испачкал тебе бельё, прости, – вопреки словам, блондин совсем не выглядел сожалеющим.       – В качестве наказания ты готовишь завтрак. Я закину в стирку постельное, твои джинсы закинуть?       – Э... Нет, сегодня надо всё-таки посетить мой дом, а в твои я явно не влезу, не идти же по улице в халате.       – Да, это было бы забавно, – я спрыгнул с дивана и заметался, собирая стирку.       Тима подхватил бельё и поплёлся в душ. Я провожал взглядом его фигуру до самого порога. Среднего роста, красивая, сильная спина и руки, аппетитные упругие ягодицы. Даже мелькнула мысль продолжить в душе. Блеск, я как маньяк. Совсем недавно ничего же не было, а теперь только и думаю, что о сексе и даже течка тут не причём.       Застыдив себя за пошлые мысли, я вернулся к делу.       Мы позавтракали, обмениваясь одобряющими комментариями о вкусе местных яиц, молока, воды и пищи в целом.       После завтрака Тима спросил, какие у нас планы.       "Нас" приятно грело душу. Мы решили сходить к нему в гости, когда достирает машинка. Идея выйти и пройти с ним по улице больше не вызывала ужаса, хотя один я бы выйти пока не решился.       В ожидании конца стирки, мы листали бабушкины газеты и разгадывали какой-то кроссворд, бесстыдно гугля сложные вопросы.       Тимофей обитал на другом краю деревни, у озера. Дошли без приключений, хотя перед домом пришлось пообщаться с соседями. Я вцепился в предплечье Тимы и, кажется, оставил ему синяки, но даже смог поздороваться со словоохотливыми женщинами. Домик Тимы был на две семьи: два участка с бревенчатым строением, разделённым толстой стеной посередине, одна баня и классические удобства во дворе. Внутри было светло, чисто, но как-то неуютно и холодно. Может просто дом остыл за время отсутствия Тимы, а может, потому что он был чужой, просто сданный в аренду.       Должно быть, Тима тоже почувствовал что-то похожее и открыл все окна и дверь, чтобы впустить согретый солнцем воздух, и предложил:       – Пообедаем у меня?       – Ок. Тебе помочь с обедом?       – Было бы неплохо, судя по вчерашнему, ты хорошо готовишь.       – Бабушка не знала, как меня воспитывать: как мальчика или как девочку, поэтому получилось что-то середина-наполовину.       – Прекрасно получилось! – Я только хмыкнул на такой комплимент.       – Ну да, конечно. Сбежавшее из дома и шарахающееся от людей создание неясного пола, прекрасно получилось…       – Да ну, прекрати, ты не виноват в этом. И ты скоро будешь в порядке, я же вижу, тебе становится легче, главное не замыкайся в себе, Лий! Не все люди ужасны, прорвёмся!       Я горько улыбнулся. Что бы я делал без него?! По-прежнему жался бы к дереву или уже решился бы подохнуть где-нибудь?       – Хочешь, вернёмся к тебе? Или останемся у меня? – спросил Тима после обеда.       – Лучше ко мне. У тебя здесь… неуютно и люди… И комаров много от озера.       – Ок, тогда соберу кое-какие вещи и пойдём, – Тима похоже нисколько не был разочарован перспективой переться обратно через всю деревню.       Он забегал по дому, собирая одежду и предметы личной гигиены в рюкзак, а мой взгляд упал на ноут. Бета уловил перемену настроения и остановился.       – Хочешь навестить соц. сети? У тебя есть друзья?       Я отрицательно покачал головой, – Только знакомые… Но, наверное, да.       Тима воткнул модем с симкой и посадил меня в кресло. Потом он как-то растерянно взглянул вокруг.       – Слушай, я, наверное, все вещи сразу возьму к тебе. У меня же немного.       Я кивнул, в какой-то прострации просматривая новости бывших одноклассников. Совсем другая жизнь. У них ничего не поменялось, они счастливы, беспечны, отдыхают на дачах или югах, встречаются, влюбляются, расстаются… А я вырван из этой жизни. Вырван с корнем.       Вдруг я заметил маркер сообщений в мессенджере с краю.       – Тим, тут у тебя сообщения.       – О, совсем забыл, там наверное Рома писал, сейчас подойду.       ***       Тима       Я собрал все вещи кроме ноута, даже еду из холодильника упаковал, усмехаясь, что у меня похоже входит в привычку таскать к нему всю свою еду. Заботиться о ком-то приятно. Я и раньше заботился, когда жил с Ромой. Но всегда оставалось ощущение, что эта забота излишняя, альфа бы справился и без меня. Ну, разве что, гастрит бы получил. А сейчас я впервые был кому-то нужен по-настоящему. И я буду с ним, пока Лий нуждается в этом. Подумаешь, содержание мальчика не так много стоит, он даже поступил на бесплатное. Приведём его голову в порядок и будем жить вместе.       Я потеснил грустно листающего ленту Лия в кресле и полез читать Ромкины сообщения. Ромка писал, что сил больше нет терпеть и он очень хочет приехать на выходные.       – Как ты смотришь на то, чтоб познакомиться с Ромой в субботу? Обещаю, он тебя не тронет. Если предупредить, то даже не подойдёт на расстояние пары шагов, – я в самом деле был уверен в этом. Да, я помнил, что альфа крупнее и сильнее меня, но я знаю пару приёмов, чтобы с ним справиться, да и вряд ли это будет нужно, в адекватности друга не приходилось сомневаться.       Лий дёрнулся, я поймал его руку опять похолодевшую, похоже, это происходило у него от страха:       – Я всё ещё боюсь, – и, уже спокойнее, – Я не знаю…       – Лий, я верю, ты справишься, Рома всегда держит себя в руках, а я всегда буду рядом. Если он тебе не понравится, мы с ним уйдём ко мне, или вообще отправим его в одиночку в лес или на рыбалку, не пропадёт, не маленький.       Лий вздохнул успокаиваясь.       – Но альфа… Я пока ещё даже с детьми спокойно не могу поговорить…       – Ну, у нас ещё есть пара дней. Сегодня среда, а он приедет в субботу. И я думаю, что просто стоит познакомиться и через некоторое время ты расслабишься. Во, давай попросим у Ромки фотку!       И я застучал по клавиатуре, сочиняя сообщение:

“Привет! Прости, что не отвечал, непогода отрезала меня от моего ноута. Роман! Мы прямо сейчас думаем над твоим предложением! Но пока ты кажешься одному моему знакомому жутко страшным и опасным существом. Так что пришли нам свою самую глупую рожицу для знакомства, дабы упасть в глазах страха!”

      Лий только хмыкнул высокопарности слога. Ждать ответа пришлось не долго: “О! Кто тут зашевелился! Я так и подумал. Совсем там одичал в своей деревне и забросил технические достижения цивилизации! А я тут засыхаю без живого общения. Ща пришлю себя засушенного и прижатого, я тут в метро еду, машина сломалась”       Через минутку пришла фотка с кривляющимся Ромой, прижатым к двери метро.       – Ну как, сойдёт для сельской местности?       Лий смотрел удивлённо, но вроде улыбался. На вопрос пожал плечами, вздохнул и согласился.       Я настрочил ответ Роме:

“Красавчик! Вы прошли первое собеседование. Для следующего этапа разрешается прибыть на утренней электричке в субботу, станцию я тебе говорил, позвонишь, встречу на перроне.”

“Брр! Собеседование. Решил и меня припугнуть за компанию? ”

“Не, что ты, исключительно для того, чтоб ты был серьёзнее”

“Тим, вы как? Мне точно можно приехать?”

“Я думаю даже нужно, но постарайся не пугать. Держаться подальше, не трогать и не кричать, ок?!”

“Конечно, друг, я понял. Надеюсь, что хоть тебя можно будет обнять. Я соскучился.”

“Я тоже! Давай до субботы”

      Я закрыл мессенджер с чувством выполненного долга. Лий расслабленно сидел рядом, прижимаясь ко мне боком.       – Будешь ещё читать? – спросил я его.       – Нет, мне больше не интересно.       – Пойдём?       Вечер прошёл спокойно. Лий расспрашивал про альфу, я рассказывал всякие смешные случаи. Заметив, что стемнело и в окно видно яркие звёзды, я предложил выйти и полюбоваться на ночное небо.       Небо здесь не то, что дома, звёзды такие яркие и их так много, не скованных, не спрятанных огнями и дымом крупного города. Они даже кажутся ближе. Улёгшись на шезлонги в саду, мы как будто нырнули в звёздное небо, держась за руки, чтобы не утонуть. Мелькнула мысль, что раньше я не был таким сентиментальным. Мелькнула и исчезла, смущённая великолепием звёздного неба. Сверкнула падающая звезда.       – Ты видел?       – Да! – Лий, похоже, был восторжен даже больше, чем я. Никогда не видел у него такого вдохновлённого выражения лица. Ветерок легко перебирал его пряди, в глазах отражалась луна. Он был такой трогательно прекрасный, нереальный в лунном свете, что я подумал, что имя Лий ему и правда идёт. Не человек, а какое-то мифическое существо. Прекрасный эльф, лесной дух, воздушный элементаль… Звёздное небо теперь казалось не таким уж красивым.       Лий почувствовал мой взгляд и повернулся ко мне. Моргнул, прищуриваясь, и сам потянулся ко мне за поцелуем. Мы целовались нежно, словно боясь нарушить романтичность момента. Мне даже стало немного стыдно за своё желание. Как можно пошло хотеть такое создание. Оскорбить божество плотскими желаниями?       – Что-то не так? – Лий отстранился и пытался разглядеть моё лицо.       – Всё так… Просто ты такой красивый… Как будто нереальный, я боюсь что ты растаешь в воздухе или я проснусь.       Лий смутился:       – Мне никогда не говорили такого. Я похож на девушку?       – Ты похож на божество, а девушки мне никогда не нравились.       Лий забрался на мой шезлонг и улёгся на грудь.       – Я больше не хочу растаять в воздухе, я хочу быть реальным с тобой. Хочу жить для тебя. Хочу прикасаться к тебе.       Лий привстал и потянулся к моим губам. Поцелуй больше не был таким невинно-нежным, теперь он отчаянно ласковый. Моя рука запутались в его волосах, другая придерживала спину, чтобы Лий не упал с узкого шезлонга. Омега потёрся об меня всем телом, вновь пробуждая во мне порочные чувства. Похоже, близость вот так, когда он сверху, совсем не пугала его. Лий расстегнул мою рубашку, и прохладный ветерок заставил меня поёжиться. Но омега, ласкаясь как кот, быстро вернул мне тепло. Он жадно гладил и целовал моё тело, нетерпеливо стягивая джинсы вместе с бельём. Полностью отдав ему свободу действий, я совершенно не заметил, когда он оказался рядом с моим пахом. Лий лизнул головку и меня как током дёрнуло! Тишину, сбитую только нашим дыханием и шорохом прикосновений, пронзило стоном. С удивлением отметил, что стон был моим. Я смущённо прикрыл рот ладонью, которую сразу же отвёл Лий.       – Да ладно тебе, тут пол-улицы заброшенных домов до жилого, да и там, наверное, уже спят или телек смотрят. Никто тебя не услышит и уж точно не увидит.       Последние слова он говорил уже куда-то в пах, и следующее его прикосновение было уже более уверенным. Он осторожно отвёл прилипший к животу член и мягко обнял головку губами. От этой незамысловатой ласки опять выбило дыхание, но стон я мужественно сдержал. А потом Лий начал медленно погружать член в рот, придерживая ладошкой у основания, и так же сладко выпускать. Я всё-таки зажал рот рукой, чтобы не вопить от удовольствия. Конечно, это не первый мой минет. И явно не самый ловкий и умелый. Но от смеси щемящей нежности, восхищения и мягкой ласки сносило крышу. Хватило меня опять ненадолго. Почувствовав, что тело начало потряхивать, а звёзды перед глазами начали кружиться от подступающего оргазма, я остановил Лия, подтянув его вверх и целуя со всей скопившейся без возможности выразиться страстью. Лий откликнулся с удовольствием и я, толкнувшись в его руку, кончил, утопив стон в непрерывающемся поцелуе. Не дав себе время прийти в себя, сдёрнул мягкие штаны омеги вместе с трусами и в несколько движений подвёл омегу к оргазму.       Лий рухнул обратно на свой шезлонг, который опасно скрипнул от такого обращения. Мы опять смотрели на звёзды, но они уже не казались нам такими прекрасными. Ветер снова стал прохладным, а комары кусачими, так что поваляться не получилось. Лий, слегка покачиваясь на ходу, поманил меня в душ.       Утро начиналось прекрасно. Вечер закончился ещё прекраснее.