Коса с полынью и липой

You can fulfil Your wildest ambitions And I'm sure you will Lose your inhibitions So open yourself for me Risk your health for me If you want my love If you want my love Забудь Про свои неистовые амбиции, И я уверен, что от твоих комплексов Не останется и следа. Поэтому открывайся мне, Рискни для меня, Ведь ты хочешь, чтобы я тебя любил. Если хочешь, чтобы я тебя любил. Depeche Mode “Judas” Источник перевода: https://www.amalgama-lab.com/songs/d/depeche_mode/judas.html

      Лий       Я опять проснулся первым. В этот раз мне ничего не снилось и я чувствовал себя прекрасно. Тихонечко выбрался из-под обнимающей руки и пошёл умываться и готовить завтрак. Настроение было отличное.       Тима подтянулся как раз тогда, когда я заканчивал печь блинчики. На электрической конфорке это было дольше, чем в городе, на газовой плите, но я не торопился.       Мы вкусно позавтракали и пошли посидеть в саду. Бета всё ещё был задумчив, но вроде бы не грустил. Мы разговаривали о каких-то ничего не значащих мелочах, пока я, наконец, не решился спросить:       – Тим, что тебя так беспокоит?       – Прости, я никак не приду в себя.       – Можно подумать, что вы раньше не целовались.       – Да дело не в этом... Ты совсем не ревнуешь?       – Нет, хотя должен был бы, наверное, – я сделал вид, что не заметил, как он перевёл на другую тему. – Но ты от меня ничего не скрывал. Что у вас что-то было с Ромой, я знал и видел, что ты не даёшь ему каких-то особых авансов, он просто такой… Порывистый.       – Как ты к нему относишься теперь?       – Я ему очень благодарен, он и правда помог, я вчера вечером выходил погулять один, прошёл спокойно несколько домов и даже поздоровался с соседями. Я слабо верил, что такое возможно и я приду в себя…       – А я был уверен. Ты очень сильный. Но я не об этом.       Я вздохнул, лучше быть честным, правильно?       – Он мне нравится. Меня к нему влечёт, а его запах… В течку точно нельзя оставаться с ним наедине.       Тима вздохнул. Расстроился? Да ну, я же не животное, то, что я чувствую к бете, ни в какое сравнение не идёт с этим. Но он ведь не спросит про себя. Как же мне донести это?       – Тима, ты веришь мне?       – Да, – осторожно.       – Но боишься спросить? Услышал, что мне кто-то нравится и даже не спросишь про себя. А я хочу быть с тобой, без тебя мне ничего и никто не нужен. Я не животное, по крайней мере, не в течку, понимаешь? У меня есть чувства и эти чувства к тебе, их не описать обычным “нравится”. Эти два дня я много думал о тебе, о своих желаниях и страхах и теперь думаю, что готов быть с тобой. Я готов пойти до конца, если ты меня ещё хочешь – возьми, – последнее я уже шептал, сильно краснея и стесняясь говорить об этом.       Тима замер удивлённый, потом взглянул таким знакомым восхищённым взглядом и привлёк к себе, обнимая. Сидеть тут в обнимку было неудобно и он потянул к себе на шезлонг. Закопался носом куда-то в мою шею и шепнул:       – Сейчас? – я почувствовал его возбуждение под своим телом и покраснел ещё больше, но отступать было поздно.       – Да, только не на улице.       Тима хмыкнул:       – Конечно! – И подхватив меня под попу, понёс в дом. Я хихикал и прижимался к нему, крепко обхватив ногами, я чувствовал, будто у меня появились крылья.       Опустив меня на диван, он медленно начал раздевать меня, поглаживая и целуя везде, пока на мне не остались одни трусы. Я за это время смог снять только рубашку. Он раздвинул мои ноги, потираясь всем телом снизу вверх, заканчивая движение глубоким поцелуем. Я сбивчиво дышал и волновался, меня почти трясло, но возбуждение не отступало.       – Не передумал? Я подожду сколько будет нужно.       Я отрицательно покачал головой:       – Нет, мне нужно сейчас! Просто волнуюсь.       Тима внимательно вглядывался в мои глаза, что-то там прочитав, коротко прикоснулся к моим губам и шепнул:       – Хорошо.       А потом сполз вниз, снимая последний предмет одежды, разводя ноги и нависая над пахом.       – Такой красивый. Совершенный.       Я не успел ничего ответить, потому что он обнял мой член губами и насадился до конца. А пальцами стал поглаживать подрагивающий в такт его ласкам вход. Я глубоко дышал, пытаясь расслабиться и не думать о том, что будет после. От активных действий Тимы смазка уже начала выделяться и палец легко поборов сопротивление уже поглаживал меня изнутри. Я был так увлечён жаркими голодными ласками, что второго (а может и третьего) пальца просто не заметил.       Спустя какое-то время я уже метался по кровати, забыв о приличии, тоненько постанывал на выдохе. Когда я уже чувствовал, что скоро кончу, бета отодвинулся, подтянулся к изголовью и посадил меня на себя верхом, вновь направляя в меня свои пальцы.       – Не самая лучшая поза для первого раза, но так ты всё будешь сам контролировать, - отвечая на непроизнесённый вопрос, пояснил Тима.       – Готов? Ты уже достаточно растянут.       Я кивнул, смущённо поглядывая на его член.       – Послушай меня, не зажимайся. Больно не будет. Если будет неприятно –остановись и попытайся расслабиться, хорошо?       Я опять кивнул, боясь, что голос меня подведёт. Тима приподнял меня над собой и направил член ко входу. Я приготовился как перед прыжком в бассейн. Головка члена немного давила на вход, но не входила.       – Лий. Не зажимайся, смотри на меня.       Его серые глаза смотрели на меня очень серьёзно, несмотря на расширившиеся от возбуждения зрачки. Мне хотелось утонуть в них и одновременно уклониться от взгляда, потому что я никак не мог выполнить их требование и расслабиться. Я перевёл взгляд на губы, они дрогнули и приоткрылись, приглашая, и я сам потянулся за поцелуем. Под ласковым языком и рукой, поглаживающей спину, удалось-таки добиться от тела правильного ответа, и Тима медленно насадил меня на себя, а потом дал мне время привыкнуть, поглаживая спину и член.       И правда, больно не было. Непривычно, неудобно, но в целом терпимо. Ободрённый этим открытием, я опёрся на плечи и под ласковым взглядом беты начал движение вверх. А потом вниз. Удивлённый возглас Тиме в губы, когда лёгкая волна возбуждение пошла не от члена, а откуда-то изнутри. К стыду своему я не особо интересовался анатомией омег и тем более, как именно они получают удовольствие. Когда Тима трогал меня пальцами, было приятно и волнующе, и я решил, что примерно такие ощущения и будут… На такое я не рассчитывал. Тима загадочно улыбался, отпустив мой член и помогая двигаться.       – Чувствительный. Тебе обязательно понравится.       – Мне, – дыхание сбилось и мысли тоже, – мне уже нравится…       Тима хмыкнул и пригнулся лизнуть сосок, а затем резко насадил меня на себя. Этой волной воздух выбило из лёгких и закружилась голова. Я вцепился в его плечи, показалось, что я теряю сознание. Из небытия вырвал ласковый шёпот беты:       – Эй, ты как?       – Голова закружилась, продолжай.       – Я поменяю положение, хорошо?       – Да, – да я на всё был согласен, лишь бы не отпускал.       Тима ссадил меня на постель, на что я расстроено хныкнул, а потом уложил на спину, пристроив под попу диванную подушечку, вошёл. Я шумно со стоном выдыхал каждый толчок. Да, так гораздо лучше, если я потеряю сознание, я хотя бы не упаду. Потому что кружит нестерпимо. До звёздочек в глазах. Неужели могло быть так хорошо в первый раз? А я, как идиот, боялся. Боялся Тимы, с которым всё с самого начала так просто и гладко. Мой сероглазый ангел.       Слёзы потекли из моих глаз. Я чувствовал, как с ними вытекал мой страх, боль и грязь, что была в моём теле и не давала дышать в полную грудь, не давала радоваться жизни.       Тима замедлился и растерянно завис надо мной, собирая слезинки.       – Что случилось? Тебе плохо? Больно? Страшно?       – Нет же! Всё хорошо, это от радости, наверное. Я в порядке, не останавливайся. Пожалуйста, Тима!       Он нежно поцеловал и продолжил качать меня на волнах возбуждения. Оргазм пришёл незаметно, просто на одном из толчков меня тряхнуло, выгнуло и брызнуло мне на живот, грудь и даже подбородок беты. Вроде бы он толкнулся еще пару раз, помню плохо, тело потряхивало остаточной волной и я смутно себя осознавал.       Наверное, я долго лежал, смотря в потолок и ожидая, пока мир перестанет покачиваться на волнах, а перед глазами перестанут падать звёзды. Слёзы всё ещё текли. Тима лениво обрисовывал пальцем лицо, ключицы и плечи и периодически утирал слёзы, но иногда не успевал, и они щекотали уши. Но мне было всё равно. Очередной пузырь со страхом лопнул внутри меня и вытекал слезами.       Кончики пальцев кололо, то ли от пережитого, то ли от того, что сильно цеплялся за простынь и Тиму. Кажется, у него будут синяки.       Мой мир вроде бы пришёл в равновесие, и я развернулся к бете. Он лежал на боку, подставив под голову руку, и разглядывал меня как совершенную скульптуру: глазами и руками. Я поймал проплывающую мимо руку и поцеловал. Теперь всё в порядке, я, наконец, чувствую себя целым.       ***       Тима       Утро понедельника начиналось не плохо. Принятое вчера решение служило ориентиром, и можно было плыть дальше. Лий выглядел просто замечательно. Лёгким ветерком порхал по кухне, улыбался мне, рассказывал, как бабушка учила его готовить. Такой живой и такой неземной. Его вопрос застал меня врасплох, и я поспешил перевести тему и заодно подтвердить свои догадки, относительно его отношения к альфе. Однако, его предложение совершенно выбило почву у меня из под ног. И хорошо, что я сидел. Я смотрел на него и не мог налюбоваться – лёгкий румянец смущения, растрёпанные ветром волосы, блестящие глаза, чувственные губы, весь такой тонкий и хрупкий. Лесной дух, сотканный из шелеста листвы. Я чувствовал себя благословлённым и избранным этим божеством, и остро хотелось убедиться в его реальности. Возможно, лучше было бы подождать, но я просто не в силах отказаться от этого подарка. В постели я немного пришёл в себя, Лий, несмотря на то, что решился, всё ещё боялся. Я сосредоточился на подготовке, пытаясь игнорировать собственные ощущения, и добился-таки того, что омега забился от возбуждения, а не страха. Когда он заплакал, я растерялся, но потом понял, что это его маленький катарсис, его освобождение. Лий оказался очень чувствительным, он просто создан для секса, за что же с ним жизнь так… Прекрасный как бог, совершенный во всём, осталось только научиться быть счастливым.       Когда омега пришёл в себя, он поймал мою руку и поцеловал. От узнавания жеста, виденного ещё вчера, неприятно кольнуло, но тут же отпустило. Я же решил просто наслаждаться временем, проведённым с Лием, так? И не важно, что будет потом, сейчас можно просто быть рядом.       День пришёл в расслабленной неге. Мы болтали, гуляли, читали книги, сидя в тени яблонь. Я сам себе напоминал мартовского кота, то и дело зажимая омегу по углам для поцелуев и тисканья. Стыдно, смешно, но Лий позволял и отвечал, а вседозволенность пьянила.