Коса с полынью и липой

They're picking up pieces of me, While they're picking up pieces of you Lying on ice you will be before the day is over It's a case in point baby That you never thought it through Stupid me, to believe I could depend on stupid you Они собрали по кусочкам меня, Пока собирали по кусочкам тебя. Ты будешь лежать во льду ещё прежде, чем закончится день. Это подходящий случай, детка, Чтобы ты никогда не додумался, Что я был глуп, и верил в то, что я могу положиться на глупого тебя. Placebo “Kings of Medicine” Источник перевода: https://www.amalgama-lab.com/songs/p/placebo/kings_of_medicine.html

      Лий       Когда я вышел из душа, Тима был растерянный и задумчивый. Мне не нужно было расспрашивать, всё сказал запах. Рома его поцеловал. Я не стал ничего говорить, вместо этого, просто уложил не сопротивляющегося бету в постель, раздел и поцеловал. Было немного стыдно, от того, что запах и вкус губ альфы возбуждали ещё сильнее, но стыдиться не хотелось, хотелось любить Тиму. И я любил. Смазка и презервативы нашлись в тумбочке. Кажется, он вышел из своей задумчивости, когда я проталкивал в него первый палец. Пока я растягивал его, он смотрел на меня не отрываясь и кусал губы. Когда я спустился, чтобы приласкать его член, он тут же закопался в мои волосы рукой. Тима шумно дышал и елозил в попытках насадиться на пальцы или глубже в рот протолкнуть член, но я уворачивался и дразнил его неторопливой прелюдией. Сейчас из Тимы было сложно вытянуть какой-то звук, поэтому каждый его стон я считал маленькой победой. Растянув как следует, я брал его мягко и плавно, постепенно наращивая темп. Опыта и сил мне ещё не хватало, и вскоре я запыхался и начал сбиваться с ритма. Тима усадил меня к изголовью кровати и сам оседлал меня и вернулся к потерянному ритму, опираясь на спинку кровати. Он нависал надо мной, жадно вглядываясь и щекоча кончиками волос. Я просунул между нами руку, чтобы ласкать его, ловил губами его губы для коротких жалящих поцелуев, а свободной рукой шарил по спине и бёдрам. Взгляд упал на яркие торчащие соски и я легонько сжал один из них. Член беты затвердел ещё сильнее и с губ сорвался робкий стон. Я сжал чуть сильнее и Тима излился, прикусывая надплечье без метки, заглушая в нём стон. 1:1, потому что от этого у меня звёздочки из глаз посыпались и я тоже сразу кончил.       Как только мы отдышались, Тима сполз с меня, обтирая нас салфетками. Я снял использованный презерватив и улёгся на подушку. Телу было хорошо, шевелиться больше не хотелось, я лежал, смотрел в потолок и улыбался. Тима лежал рядом и поглаживал руку. Вскоре я понял, что засыпаю и меня вполне устраивает обтирание салфетками. Натянул трусы, ласково поцеловал бету и заполз под покрывало. Последнее, что запомнил – это как Тима ушёл в ванную.       ***       Тима       Спал я плохо. Нечего было засыпать днём, вот результат. Встал я часов в шесть, почитал книгу на кухне, испёк кексы, договорился насчёт психолога для Лия, у нас была хорошая преподавательница в универе, которая, выпустив нас, полностью ушла в практикующие психотерапевты. У неё как раз одной из специализаций была работа с жертвами насилия. Приготовил завтрак, а Лий всё не просыпался, так что пошёл его будить.       Омега лежал, скрутившись калачиком, но сбросив одеяло. Ласково прикоснулся губами к губам и погладил по щеке. Лий заморгал сонными глазами и улыбнулся.       – Доброе утро, солнышко. Завтрак в постель?       – Ммм… Боже, нельзя же быть таким идеальным! – Лий, и правда, как будто чуть-чуть светился, как солнышко, что светило сейчас за плотными шторами, умытое вчерашним дождём.       – Я не «Боже», я только учусь!       Чмокнул его в нос и отошёл раззанавесить окна.       – Так что там насчёт завтрака? Встаёшь или принести?       – Встаю-встаю! Крошки в постели – это не очень-то романтично.       Лий потянулся, и мой взгляд упал на пластыри, которыми заклеена метка, пора уже снять их. Я подошёл к разнеженному и щурящемуся со сна омеге.       – Дай-ка я посмотрю.       Ранки были чистыми и ровненькими красными пятнышками. На мне бы такое недели две заживало, а тут полтора дня и уже как нарисованное.       – Не болит? – На всякий случай уточнил я.       – Неа, – он поводил плечом, – Вообще не чувствую!       – Вот и хорошо!       Я оттёр с его плеч следы пластыря и мы спокойно позавтракали. После завтрака потащил омегу в торговый центр за одеждой. Именно потащил, потому что он сильно упирался, даже заикнулся про работу, которую непременно найдёт, и вот тогда...       – Какая работа, ты от каждого третьего шарахаешься.       – Ну я мог бы через интернет работать, у меня одноклассник так подрабатывал…       – И что он делал?       – Сайты рисовал...       – А ты умеешь?       – Нет, но…       – А начнёшь на занятия ходить, ещё и учёбой нагрузят, знаю я, что там на первом курсе! – омега обиженно засопел, – Послушай, если ты так хочешь быть финансово независимым, могу предложить тебе сдавать квартиру. Много денег с неё не получишь, но на одежду, вкусненькое и какие-нибудь развлечения хватит.       Лий удивлённо хлопал глазами.       – Ой, я не подумал даже.       – Только там бы ремонт сделать небольшой, но это не долго. Мы тут с Ромой сами всё делали, так что быстро управимся. А ещё надо будет сходить и оформить тебе пособие, полагающееся при потере кормильца.       – Ага. С документами вообще нужно разобраться.       – Вот с завтрашнего дня и займёмся. Я ещё к психологу тебя записал, пойдём сегодня в три, хорошо?       Омега заметно напрягся, но кивнул вполне уверенно.       – Да не напрягайся раньше времени, это женщина, с Тамарой же было нормально, правда?       Мы как раз поднялись на этаж с магазинами одежды. Народу в будни было порядком меньше, и мы доехали почти в пустом транспорте. Вообще-то сегодня Лий был гораздо спокойнее, и мне показалось, что и альфы (ну того, кого я считал альфой) на него тоже реагируют слабее. Метка всё-таки действует?       В магазинах проторчали до обеда. Купили-таки пару джинсов, ветровку, пару рубашек, спортивную форму и кое-что из обуви. Осенью нужно будет ещё новую куртку и ботинки, сейчас такое не купишь, не сезон. Перекусили здесь же в фудкорте (зачем, спрашивается, дома наготовили?!) и поехали на приём к моей бывшей учительнице.       Она сначала завела в кабинет меня, оставив Лия в приёмной заполнять какие-то тесты-анкеты под присмотром секретаря. Расспросила о проблеме, о его состоянии на сегодня и напоследок поинтересовалась в каких мы отношениях. Похоже, она удивилась, что мы встречаемся, но вида не подала. Обсудили вопрос цены и удобного времени посещения.       Потом она пригласила Лия, и я остался ждать в приёмной в компании увесистой стопки журналов. Вскоре после этого позвонил Рома и сообщил, что выяснил всю необходимую ему информацию и готов заехать в гости к одному малоприятному альфе. Договорились на завтрашний вечер.       Марина Анатольевна позвала меня в кабинет примерно через час. Лий сидел с красными глазами, но вроде спокойный. Я присел рядом, испытывая какой-то неловкий стыд, что не был рядом, когда он плакал и не смог помочь. Но Лий просто мягко прислонился ко мне и расслабился. Похоже, моя бывшая преподавательница его знатно выжала.       Она предложила нам чай. И попросила определиться со временем для посещений. Марина Анатольевна рекомендовала для Виталия тренинги по облегчению социализации и индивидуальные консультации. Мы выбрали время, чтобы я успевал съездить с ним после работы: по вторникам и четвергам групповые встречи, в понедельник – индивидуальные. И завтра как раз оказался первый групповой тренинг. Я подумал, что возможно успею скататься с Ромой, здесь недалеко, а занятие длится полтора часа.       Допили чай, заполнили бланки договоров и собрались уходить, когда психолог перехватила меня и попросила задержаться на секундочку.       – Ты, наверное, уже понял, что не всё так плохо, как могло бы быть, я даже не стала его записывать в группу для первой поддержки жертвам насилия. Мальчик сильный, у него хорошо получается вербализировать эмоции. Думаю, по этой программе будем заниматься месяц, а потом сократим до одного занятия в неделю, – я кивнул, она протянула рецепт. – Никаких особых препаратов пока прописывать не буду, это обычные успокоительные и витамины. Но вот ещё что, расскажи мне про метку. Он сказал, что её поставил не насильник, а твой друг. Полагаю, Роман?       – Да. Они нормально общаются друг с другом, Лия успокаивал запах Ромы и мы решили попробовать.       – И в каких вы отношениях с Романом сейчас?       – В дружеских.       – Тимофей, я конечно не должна вмешиваться в ваши личные отношения, но не как психолог, а как знакомая, которой не всё равно на тебя, хочу сказать. Ты ведь понимаешь, что инстинктивное притяжение между альфой и омегой очень велико. По возможности не провоцируй и не устраивай сцены ревности. Мальчик не стабилен пока. Да, возможно, решение с меткой помогло, и сегодня он так быстро успокоился с её помощью, но метка – это провокация. И для альфы и для омеги. Это довольно сложно контролировать, нам с тобой как бетам сложно понять, но чувства могут быть совершенно не причём: альфа нагнёт – омега нагнётся, или омега потечёт – альфа не удержится. Если ты собираешься его бросить, хотя бы предупреди меня, он может сломаться.       – Я не брошу его, даже если он каждую ночь будет уходить от меня к альфе.       – Миленький ты мой, похоже, ты серьёзно влюбился! Надеюсь, тебе не потребуется психологическая помощь, но если что звони в любое время.       Я покивал, поблагодарил и вышел из кабинета. Не то чтобы я узнал что-то новое… Я себя готовлю к этому с их первой встречи. Не провоцируй?! Как можно не провоцировать, если ему с ним лучше становится?...       ***       Лий       Милая весёлая женщина Марина Анатольевна за час просто вывернула меня наизнанку. В разгар истерики, спровоцированной воспоминаниями, я внезапно почувствовал присутствие Ромы. Не сразу понял, в чём дело, подумал даже, что может он приехал сюда зачем-то, а потом понял – это метка. Психолог, среагировав на жест и молчание, аккуратно поинтересовалась, поставили ли альфы метку. Я разубедил её, что это друг Тимы, и что метка была получена добровольно и вроде как даже помогает. А потом она предложила отложить пока неприятную тему и перевела разговор на отношение к Тиме. Ещё и домашнее задание дала. Так что, когда его позвали, я уже был спокоен, только сильно устал.       Мы прошлись через парк, чтобы меньше ехать, но избежать набитого автобуса всё равно не удалось. К счастью я действительно чувствовал себя лучше, словно в защитном коконе из запаха альфы.       Вечер прошёл в задумчивости, кажется, Марина Анатольевна и бету успела загрузить за те пять минут, что он был в её кабинете.