Коса с полынью и липой

My circuits have blown I know it's self imposed And all I have shared, and all I have loved Is all I'll ever own But something has changed I feel so alive My life just blew up, I'd give it all up I'll depressurise Oh, oh, oh, ten thousand miles left on the road Oh, oh, oh, five-hundred hours 'till I am home I need something human, human Мои планы рухнули, Знаю, что добровольно; И всё, чем я поделился, и всё, что любил, - Это всё, что у меня когда-либо будет! Но что-то изменилось, Я ощущаю себя таким живым! Моя жизнь буквально перевернулась, я бы от всего отказался; Я перестану грузиться! О-о-о, десять тысяч миль пути впереди, О-о-о, пять сотен часов, и я буду дома! Мне нужно что-то человеческое, человеческое MUSE “Something Human” Источник перевода: https://www.amalgama-lab.com/songs/m/muse/something_human.html

      Лий       Жить втроём было странно, но весело. Ромка переехал на следующий же день. Было тесновато, но мне не привыкать. Вопреки "опасениям" Тимы, не было никаких разнузданных оргий каждый день, вообще мы как будто успокоились. Не то чтобы мы, как старички, вместо секса сидели на лавочке возле дома, но накал страстей стих, в отношениях стало больше нежности, не переходящей в горизонтальную поверхность. В моём случае, может быть дело в прошедшей успешно течке, а может в "понижении тревожности, связанной с ощущением собственной неполноценности", как выразилась Марина Анатольевна, к которой я продолжал ходить ещё полгода, по месяцам чередуя тренинги с консультированием. Можно сказать, что я наконец-то пришёл в себя, хотя до сих пор дёргаюсь, если кажется, что за мной кто-то идёт. Да и один после темноты никогда не выхожу из дома.       Должно быть у Тимы тоже была какая-то тревожность, либо ему просто не хватало Ромы, потому что спустя месяц совместной жизни я заметил, каким он раньше был напряжённым на самом деле. Словно нёс на себе огромный камень, а теперь напряжение спало и он стал чаще улыбаться. Впрочем, может всё дело в том, что они с Ромой выпускают пар по выходным?       Занятия по самообороне мне понравились, их вела невысокая, но сильная девушка. Когда она оглядела моё сопровождение, то сразу предложила, что наши занятия будут бесплатными, если один из них будет присутствовать в качестве мальчика для битья. Парни посмеялись, но согласились оба. Так что теперь раз в неделю я смотрю, как их бьют. Сначала они полтора часа занимаются в компании других крепких альф и бет, а потом – терпят неловкие приёмы девушек и пары омег.       Тиме на новой работе нравилось, он заканчивал теперь раньше и не такой уставший. Мы много гуляли вдвоём, жалко только, что он всё ещё не давал себя целовать на улице, даже если рядом никого нет.       В сентябре я пошёл в универ. Учиться там было интересно и не так страшно, как казалось. Поначалу было трудно влиться в коллектив, но тренинги не прошли даром, и спустя пару месяцев я прибился к небольшой компании. У нас был даже ещё один омега в группе, а в параллельной группе – целых два альфы. Но, как мои парни и говорили, они ко мне не проявляли интереса, Рома обновлял метку почти каждую неделю. А вот беты, и парни и девушки, иногда проявляли. Но “нет” понимали с первого раза, а может, их отпугивал Тима, почти каждый день меня встречающий после занятий.       А ещё Рома познакомил меня со своими родителями. Это было немного неловко.       Его мама, кажется, уже выбирала имена внукам, а отец сразу попросил предъявить метку, но после этого неловко обнял и поблагодарил, что я терплю такого сына.       А я уже не терпел. С Ромой по-прежнему было удивительно легко и весело. Я уже не представлял жизнь без него. Кажется, теперь я люблю его так же сильно, как Тиму. И сильно скучаю, когда он уезжает в командировки.       Жилец на мою квартирку нашёлся быстро, там поселилась коллега Тимы, очень милая девушка. А следующим летом мы переехали в таунхаус: двухэтажный, просторный и с чердаком. Это было похоже на ожившую мечту! Правда, для этого пришлось выйти замуж за Рому. Я упирался, но Тима меня убедил, что так будет правильнее, всё равно он в этой стране не сможет заключить брак ни со мной, ни с альфой, а тем более с нами обоими. Я согласился, только когда Рома показал мне три отличающихся только размером кольца. Казалось бы, такая глупость, но меня успокоила. Ну ещё то, что все согласились, что я оставляю свою фамилию.       А на свадьбе я случайно услышал разговор родителей Ромы. Они сидели за отдельным столиком вдвоём и на приличном расстоянии, но слух у меня всегда был острым. Может Рома бы тоже услышал, но он был занят разговором с Тимой и Тамарой, которые, как свидетели, сидели вместе с нами.       Мама Ромы с жалостью смотрела на шафера и сокрушалась:       – Бедный мальчик, видел, как он смотрит на Ромку? Он всё ещё любил его.       – Не такой уж и бедный – холодно замечает отец.       – Что ты имеешь ввиду?       – Да вот, на днях заезжал к ним в гости, посмотреть на домик и как они обживаются.Они встретили меня втроём, я тогда не придал этому значения.       – Ну конечно, уверена, Тимочка помогал им с переездом и ремонтом.       – Ага. Только вот там точно были коробки с его вещами.       – Ну и что? Они же вместе делают ремонт, не уезжать же ему каждый день обратно.       – Но это ещё не самое главное. Когда я уже ушёл, то вспомнил, что хотел поговорить по поводу сигнализации, я стал возвращаться, подошёл к калитке и увидел в окно, как Витька целует Тимофея.       В этом месте душа моя ушла в пятки, и я облился холодным потом. Альфа как назло ушёл в туалет и на меня внимательно смотрел Тима.       – Лий, ты в порядке? – сжимая мою руку.       Тамара тоже смотрела с интересом. Она была одной из тех, кого посвятили в наши отношения, поэтому её я особо не стеснялся, но дал знак помолчать, прислушиваясь к разговору и больше не оглядываясь на родителей.       – О Господи! Ты уверен? – мама Ромы,похоже, была в ужасе и говорила довольно громко, понимаю, я тоже в ужасе.       – Да тихо ты. Конечно уверен, его светлую косу не перепутаешь. И поцелуй был довольно откровенный.       – Кошмар! Прямо в их доме, с его лучшим другом! А я так радовалась, что сын нашёл себе омегу! Как думаешь, мы должны рассказать Ромке?       – А он знает.       – То есть как?       Озноб ужаса прошёлся по мне второй раз.       – Чуть позже сын подошёл к ним и сам поцеловал его.       – Кого?       – Тимофея. Да ты вообще видела их? Они счастливы. Ромка вообще никогда таким счастливым не был, как в последний год, – продолжал спокойно вещать отец Ромы, не обращая внимания на панику матери.       – Ой, ну да. Просто не думала, что так… Надеюсь, что он не останется за бортом.       – Не думаю, он всегда добивается своего. Оставь, наш сын вырос, пусть живёт, как ему нравится. Тем более врач под рукой всегда полезен, и, глядишь, так быстрее тебе внуков заделают, о которых ты так мечтаешь. Тимофей, в отличие от Ромки, детей всегда любил.       – Ну, хорошо если так. Знаешь ты, как меня убедить. А вообще, Тимка мне всегда нравился, родиться бы ему омегой или женщиной, был бы идеальной жёнушкой.       – Ну, скажешь тоже!       Дальше разговор перетёк на обсуждение вкусовых качеств поданных блюд, а к нам вернулся Рома, так что я отвлёкся от подслушивания и почти успокоился. Можно ли считать, что нам дали добро и больше не стесняться родителей?       На меня же уже смотрели три любопытных взгляда, так что я поспешил вкратце пересказать диалог.       И всё-таки, не смотря на то, что мы вынуждены скрывать наши отношения от большинства знакомых, мы счастливы.