#Reed800

— Мы уже на месте, Гэвин. Гэвин? — Крис, небезызвестный тем, что гордится лейтенантом Андерсоном и хочет походить на него в плане служебного карьерного роста (ну не алкоголем же, действительно), окликивает рядом сидящего на пассажирском сидении детектива. Тот сначала будто виду не подаёт, однако быстро пробуждается. — А? Чего? Он сначала смотрит на Криса, как на идиота последнего, а после звучно бьёт себя по щекам пробуждения ради. — Чёрт… — скалится он недовольно, протирает глаза: ночка выдалась ещё та. Ночная вылазка за придурками-андроидами, возомнившими себя богами, умотала Гэвина окончательно и бесповоротно. Он в ленивой манере вылезает из машины с явной неохотой, а следом за ним и его напарник Крис. Крис молчит всю краткую дорогу от машины и до входа в клуб «Рай»: не сумел поймать второго по счёту девианта, что лягнул его ловко под колени, из-за чего он упал наземь. Гэвин его не осуждает. Наоборот, понимает. Крис — это тот человек, как и Тина Чэнь, на кого Рид просто так огрызаться не будет. Хотя вчера тот всё равно не удержался от чертыхания. Они входят торопливо, а точнее, Рид торопится, а Крис пытается нагнать напарника. Гэвин хочет первым начать расследование. Гэвин хочет утереть нос пластиковой башке. Однако как бы не так. — Знатный пропойца и его заводная кукла уже здесь. Может, вы разойдётесь и позволите провести трезвое, — Гэвин подчёркивает назло это слово, смотря в упор на Хэнка, — расследование. И без вмешательства пластикового детектива. Крис не вмешивается, стоит рядом. Он предпочитает не встревать в конфликты. — Мы прибыли сюда первыми. И значит, мы, — слово «мы» Хэнк чеканит как будто бы в отместку за то, что Гэвин Рид выделил ранее слово «трезвый», — в праве провести это расследование. А теперь будь умницей и дай взрослым поработать. Как видно, лейтенант Андерсон более не выказывает напускной сдержанности в диалоге с оппонентом, полный раздражительного расположения духа. Небось, он снова себе тихо и мирно выпивал в своём излюбленном баре, отдаваясь алкогольной неге с распростёртыми объятиями. Но как бы не так: какими бы ни были у него тёплыми чувства с Коннором, тот его всё чаще и чаще отрывал от выпивки, ото сна, от «овощных» просмотров телевизионных каналов, и прочего, и прочего, и прочего. И так до бесконечности. От Хэнка пахнет за версту крепким и явно недешёвым виски, он хмурит то и дело взгляд, не до конца приходя в трезвое состояние. Ему пришлось уговаривать едва ли не силой Коннора, чтобы тот и думать забыл о том, чтобы так просто взять и окатить старину Андерсона ледяной водой. Ну уж нет. Лучшим решением было неукоснительно следовать за андроидом. Коннор пропускает брифинг новоприбывшего с лейтенантом Андерсоном, продолжая проводить анализ улик на месте. Со временем Хэнк привык к тому, что такого рода анализы — богопротивные для него с тех пор, как он впервые увидел — просто необходимы для работы RK800. Андроид не проявлял послушания, когда ему могли приказать прекратить немедленно облизывать вещдоки. Гэвин отвечает Андерсону откровенным фырчанием, а после скалится насмешливо, мол, кого это ты косвенно малышнёй назвал, старый мудила. Ему приходится ретироваться, однако ненадолго. Он невыспавшийся, потому и без того преисполнен раздражением, а тут ещё этот пластиковый клоун вместе с конченным алкоголиком, который никак не может взять себя в руки. Как его только ещё держат в департаменте? Наверное, за свои давние заслуги по службе, не иначе. Когда лейтенант отдаляется со следователем куда-то в сторону секс-андроидов, Гэвин времени не теряет: хватает сраную андроидскую ищейку так, что тот не успевает вовремя среагировать, после чего толкает его в пустое стильное помещение, предназначенное для клиента и секс-андроида. Он суётся туда вместе с ним и одним махом блокирует путь к отступлению — умело закрывает дверь. Откуда Рид знает, как нужно закрываться здесь, в клубе «Рай»? Возможно, он чего-то явно не договаривает и когда-то пробовал снискать наслаждения в этом заведении. Он смотрит с триумфом и насмешкой в глазах на явно опешившего внутренне Коннора, который, как назло, и виду не подаёт. Конечно же. Он же блядская машина без человеческих чувств. Ему-то насрать, что такие, как он, отнимают работу у живых, мать его, людей. — Вы скоро всех нас замените, — многозначительно начинает диалог Рид, направленный явно не на дружественную беседу. — Тот, кто вас создал — сущий ублюдок. Камски… Этот Камски создал практически заменитель людей. Как же я вас ненавижу. Рид рвётся в бой. И первым делом он бьёт мощно кулаком в нос, после чего ловко замахивается ногой в живот андроида, бьёт уже другой ногой под колени, из-за чего RK800 начинает терять равновесие. Однако он успевает опуститься на колени. Стратег хренов, чтоб его. Коннор выпрямляется, принимая обороняющую позицию. Принимать насильственные меры по отношению к сотрудникам департамента полиции Детройта не прописано в программе. Однако Коннору просто необходимо принять меры, дабы охладить пыл детектива Рида. — То, что вы говорите, нисколько не имеет отношения к расследованию. Не время для эмоций. Голос спокойный и ровный, нет и намёка на девиацию. Раз — и Гэвина неминуемо припечатывают к стене. Два — и его руки крепко-накрепко сжимает нечеловеческая хватка рук за спиной. Три — и, кажется, Коннор не без труда способен простоять так вечность, удерживая человека, чьи эмоции взяли над ним верх. — Нам пора приступить к делу. Вам так не кажется, детектив? Рид, кажется, приходит в ещё большее бешенство оттого, что его по итогу уделала чёртова машина. Да ещё и оказаться прижатым к стене — очень унизительно. Вжиматься щекой в стену, шипеть и скалиться враждебно. А тем временем Хэнк раздирает глотку в поисках внезапно исчезнувшего на месте преступления RK800. «К чёрту», — думает детектив, когда решает совершить очередной манёвр под маревом импульсивности. Он не позволяет Коннору, словно послушному псу, последовать на голос Хэнка, когда оказывается свободным. Хватается резко за плечо уходящего андроида цепко пальцами — да так, что он вполне себе мог оторвать часть ткани пиджака, — а другой рукой он так же стремительно выдаёт хват на шее андроида. В итоге по инерции они вместе начинают падать назад, так как Гэвин явно переусердствовал с силой собственного нападения, дабы продолжить бессмысленную потасовку. Рид достаточно ощутимо ударяется головой об пол, однако из-за кипящей злости крепко удерживает андроида, что лежит спиной на нём. Его ладонь всё так же крепко удерживает за шею, и весь он полон чувства ненависти к блядской машине. — Блять. Сраный андроид! — шипит от боли, ногами лягает андроидские ноги, что начинают шевелиться в попытке подняться. Коннор ловко переворачивается, избегая последующих ударов посредством нижних конечностей детектива, после чего он производит моментальный анализ ситуации. Разгорячённого Гэвина утихомирить словоохотливостью не получится: на него в данный момент повлияет разве что отрезвляющая пощёчина, либо удар точно в нос. Однако Коннор всем своим девиантным существом понимает, что слишком сильно увлекаться насилием не стоит, иначе это сыграет с ним плохую шутку. Коннор подводит итог — на полу либо ему разобьют его пластиковую голову, либо он сгоряча сделает то же самое с Гэвином. В результате анализа андроид молниеносно встаёт на ноги, утягивая за грудки детектива, после чего одним махом толкает его на кровать. — Какого хе… — сказать, что Гэвин охуел, когда его толкнули на кровать, это значит ничего не сказать. Коннор мог бы стремительным шагом приблизиться к двери и разблокировать её. Но он всё же андроид, и он способен запросто просчитать тонкости ридовского поведения. Вряд ли ему дадут спокойно уйти. Даже после того, как Коннор обеспечил весьма мягкое приземление в пользу зачинщика конфликта. RK800 приближается как можно ближе к противнику, нависает над ним, и это становится роковой ошибкой: Гэвин не такой уж и тупой, как о нём думают некоторые личности. Он без особого труда цепляется крепко пальцами за лацканы форменного андроидского пиджака. Тянет на себя резко, подминает его под себя, оказываясь сидящим верхом на животе Коннора. — Что вы делаете, детектив Рид? — Коннор не способен скрывать откровенного изумления в данной ситуации. — Поцеловать тебя хочу, куколка, — с сарказмом произносит, чтобы после в издевательской манере клацнуть зубами опасно у самых синтетических губ. Никакого поцелуя, конечно же, не происходит. Это всего лишь подъёбка, после которой настигает ожидаемый удар в лицо. Из носа Коннора сочится тириум — RK800 хватает своими нечеловеческими руками Рида за шею, из-за чего тот начинает задыхаться и инстинктивно пытаться отстраниться от столь мощного хвата. Всё доходит до такого абсурда, что из-за ебучего удушья Гэвин невольно цепляется пальцами одной ладони за одежду Коннора. И вот что из этого получается: рубашка RK800 до неприличия рвётся, пуговицы рассыпаются по смятому постельному белью кровати. Коннор проявляет милосердие, отпускает зарвавшегося человечишку. Он скидывает с себя детектива, поправляет по своему обыкновению галстук. — А ну иди сюда, ублюдок! — Гэвин, я, конечно, всё понимаю, но если вы не заметили, то ваши джинсы опустились до колен. Приведите себя в порядок и давайте продолжим расследование. Гэвину мало. Гэвин хочет ещё больше наподдать пластиковому детективу. Стоит Коннору открыть дверь, как Рид налетает на него и по инерции при падении цепляется за андроидские джинсы. Они, кстати, тоже спадают. Увы, не до колен, а даже ниже. Картина маслом: Коннор, стоящий в одних трусах и со спущенными до щиколоток джинсами, и позади него лежащий Гэвин Рид. Тоже со спущенными джинсами. — О господи! Блять, я даже не хочу думать о том, что вы тут делали! — Хэнк стоит перед открывшейся дверью вместе со следователем и администратором. И Хэнк, кажется, подвис, испытывая явный диссонанс. — Но вы уже об этом подумали, лейтенант, — отвечает как ни в чём не бывало Коннор, отцепливаясь попутно от детектива и поправляя несчастные джинсы. Лейтенант потирает устало лицо и закатывает глаза. Его вид можно описать одной этой фразой: «Я видел некоторое дерьмо». Он уходит из клуба, а Коннор, точно верный пёс, следует за ним. — Сэр, вы будете вынуждены оплатить использование комнаты. — К Гэвину подходит андроид-девушка, относящаяся непосредственно к персоналу клуба «Рай». — Чего? Что ты сейчас сказала, железяка? Ничего такого я там не делал. — Сэр, комнаты для того и созданы, чтобы их использовали по назначению. — Я. Ничего. Оплачивать. Не. Собираюсь. Гэвин цедит это сквозь стиснутые зубы и озлобленно смотрит в ответ. — Что ж, вы не даёте мне иного выбора. Придётся заявить о вас в полицию. — Я и сам из департамента полиции Детройта, — подмигивает он деловито, точно плохой парень, которому всё сойдёт с рук.

***

С рук, как оказалось, такому плохому парню ничего не сошло. Кажется, Гэвин забывает о том, что плохим парням легко не отделаться. Когда на горизонте он видит Коннора, его лицо искажается в злобной гримасе, и весь он собой представляет человека, готового плюнуть в лицо андроиду, из-за которого пришлось платить в клубе «Рай». — Дорогая из тебя шлюшка вышла, Коннор.