Россыпи

Реют звездные ветра, Бьются в борт «Нагльфара» На разбой идти пора, Жизнь не тратя даром. Дребезжит экзоскелет, Скорчер рвется в руки. К патрулю пощады нет, Тут уж не до скуки. И пускай артиллерист Не плюется плазмой! Абордажник – не турист, В нас стрелять опасно. К борту борт, к соплу сопло, Сопли подбирая. Кто сказал, пиратство – зло, Просто жизнь другая. Ну, патрульные, держись! К вам в отсеки – гости. Скорчер в бой – вот это жизнь, Без излишней злости. Но хотя пушкарь лихой Оказался бабой, Он встречает нас пальбой, В общем-то, неслабой. «Руки вверх!» Вот так облом! Где осечку дали? Ох, связались с патрулем! Лучше б убежали! Надо подчиниться все ж, Но рука застыла. В позвоночник воткнут нож, И в глазах – могила. И пускай экзоскелет Возвратил движенье, С этой болью сладу нет, Жизнь – одно мученье. «Что? Прострел?» Патрульный вдруг Пушку опускает. И сочувственно, как друг, Головой кивает. «Чем Вы лечитесь? Могу Предложить лекарство». Почему я не бегу? Где мое коварство? «Анальгетики все – зло. С них дуреешь только. Нужно время, и тепло, И потверже койку» И пока отсеки в хлам Разносили пушки Говорили по душам Родственные души.