Пепельная роза

      У каждого случаются такие ситуации в жизни, когда томительно ждёшь какого-то события и не знаешь, куда себя деть. Вот и Фобос не стал исключением: в ожидании встречи с другом молодой бизнесмен переделал все возможные дела, которые до этого были отложены в долгий ящик с пометкой «как-нибудь потом». Не считая того, что он договорился с деловым партнером о встрече, мужчина самолично разложил вещи в шкафу, взялся за новую книгу, к которой долго не решался прикоснуться, нашёл её скучной, помыл любимую машину… Да и в целом вёл себя странно, чем немного удивил Вильгельма.       Естественно, объяснять причину столь необычного для себя поведения Эсканор не стал, лишь отмахнулся от вопроса о самочувствии и вернулся в спальню, попросив не беспокоить. Завалившись на кровать, он закинул руки за голову и прикрыл глаза, думая, как охарактеризовать это явление и почему он нервничает. Привычку к рефлексии бизнесмен выработал за несколько лет посещения психотерапевта, и она частенько помогала ему в жизни.       Впрочем, ответ был достаточно очевиден — Фобос просто не знал, как теперь вести себя в обществе Седрика. Обычная самоуверенность сейчас сидела в углу подсознания и безразлично курила какую-то дурь, оставляя мужчину наедине с собственными спутанными мыслями. И это его крайне раздражало, как и тот факт, что он просто понятия не имел, как выстраивать общение с Хоффманом. До того, как в их странные отношения вклинилась Анна, Эсканора вполне устраивал лёгкий флирт, ему нравилось наблюдать за смущающимся другом и немного накалять атмосферу, делать её более пикантной. И дело тут было даже не в том, что он хотел затащить Седрика в постель, ему нравился привкус интриги.       А теперь… А что теперь? Хоффман, похоже, состоит в отношениях. Нет, Фобос не считал себя благородным рыцарем, который сразу оставляет свои поползновения, как только интересующий его объект проникается чувствами к другому человеку. Скорее, дело было в том, что бизнесмен не знал, как на эти самые поползновения отреагирует теперь Рик. А что, с него бы сталось оскорбиться на какую-нибудь лёгкую провокацию. Эсканор прямо-таки представлял его сведённые к переносице брови и то, как он выдает холодным тоном «Прекрати, пожалуйста, я занятой человек, а ты переходишь границы».       Он бы ещё долго обдумывал ситуацию, но лежащий на тумбе смартфон вдруг ожил. Фобос неохотно повернул к нему голову, вытянул руку и поднес трубку к уху, не глядя на экран.       — Слушаю.       — Фобос, здравствуй, — голос Седрика был тихим и сиплым.       — Привет, — бизнесмен сел на кровати, заметно оживившись, но в следующее мгновение немного нахмурился. — Мне кажется, или ты приболел?       — Совсем немного, уже на ногах, — книготорговец говорил в нос. — Простыл на свидании с Анной.       — Я же советовал тебе надеть свитер, — хмыкнул Эсканор невесело.       — Нас застал дождь, — его собеседник ненадолго закашлялся. — В общем… Я надеялся, что смогу окончательно выздороветь к сегодняшнему дню, но, как слышишь, с задачей я не справился.       — Ну, что тут сказать… — протянул бизнесмен и задумался.       Тут бы, по-хорошему, оставить Рика в покое и дать отлежаться, но Фобос успел привыкнуть к тому, что вечер субботы они проводят вместе. Да и… хотелось увидеться.       — Слушай, Рик, — негромко произнёс Эсканор. — Давай просто проведём время в книжном? Я приеду, прихвачу чего-нибудь по дороге и, скажем… Посмотрим кино?       — Я не уверен… — замялся собеседник. — Не хочу тебя заразить.       — Ха, меня простуда не берёт, — заявил бизнесмен, а потом спросил совершенно серьёзно: — Признайся, ты вообще хочешь меня видеть?       — Но… — Хоффман окончательно растерялся. — Хочу, просто… Ну, помимо того, что боюсь заразить… — он усмехнулся. — Я ужасно выгляжу, Фоб. У меня красный нос и глаза, к тому же, мне постоянно приходится хвататься за платок.       — Какой кошмар. Я не переживу этого ужаса, — наигранно драматично произнёс бизнесмен и коротко рассмеялся. — Мы — живые люди, а не произведения искусства, так что не вижу ничего страшного в том, что ты болеешь. А ещё… Какой же я друг, если брошу тебя в таком состоянии?       — Ты… — тон книготорговца потеплел. — Как хочешь. Но я предупреждал. И… можно тебя кое о чём попросить?       — Я весь внимание.       — Если тебе не сложно, захвати по дороге тех пончиков, которые ты привозил во вторник. Они невероятно вкусные, ты должен попробовать.       Губы Фобоса тронула едва заметная улыбка.       — Обязательно. Жди, скоро буду.       Примерно через полтора часа Эсканор уже был на месте. Взяв из машины бумажный пакет и картонный поднос со стаканчиками, он окинул взглядом дверь, на которой висела табличка «Закрыто» и нажал кнопку звонка. Вскоре послышались торопливые шаги, а следом за ними на пороге появился Седрик.       — Здравствуй, — он улыбнулся и впустил друга.       — И снова привет, — кивнул бизнесмен и вручил ему свою ношу. — Держи. Я привёз тебе горячий витаминный напиток, так что пей, пока не остыл.       — Спасибо, — книготорговец подождал, пока Фобос снимет пальто, и поманил его за собой. — Проходи.       Миновав читальный зал, Фобос остановился у ширмы и красноречиво глянул на свои ботинки. Конечно, мужчина всегда держал обувь в порядке, но не хотелось натаскать грязи с подошв в жилую часть магазина.       — Ох, я об этом не подумал, — засуетился Хоффман. — Ко мне в гости особо никто и не стремился, так что я не могу предложить домашней обуви. Давай я просто потом помою полы?       — Тебе сейчас только полами и заниматься, — фыркнул бизнесмен и прислонился спиной к стене. — В следующий раз привезу что-нибудь удобное, а пока похожу так.       И, никак не реагируя на робкие возражения друга, Эсканор разулся и прошёл за ширму прямо так, в носках. Хлопнув Седрика по плечу, дескать, всё в порядке, он огляделся и негромко усмехнулся.       — Ты, всё же, аскет, Рик, — озвучил свои мысли по поводу скромной кухни мужчина.       — Торговля книгами приносит не так много денег, как торговля элитной косметикой, — улыбнулся тот. — Но, если честно, я бы всё равно не смог жить в таком дворце, как у тебя.       — Это почему же?       — Непривычно, — Хоффман пожал плечами и, протянув другу один из стаканчиков, отпил из своего и протяжно выдохнул. — Ой, какая пробивная вещь.       — Пей-пей, тебе полезно, — бизнесмен сделал глоток кофе, чуть поморщился, но комментировать не стал. — Я думаю, мне стоит пригласить тебя в гости. Ты постоянно теряешься, когда оказываешься в элитных заведениях, так что надо бы помочь тебе освоиться.       — Эм… — Рик ненадолго задумался. — Имеет ли смысл? То есть, я, конечно, с радостью приму твоё приглашение, но…       — Я считаю, что человек должен держать лицо в любой обстановке, — перебил его Фобос. — К тому же, тебе будет полезно для бизнеса. И я, и Анна частенько «выходим в свет», скажем так. Так что тебе нужно научиться держать деловую хватку в любом заведении и с любым человеком.       — Признаться, я просто никогда не рассчитывал на то, что буду вертеться в подобных кругах, — ответил книготорговец.       — Хочешь рассмешить богов — расскажи им о своих планах, — многозначительно ответил Эсканор.       Седрику оставалось только молча пожать плечами. Жизнь действительно часто уносит в водоворот незапланированных событий, так, что сам человек чувствует себя лишь песчинкой на подошвах Мироздания.       — Рик? — бизнесмен отвлёк мужчину от этих философских мыслей, и Хоффман сипло усмехнулся.       — Я здесь, — он взялся за ручку и открыл дверь, ведущую в его комнату. — Знаешь, ещё года три назад я и думать не смел, что когда-нибудь окажусь в этом самом «здесь».       — Надеюсь, что тебя устраивает сложившаяся ситуация.       Фобос выдал одну из едва заметных улыбок и прошёл следом за другом в спальню. Как и кухня, та была обставлена скромно, но уютно, совмещая в себе и пространство, где можно отдохнуть, и пространство, где можно поработать. Бизнесмен скользнул взглядом по застеленной односпальной кровати, перевёл его на небольшой компьютерный стол, а после подошёл к шкафу, заставленному увесистыми томами, и негромко усмехнулся.       — Восхитительно, у тебя даже в спальне книги, — мужчина осторожно провёл пальцем по корешкам.       — Это моя собственная коллекция, — Хоффман забрал за ухо прядь волос, наблюдая за ним. — В мире не так много вещей, которые я не готов ни с кем делить. Вот, это — одна из них.       — Что я слышу? — Эсканор одарил друга весёлым взглядом. — А ты, оказывается, собственник! Рик, я приятно удивлён, — он подмигнул смутившемуся книготорговцу, а после чуть прищурился, заметив что-то на полке. — Позволишь? Я буду с ней ласков и верну на место через минуту.       — О, конечно, тебе можно, — кивнул Седрик.       Бизнесмен взял в руки книгу в твёрдом переплёте с потёртым серебристым тиснением, задумчиво прочёл название — и открыл страницу наугад. Потом изогнул бровь и наградил Хоффмана удивлённым взглядом.       — Ты знаешь французский, раз читаешь Бальзака в оригинале? — спросил, наконец, Эсканор.       — Да, но у меня ужасное произношение, — улыбнулся книготорговец. — А ещё владею итальянским на разговорном уровне, совсем немного латынью и очень хочу взяться за японский, но с курсами как-то не складывается, — он поставил стаканчик на стол, а сам устроился на диванчике рядом со шкафом. — Я переводчик по образованию.       — Ты… просто нечто, — бизнесмен, как и обещал, поставил томик на место и сел рядом с другом на диване. — А я кретин. Всегда избегал стандартных вопросов, вроде «Где ты родился?», «На кого учился?» и так далее. Но тут моя хренова оригинальность дала сбой, — он с усмешкой покачал головой. — Хотя я был уверен, что ты гуманитарий, но больше склонялся к филологу.       — Ты не так уж и далёк от правды, — с губ Седрика не сходила смущенная улыбка. — Я подавал документы и на филолога, даже прошёл по баллам. Просто мой отец был переводчиком, поэтому я решил пойти по его стопам. Он с детства прививал мне любовь и к книгам, и к языкам. Собственно, он же и дал мне самый начальный уровень немецкого и французского.       — А что потом? — поинтересовался Фобос.       — Потом… — книготорговец коротко вздохнул. — Он погиб в командировке. Мне ещё и девяти не было.       — Сочувствую, — бизнесмен немного нахмурился. — Извини.       — Всё в порядке, — уверил его Хоффман. — Я давно смирился с этим. Жизнь продолжается, и не стоит омрачать её грустными воспоминаниями.       Эсканор хмыкнул и откинулся на спинку дивана, глядя в потолок. Восемь лет назад он тоже потерял отца, но до сих пор болезненно реагировал это. Может, потому, что после смерти родителя его собственная крыша окончательно потекла, а, может, и потому, что ближе отца у Фобоса никого и не было. Да, их темпераменты частенько сталкивались и портили кровь обоим, но отец его любил. Своеобразной и строгой любовью. В отличие от матери, которую мужчина в последний раз видел лет тринадцать назад.       — Ты прав, — бизнесмен тряхнул головой. — В пекло грустные воспоминания. Лучше ответь — как с таким образованием ты оказался в книжном магазине, если, конечно, это не секрет? Те же переводчики ведь неплохо зарабатывают, гораздо больше, чем торговцы книгами.       — Не секрет, — оживился Седрик и пригубил остывающий чай. — На самом деле, я считаю, что мне очень повезло. Видишь ли, этот магазинчик когда-то принадлежал сестре моего преподавателя по немецкому.       — Любопытно, — хмыкнул Эсканор. — Мне включить фоном заставку из «Санта-Барбары»?       — Нет, всё не настолько запутано, — коротко рассмеялся Хоффман. — Фрау Лиман скончалась четыре года назад, будучи бездетной, так что в завещание она вписала младшего брата. Я, в свою очередь, был у профессора на хорошем счёте, поэтому, после окончания университета, получил от него предложение поработать здесь. Самого герра Лимана более, чем устраивала карьера преподавателя — у него и впрямь талант от бога — а книжный он бросать на произвол судьбы не хотел. Вот так я и оказался здесь, в Цюрихе.       Седрик ненадолго прервал свой рассказ и с теплотой обвёл взглядом комнату, а потом наткнулся на горящие интересом глаза бизнесмена и продолжил:       — Конечно, мне пришлось засучить рукава и сильно затянуть пояс на первое время. Работы было очень много — я своими руками делал ремонт, приводил в порядок счета, налаживал поставки. Зато через год магазинчик было не узнать, у меня даже появились постоянные покупатели. Так что герр Лиман был в полном восторге и передал книжный мне. Естественно, не даром, под небольшой процент от продаж — зато свёл меня с несколькими интересными людьми. Они, собственно, и помогают мне с редкими книгами, — Хоффман снова улыбнулся. — Так что я считаю себя везунчиком.       — Да, тебе действительно повезло, — согласился Фобос. — Хотя переводчиком быть прибыльнее.       — Зато книготорговцу не нужно всё время общаться с людьми, — парировал Седрик и тут же поправился: — То есть, в мои рабочие обязанности входит общение с посетителями, но… Контингент другой.       — О, да! — согласился бизнесмен. — Читающие интеллектуалы — это не деловые партнёры с их бесконечной скучной болтовнёй. Самого тошнит от бесконечных совещаний, — он поморщился, но почти сразу вернулся к благодушному настроению. — Я рад, что ты нашёл своё призвание. В конце концов, кто знает, встретились ли мы, если бы ты стал переводчиком. Надо при случае познакомиться с герром Лиманом и сказать ему «спасибо».       Фобос поднялся на ноги и начал задумчиво мерить комнату шагами. История друга весьма понравилась бизнесмену, только что-то не давало ему покоя. Что-то, связанное с языками. «Отец дал мне начальный уровень немецкого…» Точно. Да, Эсканор обещал не донимать Рика расспросами, но…       — Поправь меня, если я ошибаюсь, — осторожно начал мужчина. — Говоришь, отец дал тебе базовый немецкий и французский, а итальянским ты владеешь на разговорном уровне. Получается, твой родной язык — английский?       — О, я… — Седрик вначале растерялся, а потом махнул рукой, решив, видимо, что теперь уже глупо отнекиваться. — Да, английский. Я думаю, что эту часть своей тайны я могу тебе рассказать. Но пообещай, что… — он немного нахмурился, — что не будешь копать на меня информацию. Возможно, когда-нибудь я расскажу всё сам, но не раньше.       — Торжественно клянусь, что не буду лезть в твой шкаф и не стану лапать твоего скелета, — кивнул бизнесмен, даже положил руку на сердце.       Хоффман усмехнулся, заметно расслабляясь, чего и добивался Фобос. Помолчав полминуты — похоже, собираясь с мыслями, — книготорговец прокашлялся в платок и решительно ответил:       — Да, я родом из Англии, из графства Девоншир. Это на юго-западе, у Бристольского залива… Впрочем, не важно, — Седрик вздохнул. — Так что я — урождённый британец, которого до семнадцати лет звали Ричард Харрис, а потом я сменил имя и сбежал оттуда на другой конец света. Вот, на этом всё. Извини, но на большее я пока не готов.       — Я всё равно благодарен тебе за доверие, — серьёзно произнёс Эсканор, снова присаживаясь рядом. — Мне приятно, что ты рассказал о столь значимом событии. Обещаю, что сохраню твой секрет.       — Анне тоже не говори, — тихо попросил книготорговец.       — Никому и никогда, — заверил его Фобос.       — Спасибо, это для меня очень важно, — Хоффман прикрыл глаза и протяжно выдохнул. — О боже, мне стало легче. Нет, серьёзно, один из камней с души упал.       — Иногда выговориться бывает полезно, — бизнесмен хлопнул друга по плечу. — Говорю тебе, как бывалое трепло. Ну, и цитирую герра Штрауса.       — Это какой-то писатель-психолог? — поинтересовался Рик.       — Да, но, в первую очередь, он — мой психотерапевт, — хмыкнул Эсканор. — Неплохой мужик, но иногда нудит так, что аж зубы сводит. За восемь лет я хотел его придушить раз дохрена, но… Но да и чёрт с ним. Мне он крышу подлатал, так что я готов терпеть его гундёж дальше.       Фобос специально прервался, чтобы оценить реакцию друга. Хоффман сильно стушевался из-за внезапного откровения, даже немного приоткрыл рот — похоже, подбирал слова — но бизнесмен его опередил:       — Я решил, что раз уж ты поделился со мной своей тайной — то я должен сделать то же самое. Распахнуть, так сказать, дверцу своего шкафа и дать моему бедному скелету помахать рукой твоему. Это тоже далеко не всё, лишь вершина айсберга, но, я думаю, мне должно капельку полегчать, — Эсканор потер лоб пальцами, отводя взгляд в пол. — Я болен, Рик. У меня маниакально-депрессивное расстройство психики, причём я понятия не имею, когда оно началось. Но особо остро проявилось восемь лет назад. Тогда я и начал ходить к психотерапевту и глотать колёса, поддерживающие меня в более-менее адекватном состоянии… Ну как, ты готов сбежать от такого друга?       Последнюю фразу Фобос произнёс даже как-то зло, вскидывая голову и косясь на книготорговца, ожидая увидеть в его глазах либо испуг, либо, ещё хуже, жалость. Но тот продолжал смотреть на него с серьёзным спокойствием, чем немало удивил бизнесмена. Он привык, что приятели шарахаются от него после этого признания, как от прокаженного — видимо, им не сообщали, что его болезнь незаразна. А Седрик… Седрик даже не отстранился, только молчал напряжённо. Но вот он поправил очки, сложил руки вместе и ответил:       — Пожалуй, единственное, что меня задело — это то, что ты решил, будто я должен испугаться и прекратить с тобой общение. Но, я думаю, у тебя не было цели меня обидеть.       — Не было, — покачал головой Эсканор. — Извини. Просто остальные реагировали… иначе.       — Я так и понял, — Хоффман осторожно прикоснулся к плечу друга и мягко улыбнулся. — Не собираюсь я сбегать. Напротив, теперь я считаю тебя гораздо более сильным, чем раньше, раз уж при, как ты выражаешься, потёкшей крыше ты ведёшь бизнес и активно взаимодействуешь с социумом. Я благодарен тебе за то, что ты поделился со мной своей тайной и тоже обещаю сохранить её.       — Спасибо, — почему-то хрипло шепнул Фобос и вдруг порывисто обнял Рика. — Вообще, за всё. И за эти слова тоже.       Он вдохнул аромат бергамота, которым неизменно пахли волосы Хоффмана, и с лёгким сожалением отпустил книготорговца, после придал лицу нормальное выражение и усмехнулся.       — Ну, теперь, когда сеанс групповой терапии успешно завершён — может, посмотрим кино?       — Да, пожалуй, — рассмеялся Седрик и потянулся к ноутбуку, стоящему на столе. — Какие предпочтения по жанрам?       — На данный момент — что-нибудь лёгкое и приятное. А я пока закажу еду. Чем тебя угостить?       — Пиццей, — Хоффман улыбнулся. — Под кино обычно едят пиццу.       — Да? Не знал, — бизнесмен пожал плечами. — Я ещё ни разу не проводил так время, так что доверюсь тебе. Пицца — так пицца.       Фобос набрал номер и поудобнее устроился на диване, глядя на друга и чувствуя себя совершенно счастливым.