Джек и Жемчужный Дракон

Мурашки забегали по коже, от чего тело напряглось и удушающая боль пронзила грудную клетку. Они исцелили мою рану, но не ребра. Богиня мира мертвых сделала шаг и за ее спиной замаячила полосатая спина зверя. Я понял, что все легенды, которые я читал о ней и слышал были правдой. За свою красоту она сказала Юну о крыльях. Это не был дар дракона, это была ее прихоть и она обязана была за нее заплатить. Именно это и стало причиной, по которой Черный Дракон сидел в заточении и к нему не пришли. У богини Нефритового Дворца был перед ним должок. Теперь его нет и тут тоже никто не собирается проигрывать. Я видел как мимо окон, которые уцелели только на первом этаже проносятся, хлопая крыльями, воины. Император явно не собирался сдаваться без боя. Но кажется для нас с Мэтом сражение уже завершилось…   — Джек, надо что-то придумать и срочно. Я не хочу чтобы меня сожрала эта кошка или располосовала черноволосая бестия. — Прорычал Мэт, стоя на одной ноге и напоминая цаплю.   — Мэтью, я странно себя чувствую вмешиваясь в судьбу богов. Знаешь ли, я всего лишь человек… Я и правда не знаю как себя вести сейчас. Это не мой мир, не мои правила, не моя война… Я лишь хотел спасти Широ, а не уничтожать другую религию. Совсем не так я представлял себе наш полет в Нефритовый Дворец. Мэт притянул меня к себе и схватил ладонями мое лицо. Я слышу как по мраморному полу шелестит дорогая ткань, она приближается.   — Джек, не время об этом. Мы с тобой сражаемся так же как и они. И если сейчас мы ничего не придумаем, подохнем здесь от лап этой курицы, то оставим их одних. Ты ведь сам сказал, что они никому кроме нас не нужны! — Мэт орал это и женщина улыбалась от его крика. Да, ты прав Мэтью, не время думать о том, чего изменить я уже не могу. Возможно, мама не зря пришла ко мне с той легендой. В любом случае, выбора нет.   — Су-ван-му самая прекрасная женщина в этом мире, Мэт. Ты знал об этом? — Мой голос заставляет богиню остановиться.   — Чё? Ты что меняешь свою ориентацию из-за этой бабищи? — Мэтью непонимающе смотрел на меня, он надеялся, что после его вдохновляющей тирады я воспылаю энтузиазмом, но мне все еще трудно дается говорить.   — Я не об этом. — Поворачиваюсь к ней, вырываясь из рук друга. — А красотой своей она обязана Юну. Верно, царица? Женщина стояла от нас в десяти шагах, мизерное расстояние для богини. Но она почему-то не стала преодолевать его дальше. Улыбка на ее лице стала гаснуть и в итоге превратилась в злобную гримасу. Даже сейчас она прекрасна, ничто не способно изуродовать этого лица, ни злость, ни ненависть, ни безразличие. Оно всегда прекрасно. Мне нужно замедлить ее, любыми способами. Снять фэнгуань будет непросто, но этого будет мало, его еще нужно уничтожить. А между тем у нас с Мэтом из оружия только камни. Да и тигр осложняет задачу.   — Юну? — Мэт непонимающе смотрит на меня.   — Я отплатила ему за свою красоту, малыш. Так что тебе не в чем меня упрекнуть. — Женщина подняла изящную руку и коснулась ею ворота кимоно. Она опаснее чем может показаться, даром что женщина.   — Почему же не в чем? Мне есть что сказать. — Тяну как могу, а между тем слышу грохот сверху. — Боги этого Царства любят не выполнять обещания. Ни вы, ни император не выполнили. Вы самодуры, которые ставят свои желания при выше всего. Впрочем, как и мы… Женщина замерла пальцами на вороте и удивленно на меня посмотрела. У меня всего один шанс, на Мэта с ногой рассчитывать не приходиться. А между тем план в голове созрел, но такой лихой, что впору бы от него откреститься, и все же другого не имею. Пока еще хватает остатков смелости, надо решаться. Я ведь тоже преследую свои желания, так что не мне ее упрекать в этом. Хватаюсь за грудь и падаю на колени. Тигр вздрагивает, но не двигается. Хозяйка не приказывала ему этого, а зверь без ее приказа лезть не станет. Су-ван-му наблюдает за тем, как я корчусь от боли и царапаю мраморный пол пальцами оставляя кровь на плитах. Мэт обеспокоено склоняется надо мной, но мне не до него, я уже обнаружил в себе жилку пакостника, надо извлечь из нее хоть что-то. Хватаю окровавленными пальцами камень, и вкладывая всю силу, на которую способен швыряю его в женщину. Поднимаюсь и всем весом наваливаюсь на Мэта. Мой друг вскрикивает и мы оба падаем на пол. Камни упираются в бока и я шиплю, не в силах даже звука произнести, дух вышибло. Богиня отрывает руку от ворота и из нее вырываются маленькие металлические звездочки. Одна из них врезается в камень и крошит его, но две другие проносятся там, где секунду назад были наши с Мэтом головы. Готово. Осталось дело за малым.   — Мэтью, — шепчу так тихо, что мне кажется меня даже друг не слышит. — Я сорву с ее головы шапку, а ты уничтожь ее. Оружие у тебя уже есть.   — Чего?! — Мэт смотрит на меня как баран на новые ворота. Некогда объяснять, Мэтью. Я просто молюсь что бы ты меня услышал. Руку режут камни, я вскакиваю как раз в тот момент, когда женщина срывается с места. Рукава ее кимоно словно крылья птицы, взгляд орлицы и тигр за ее спиной в прыжке, не оставляют мне шансов, но я должен… Острые ногти впиваются в мою грудь. Какая глупость… Она ведь совсем без внимания оставила свою корону. Однако не так-то просто поднять свои руки, она не собирается меня царапать, а сломать, так же как Широ. Хватаюсь за ее фэнгуань и что есть силы тяну его вверх, вырывая волосы у богини. Головной убор закреплен в них и снять его сложная задача. Тигр завершает прыжок, но тут случай спасает мою шкурку. Су-ван-му, почувствовав что я тяну ее корону, заверещала не своим голосом, я дернулся, захрустели мои кости и она поддаваясь давлению моих намертво приклееных к фэньгуану рук, повернулась. Когти тигра так и не выпустились, он стукнулся мордой в спину хозяйки и мы все втроем полетели на пол, кувыркаясь и пытаясь одержать верх. Я слышал как рвутся ее волосы и хрустят мои кости. Боль адская, смешивалась с азартом и становилась второстепенной. Я ничего не видел кроме этого прекрасного лица. Крик богини разнесся по всему дворцу, заставляя посторонние звуки померкнуть. Тигр не мог прыгнуть, потому что мы с женщиной катались по полу, меняя положения молниеносно. Наконец ей надоело со мной возиться, она с силой сжала мою грудную клетку хрупкими пальчиками, и оттолкнула меня от себя. Я услышал звук дробящихся костей, но руки мои по прежнему плотно держали корону и от толчка вырвали ее вместе с добрым пучком волос. Я отлетел и мои руки разжались совершенно неосознанно. Корона прокатилась по полу, зацепила камень и остановилась у ступеньки. Су-ван-му, лишенная своей красоты стояла слегка согнувшись. Ее черные волосы растрепались и кублом смотрелись на голове без пучка, оголяя кусок кожи. Два выпученных глаза буквально выкатывались из орбит. Нос искорежен и будто бы сломан, потому что смотрит в бок. Рот просто ужасающий, от красных, маленьких губ не осталось и следа, теперь богиня улыбалась до ушей, хотя не хотела этого. Щели рта не заканчивались у щек, продолжались, распарывая кожу на них. Маленькое, щуплое тельце, как у ребенка с длинными руками, которыми она свободно могла упираться в пол стоя во весь рост. Ее роскошное кимоно теперь телепалось на ней.   — Твою махорку… — Мэтью в ужасе отполз назад наблюдая за истинным обликом царицы мертвых. Затем посмотрел на меня и схватил валявшуюся рядом звездочку, которая была идеально заточена со всех четырех граней. Я уже не мог подняться и готовился к смерти. Потому что совсем не учел того, что разрушенный фэнгуань не убьет Су-ван-му, а просто лишит ее красоты. Промах, но существенный. Однако, видимо, красота была для нее всем. Потому что она тут же ринулась к своему головному убору. Мэт тем временем отсек звездочкой розу, затем какие-то драгоценные висюльки. Я ухватился за пробегающую мимо ткань и проехался по полу сминая сломанные ребра. Боль наконец добралась до меня, потому как азарт покинул. Я закричал. Сильно закричал. Мэтью пытаясь быстрее сделать хоть что-то попытался разломать фэнгуань, но он оказался на диво крепким. Наверху творилось что-то невообразимое. Грохот стал настолько мощным, что я понял что сражение происходит прямо над нами. Со второго этажа вылетел огненный шар. Не такой, какой я видел у Черного Дракона. Этот был белым, он двигался медленнее, внутри красного огня, пульсировало белое ядро, превращая шар в маленькое солнце. На него было больно смотреть. Мэтью поняв. что у него ничего не получится, кинул корону вверх. Она пролетела над головой богини и попала в белое ядро шара, который тут же остановился, как и мы втроем. Су-ван-му, Мэтью и я, молча и с болью, каждый со своей наблюдал за тем, как ядро поглощает корону. Как плавится драгоценный металл, как пульсация становится сильнее. Я вдруг понял, что шар сейчас разорвет и от его огня не спасут даже оставшиеся стены. Мэтью тоже это понял. Но бежать нет сил, да и некуда. Ядро пульсирует сильнее и сильнее. Шар разрывается, ослепляя вспышкой. Последнее что я увидел, была морда белого дракона и затем только всепоглощающий свет. ***   — Кхе… кхе… — Во рту вкус тины и пыли, убийственное сочетание.   — Молодец, вот так, дыши, Джек. — Голос Широ и его холодные руки на моих щеках.   — Боже мой, да ты просто чудо, братец. — Я услышал грубый и низкий голос. Меня кто-то прижимает, ребра больше не болят. Но я отлично помню, что их сломали окончательно. Почему же?.. Неужели опять что-то снится? Или я умер?   — Джек ты можешь открыть глаза? Открыть? Так они же открыты. Я свет вижу. А вот если пытаться понять как открыть глаза, то это сделать невозможно… Все же веки мои поднимаются и я вижу перед собой Широ, в ореоле света. Он улыбается. — Широ?.. — Мой голос сорван и приходится хрипеть.   — Все закончилось, Джек. — Жемчужный Дракон обнимает меня и я смотрю на руины дворца. Эти двое разрушили верхние этажи. Осталась стоять только часть первого этажа.   — А Су-ван-му? — Я же помню, что она стояла там.   — Сожжена морским пламенем. Она хотела спасти фэнгуань и не успела от него сбежать. — Юн стоит прямо за спиной Широ и через его плечо перекинут Мэтью, который без сознания, нога у друга странно изогнута.   — А Император? — Я пытаюсь подняться, но сил нет. Вроде бы и не болит ничего, но сил нет даже пальцем пошевелить.   — Для человека, который только открыл глаза, ты задаешь много вопросов, не касающихся меня. — Буркнул Широ и поднял меня на руки, как принцессу. — Император сбежал. Но это уже неважно. Тело моего драгоценного дракона удлинилось и я оказался лежащим на его лапах. Широ взмыл в воздух, а я заметил у него за спиной крылья, которые рассекали воздух. Что здесь произошло?! Какого лешего я все пропустил?.. Но я не могу больше сопротивляться своей безграничной усталости. Я замучаю тебя вопросами, Широ. Кожа у него холодная и скользкая, как у змеи. Я чувствую как она напрягается и Широ выпускает изо рта огромный шар, с пульсирующим белым ядром внутри. Шар не спеша летит к тому, что осталось от Нефритового Дворца. А скорость полета становится слишком сильной, но я слышу, как Черный Дракон, подлетая к брату, произносит.   — Я же говорил мы выберемся. А от дворца и руин не останется. Теперь мы полностью свободны, брат…