Когда-нибудь тьма уйдет

Глава 2 После всей этой заморочки шатен уснул в кровати Достоевского, пока тот работал. Брюнет бросил на него взгляд и ласково улыбнулся. «Милый, когда спит, словно маленький ребёнок.» — тут же пронеслось в голове парня. Он продолжил работать, но в дверь глухо постучали. Это оказался Гончаров, который принес своему Господину чай. Достоевский поднял взгляд и взял чашку, а после поднес к губам, делая глоток ароматного напитка. — Благодарю. — Он снова сделал глоток и прикрыл глаза. — Можешь идти. После этих слов блондин поклонился и покорно ушел по своим делам. Брюнет продолжил работать, забыв про время, но под утро, когда было примерно четыре утра, он, встав из-за стола, лег на кровать и уснул. Шатен во сне прижался к нему, чувствуя тепло и защиту, словно маленький котенок. Тот в ответ его обнял, прижимая к себе и поглаживая по голове. Утром, этак часов в шесть, ввалился Гоголь с криками: — Госпо… — он тут же заткнулся, видя как Осаму и Дост спят в обнимку. — Пожалуй я зайду чуть позже… Он быстрым шагом удалился из комнаты и пошел на кухню к Гончарову и Пушкину, которые готовили завтрак. На вопросы Вани Коля молчал и без слов повел его в комнату Дост-куна. Приоткрыв дверь, он увидел, как брюнет нежно поцеловал Осаму в губы и погладил по голове. Те в шоке молча закрыли дверь и ушли, делая вид, что всё хорошо. Спустя час Осаму проснулся, и сел смотря на Достоевского, который в свою очередь стоял у окна и пил чай. Парень еще минут пятнадцать смотрел на Достоевского, на то, как он прекрасен. Его бледная кожа, его ядовито-сиреневые глаза, он все это любил. Ему нравилось смотреть на него украдкой и скрывать боль внутри себя. Шатен думал, что он — недостигаемая цель, цель что не способна к такому чувству как любовь, но все раздумья, прервал голос брюнета: — Уже выспался? — он смотрел на него с нежной улыбкой. — Ничего не болит? Как себя чувствуешь? Это беспокойство со стороны Доста вызывало некий страх, и парень, до этого молча сидя на кровати, произнес: — Немного лучше, спасибо за заботу.. — он опустил голову и немного покраснел. — Я хочу т..тебе кое-что сказать…я..я.. Он замолчал, поднимая взгляд и встречая омут сиреневых глаз. Дост аккуратно взял шатена за подбородок и поцеловал. У Дазая сразу же округлились глаза, и в тот же миг оттолкнул от себя. На непонимающий взгляд Фёдора, парень покраснел и отвел взгляд. Тот, тихо начав смеяться, обнял шатена и поцеловал в висок. — Кушать будешь? — он снова посмотрел в глаза. — Или еще полежишь в кровати? — Кушать.. — тихо отозвался шатен и посмотрел на чуть приоткрытую дверь. — Там кто-то есть… Достоевский бросил взгляд на приоткрытую дверь и вновь посмотрел на Дазая, а тот в свою очередь быстро поцеловал его в губы, падая вместе на кровать. Федор, не ожидавший таких поворотов, ответил на поцелуй. Гончаров, не выдержав этого, ушел. Гоголь тоже посмотрел на это и пошел следом за Иваном. Блондин шёл и бормотал себе под нос что-то не понятное, а Коля просто плелся сзади. В комнате давным-давно стало тихо, только стоял запах ароматного чая и роз. Дазай снова обнимал Фёдора, а тот тихо прошептал: — Так что ты хотел мне сказать? — он уткнулся носом в шею. — Я ведь перебил тебя. — А? А, да, точно.. — Осаму выдержал паузу. — Люблю я тебя. Фёдор вновь ласково и так нежно его поцеловал, говоря шепотом: «И я тебя люблю». Спустя месяц Дазаю стало лучше. Куникида, что всё время орал на Ацуши и Кёку, вновь переключился на шатена. А Фёдор в свою очередь всегда ждал того с работы, и после они шли гулять по ночному городу, смотря на луну и просто любуясь друг другом.