Ctrl-Alt-Del. Перезагрузка.

      Яркая вспышка с грохотом осветила маленький безлюдный переулок, находящийся в сумраке, казалось, в любое время суток. Отброшенные, словно взрывной волной, на асфальт с тупым грохотом упали восемь человек. Голубой свет тут же пропал, словно свернувшись в собственный центр и всосавшись куда-то, откуда явился.       Выброшенные из него уерлибы, кряхтя, пытались подняться. Рысь держалась рукой за лоб – её штормило.       – Я думала, будет, как в Стартреке... – Фейри, поднявшись, облокотилась рукой о стену ближайшего дома, – Ну, типа вжжжух – и наши, ой, атомы…       – Учёные доказали, что атомарная телепортация физически невозможна, – голос Рыси немного окреп, – А эту, по сути, кротовую нору испытывали пока только на крысах, а они как-то не очень любят говорить о своих чувствах.       Не успев толком осмотреться по сторонам, команда заметила быстро приближающегося к ним человека.       – Пул?! – крикнула Вонни, только поднявшаяся на ноги.       Женщина, не отреагировав на возглас Пельмешки, быстрым шагом подошла к уерлибам, которые только теперь заметили в её вытянутой руке армейский пистолет.       Бекки вздохнула. В её голове вспышками пронеслись недавние воспоминания:       – Я не могу остаться! – кричит Эффи, – Дин переживёт!       Патрик билась в истерике, то обнимая побледневшее лицо жены, то порываясь зажать рану Кью, всё ещё продолжающей хрипеть, слишком ослабевшая, чтобы кашлять. Патрику нужна была помощь. Все вместе уерлибы еле уговорили Эффи не ходить с ними. Это было слишком опасно, даже если раньше они этого не понимали. Если бы они вернулись в Москву без целой и невредимой Эффи, её жена просто сошла бы с ума, а построенная утопия вместе с единственным лидером потеряла бы всё, что так долго строилось на фундаменте их собственных жизней.       Бек и Фейри переглянулись, поняв, что думают об одном и том же. "Хорошо, что её здесь нет", – промелькнуло в головах у обеих.       – Да что ты здесь де… – начала было Аскольд, но резко отшатнулась от нескольких выстрелов в землю в полуметре от собственных ног. Пул не была настроена на беседы.       – Президент будет нами доволен, – с ухмылкой проговорила она и резким движением направила пистолет в сторону Бекки.       – Почему вы вообще работаете на эту тварь? – Спайси сделала шаг вперёд.       – Сказала та, что собственноручно перерезала тысячи мирных жителей по всей Европе!       Спайси замерла на секунду, пытаясь понять, о чём идёт речь. Обернувшись, она встретила такие же недоумённые взгляды подруг.       – Ты что-то путаешь… – растерянно начала Вонни, – Мы никого…       – Мы убивали только дебилов, которые направляли на наших людей охотничьи ружья, – перебила её Бекки. – Но, уж поверь, в мире не так много идиотов, как кажется.       – Хватит! – Пул продолжала держать Бек на прицеле. – Он всё мне рассказал! Его статистика…       – Нарисована им в пэйнте за двадцать минут, – вставила Аскольд, уже совершенно потерявшая терпение.       – Я следила за вашими действиями всё время, пока…       – По правительственным новостям в зомбоящике? – Бекки, из последних сил сдерживая раздражение, сделала шаг навстречу оружию, – И вы все реально на это купились?!       – Не рассказывайте мне ваши сказки! – её лицо побелело. – Прези...       – Давай, дорогая моя, я расскажу тебе сказку об этом твоём, – Рысь сделала жест, обозначающий кавычки, – "шефе".       – Ага, – вставила Фейри, – сказочка о злом колдуне.       – Если позволишь, – Рысь вытащила из сумки армейский планшет и, подняв его вверх и показав, что он не представляет опасности, подошла к Пул, – я покажу тебе, как я, Спайси и остальные "резали людей по всей Европе".       Каждый раз, открывая папку с фото- и видеорепортажами своих людей всего лишь пятилетней давности, Рысь как можно быстрее стремилась её закрыть. Она была абсолютно уверена, что одного взгляда на файлы здесь хватит, чтобы навсегда изменить свою жизнь. Особенно, кому-то вроде Пул.       – Ты думаешь, мы свергли правительство, потому что кто-то закрыл наш сериал? – Креветка уже без опаски подошла ближе.       – Мы много лет работали на самых верхах и не могли не замечать всего этого, – Бекс кивнула на планшет.       – Ты не хотела знать правду, – Рысь пристально посмотрела в глаза Пул, уже начинающей что-то понимать, – никогда не хотела. Мы не захватили государство – мы свергли тиранов! Людей, которые вот уже с десяток лет наживались на самых богатых странах мира, загоняя недовольных и тех, кто докопался до истины, в трудовые лагеря на островах.       – Мы влезли в паутину с пылесосом, – вставила Фейри.       Руки Пул тряслись. Не только фотографии – целые архивы документов: приказы, отчёты, справки. В последние месяцы, после захвата правительственных серверов, файлов стало просто огромное количество.       – Я знаю, что вы хотите сделать, Пул, – Пельмеша подошла к ней и положила руку на опущенный пистолет в её ладони.       – Вонтон, стой!       – Вон-что? – Пул недоумённо обернулась на Бекки, – Я знаю, что её зовут Пельмень, идиоты, – она на секунду задумалась и вздохнула, – так, ладно. Меня оставили специально ждать вас. Остальные ушли в... ээ... ноябрь, кажется...       – В смысле, как вы смогли изменить дату на устройстве?! – перебила её Рысь.       – Там просто циферки, это же не квантовая физика.       – Ну, вообще-то это как раз...       – Короче, они решили что-то там сделать с сервером BBCA, так что ХДАДД не закроют и вы никогда не познакомитесь, а мы будем жить в прекрасном процветающем полумассонском государстве с замечательным добродушным президентом-полумассоном.       Горячая речь Пул эхом отразилась от стен узкого переулка и утонула в давящей тишине. Райтер нервно почесала переносицу. Рысь жестом попросила подруг собраться вокруг неё и шепотом начала:       – Мы можем отправиться туда и помешать им, но, ребят, первая сфера была прототипом, а это – прототип прототипа! Энергии не хватит на перенос всей группы, да ещё и туда-обратно.       – Это-то ладно, – так же шёпотом продолжила Спайси, – но как мы вообще найдём, куда идти, вы вот знаете, где эти чёртовы серверы BBCA?       – Кротовые норы, создаваемые сферами, оставляют следы, вторая штуковина просто пойдёт за предыдущей. Только чуток подкорректируем время, чтобы от них не отставать. Эй, Пул! – Рысь обернулась в её сторону, – они отсюда же... – она сделала неопределённый жест головой и присвистнула, – того-этого?       Пул коротко кивнула. Райтер окликнула Рысь:       – Сколько может пойти?       – Не знаю... – она задумалась, – один. Двое – уже много. Но идти одному, конечно, исключено...       – Я пойду, – громко сказала Бекки.       На секунду все замолчали, обдумывая сказанное. Рысь развернулась и подошла вплотную к подруге, пристально смотря ей в глаза:       – Я не отпущу тебя одну, даже не смей. И, – она подняла вверх указательный палец, – ты даже не сможешь сама вернуться! Потому что это, – она обернулась на Пул и направила палец в её сторону, – чёртова квантовая физика!       – Вы что, предлагаете нам сидеть тут и просто ждать?! – вмешалась Райтер, почти прокричав последнее слово, на что Креветка толька тяжело вздохнула. – Я тоже хочу пойти!       – Они пришли в мой город, Рай, – твёрдо ответила Бекки и взяла из рук Рыси сферу. Немного покрутив её в руках, она вернула устройство, всем своим видом показав, что с ним нужно прямо сейчас проделать всё необходимое.       Уже через полчаса всё было готово. Рысь стала спиной к спине Бекки и вяло улыбнулась окружившим их уерлибам. Взявшись за руки, они погрузились в невыносимо яркий свет и уже через мгновение в центре импровизированного круга никого не было.       На этот раз всё было иначе. Голубая пелена, казалось, сгущалась вокруг каждой клеточки тела, пока увядающая сфера прокладывала путь сквозь вселенную. В тумане мелькали блики, круги и силуэты, как те, что появляются перед глазами после долгого взгляда на солнце. Но вдруг сквозь свет показался знакомый пейзаж – зимний лес, из которого совсем недавно уерлибы отправились в погоню. Но обстановка вокруг изменилась – солдаты, раньше толпившиеся вокруг центра событий, теперь мерно перемещались по территории лагеря. Женщины, оказавшиеся как будто внутри хрупкого предрассветного сна, огляделись по сторонам и увидели старый, сильно пострадавший от огня, деревянный домик, внутри которого только этим вечером они собирались праздновать юбилей. Они заметили горящий свет в окне, когда из дома, широко распахнув дверь, в слезах выбежала Патрик. На морозе от её тяжелого дыхания был виден густой белый пар, тогда как сама она в легкой кофте, кажется, не обращала внимание на холод. Следом за ней выбежала Эффи, пытаясь укрыть её своим шарфом. В следующую секунду показались солдаты, выносящие из дома носилки . Присмотревший, Бекки и Рысь заметили, что на носилках лежат два тела, с головой накрытые новыми камуфляжными куртками.       В ту же секунду видение исчезло, резко выбросив женщин на тёмную улицу незнакомого им города. Если рассчёты, проведённые на скорую руку, были верны, время их пребытия совпадало с тем, в котором находилась команда Авани.       Бекки выпрямилась и схватила Рысь за плечо:       – Ты... ты видела? – её голос дрожал, она почти кричала. – Что это, мать твою, было?!       – Это... – Рысь медлила, – ну... – под выжидающим взглядом Бекки она вздохнула и продолжила, – из-за дефицита энергии фокусировка портала была немного нарушена, так что мы смогли... увидеть... прошлое место открытия портала.       Бекки отпустила плечо Рыси и быстрыми шагами начала ходить из стороны в сторону, закинув одну руку за голову       – Ты хочешь сказать, что это на самом деле происходит?! – кричала она, судорожно перебирая пальцами второй руки.       Рысь молчала, часто и тяжело дыша. Переводя взгляд то на Бек, то на лежащую на асфальте сферу, она пыталась понять, что им следует делать дальше. Мысли путались, то и дело возвращаясь к увиденной, как в отражении, сцене.       Зашуршали шины. По ночной безлюдной улице проехал большой автобус, спешащий куда-то на парковку. Подняв на него взгляд, Рысь ахнула и начала теребить рукав Бекс. На боку автобуса красовался гигантский плакат с большой красной надписью, хорошо видимой даже в темноте; аккуратные буквы составляли надпись на английском, гласящую: "Холистическое детективное агентство Дирка Джентли".       Рысь открыла рот от удивления.       – Они же идиоты, – обратилась она к Бекки, провожая взглядом удаляющийся автобус. – Нет, в смысле... на самом деле идиоты, Бекс!       Недоумённое "А?" подруги вынудило её продолжить:       – Они бы при всём желании не смогли хакнуть сервер, Бек.       Они переглянулись.       – Хочешь сказать, что они... типа...       – По ходу, они устроили этому сериалу лучшую пиар-кампанию в истории.       Стоило им обернуться, как теория Рыси тут же нашла подтверждение – все стены дома были оклеены плакатами. На некоторых из них был изображен обычный постер второго сезона, но другие – рекламировали скорый выход нового эпизода. Десятки надписей "Girl power" слились в одно длинное слово, опоясывающее здание по периметру.       – Как долго они здесь пробыли, а? – спросила Бекки, подходя к стене и рассматривая афиши.       – Кажется, рассчёты всё-таки вышли не очень хорошо, – ответила ей Рысь и, подняв взгляд наверх, остановилась. В тёмном здании она заметила одно окно, ярко освещённое белым светом, на фоне которого то и дело мелькали тени хозяйничающих там людей.       – Эй, Бекс, – шепнула она, указывая на подозрительное окно, – что-то мне подсказывает, что нам туда.       Бекки остановилась и посмотрела вверх. Глубоко вздохнув, она бегом бросилась вдоль стены дома, обернувшись, лишь чтобы выкрикнуть: "Вход там!".       Без труда поднявшись на пятый этаж через пожарный вход, с помощью подручных средств и не очень хорошей сигнализации, они услышали шевеление в тёмном конце коридора. Бекки повернулась к Рыси, показав во взгляде предельную степерь непонимания, на какую только была способна.       – Вот это, – описала та пальцем круг в воздухе, – серверы ВВС, – она помедлила, – наверное. Думаю, они охраняют его от нас.       – Так, и какой у нас план? – прошептала Бек, оглядываясь по сторонам.       – Надо пробраться к главному компьютеру. Там я смогу что-то сделать, – сказав это, Рысь вытащила пистолет из набедренной кобуры и, зажав его обеими руками, двинулась вперёд. Бекки, одной рукой напрявляя оружие в дверной проём, дёргала за ручку каждую дверь в длинном коридоре, надеясь наткнуться на незаперную комнату, в которой обосновались их оппоненты.       – Стой! – тихо окликнула её Рысь через несколько сотен метров пути, – Нам сюда.       Снеся замок несколькими точными выстрелами, женщины вошли внутрь и, нащупав выключатель, огляделись. Огромное пространство комнаты было занято стеллажами вычислительных блоков, даже ночью выполняющих сбор и анализ данных по всему миру. Чёрные ячейки, уходящие на несколько метров в высоту, периодически мигали зелёными и красными лампами. Рысь тут же рванулась вперёд, на пути доставая из рюкзака планшет и кабель. Подключившись к одному из портов доступа, она прислонилась плечом к низко урчащей машине и начала быстро набирать на экране код вируса.       Бекки медлила. Один вопрос мучал её последние полчаса.       – Если мы… – наконец решилась она, – оставим всё, как есть? Дадим им продлить ХДАДД... Кью… и Броги… они будут жить?       Рысь подняла глаза от планшета и, не задумываясь, твёрдо ответила:       – Мы не можем этого знать, Бекс, – после секундной паузы она добавила, – Мы никогда не узнаем друг друга.       Бекки собиралась кивнуть, когда в коридоре послышался топот и грохот дверей.       – Я прикрою! – быстро бросила Бекки и, коротко положив руку на плечо Рыси, выбежала на открытое пространство комнаты с выставленным на вытянутых руках вперёд пистолетом.       Только она подобралась ко входу, как дверь с грохотом распахнулась от сильного удара ноги. На пороге, взяв не успевшую найти укрытие Бек на прицел, стояли Саша, Карл и Авани.       – Здесь нельзя стрелять, – нарочито устало проговорила Бекки, – полетит же всё к чёртовой матери.       "Нет, если стрелять метко", – промелькнуло в её голове. Она была одна, а их – сколько? Пока трое, но сколько ещё в коридоре? На других этажах? Она не была уверена, сколько их было изначально, а теперь никто, кроме них, уже не мог точно сказать, насколько расширилась их "армия" за всё то время, что они провели здесь. Но сервер – он был им действительно важен. Бекки сделала единственное, что могло спасти ей жизнь – она побежала. Так резко и быстро, как только могла, она затерялась среди вычислительных блоков, надеясь, что доберётся до всех троих раньше, чем кто-то из них – до неё или Рыси.       – Знаешь, – вдруг услышала она голос Авани, медленно проходившей вдоль одного из блоков, – мы ведь сделали всё только лучше. Вы же этого хотели, да? – кричала она в пустоту комнаты. – Спасти Дирка Джентли? Мы ходили по домам, рассовывали рекламки по почтовым ящикам. Продали несколько технологий из нашего времени, чтобы организовать всё вот это! Слышишь, Бекки, – всё громче говорила она, – кому от этого будет хуже?       Бек, медленно двигаясь вдоль очередного куба чёрного пластика, резко обернулась и увидела перед собой лицо только выглянувшего из-за угла Карла. Он тут же нажал на спусковой крючок своего любимого автомата, но тот дал осечку. Воспользовавшись секундной задержкой, Бекки сделала выстрел. Её местоположение выдал стук упавшего тела.       Бекки побежала и завернула за угол, где наткнулась на судорожно пишущую код Рысь.       – Нам не пришлось даже ничего взламывать, – скороговоркой проговорила она, пока Бек занимала оборонительную позицию спиной к компьютеру, – просто запустим прогу прямо в главный комп.       – И что она сделает? – так же быстро спросила Бекки.       Рысь коротко вздохнула, закончив печатать:       – Будет считать только каждый третий просмотр одного конкретного сериала, – сказав это, она повернула голову и посмотрела Бекки в глаза.       Раздался звук выстрела.       Глаза Рыси широко распахнулись, и она начала оседать на пол. Будто наблюдая всё в замедленной съёмке, Бек подхватила падающий планшет и за доли секунды взвела курок и выстрелила прямо между глаз владельцу предыдущей пули. Саша зашатался и обмяк, распластавшись на белой плитке пола. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, Бекки почти наугад выстрелила в сторону прохода и услышала сдавленный хрип. Чутьё не подвело её – теперь она уже не сомневалась, что задела Авани.       Бек наклонилась над полулежащей на полу Рысью, прислонившейся спиной к компьютеру. Маленькая струйка крови в уголке рта уже засохла и стала тёмно-красной, а стеклянные широко распахнутые глаза всё ещё удивлённо смотрели в пустоту. Бекки взглянула на планшет – код был дописан, оставалось лишь его отправить. Нажать одну кнопку – и всё закончится. Они победят.       Бекки потянулась к экрану, но вдруг отдёрнула руку. Кровь Рыси на белом полу была ярко-красной. Бек часто видела такую кровь – перемешанная со снегом, она выглядела особенно ярко и... пожалуй, даже красиво. Как в детстве, когда замораживали цветные льдинки и делали из них глаза снеговикам. Растает, бывало, такая льдинка в варежке – и падают на снег алые капли.       Кровь Броги не была алой. В темноте она казалась почти чёрной, как будто что-то страшное и зловещее питало её тело. Кровь на губах Кью была такой же.       "Если мы… оставим всё, как есть? – промелькнуло в её голове. – Дадим им продлить ХДАДД... Кью… и Броги… они будут жить?"       Зачем нужна революция, если ей некому гордиться? Жертвовать всем ради блага людей, которым оно не нужно? Не лучше ли сделать то, чего они все хотели с самого начала – спасти сериал, который подарил им друг друга? И что с того, что уже не подарит?!       По щекам Бекки текли слёзы, но она, казалось, не замечала их за напряжёнными попытками решиться. Решиться хоть на что-то.       Она зажмурилась. В её руках уже были жизни. Жизни её солдат, её врагов и всех, кто попадал под обстрелы на окраинах её родного города последние месяцы. Но никогда раньше она не задумывалась о том, что может выбирать. Счастливая жизнь тринадцати человек, которым не пришлось пройти через все круги ада, и которые могут стать самыми обычными людьми, приходящими домой после работы или учёбы и включающими новые серии своего любимого сериала против пресловутого "всеобщего блага" и возможности найти настоящую любовь и лучших друзей на свете. Найти? Или, всё-таки, потерять?       Через маленькое окно под потолком начали просачиваться первые солнечные лучи – ночь кончилась неожиданно быстро. Бекки понимала, что у неё осталось не больше получаса до прихода первых сотрудников, которые вряд ли не захотят заглянуть в самое значимое помещение в этом доме. Она решительно вытерла слёзы с правой щеки и взяла за руку Рысь. Она вспомнила, как двадцать с лишним лет назад впервые встретила уерлибов. Забитых, потерянных... одиноких. Господи, они были самыми одинокими людьми на свете!       Бек сжала ладонь Рыси в своей и закрыла глаза. Нет, она никому никогда не позволит пережить такое. Терять близких – одна из худших вещей на свете. Но, по крайней мере... по ним есть, кому скучать.       Твёрдой рукой Бекки нажала на кнопку ввода. Сигнал побежал по длинному чёрному кабелю прямо в недра главной программы, встраиваясь в сложные алгоритмы, заражая байт за байтом, распространяясь на все серверы, подключенные к общей цепи.       Она неуверенно встала на затёкшие ноги и, подняв с пола упавший пистолет, с громким шарканьем тяжело подошла к истекающей кровью Авани. Женщина лежала на спине, не в силах ни встать, ни занять более удобное положение. Край расстёгнутой куртки был откинут, и во внутреннем кармане, насквозь прошитом пулей Бек, лежал прозрачный шар. Через тонкую ткань подкладки было видно, что сфера ещё икрится, безнадёжно искалеченная прошедшим сквозь неё металлом. Бекки встала над женщиной и, не сказав ни слова, спустила курок. На лице Авани не было удивления.       Только теперь, вернувшись к телу Рыси, она заметила сферу – вероятно, она выкатилась из сумки во время суматохи. Устройство лежало на полу, расколотое на две половины. Микросхема, находящаяся под циферблатом с датой, была разбита вдребезги, как и большинство механизмов внутри.       Солнце встало.       Там, откуда пришла Бек, наступило бы 10 марта.       Она вытащила из пистолета магазин и обнаружила в нём единственный последний патрон.       Бекки, как и все, кто остался в маленьком переулке без возможности вернуться, не могла знать, что уже к полудню наступившего дня штаб бывшего президета был обнаружен и уничтожен императорскими войсками, а самолёт самого президента, пытающегося сбежать, оказался подбит и утонул в одном из многочисленных болот.       Они не могли знать, что через три дня на похоронах их подруг – Кью и Броги – гробы, которые по улицам Москвы на своих плечах несли два генерала и сама императрица, сопровождала многотысячная толпа всех тех, чья жизнь стала иной с приходом уерлибов.       Они не могли знать, что их империя устоит. Устоит, несмотря ни на что. И из года в год много поколений счастливого государства каждое 10 марта будут вывешивать на свои окна траурные флаги.       Так уж вышло, что их жизнь была короткой. Но одна из них пережила других на добрый десяток лет. Почти каждую субботу люди видели на кладбище грустную женщину, гораздо более молодое лицо которой можно было встретить не на одном плакате времён ранней империи. Иногда, несколько раз в год, она за руку приводила маленького мальчика – внука почившей императорской семьи.       – Баба Патя, а спой ту песню, – порой просил мальчик, дёргая женщину за рукав.       – Конечно, Марвин, – отвечала она, проглатывая комок в горле, – Если ты просишь...       И она пела. Сначала то, что когда-то уерлибы называли своим гимном – грустную песню отверженных, оставшихся один на один с апокалипсисом. Потом – любимые песни своей далёкой молодости. Времени, когда взрослым было всё равно. Когда сериалы приходилось спасать. Когда чёртова дюжина лучших друзей во вселенной планировала, что однажды всё исправит.