От драмы до комедии.

Сакура пришла домой злая и уставшая, как собака. Работа отняла все душевные силы в этот день, и вечер, кажется, не предвещал ничего позитивного и обнадеживающего. Всё, как всегда: Саске пялился в телек, почти не обратив внимания на приход жены; дочь, уставившись в экран компа, резалась в свои любимые стрелялки. — Сарада, ты ужинала? — без особой надежды на ответ, спросила Сакура. И вот, пожалуйста, то, что она и ожидала. — Мнэнммнэ, — невнятное бормотание, вместо «Да-нет», «Как дела, мам?» или «Рада тебя видеть». Женщина потрепала дочь по голове и вышла прочь из комнаты. А в сердце, как и последние несколько недель, тоска и одиночество. Как все достало… Она прошла в гостиную, поздоровалась с Саске… с тем же результатом, что и с Сарадой. Хотя нет, почти с тем же. Муж все-таки взглянул в её сторону и кивнул головой. «Внимание сверх нормы», — мысль, как бритва, резанула сознание. Она поплелась на кухню, села за стол и уранила голову на руки. Пустота… Страх одиночества, который терзал её в последнее время, в данный момент просто зашкаливал. Как она устала от него — не выразить словами. Чего Сакура только не испробовала в последние недели, стараясь разшевелить своих любимых, самых близких, желая добиться их внимания, почувствовать, что они все трое — одна семья. И в кино приглашала, и в театр, и в парк аттракционов, и просто на прогулку, где можно побыть всем вместе, пообщаться, поговорить. Пыталась разговорить их, отвлечь от опостылевших ей ТВ и искусственного разума. Ничего не получилось. И с каждым новым днём Сакура замечала, что они все удаляются и удаляются друг от друга. — Что же делать? — простонала она в пустоту кухни, и эти слова отразили её душевное состояние, которое длилось уже на протяжении долгого времени. Пока она не могла ответить на этот вопрос, но знала точно: она будет пытаться и дальше, чтобы сохранить семью, чтобы почувствовать, что они нужны друг другу. Она не сдастся...