Предназначенный судьбой

На вечеринку к Лидии ожидаемо пришло много народу. Громко играла музыка, хозяйка собственноручно разливала самым важным гостям пунш, а Дерек расположился на шезлонге в дальней части двора, оберегая свои чувствительные уши от гомона в доме. – Скучаешь? – Стайлз не заморачивался с прикидом, одевшись в свои обычные футболку с ярким принтом и клетчатую рубашку, в руках он держал два стакана пива. – Будешь? – Спасибо. Стилински вытянулся на соседнем шезлонге, сделал большой глоток из своего бокала и блаженно зажмурился. – Почему ты сидишь тут один? – В доме слишком шумно, – Дерек тоже глотнул пива и был вынужден признать его неплохим. – Тогда зачем ты пришёл? – Когда твои друзья устраивают вечеринку, ты должен на ней присутствовать. – Присутствие должно быть условным, я так понимаю, – хмыкнул тот и без перехода, задумчиво выдал, – Кора ничего так, темпераментная. – Ты всё ещё сохнешь по Лидии? – Скотт проговорился? Да нет, я ещё в четырнадцать понял, что мне ничего не светит, когда она сказала, что, цитирую, она «и Джексоном может перебиться, пока не найдёт свою истинную пару». – Цинично. – Джексон ей и вправду нравился. Достаточно сильно, чтобы терпеть его характер и лет через семь стать миссис Уиттмор. Но куда обаяшке Джексону тягаться с силой посланной сверху любви? Дерек скривился от неприкрытого сарказма. – Разве Лидия не выглядит счастливой рядом с Корой? – Лидия выглядит как королева в любой ситуации, даже когда болеет, но это не значит, что ей не плохо. – Хочешь сказать, что ей плохо с моей сестрой? – Хочу сказать, что по её виду невозможно понять, что она испытывает на самом деле. Они помолчали некоторое время, прежде чем Дерек набрался смелости спросить. – Почему тема соулмейтов так больна для тебя? Стайлз не спеша пил пиво и смотрел на звёздное небо, и Дерек уже решил, что не услышит ответ, когда он заговорил негромко. – Мои родители не были соулмейтами. Отец не нашёл свою пару. Может, она умерла, может, нашла себе кого, а может и не родилась вовсе. Это не важно. Зато мама… моя мама замечательная. Очень добрая, солнечная, всегда улыбчивая. И это ваше предназначение связало её с подонком и наркоманом, который за полгода их знакомства умудрился довести её до нервного срыва, заразить ВИЧ и сдохнуть от передозировки. Маме потребовалось время и консультации психотерапевта, чтобы прийти в себя. Ей было тяжело, но она нашла в себе силы жить дальше и продолжить видеть в людях лучшее. Они познакомились с моим отцом по работе и были очарованы друг другом с первого взгляда. Их чувства расцвели пышным цветом несмотря на то, что они не были предназначены друг другу. Они даже смогли завести ребёнка, несмотря на мамину болезнь. Она умерла от пневмонии, развившейся на фоне иммунодефицита, когда мне было семь. – Мне очень жаль, – выдавил из себя Дерек, переводя взгляд со Стайлза на безоблачное небо. Дерек не знал, что ещё сказать. Он никогда не задумывался, кому в пары достаются воры, убийцы, наркоманы и прочие антисоциальные личности. Наверное, он подсознательно считал, что они в наказание остаются одни на всю жизнь. Но, очевидно, это не так. Дереку хотелось сказать Стайлзу, что так происходит не всегда, что бывает по-другому, но вряд ли тому сейчас нужны были его речи. – Спасибо за компанию, – сказал через какое-то время Стайлз, поднимаясь. – Пойду добуду себе ещё пива. Дерек смотрел на спину удаляющегося Стилински и думал о том, что стоит пригласить его как-нибудь в гости. Вечеринка уже шла к своему логическому завершению, когда Дерек решил, что выполнил свои дружеские обязанности и может идти домой. Кора ещё утром заявила, что останется у Лидии до завтра, а потому можно было только попрощаться с хозяйкой дома и ехать. На первом этаже Лидии не было. Музыку было едва слышно. Школьники уже изрядно набрались и разбились по группам. Парочки разбрелись по углам, чтобы помиловаться. Дерек увидел Скотта и Эллисон, делающих вид, что они танцуют медляк. – Ну ты и толстяк, Джексон! – послышался голос Стайлза в другом конце гостиной. Дерек обернулся, чтобы увидеть, как Стайлз, обхватив Уиттмора за талию, пытается дотащить его до входной двери. Джексон был пьян в стельку, еле перебирал ногами, и, кажется, полностью повис на плечах Стайлза. Тут он запнулся о ковёр, и они вместе завалились на стоящий рядом диван. – Мы упали, – заключил Уиттмор, развалившись на диване. – Да что ты, – Стайлз, упавший сверху, попытался подняться, но не тут-то было. Джексон обхватил его руками и притянул к себе. – Я тебе не мишка, Джекс. Давай, отпусти меня, и я попытаюсь поднять тебя. Снова. – Неа. Дереку со своего места было не очень хорошо видно, и он решил подойти ближе. – Джекс, что, по-твоему, ты делаешь? Руки Джексона забрались под футболку Стайлза, а его нос и губы что-то выводили на чужой шее. – Ты вкусно пахнешь, – пробухтел Джексон, и Дерек разобрал это только подойдя совсем вплотную. – Точно, – Стайлз пыхтел и пытался выпрямить руки, чтобы хоть немного подняться с одноклассника. – А ещё у меня нет груди, приятель, так что, может, дашь мне подняться? Дерек разрывался между желанием помочь Стайлзу и посмотреть, чем закончится битва трезвого и слабого, против пьяного и сильного. – Ничего, – пробурчал Джексон и лизнул снова упавшего на него Стайлза в шею. – Зато у тебя задница классная. Руки Уиттмора, гуляющие у Стилински под футболкой, переместились на упомянутую задницу и сжались. Стайлз со свистом выпустил воздух и снова выпрямился на руках, на этот раз без лишнего сопротивления. – Прекрати, – зашипел он. – Что ты творишь вообще? Я всё понимаю, тебя бросили и все дела, но это не повод лапать меня. – Помочь? – Дерек решал вмешаться, пока Джексон совсем не увлёкся. – Дерек? – Стайлз повернул к нему голову и тут же ойкнул, когда Уиттмор снова прижал его к груди. – Было бы не плохо, если бы ты помог мне дотащить этого пьяницу до машины, – Стилински попытался скинуть руки Джексона со своей спины и снова потерпел поражение. – Дала же природа силы, дураку, – пробурчал он. – Дерек, не поможешь? Дерек не без труда разжал руки Джексона, позволяя Стайлзу встать, после чего поставил Уиттмора на ноги. – Дрк? – икнул тот и попытался сфокусировать свой взгляд. – Точно, это я, – Дерек закинул его руку себе на плечо и обхватил за талию. Стайлз сделал тоже самое с другой стороны, и они отправились к выходу. Сгрузив пьяную тушу на пассажирское сидение джипа Стайлза, Дерек предложил проехать с ними. – Тут недалеко, обратно я прогуляюсь до машины пешком. – Брось, я могу подкинуть тебя или отвезти домой. – Хорошо, тогда я лучше сам заберу свою машину. Кора ужасно водит. Дома у Джексона никого не было, судя по его невнятному бормотанию, родители уехали в командировку, и они со Стайлзом беспрепятственно затащили его в дом, помогли раздеться и уложили в кровать. Эксцесс случился только один, когда раздетый и укутанный Уиттмор вдруг схватил Стайлза за запястье и на удивление трезвым голосом, несмотря на расфокусированный взгляд, попросил того остаться. Лицо Стайлза смягчилось, он, высвободив кисть, мягко похлопал Уиттмора по руке и вышел из комнаты. В машине ехали молча. Припарковавшись рядом с Камаро, Стайлз повернулся к нему. – Спасибо, что помог. Он за последние годы не хило набрал вес. – Не за что, он и мой друг тоже. Дерек не спешил выходить, рассматривая двигающиеся в окне силуэты. Стайлз тоже его не торопил. – Сперва я подумал, что у вас с Джексоном напряжённые отношения. Но сегодняшний вечер показал, что это не так. – Порой Джексона заносит, – после небольшой паузы ответил Стайлз негромко. – Но и меня порой заносит тоже. Мы можем плеваться друг в друга ядом, но никогда не бросим в беде. Это наша своеобразная дружба. Выходя из машины, Дерек подумал, что это очень своеобразная дружба. Утром и Джексон, и Стайлз сделали вид, будто ничего странного вчера не было. Дерек, хотевший расспросить Уиттмора о его поползновениях к Стилински, передумал и лишь более пристально смотрел за обоими, пытаясь понять, есть ли между ними что-то большее, чем они показывают остальным. Но оба вели себя как обычно: обзывались, тыкали друг друга носом в слабости, смеялись над ошибками и язвительно проходились по больным местам. Дерек, сам не понимая, отчего эта тема так его напрягала, наконец-то расслабился.