Карнавал безумства

      Я сидела на диване внизу дома, укутавшись в одеяло и созерцая стенку напротив. Заниматься музыкой не хотелось, а все прочие дела были вроде как сделаны, и я порой не знала, куда себя деть.       С момента нашей последней встречи с Эдуардом в Лунадоне прошло несколько дней. Больше мы с ним не виделись, и я даже не знала, догнал он тогда в итоге Олю или нет. И если да, какой разговор был между ними. Но мне было не по себе, что мы расстались вот так — как-то скомкано — и с тех пор больше и не поговорили.       — Эй, Таня, ты сейчас свободна? — с улицы влетел Коля и, быстро стащив с себя уличную обувь, плюхнулся на диван рядом со мной.       — Да вроде как да, — отозвалась я, медленно переводя взгляд на него.       — Чего-то ты в последнее время сама не своя, — пожал плечами Коля.       — А… — Я махнула рукой. — Не обращай внимания.       — Да? — Он наклонил голову и с сомнением посмотрел на меня. — Ну ладно. В общем… ты помнишь, как мы в начале учебного года следили за Валериком и ещё каким-то мужиком?       — Э-э-э… — В первое мгновение я совсем не поняла, о чём он толкует.       — Ну как же? Мы пошли искать служебный туалет, в котором спрятано какое-то… магическое вещество!       — А-а-а! — До меня, наконец, дошло. — Там ещё кошка была.       — Точно! — Коля аж засветился, встретив моё понимание. — Так вот… Я опять туда ходил!       — Серьёзно? — Я даже подивилась смелости Коли. После того, как наша слежка феерично закончилась тем, что Валерик застукал нас, спрятавшимися в туалете, я бы пожалуй не рискнула туда сунуться ещё раз.       — Ну да. — Друг пожал плечами, как будто не понял причины моего удивления. — И… вот! — Он достал из кармана маленькую стеклянную бутылочку и торжественно вручил её мне.       Ничего особенного в ней не было. Обычная бутылка из тёмного стекла — в таких как правило продают йод или борный спирт. На этикетке не было ничего, кроме надписи, сделанной от руки синей шариковой ручкой: «Компонент 38».       — Ты нашел это в служебном туалете? — с подозрением спросила я.       — В точку! — Коля аж прищёлкнул пальцами. — Именно так!       Я покрутила бутылочку в руках. Затем потрясла её в воздухе, пытаясь разглядеть содержимое.       — И… как же тебе это удалось? — с сомнением спросила я. По правде говоря в слова Коли верилось с трудом, хотя прежде я ни разу не уличала его во вранье.       — Мне помог счастливый случай! — радостно объявил он. — По правде говоря, после того, как мы с тобой и Викой чуть не спалились, я решил больше туда не ходить. Типа, занялся учебой, своими исследованиями и всем таким прочим. Пока опять случайно не увидел Валерика в каком-то из коридоров университета. И в общем… не знаю, что на меня нашло, но я решил проследить за ним.       Я демонстративно закрыла лицо рукой. Мало того, что Вика мне все мозги проела в своё время этим Валериком, теперь ещё и Коля. А я-то уж понадеялась, что эта тема осталась закрытой.       — Не, ну ты слушай! — Коля отнял руки от моего лица, требуя внимания. — Кароче… ну я решила просто пойти за ним. Типа, мало ли, куда я иду!.. Но он опять свернул в тот странный коридор с цветочными горшками!       — Да что в нём странного-то? — вскликнула я. — Ну просто коридор с цветами! То что у нас нет там никаких пар, ещё не значит, что он странный.       — Вот вообще не согласен! — возразил Коля. — Он вечно пустой. И такое чувство, что в том крыле студентов вообще нет. А это уже странно для университета — тебе не кажется?       — Нет, не кажется. Может быть, в той части университета проходят какие-то исследования.       — Так вот именно это его странным и делает! — воскликнул Коля.       — Ну… ладно, допустим, — нехотя согласилась я. Видимо, я просто не была настолько заинтересована исследованиями, что меня мало заботила эта часть университета. Но у меня словно вылетело из головы, что Коля как раз по своей натуре был настоящим исследователем.       — Кароче… тогда я за ним не пошёл. — Коля вернулся к своему рассказу. — Но на следующий день решил туда проникнуть.       — И ты пошёл туда один?!       — А что мне оставалось? — с ноткой упрёка спросил Коля. — Вика была сразу настроена скептически, и ты, кажется, тоже.       — Ну, если бы ты рассказал ей про Валерика, её интерес возрос бы — уверяю тебя! — усмехнулась я.       — Кароче, я в любом случае пошёл туда один, — отмахнулся Коля. — И мне повезло — на всё пути мне не попалось ни одной живой души, даже кошек. Поэтому я беспрепятственно дошёл до конца коридора с дверью, сливающейся со стеной. Но она была закрыта. И тогда… не знаю, почему, решил поискать поблизости ключ. В общем, там три двери: мужской и женский туалет и что-то вроде кладовки со швабрами и всем таким. Сначала я, понятно, обыскал кладовку, потом мужской туалет, а потом, когда уже ничего не оставалось, пошёл в женский. Хотя вроде и стрёмно было…       — Только не говори мне, что в женском туалете ты нашел ключ!       — Нет, ключ я не нашёл, — не стал переубеждать меня Коля. — Зато я нашёл шпильку от волос! Ну и… кароче, я взломал замок!       — Чего?! — Вот в это я вообще никак не могла поверить. — Ты хочешь сказать, что умеешь взламывать замки?       У меня просто это не укладывалось в голове — Коля и взлом замков. Он всегда казался таким правильным, добрым, миролюбивым… Чтобы наш Коля — и взламывал замок?       — Я когда мелкий был, любил откашивать от физ-ры под предлогом, что у меня что-то болит, — внезапно ударился в воспоминания Коля. — Типа… у меня часто что-то не получалось, и все ржали надо мной, поэтому физ-ру я ненавидел и не хотел на неё идти. Но наш физрук, чтобы мы сильно не расслаблялись, всех, кто не занимался, отправлял сидеть в раздевалки, а сам закрывал дверь. И сидеть в раздевалке было не интересно. Тогда я и научился взламывать замки. Разумеется, самые простецкие и обычные. Но в этом ГЗУПИ мало чем отличился от обычной школы.       — Обалдеть!       — Ну это ладно. — Коля даже не придал значения моему удивлению и вернулся к той теме, которая сейчас, казалось, волновала его больше всего. — За той дверью был ещё один коридор — почти такой же, только без растений и короче. И в самом её конце расположен сейф.       — Ты ещё и сейф взломал? — поразилась я.       — Нет, сейф я не взломал. Даже пытаться не стал. Я установил крошечную микрокамеру и с её помощью подглядел код. Через день ходил проверять, но все было без результата. А когда вернулся с безумного футбола, оказалось, что именно в этот момент кто-то открывал сейф. Правда кто, не знаю — на камере видно только руки. Но явно какой-то мужик — руки волосатые были. А дальше уже дело оставалось за малым: открыл сейф, там была такая же стеклянная бутылка, как эта, только большего размера. Пришёл туда в следующий раз и отлил себе немного, затёр следы, убрал камеру… И начал свои исследования.       Я потрясенно смотрела на него — до конца поверить в эту шпионскую историю было сложно, особенно с участием Коли в качестве главного героя. Но он молчал, терпеливо дожидаясь моей реакции.       — Ладно, — наконец, выдохнула я. — А почему компонент тридцать восемь?       — О, тут начинается вторая часть! — оживился Коля. — Ну, как ты догадываешься, надпись я тупо скопировал с оригинальной бутылочки. А потом я попытался поискать какую-то информацию об этом компоненте. В интернете, в библиотеке… Нифига нет, конечно, ничего нигде. Поэтому у меня уже была мысль пойти с вопросами к Эдику. Пока я не наткнулся вот на это!       Он сунул мне в руки тоненький журнал, напечатанный на газетной бумаге. Обложка пестрела коллажем из фотографий, поверх которых жёлтыми буквами шла надпись «Подземные вести». Я вопросительно посмотрела на Колю, требуя объяснений.       — Купил вчера, почти рядом с универом. Не знаю, что за наваждение на меня нашло. А там попалась одна интересная статейка. Я загнул страницу.       Одарив Колю недоверчивым взглядом, я всё-таки нашла нужную страницу, и мне бросились в глаза строчки, жирно и криво подчёркнутые синей ручкой.       «На данный момент научному сообществу известно семьдесят два химических компонента, впрочем, нумерация которых идёт не по порядку. Самое большое порядковое число, присвоенное компоненту, — 115, что наталкивает на мысль о существовании ещё ни одного десятка ненайденных компонентов. Об их предназначении до сих пор идут споры, однако наиболее жизнеспособная теория, которой придерживается подавляющее большинство исследователей, утверждает, что в химическом коде компонента содержится важная информация о нашем мире — его происхождении и, возможно, будущем. Многие не исключает, что информация, заключенная в компонентах, поможет лучше понять природу энергии, квантовой дуальности, а некоторые полагают, что там зашифрована информация даже о кривизне времени, владея которой человечеству станут доступны путешествия во времени».       — Э-э-э… — Я оторвалась от журнала. — И ты хочешь сказать, что это статья про это вещество? — Я потрясла бутылочкой в воздухе. — А ты не думаешь, что это просто легенда для жёлтой прессы? Я как-то в это не верю.       — Да, понимаю твой скепсис! — торопливо закивал Коля. — Но Таня, ты пойми… Там дальше пишут непосредственно про компонент тридцать восемь! Что стало известно о наличии этого компонента на территории ГЗУПИ, и типа ученые не знают, откуда берется это вещество, но не рискуют менять его местоположение. Типа есть теория, что вещество повязано с местностью, в которой оно возникло. Ну и дальше там уже беллетристика про то, о чём может рассказывать этот компонент и описание тщетных попыток прочесть закодированную в нём информацию. Но Таня… а вдруг это правда? Вдруг в этом веществе содержатся важные сведения?       — Коля, ну а даже если и так? Что мы можем сделать? Ты думаешь, мы умнее всей этой толпы исследователей и сможем разгадать тайну вещества? Ты не думаешь, что нам надо просто оставить эту историю профессионалам? Пожалуй, вообще не стоило тебе красть оттуда вещество.       Я уловила, как во взгляде Коли промелькнуло разочарование.       — Таня, ну почему… Ты понимаешь, многие научные открытия были сделаны только потому, что кто-то когда не поленился попробовать. А сколько классных штук выросло из стартапов, зарождённых людьми, о которых раньше никто и знать не знал и не верил в их успех? Если не пробовать, тогда точно ничего не получится.       — Ну… да, пусть и так, — была вынуждена признать наличие рационального зерна в словах Коли я. — Но у нас нет необходимого оборудования и…       — Таня, у тебя интуиция есть? — перебил меня Коля, задав неожиданный вопрос.       — Вообще-то, нет.       — А вот у меня есть! — упрямо объявил Коля, повысив тон, что вообще случалось с ним крайне редко. — И вот именно сейчас оно вопит, что надо попытаться что-то делать! Не отрицай, что вокруг ГЗУПИ твориться много интересного! Ты действительно хочешь оставаться в стороне от всего этого?       — Ну-у-у… — В голове опять вихрем пронеслись события, произошедшие за последние полгода, и я чуть поникла головой, понимая, что даже если бы и захотела, оставаться в стороне, у меня уже бы не получилось. И раз моему другу требовалась поддержка, могла ли я ему отказывать в этом? — Ладно, и что ты предлагаешь?       — Вот тут уже сложнее, — стушевался Коля. — Я пока не знаю, с какой стороны подступиться. Поэтому у меня нет никаких идей, кроме как заныкать где-нибудь бутылку и ждать наваждения или вещего сна, типа как Менделееву периодическая система приснилась. И я хотел попросить, чтобы ты пока оставила её у себя.       — Э-э-эм, ну хорошо. Только почему?       — Не знаю, просто, — Коля пожал плечами. — Мне кажется, если я оставлю её у себя, я её потеряю. Или Валерик на меня нападет и отнимет. Короче, у тебя сохранней будет.       — Ну ладно. Только ты не медли со своими исследованиями, гений! — Я легонько толкнула Колю в плечо. — Не хочу надолго оставлять у себя всякие подозрительные компоненты.

***

      — Сегодня наш урок пройдёт в другом месте! — объявил Егор, когда мы пришли на очередное занятие по плаванью.       Студенты начали переглядываться и перешёптываться между собой — уж не пропустили ли они какое-нибудь объявление на предыдущем занятии? Ни никто ничего не знал и все, как обычно, пришли на пары, вооруженные купальниками и полотенцами.       — Подвальный бассейн! — объявил Олег, отвечая на неозвученный вопрос. — Он порядком больше бассейна, в котором обычно мы занимаемся. Ну и кроме того, вода в нём обладает некоторыми особыми свойствами. Вдаваться в подробности не стану — а то пока я вам буду рассказывать теорию, занятие закончится, и мы так и не поплаваем. Просто посмотрим, насколько ваша группа созрела для этой воды. Может быть, вам вовсе рано ещё туда лезть. Ну да время покажет. За мной!       Егор повёл нас по винтовой лесенке, расположенной в дальнем от входа на кафедру физической культуры углу. Казалось, спуск длился бесконечно долго, и я уж подумала, что мы пешком будем топать до самого подвала, но в какой-то момент мы вышли в коридорчик с двумя большими лифтами, грузоподъёмностью до пятнадцати человек. Этого хватило, чтобы группа смогла спуститься за один раз.       Мы оказались в просторном помещении без окон, в котором не было ничего, кроме нескольких дверей и квадратного люка в самом центре пола. Освещалось помещение холодным белым светом, излучаемым длинными лампами под потолком. Мне здесь было неуютно — помещение казалось уж слишком пустым.       — Так, раздевалки налево, спортивный зал — направо. Переодевайтесь и проходите в зал, — объявил Егор. — Быстренько разогреемся и полезем в воду.       Студенты шумной толпой отправились в сторону раздевалок. Я собиралась пойти вместе с ними, как вдруг Егор меня окликнул.       — Таня, тебе сегодня заниматься не надо. — Он приблизился ко мне.       — Почему? — оторопела я.       — Ну… у меня есть некоторые сомнения по поводу… твоей готовности. — Егор как будто пытался тщательно подбирать слова.       — Моей готовности? — Я была удивлена до глубины души.       Некоторые упражнения на занятиях Егора были такими сложными и даже безумными, но худо бедно я с ними справлялась. И хоть я не хватала звёзд, мои результаты были не самыми слабыми в группе. Я уж молчу, что за полгода занятий мои навыки плаванья сильно возросли, и природа опасений Егора мне была совершенно непонятна.       — Ну да. — Егор всё-таки настаивал на своём. — Погоди чуть-чуть, мне надо убедиться, что тебе безопасно лезть в воду, а пока поупражняйся в зале. Можешь с нами на разминку сходить.       В глубоком смятении, я отправилась в раздевалку, и, найдя свободный шкафчик рядом с Викой, стала переодеваться в спортивный наряд.       — Ты где застряла? — спросила Вика. Она уже переоделась и сейчас стояла с зажатой в зубах расчёской, собирая волосы в высокий хвост. — Ты что, не будешь переодеваться в купальник? — удивилась она, заметив, что я сразу же натянула футболку и легинсы.       — Егор сказал, что я не готова лезть в этот бассейн.       — Чего? — Глаза Вики поползли на лоб.       Как это ни странно, во всём успешная Вика особых достижений на занятиях плаваньем не демонстрировала. И она сама с лёгкостью признавала, что в этом деле я её обогнала. И если Егор на особо сложных заданиях разрешал тем, кто не уверен в своих силах, посидеть в стороночке, Вика с радостью пользовалась этим предложением, в отличие от меня, которая по максимуму старалась получить от занятий как можно больше пользы.       — Кажется, Егор чего-то попутал, — объявила Вика. — Ты явно готова больше, чем как минимум треть группы!       Я только пожала плечами. Наш тренер видимо придерживался другого мнения.       Разминка длилась всего пятнадцать минут — даже меньше, чем обычно, после чего Егор повел нас к люку в центре холла. Люк возвышался над полом примерно на полметра. Егор протиснулся между нависшими вокруг люка студентами и, оттащив крышку в сторону, торжественно объявил:       — Сейчас, товарищи бойцы, по сигналу вы по очереди будете прыгать в люк с интервалом в двадцать секунд. Пожалуйста, как только погрузитесь в воду, будьте любезны отойти, если не хотите, чтобы следующий за вами приземлился вам на голову.       — А там очень высоко? — спросила Вика, с опаской выглядывая из-за чьей-то спины.       — Достаточно, — лаконично ответил Егор. — Но прежде всё обходилось без несчастных случаев. Впрочем, если среди вас есть трусы, можно пойти длинным путем. И могу даже выдать особо одаренным спасательные жилеты. Есть желающие?       Все тут же замолкли. Никто не хотел прослыть трусом.       — Ну прекрасно, значит за жилетами идти не нужно! — Егор довольно потёр руки. — В таком случае, я сейчас вас покину, первым спустившись в бассейн. А вы ждите звуковой сигнал и по нему прыгайте вниз. Всем всё понятно?       Ответом ему послужило молчание.       — Прекрасно. Тогда я ненадолго вас покину! — И Егор развернулся, чтобы, видимо, дойти до этого «длинного пути».       У меня в голове промелькнула надежда «Неужели забыл про меня?», но стоило об этом подумать, как из толпы донёсся голос тренера.       — А ты не вздумай прыгать!       Я повернула голову в сторону, откуда донеслась эта реплика, и увидела Егора, уже успевшего отойти от нас на несколько метров. Поймав мой взгляд, он весело подмигнул и отправился прочь.       Я сердито уставилась ему вслед, сокрушаясь про себя на этот дурацкий запрет. Но от мыслей меня отвлекли голоса однокурсников, столпившихся над люком. По большей части сейчас среди них шли споры: одни боялись прыгать, а другие с напыщенной храбростью утверждали, что сделать это проще простого. Я оказалась оттеснённой от люка на задворки, однако следуя желанию хотя бы краем глаза взглянуть на бассейн, принялась проталкиваться сквозь толпу. Студенты, видимо осознавая моё ущемлённое положение, сами расступались передо мной.       Я заглянула в люк. В лицо ударил поток белого света — он был настолько яркий, что за ним невозможно было разглядеть воду. Как будто надо было прыгать в бесконечную бездну. Теперь мне стали понятны страхи моих одногруппников.       — Ну как, всё равно будешь прыгать? — шепнула мне на ухо Вика, оказавшаяся как обычно в первых рядах.       — Даже не знаю. — Я продолжала смотреть в люк. — Есть ли у меня на это право?       — Ну-у-у… как знаешь.       Раздался громкий звуковой сигнал.       — А! Пора прыгать! — один из наших одногруппников рванул к люку и, оттеснив нас с Викой в сторону, прыгнул вниз.       — Ну, кто будет следующий? — раздался чей-то голос из толпы.       — А давайте те, кто больше всех боится! — предложил кто-то гениальную идею.       — Точно! Давайте Вика!       — А, что? — Вика вскинула голову. Её специфичное отношение к воде заметили уже многие.       — Вика! Вика! — начала скандировать толпа.       Их перебил повторившийся звуковой сигнал.       — Ну, давай, Вика! Не задерживай толпу.       — Ладно уж, что с вами делать, — недовольно протянула Вика и, помешкав, с пронзительным визгом прыгнула в люк.       Я оказалась оттеснённой в сторону и слушала радостное копошение своих одногруппников.       — Эй, Танька, не скучай! — ко мне неожиданно подкрался со спины Андрей. — Давай будешь нашим тренером!       — Что? — растерянно спросила я.       — Держи! — Андрей сунул мне в руки секундомер. — Засекай время и давай команду делать прыжок.       Я уныло улыбнулась, но секундомер взяла. В конце концов, Андрей попытался мне хоть как-то поднять настроение, и я ему была за это благодарна. И через некоторое время я даже втянулась в роль строгого тренера. По истечению двадцати секунд я громко и сердито выкрикивала «Пошёл!» или «Пошла!», и этот незамысловатый спектакль даже дал мне возможность почувствовать себя причастной ко всеобщему оживлению.       Народа было много, однако толпа таяла быстро, и я уж не заметила, как осталось всего два человека.       — Пошёл! — зловеще крикнула я, не отрывая взгляд от секундомера, и Андрей провалился в глубину светового потока.       Осталась только одна Ангелина — я даже не знала, с какой она кафедры и пересекались мы только на уроках по плаванью, поэтому общения у нас как такового не было, лишь знали друг друга в лицо и здоровались в коридорах при встрече. Я досчитывала вслух оставшиеся секунды.       — …Три, две, одна. Прыгай, — уныло вздохнула я, понимая, что ещё мгновение, и я останусь здесь совсем одна.       — Не скучай тут одна, Таня! — хитро улыбнулась Ангелина. — Вон, в зале потренируйся, того и гляди, в следующий раз тебя с нами возьмут! — и она, показывая свою спортивную подготовку, прыгнула в люк головой вниз.       Я только чуть покривилась на её снисходительный тон. В общем-то, какое мне дело до её ехидных фразочек?       Я положила секундомер Андрея на пол рядом с люком и забралась на поребрик, глядя в низ.       — …Семь, восемь, девять…       Люк оставался открытым.       Пожалуй, прыгать стоит прямо в одежде — переодеваться в купальник просто-напросто некогда.       — …Тринадцать, четырнадцать…       А точно стоит прыгать? Олег почему-то запретил мне это делать. Вдруг есть на то действительно веское основание? Но почему он тогда не объяснил? И если его нет, почему запретил? Уж вряд ли бы тренер это стал делать из чистой вредности.       — …Семнадцать, восемнадцать, девятна-а-а-адцать…       Я замедлила счет, увидев, что люк плавно закрылся прозрачным, но плотным стеклом. Я присела на корточки и потрогала стекло — никаких способов снова его отодвинуть я не видела.       И тут мне стало настолько досадно, что на глазах выступили слёзы. Я села на поребрик и тупо уставилась на стекло, силясь сквозь пелену света разглядеть бассейн. Идти заниматься в зале мне не хотелось совсем. Я чувствовала себя аутсайдером, оказавшимся за бортом. А хотелось мне совсем другого — мне хотелось лидерства, триумфа, успеха, и бессилие от того, что я не могу никак повлиять на ситуацию, мне полностью отшибало руки. Что я должна была сделать, чтобы меня пустили в бассейн? И правда, что, если я в группе была даже не самой отстающей, но в итоге оказалась позади всех?       — Таня? — послышался за спиной тихий, осторожный оклик.       Одним движением я утёрла слезы, надеясь, что моя слабость не останется незамеченной, и обернулась. За моей спиной стоял Антон — уже мокрый после купания. Я тут же наклонила голову, в попытке спрятать за волосами покрасневшее лицо.       — Таня, я хотел спросить… — Он подошёл и сел рядом со мной.       Я ему не ответила. Что он хотел спросить спустя столько времени после нашей размолвки на безумном футболе? Может быть, раньше я и ждала, что он захочет со мной поговорить, но сейчас точно было не до того.       — Таня… ты хочешь в этот подвальный бассейн? — неожиданно спросил Антон. — Хотя бы, ну скажем, минут на двадцать?       — Да хотя бы на десять! — оживилась я, резко вскинув голову и забыв о том, что ещё мгновением ранее я прятала свои слёзы.       — Пойдём! — Он встал и протянул мне руку. — Под мою ответственность! Бассейн огромный — поплаваем в стороне. Сомневаюсь, что Егор тебя в принципе заметит. И если ты боишься, я буду рядом и подстрахую тебя. Нырять умеешь?       — Да.       — Отлично! Знаешь, там в этом бассейне мы не делаем никаких упражнений — просто плаваем. Я решил понырять и случайно обнаружил выход из бассейна, прямо под водой! Пойдёшь туда со мной?       — Конечно! — улыбнулась я. Мне вдруг стало очень приятно, что Антон вспомнил про меня, несмотря на нашу длительную паузу в общении.       — Тогда беги быстро переодевайся и отправимся в путь!       Я убежала в раздевалки и, быстро переодевшись, вернулась к Антону в купальнике. Он взял меня за руку и повёл к одному из коридоров, ведущих из зала с лифтами. Спустя минуту Антон остановился у круглой запылённой крышки очередного люка. Сейчас она была сдвинута, и под ней темнела непроглядная бездна.       — Там стремянка, — предупредил Антон, присаживаясь на корточки возле люка. — Предлагаю, я спущусь первым, а ты полезешь за мной, когда будешь готова. Перекладины расположены далековато друг от друга, но ты дотянешься. Главное, держись крепко.       — Эм…       — Не переживай, даже если сорвёшься — там вода, — объявил Антон. — Но ты не сорвёшься! — убедительно добавил он.       Лезть мне было всё-таки страшно. Но теперь уже отступать было поздно. Я кивнула, и Антон начал спускаться. Через несколько секунд он крикнул мне, что я могу следовать за ним, и я, придерживаясь за край люка, поставила ногу на первую перекладину.       В целом спуск был не особо сложным — ещё в родительском доме мне частенько доводилась залезать по стремянке на чердак. Эту стремянку делал мой папа собственноручно и, поскольку у него было ограниченное количество перекладин, располагались они тоже весьма далеко друг от друга. Так что мне было не привыкать. Единственное что, в темноте проделать этот трюк оказалось сложнее.       — Антон, — позвала я, совсем негромко, но акустика отозвалась таким громким эхом, что мне даже стало немного не по себе, — не страшно было прыгать в бассейн?       — Не страшнее, чем спускаться сейчас, — ответил Антон. По его интонации я слышала, что он улыбается. — Если расслабиться, кажется, что ты летишь, а потом вода очень мягко принимает тебя. Знаешь, она и правда какая-то… другая. Я бы хотел ещё раз прыгнуть.       — А как вы будете подниматься обратно? По этой лестнице?       — Не думаю. Там есть обычная лестница со ступеньками, ведущая к самому потолку. Думаю, оттуда мы и выйдем. А ты заберешься здесь! — бодро добавил он.       По правде говоря, возвращаться в это тёмное место мне совсем не хотелось.       — Таня, стой! — вдруг объявил Антон. — У меня уже одна нога в воде. Мы пришли! Я сейчас спущусь в воду, затем спустишься ты, и нырнув, мы окажемся в бассейне.       — Хорошо! — согласилась я.       Мои глаза уже привыкли к темноте, так что я даже смогла различить, где находится Антон. Ступив в тёплую воду, я подошла к нему, и вода оказалась мне примерно по шею. Антон взял меня за руку и объявил.       — На счёт три ныряем. Плыви за мной и не отпускай руку.       Мы с головой погрузились в воду. Сперва требовалось проплыть немного вглубь, но мне показалось, будто вода сама выталкивает меня на поверхность, будто на мне был спасательный жилет. Однако Антон ловко тянул меня в нужном направлении. Мы проплыли через небольшой тоннель, и как только миновали его, я увидела над водой поток света. Оставалось только добраться до поверхности, но у меня начал заканчиваться воздух. Из последних сил я, выдернув руку из захвата Антона, сделала рывок, вынырнула из воды и схватилась за боковую периллу у стены, жадно вдыхая воздух.       — Ну, как ощущения? — Антон вынырнул рядом со мной. В отличие от меня, казалось, заплыв его мало утомил.       — Круто! — всё ещё пытаясь отдышаться, ответила я.       Бассейн был огромным. Остальные студенты были в противоположной стороне, и на таком расстоянии я едва могла разглядеть их лица.       — Думаешь, нас не заметят? — спросила я.       — Уверен на все сто процентов! — заверил Антон.       — Даже немного жаль. Хотелось бы найти Вику.       — Ну, светиться нам явно не стоит, — справедливо заметил Антон. — Ты попробуй поплавать без поручня.       — А ты не знаешь, какая тут глубина?       — По ощущениям метра два с половиной. Но ты не переживай — вода тебя выталкивает наверх. К тому же, если что, я тебя подстрахую.       И я, поддавшись уговорам, отпустила поручень и поплыла вдоль стены.       — У тебя отлично получается! — подбодрил меня Антон.       — Надо же! Вода как будто действительно сама меня выталкивает! — восторженно воскликнула я. — Может быть, попробуем всё-таки отплыть немного в центр?       — Значит, уверенна в своих силах? — подмигнул Антон.       — Абсолютно!       — Хорошо! — неожиданно быстро согласился Антон. — Давай наперегонки до середины бассейна и обратно!       Я подплыла к нему, давая своё молчаливое согласие на его условия.       — На счёт три! — объявил Антон. — Раз, два…       Не дожидаясь «три», я сорвалась с места, решив, что могу себе позволить такую вольность — всё-таки я девочка. Антон, не теряя ни секунды, кинулся вдогонку и быстро поравнялся со мной. Войдя в азарт, я попыталась ускориться, но Антон продолжал плыть со мной в такт. Я подумала, что наверное ему бы не составило труда меня обогнать, но он мне поддавался.       Мы доплыли до середины пути, когда я почувствовала, что руки устали и захотелось отдохнуть. Забив на амбиции, я решила развернуться и доплыть до поручней и начала заходить в поворот. И вдруг мои глаза столкнулись со взглядом Вики, которая тоже чуть-чуть отбилась от стайки однокурсников, плескавшихся в другой части. Она смотрела на меня — совершенно точно, но почему-то казалось, будто она при этом меня не видит, словно смотрит сквозь меня. От этого даже стало жутковато.       — Эй, решила больше не торопиться? — чуть насмешливо спросил Антон, отвлекая внимание на себя.             Я сделала резкое движение вперёд и даже смогла его обогнать, но не прошло и четверти минуты, как я поняла, что силы полностью истощены, в то время как до бортика оставалось ещё приличное расстояние.       — Не могу, — полушёпотом проговорила я. — Не могу.       — Таня, чуть-чуть осталось! — В глазах Антона промелькнула обеспокоенность.       Мои ноги уже не могли одолеть сопротивление воды. Тело приняло почти вертикальное положение и неумолимо шло на глубину.       — Тону, — тихо выговорила я.       — Таня, плыви под водой! Под водой плыть легче!       Я скорее догадалась о смысле сказанных слов, чем действительно услышала их, но совет Антона послушно выполнила и, набрав в лёгкие побольше воздуха, нырнула под воду. В первое мгновение мне показалось, что как будто бы плыть стало легче, как вдруг в глазах потемнело и я, почти уже теряя сознание, попыталась выбраться на поверхность и глотнуть воздуха.       И в тот же момент Антон схватил меня за руку и рывком подтянул к поручням, за которые я тут же уцепилась.       — Смотри! Они как будто бы плывут сюда! — толком не отдышавшись, выдавила из себя я, указывая в сторону студентов, которые и правда теперь направлялись в нашу сторону.       — Наверное, обратили внимание на брызги вокруг нас, — задумчиво глядя куда-то мимо меня, проговорил Антон.       — Думаешь, они меня видели?       — Может и нет. — Антон посмотрел прямо мне в глаза, и я никак не могла уловить, что за сильная эмоция сейчас туманила его взгляд. — Они ничего не докажут, ты простой уйдёшь! К тому же от урока осталось всего четырнадцать минут. Тебе давно пора.       — А откуда ты знаешь время? — удивилась я.       Но Антон пропустил вопрос мимо ушей.       — Сможешь сама доплыть до выхода?       — Боюсь, нет.       — Ладно, тогда провожу.       Он схватил меня за руку и потащил за собой к подводному тоннелю. Уже у стремянки я поблагодарила его за такой необычный подарок.       — Да не за что, — отмахнулся он. — Лезь осторожно. А я поплыл — буду если что создавать для тебя алиби. Увидимся минут через двадцать! — и он нырнул под воду.       Подъём оказался как будто б даже проще, чем спуск. За пару минут я одолела стремянку и, плотно закрыв за собой крышку люка, рванула к раздевалкам. Требовалось всё делать быстро.       Переодевшись в сухую одежду, я бегала по коридору с маленьким феном в руках, пытаясь найти электрическую розетку. Оставалось пять минут, а мои волосы имели очень даже мокрый вид после многократного ныряния под воду. Наконец, я нашла розетку в уборной, но я понимала, что на сушку у меня остается минуты три-четыре — явно недостаточно, чтобы просушить длинные волосы. Поглядывая на циферблат наручных часов чуть ли не каждые десять минут, я одной рукой сушила волосы, а второй пыталась их расчесать, но не особо успешно.       До конца урока оставалась одна минута. Подержав ещё несколько секунд, я отключила фен и полетела в зал, на ходу собирая волосы в хвост. Корни к этому моменту почти высохли, но вот кончили до сих пор предательски сбрасывали капли воды. В зале я схватила первый попавшийся под руку баскетбольный мяч и принялась яростно отбивать его от пола. Это занятие первым пришло мне в голову. Но меня отвлекли громкие восторженные вопли — мои однокурсники вернулись из бассейна.       Я, деловито зажав мяч подмышкой, вышла в коридор.       — О, наша спортсменка! — Андрей, стоявший с краю горстки студентов, заметил меня первым.       Из люка в этот момент продолжали вылезать студенты. Как раз из него показалась Вика и, увидев меня, восхищённо воскликнула:       — Таня, бассейн просто отпад!       Значит, всё-таки не заметила. Мне стало даже немного досадно от этой мысли.       — Пока вы тут вылезаете, пойду-ка я в зал. Хочу забить ещё пару мячей в кольцо! — гордо вскинув голову и одарив Андрея пренебрежительным взглядом, я вернулась в спортзал.       Разумеется, ничего забрасывать в кольца я не собиралась, а вместо этого яростно отбивала мяч от пола, вымещая на нём свою досаду.       Почему меня нельзя было допустить к занятию? Я спокойно бы справилась! Почему? Ну почему?       Минут через пять дверь открылась, и в зал вошёл Егор.       — Таня, занятие окончено, — объявил он. — Мы всей группой возвращаемся на кафедру.       Я поймала мяч в руки и, изо всех сил пытаясь сохранить хладнокровное выражение лица, приблизилась к тренеру.       — Почему? — спокойно, глядя прямо ему в глаза, спросила я.       — А чего волосы мокрые? — вместо ответа спросил Егор, кивнув на мою причёску.       — От слёз. Почему? — Таня… ну это считай от природы. Ну… некоторым не стоит залезать в эту воду… Ну не всем дано. — Он небрежно махнул рукой и направился к выходу. — Пойдём наверх.       Я со всей силы швырнула мяч в пол, поднимая оглушительный грохот, отразившийся от стен зала.       — Мне дано, — холодно пробурчала я себе под нос, глядя вслед Егору.