Десятиклассники

Тимур, услышав голос за спиной, вначале от неожиданности вздрогнул, а потом резко обернулся. И не успел Даня моргнуть, как тот в два шага перепрыгнул через скамью и оказался рядом, захватив Исупова в крепкое кольцо своих объятий. И сразу стало тепло и правильно. — Посмей только ещё хоть раз удрать от меня! — сквозь слезы бормотал Данила. — Знаешь, что со мной было? Я чуть не умер! Я думал, что ты меня бросил! — А я думал, что ты меня, — со смешком отозвался Тим, а потом отступил, вспомнив, что они всё же находились в парке, в общественном месте, и все на них смотрели. Тимур, вне себя от счастья, что они с Данилой вот так просто и неожиданно повстречались, был готов скакать до самого неба. Они помирились!!! В общем-то, и не ссорились, просто, как обычно, перенервничали и не поняли друг друга. Мир для него вновь заискрился радужными красками, а боль, недавно сдавливающая грудь, исчезла, и он задышал легко и свободно. —  Я приходил, в домофон звонил, но ты не ответил, — сверкнул Асадов белозубой улыбкой. — Прости, я вчера напился, как свинтус и случайно уснул… Тимур… Что ты со мной сделал? Ведь я… Не могу без тебя! После какого-то времени, когда парни, наконец, объяснились, Асадов задал наиболее тревожащий его вопрос: — Дань… Только не обижайся, но я хочу спросить. А почему ты деньги мне все перевел? Не оставил себе свою долю? Брезгуешь их принять, так как победа моя оказалась нечистая? — Нет! — изумился Данила. — Я просто подумал, что лучше пусть они будут находиться у тебя. Будешь в кафе платить за нас двоих. И покупать сигареты. Мне их всё равно не продают. — Но, если вдруг что-то захочешь купить себе лично? Разве тебе ничего не надо? Вдруг кроссы новые или рюкзак? — изумленно приподнял бровь Асадов. — Нет, — с безмятежной улыбкой отозвался Асадов. — Ничего не надо, в самом деле. У меня всё есть. Ну, понятно! Тимур улыбнулся, мельком взглянув на дешевые китайские кроссовки друга. Но от комментариев пока предпочел воздержаться. — Тогда у нас, получается, образовался семейный бюджет? — настороженно уточнил он. — Типа, да, — зардевшись, согласился Исупов. — Согласен. Слушай, пошли ко мне, — пылко предложил Асадов другу. — Отца до завтрашнего вечера точно не будет. Он наготовил казан зачетного плова, а сам умотал к своей проститутке. Хата свободна. Я за тобой поухаживаю, пьяница ты мой ненаглядный. Уложу в кроватку, накормлю и напою сладким чаем. Кстати, я понял, как нам следует поступать впредь. Если вдруг возникнут какие-то тёрки, то просто брать на денек тайм-аут в отношениях, без лишних истерик. Ну, а потом, хорошенько всё обдумав, встречаться и разговаривать. Иначе нельзя, ведь мы слишком разные. — Тим, давай сядем и серьёзно поговорим. Мне нужно тебе кое о чём, а вернее, кое о ком рассказать… У нас возникла новая проблема. На тебя, похоже, имеет виды Иванов… И Даня, запинаясь, поведал Тимуру про вчерашние события, случившиеся с ним возле школы. Недовольно хмурясь, Тим выслушал всю эту историю. То, что Игорь начал делать ему сексуальные авансы, надо сказать, изумило юношу. С другой стороны, не так уж они ему были и неприятны. Ведь Игорь был симпатичным парнем. Но… Одно то, что тот пытался давить на Исупова, угрожал ему и пытался влезть в их отношения, вызывало в Тимуре резкий негатив, граничащий с ненавистью. Стараясь казаться внешне спокойным, он прокомментировал всё, что ему рассказал Даня. — Иванов мне тоже по телефону втирал, что я, типа, покоряю не те вершины, с которых всё время срываюсь. Придурок. Если не срываться с вершин, то их и покорять не нужно, они и так как лежат под ногами. Ничего, Дань, я его поставлю на место, да так, что он больше к нам и близко не подойдет. Вот же, сволочь! Никто и никогда не сможет встать между нами! Никто и никогда. Дома Тим, как и обещал, накормил Даню вкусным пловом, напоил сладким чаем и с комфортом разместил на диване, прикрыв его ноги пушистым пледом. Включил для друга фильмец с незатейливым сюжетом, а сам, решив побыть хорошим мальчиком, уселся за стол делать уроки на понедельник. Помятуя о том, что Даня ничего не знал, Тимур осторожно, будто между делом, опасливо на него поглядывая, сообщил о намечающемся поединке с Тайсоном, который планировал вновь сопроводить ставками. — Но, раз тебе всё это так до глубины души противно, назначат другого кассира,  — заверил Асадов. — Хотя, клянусь, тут уж смухлевать просто никак. Придётся честно драться. Но, представь, я не боюсь. Шкуру сдеру с этого гада! И ещё. Я собрался завтра поехать с Ивановым, чтобы показать ему площадку, где всё это будет происходить. И, кстати, заодно я намерен поставить его на место, чтобы он больше не чинил нам проблем и не смел распространять про нас грязные сплетни. Скоро станет шелковым, вот увидишь. Данила не успел высказать свою точку зрения на все эти надвигающиеся события, как вдруг лязгнул замок, и нежданно завалился отец Тимура! Тим от души сплюнул. Да что же это такое! Стоило ему пригласить друга, как тут же и папаша нарисовывался, уже во второй раз! Слава богу, что они хоть не трахались и были не голыми. Со стороны всё выглядело прилично. Тим вышел навстречу родителю. — У меня товарищ, Исупов Данила, — предупредил парень. — Пришел помочь мне сделать домашку, потом ему стало нехорошо, и он прилег. — Что случилось? — обеспокоился родитель, тут же завертев головой во все стороны и с подозрением втягивая ноздрями воздух. — Перепил вчера нечаянно, — с дерзкой невинностью пояснил Тим. Отец нашел данный аргумент вполне веским и переключил внимание Тима на их семейные заботы. — Так, слушай, сын. Завтра утром приезжает мой старший брат, твой дядя, Искандер. Он в Питере проездом, но я уговорил его задержаться на пару деньков и пожить у нас. — Великолепно! — тут же ощетинился Тимур, который ненавидел дядю Искандера за то, что тот однажды едва не оторвал ему ухо. — И где же, позволь поинтересоваться, он будет спать? — На твоей кровати, где же ещё. — Ха! А я, извините, где буду спать? На коврике у двери? — Да. Возьмешь одеяло и временно перекантуешься на полу. — Ну уж нет! — весь заполыхал Тимур. — Ведь вы, наверняка, захотите выпить и поболтать, поэтому мне тут делать нечего. Короче, я сливаюсь. Вон, попрошусь на пару дней к Исупову пожить. У них огромная хата, а родители его — люди гостеприимные. Тусить здесь с вами я не собираюсь, потому, что, когда вы нажретесь, дядя начнет меня воспитывать и бить, а мне это не нужно. Тим совершенно не удивился подобному развитию событий, так как все мужчины в их семье были ужасно жадные, и речь о том, чтобы снять для дяди номер гостинице даже не велась. — Хорошо, погости у товарища, — поразмыслив с минуту, согласился отец. — Как, кстати, тот поединок прошел? — Я победил. — Сколько срубил? — Достаточно. Отец с довольным видом кивнул, одобрительно потрепал сына по плечу и дал ему указания, чтоб тот к приезду родственника хорошенько прибрался, а сам отбыл по своим делам. После его ухода Тимур ступил к себе за занавеску, полагая, что Данила отлично слышал весь разговор. — Слушай, попроси родителей, может, разрешат мне побыть у вас, — сумрачно хмурясь, попросил он. — Иначе, похоже, мне придется жить в подъезде. Этот дядя Искандер — настоящий зверюга. Своих детей нет, поэтому он и меня ненавидит. Однажды чуть скальп с меня не содрал, когда я украл тысячу у него из кошелька. Но то давно было. В общем, выручай, Дань! Я буду хорошо себя вести. Честное слово. И куплю подарки твоей сестричке и маме. — Без проблем, — одушевился до слез растрогавшийся Данила. — Сейчас договорюсь со своими. Мать Дани спокойно отнеслась к просьбе сына и даже была рада, что в школе у Дани наконец-то появился друг. Поэтому, разумеется не отказала. — Пусть мальчик поживет сколько нужно, мы совсем не против, — заверила она. — Только отец передает, чтобы вы квартиру не спалили и соседей не затопили. Завтра вечером мы приедем. Смотри, чтобы был порядок. — Передай папе, что мы будем паиньками, — радостно пообещал Данила родителям. — Спасибо тебе, мам, обнимаю. Ждем вас завтра к вечеру, Настёну чмокни за меня в нос. После чего он предложил другу помощь по уборке квартиры. Ему так и не терпелось остаться, наконец, вдвоем, а тут, будто сам случай с этим дядей свалился чудом с небес. С уборкой они справились быстро. Пока Даня убирал кухню, Тимур успел поменять постельное белье, пропылесосил и где-то промахнул полы влажной тряпкой. После Асадов сложил в рюкзак чистые носки, трусы и, на всякий случай, свежую футболку и парни со спокойной душой покинули прибранную квартиру, отправившись к Даниле. По пути Тимур решил зайти в магазин и купить чего-нибудь. Он попросил Даню подождать на улице, а сам спустился в свой полуподвальный магазин и вышел с полным пакетом всякого «добра». На вопрос: «Что у тебя там?», Тимур отшутился и сказал, что тот увидит всё дома. Так они и дошли до квартиры Исуповых, как всегда, дурачась по дороге. — У меня тут небольшой беспорядок, извини, из-за моей пьянки ничего не успел прибрать, — начал оправдываться Даня, с порога собирая разбросанные вещи. Он прошел вместе с Тимом на кухню, и тот выгрузил из пакета упаковку из шести баночек пива, которую поставил охлаждаться в холодильник, затем высыпал на стол кульки с чипсами, сухариками, упаковки мороженого и прочую ерунду. Среди всей этой кучи на стол упала пачка презервативов. Даня, увидев серебристую ленту, густо покраснел, но сделал вид, что ничего не заметил. — Продавщица всегда дает мне их на сдачу, — пояснил Тимур. — Не знаю, почему. — Ох, шутник мой, иди уж в душ, — взволнованно отозвался Исупов, — Я разложу продукты и присоединись к тебе. Асадова дважды уговаривать не пришлось. Он притянул Даню к себе, чмокнув того куда-то в область шеи, и промурлыкал, что будет ждать его с нетерпением. Как только Тимур ушел в ванную комнату, Даня ринулся к себе. Необходимо было убрать все следы вчерашней пьянки. Наскоро примарафетив комнату, он схватил из шкафа два банных махровых полотенца и зашел в ванную комнату. От испарений горячей воды там было уже тепло и влажно, а под щедрыми струям, во всей красе, намывался обнаженный Асадов. Данила отодвинул шторку и принялся любоваться красивой фигурой своего парня. Тот стоял к нему спиной. По его смуглому телу соблазнительно быстрыми ручейками струилась вода. Даня какое-то время завороженно любовался этим зрелищем. Он завидовал каждой капле, что ласкала безупречную кожу, эту стройную и поджарую фигуру. Взгляд юноши жадно впился в упругие красивые мышцы его ягодиц. «Какая попка!» — восхитился Исупов. С хитрой улыбкой он быстро достал из кармана телефон и сфотографировал Тимурову задницу. На щелчок парень обернулся и вопросительно уставился на Даню. — Можешь и мою сфотографировать, — сияя улыбкой, застенчиво пробормотал Данила. — И вообще, должен я иметь фото любимого? На что-то же я должен дрочить, когда тебя нет рядом? Ну-ка, встань красиво, я ещё и это сфоткаю… — указал он на возбужденный член друга. Тимур ему тут же пообещал, что, если тот сейчас же не разденется и не залезет к нему в душ, то его телефон будет фотографировать нечто другое, путешествуя по трубам канализации. — Тебе зад мой приглянулся, извращенец? — тщетно пытаясь прикинуться злым, разомлел от счастья Тимур. — Это, в твоём понятии, фотки любимого? А я-то, наивный, думал, что ты повёлся на моё одухотворенное лицо и прекрасные глаза! И они оба захохотали. Тимур предложил Даниле попытаться ущипнуть себя за задницу, но у того не получилось, настолько она была каменная и мускулистая, просто не зацепить, пальцы скользили. В ответ Тимур без труда ущипнул Даньку за зад, и они начали беситься и толкаться. Упали в ванную, подняв кучу брызг и залив весь пол, да ещё задели кран и окатили себя ледяной водой. Даня оказался сверху, и они принялись безумно целоваться, почти кусаясь, но большего Тимур пока не допустил. Вскоре он, прихватив полотенце, удрал от него в спальню, оставив друга в одиночестве подтирать залитый пол. Это был такой невероятный кайф, что можно, ничего и никого не боясь, вот так свободно ходить по квартире обнажённым, зная, что точно никто не застанет и проводить время с любимым. Тим завалился на кровать и принялся ждать Даню. Что же, первую часть программы они уже выполнили — соседей наверняка затопили. Осталось спалить весь дом. Вскоре они уже лежали вместе, все влажные, с мокрыми волосами, зябко вздрагивая и безумно ласкаясь. — Ты тоже невероятно красив! — прикрыв глаза, бессвязно, будто находясь в бреду, бормотал Тим, — Ты такой красивый, просто моя мечта. Мой несбыточный эротический сон. Я даже боялся на тебя посмотреть, заговорить с тобой. Не знаю, как тогда храбрости набрался. И они потеряли счет времени, настолько увлеклись друг другом и своими ощущениями, без перерыва целуясь, брали по очереди в рот, кувыркались, сминая постель, и даже не запоминая, сколько раз кончили. Конечно, Тиму невероятно хотелось засадить ему, но пока он не смел поднимать этот вопрос. Не пришло время, они ещё не стали настолько близки, чтобы полностью друг другу отдаться, навсегда и без остатка. Потом своё взяли голод и жажда, и парни вспомнили про купленные вкусняшки. Словно боги в первозданной красоте, они расположились кушать обнажёнными, кормили друг друга с ложечки вареньем и мороженным, и без конца говорили о какой-то ерунде, которая казалась им сейчас такой важной, оба счастливые до одури. После перекура Тимур, который умел творить чудеса, попросил у Дани тонкую проволоку, сделал из неё рамку, навел в мисочке по секретному рецепту раствор из шампуня и моющего средства для посуды и, к полному восторгу Данилы, позвав его на балкон, к восторгу гуляющей внизу детворы, принялся выдувать огромные мыльные пузыри, которые, даже оседая на асфальт не лопались, настолько были крепкими, и сияли, переливаясь, всеми радужными цветами флага ЛГБТ. А потом парни включили музыку и танцевали, взявшись за руки, кружились по комнате, пока не начали качаться и не свалились на кровать, чтобы перевести дыхание и опять целоваться. — Сегодня я — самый счастливый человек, — признался Тим, прижимаясь всем телом к другу. — Не знаю, что со мной будет дальше, кем я стану и сколько проживу, но этот день я не забуду никогда! И ты поклянись, что никогда не забудешь! Позже, прихватив пару баночек пива, они забрались под одеяло и смотрели самые страшные ужастики. Тимур умел очень смешно комментировать, и они оба покатывались со смеху. Они поклялись сегодня не спать, но всё же задремали к утру, так и не досмотрев последний фильм, под вопли пожираемых людоедом неудачников. А утром пришлось вернуться в жестокую реальность. Тимуру позвонил отец и настоял, чтобы тот из приличия поехал с ним на вокзал встретить дядю Искандера. Лицо Тима мигом омрачилось, но он подчинился и принялся неохотно собираться. — Дань, примерно в двенадцать мы с Ивановым за тобой зайдем и поедем вместе смотреть площадку для проведения поединка, — коротко напомнил он другу. — И, сразу предупреждаю, что бы не происходило там между мной и Ивановым — не вмешивайся. Усёк? — Усёк, но поклянись, что ты не сделаешь ничего, что бы могло тебе навредить. Будь благоразумен, — как можно деликатнее попросил Данила. — Я не знаю, как мне от тебя уйти, — сквозь зубы стонал Тимур, в очередной раз обняв за плечи и привлекая Данилу к себе. — Господи! Черт! Я даже дышать без тебя не могу! Буду считать секунды до нашей встречи. — То же самое, Тим. Сам не знаю, как выживу. Единственное, о чем прошу, держи себя в рамках. Иванов не сможет нас разлучить. Поэтому, пожалуйста, отнесись к нему снисходительно. — Я детей не избиваю, — нервно хохотнул Тимур, окатив Данилу жаром черных глаз. — Не переживай. Все останутся живы.