Десятиклассники

Если Тимур Асадов в тот вечер чувствовал себя абсолютно счастливым, то Исупов Данила, наоборот, пережил самый настоящий кошмар. Маме пришлось оставить дома одну больную Настену, лежащую с температурой, и поехать с ним в травмпункт. Хоть Данька и отчаянно сопротивлялся, твердил, что не надо, родительница оказалась непреклонна. Там ему наложили гипс на руку, составили справку с подробным описанием всех синяков и шишек, полученных при падении. Данила не посмел солгать и откровенно признался, что чуть не стал виновником ДТП, оттого и пострадал. И всё бы ничего, ведь через несколько часов они уже вернулись домой. Как вдруг вечером к ним заявился участковый полицейский! Мама, готовая рухнуть в обморок, пропустила его в квартиру. А мужик в форме с порога заявил: — Из травмпункта поступил сигнал, что проживающий здесь подросток получил серьёзные травмы и ушибы, похожие на побои. Я пришел, чтобы исключить факт бытового насилия. Или же… Подтвердить его. Уважаемая родительница, я обязан в вашем присутствии допросить Данилу Исупова. Данька и его мама шокировано переглянулись. У Исупова буквально земля поплыла под ногами. Он не верил ни глазам своим, ни ушам. А участковый, получив разрешение на допрос, на него накинулся, словно алчный пес: — Скажи, Данила, только отвечай честно. Каким образом ты получил ушибы запястья, левого бедра и поясницы? Очень похоже на то, что тебя избили. Кто и при каких обстоятельствах это сделал? Имей в виду, что сейчас много, где расположены видеокамеры, поэтому лгать не имеет смысла. Мы всё равно, рано или поздно, узнаем правду. В итоге Данила с обречённым видом и весьма подробно описал всё, что случилось. Увы, ему пришлось назвать имя Тимура Асадова. — Тимур Асадов, говоришь, твой одноклассник? — хищно и недоверчиво прищурился полицай. — Хорошо. Так и запишем. Ему тоже придется дать показания. А вы, гражданочка, — обратился тот к маме, — позаботьтесь, чтобы супруг ваш завтра вечером оказался дома. Вам нанесет визит инспектор по делам несовершеннолетних. И, скорее всего, Данилу назначат консультации к подростковому психологу. Вот так! Данька сидел, словно громом сражённый. Подобное развитие событий не могло ему присниться даже в самом кошмарном сне. Но основная часть программы развернулась, когда в двенадцатом часу ночи с работы вернулся отец. Выслушав от мамы последние новости, он решительно поднял Даньку с постели, вызвав на кухню для беседы. — Признавайся, — долго и монотонно пытал он. — Что у тебя с Асадовым? Мне кажется, этот парень имеет садистские наклонности. Он доминирует над тобой? Бьет, может быть, даже принуждает к сексу? Психологически привязал к себе, а ты теперь не смеешь ответить отказом и не знаешь, как выпутаться? — Нет, — задыхаясь от слез, качал головой Данила. — Он вовсе не такой! Пап, хочешь верь, хочешь нет, но на самом деле, это я над ним доминирую! Он и пальцем никогда не посмеет меня тронуть. Напротив, Асадов спас мне жизнь. И Данила сбивчиво рассказал родителю, что случилось. — Значит, вы с ним поссорились, и ты несся через дорогу, не замечая ничего вокруг, — резонно парировал Исупов-старший, — а он бежал за тобой? Данила вздохнул, ведь, как ни печально, в этих словах прозвучала некоторая истина… — Пока твой Асадов не появился, в нашей семье проблем не было, — продолжал отец. — А теперь, глядишь, нас на учет поставят, как неблагополучную семью, а потом, при повторном аналогичном инциденте, не дай Бог, запросто родительских прав лишат! И пойдете вы с Настеной по приемным семьям или интернатам. Ты этого хочешь? Данила, прошу, тебе следует сократить до минимума общение с этим юношей. А лучше всего поставить в них точку. Тяжело и прерывисто дыша, Данила всё это выслушивал, а сам пересылал домашку Асадову, наспех сделанную в то время, когда его отчитывал отец. — Ты теперь на больничном? — завершил свою речь Исупов-старший. — Так, Данечка. С завтрашнего дня я на неделю помещаю тебя под домашний арест. Никаких выходов из дома или посещений. Особенно, это касается твоего Асадова. Чтобы духу его и близко не было. Когда эти слова прозвучали, Данила замер. Похоже, случилось самое страшное из всего, что он мог предположить. Ему запретили встречаться с Тимуром! Но… Это было просто невозможно! Завтра должен состоятся поединок между Асадовым и Кулаковым. И он обязан находиться рядом с другом! С тем человеком, который его так любил, был предан всей душой, спас ему жизнь. Так сладко ласкал и целовал, как ему никогда и не снилось. Стал нежданно сбывшейся мечтой. С того момента все мысли Исупова были заняты тем, как завтра безнаказанно улизнуть из дома. К приходу инспектора по делам несовершеннолетних отец должен был явиться домой до двадцати часов вечера. Значит и Данила должен был быть на месте к тому времени. Но как же уйти, если ему запретили? Пока в квартире царила одна мама. Конечно, можно было схватить ботинки, куртку и сбежать, но тогда бы поднялась паника. Данила толком не спал ночью. Всё мучился, ворочался, думал и думал. Сильно переживал. Боялся, что под раздачу попал и Асадов, а у того и так с отцом отношения далеко не сахарные. Утром Даня получил информацию от друга, что поединок с Кулаковым Асадов назначил на шестнадцать часов. Сбор возле ближайшей станции метро в пятнадцать часов пятнадцать минут. И с того момента он нетерпеливо поглядывал на часы. Вышел к столу, вежливо поздоровался с мамой, позавтракал, выслушал нотацию о том, что Асадов ему неподходящая компания. А в три часа дня полностью оделся и решительно шагнул на кухню: — Мам, я ухожу, — громко, ясным голосом оповестил он. — Извини, но мне необходимо сейчас быть в другом месте. Это ненадолго, часа на два-три. К приходу папы и всех остальных монстров я уже точно вернусь. — Но… — отчаянно всплеснув руками, залепетала мама. — Даня! Ведь отец запретил тебе выходить! Что же я ему скажу? — Что захочешь, то и скажешь, — равнодушно отворачиваясь он неё, бросил Данила. — Можешь сдать меня, а можешь и промолчать о том, что я ослушался. Твоё дело. Решай сама. И с этими словами в начале четвертого он вылетел из квартиры. Не дожидаясь лифта, пронесся по лестнице, попутно отправляя Асадову послание. «Тима, у меня большие проблемы. Нам нужно срочно увидеться и быстро переговорить.» И в ответ тут же поступило: «Бегу на наше место в парке. Люблю. Надеюсь, что ты веришь в мою победу». Через несколько минут парни встретились и крепко обнялись. — Ну, говори, бедолага, что там у вас стряслось? — с ласковой, чуть насмешливой улыбкой поинтересовался Асадов. А Данила испытал жгучий прилив стыда. Во-первых, за поднятую панику. Проблемы взрослые, семейные, на самом деле, и сам бы мог разобраться. А во-вторых, из-за того, что беспокоил и волновал друга всего за несколько минут до серьёзной схватки. — После травмпункта к нам домой участковый приходил, всё выспрашивал. Мне пришлось признаться, что ты спас меня, вытащил из-под колес. Так он сказал, что и к тебе придут, — как можно более лаконично и деликатно, пряча взгляд, с трудом вымучил из себя Исупов. — И всего-то? — беззаботно рассмеялся Тимур. — Ничего, переживу. Пусть приходят. — И ещё… Папа сказал, что нам пока не следует встречаться. На время больничного под домашний арест меня загнал. — Но больничный рано или поздно закончится, а школу же никто не отменял? Значит, видеться будем. Дань, поверь, мне достаточно просто быть рядом с тобой, чтобы чувствовать себя счастливым. Получать хоть одну смс-ку в день со словами, что ты меня любишь. Остальное неважно. Перетерпим. — Какой же ты романтик, просто диву даюсь! — в свою очередь просиял Данила. — И я так же считаю. Перетерпим, конечно! Идем? — Да, пора, — кивнул Тимур. — Настал момент истины. Тайсон непременно притащит потаращиться на драку свою дурынду, Черепенкову. Так вот. Твоя основная задача — контролировать её поведение, присматривать, чтобы она в процессе не вмешалась в бой. Болтай что-нибудь, отвлекай её, лишь бы она не принялась орать и нас разнимать. Усёк? — Ух! Усёк… Сегодня, Тима, похоже, я буду твоим оруженосцем, а ты — моим принцем. И парни, взявшись за руки и наплевав, таким образом, на мнение всех, кто находился вокруг, поспешили в сторону метро.