Амнезия:Без памяти влюбиться

      Чувства – бесполезный атрибут. Любовь – обман. Женщины – предательницы, нужны только для удовлетворения физических потребностей, ну и для продолжения рода. Никто не имел права оспаривать слова отца, кроме оябуна, но и тот не пытался этого делать. Поэтому для ребёнка это стало истиной, примерно с того момента, когда мать ушла, а он остался окружён служанками и злостью отца.       Играть с людьми было весело, Сэт понял это довольно быстро, а если это делать для собственной выгоды, то становилось ещё веселее. Манипулировать девочками и женщинами было довольно легко, все покупались на его милое лицо, золотые волосы и глаза, и на мужчин в большей степени тоже действовало безотказно.       Отец – старший советник в клане Суна, и его светловолосый сын всегда были окружены разными людьми для экспериментов. Манипулировать кем угодно себе во благо было удобно и полезно. Ему не нужно было пробиваться по иерархической лестнице с самых низов, он с детства стоял на высокой ступеньке и вполне был готов сделать всё, чтобы оказаться на самом верху. Даже отец не до конца понимал, какого изворотливого монстра взрастил своими словами. Сэт рано стал интересоваться делами клана и всюду таскался за отцом, к тому же кумитё* не был против и, посмеиваясь, говорил, что готовится достойная смена для советника.       Сэту было тринадцать, когда он познакомился с Кейном Кэрт. На очередном приёме в главном доме они просто зацепились взглядами, и молния, что вспыхнула, могла бы разнести половину имения, но ни один из них, в тот момент, даже и представить не мог, насколько тесно переплетутся их судьбы . Их представили друг другу, посмеивались, подметили возможное будущее сотрудничество, и после этого они разошлись. Они даже толком ни разу не говорили, конечно, каждый раз здоровались, но не пытались продолжить общение, так как между ними не было общих дел. Просто знали о существовании друг друга, хотя Сэт каждый раз ловил на себе чужой взгляд и сам каждый раз искал Кейна в толпе. Они не были друзьями или врагами, их даже знакомыми назвать можно было с трудом.       Судьбоносная встреча случилась через три года. Сэту было шестнадцать, он уже потерял свою мальчишескую миловидность и формировался как молодой мужчина. Он не заводил серьёзные отношения, менял девушек сразу, как только они ему надоедали, заглядывался на парней, но пока не был до конца уверен, хочет ли заводить подобного рода отношения.       Кейну было девятнадцать, он готовился стать полноправным приемником, жениться на девушке, которую видел от силы раза три. И пока была возможность, отрывался по полной, особо не разбираясь в партнёрах. Уже через год с небольшим придётся забыть о свободе и стать серьёзным, ответственным взрослым, женатым мужчиной, брать под управление «Спектру», а пока была возможность – впитывать знания, которые ему давал отец.       Они встретились в клубе, просто столкнулись у барной стойки и поздоровались, скорее по привычке. Встретившись взглядом, вновь испытали чувства, как от той молнии, что полыхнула меж ними в первую встречу.       — Разве тебе можно бывать в подобных заведениях? – Кейн улыбнулся, оценивая парня взглядом.       — А тебе? – Сэт обаятельно улыбнулся в ответ, он не помнил его возраст, но точно знал, что у них не очень большая разница.       — В отличие от некоторых, – прошептал Кейн ему на ухо, – мне почти двадцать, – и уже сев прямо, добавил, – я могу находиться где угодно, пока не обрёл кандалы власти, – он поднял бокал за его здоровье.       — А мне всегда всё можно, – Сэт поднял свой бокал, столкнув с его. – Значит, отрываешься пока можешь?       — Именно так. Нужно наслаждаться жизнью, пока молодость не прошла. Ты со мной согласен?       — Более чем, – Сэт сделал глоток и снова одарил его мягкой улыбкой.       — Повтори мне и моему другу, – обратился он к бармену, – ты же разрешишь себя угостить? Или не пьёшь крепкое?        — Да, я открыт для угощений, – Сэт подмигнул ему. — Пью, но люблю разбавлять с чем–то сладеньким, – он коснулся большим пальцем нижней губы. — Мы ведь никогда с тобой толком не разговаривали.       — Я рад, – он улыбнулся. «Его жест... может ли быть знаком? Ах, какой же он милый. Надо признаться, я постоянно ищу его взглядом в толпе, когда проходят общие сборы «Спектры» и глав кланов. Сердце трепещет, ведь мы впервые так близко друг к другу, да и говорим тоже впервые, что же это? Помешательство?» – задумался он. — Да, на этих приёмах, таким как мы, ставят много задач — поведение, знакомства, – он взял бокал, который подал им бармен.       — Это точно... Держать лицо, не опозорить клан, не сказать ничего лишнего, – Сэт кивнул, подтянув к себе другой бокал. — О, я придумал тост. За свободные вечера! — «Не думал, что его можно встретить в подобном месте. Всегда собранный и строгий на приёмах, под стать своему отцу, я думал он такой же скучный и в свободное время. Но я рад, что это не так. Почему–то так тепло внутри, наверное, от алкоголя».       — Согласен, – он кивнул и отпил из своего бокала, – я ждал приятеля, но в последний момент он написал, что не придёт. Составишь мне компанию на этот вечер? – кивнув, он предложил сесть за один из свободных столиков.       — С удовольствием, – Сэт взял свой бокал и, отлепившись от барной стойки, первым направился к свободному столику, чуть покачивая бёдрами в такт музыке.       Уже за столиком они продолжили беседу, только она всё равно оставалась какой–то напряжённой. Чувствовалось, что ни один не мог толком расслабиться в присутствии друг друга.       — Вот мы вроде в таком месте, – Сэт обвёл рукой танцпол, – а ощущение, что мы на сраной светской беседе, не хватает ещё неискренне посмеиваться. Ты вообще умеешь расслабляться? А танцевать? Ну, двигаться в такт музыке. А нормально напиваться? До похмелья и желания умереть поутру, а? – он подпёр подбородок ладонью, наблюдая за меняющимся выражением его лица.       — Вот так, да?! – возмутился Кейн. – Ты хочешь бросить мне вызов? Не нравится культурно проводить время? – он ехидно улыбнулся.       — «Нужно наслаждаться жизнью, пока молод», – Сэт с не меньшим ехидством передразнил его слова. – Разве не скучно проводить его культурно? – он прислонил бокал к губам и провел языком по борту, а после сделал глоток.       — Окей, – он поднялся со своего места и размял руки, – танцевать я вроде как умею, по крайней мере, никто не жаловался.       — Не поверю, пока не увижу, – Сэт поднялся, опрокинув в себя остатки коктейля. Он двинул бёдрами, чуть толкнув его. – Двигайся, котик!       Они танцевали, периодически прерываясь на выпивку. Никто не хотел уступать в этом танцевальном баттле. Их первая свободная встреча за долгие годы, слишком быстро наполнялась ласковыми прикосновениями друг к другу. То, о чём они даже не могли подумать, начинало незаметно воплощаться в жизнь. Кейн, как и Сэт, много с кем встречался, прожигая свою юность, никогда по–настоящему не влюбляясь, и вот, кажется, судьба начала свою игру сразу с обоими.       За вечер и не счесть, сколько было выпито коктейлей, и чем выше становился градус в крови, тем откровеннее были разговоры. Они на тонком уровне понимали, насколько близки друг к другу, чувствовали, почему каждый раз на приёмах искали друг друга в толпе, но не признавались в этом даже себе.       – Поехали ко мне? – Кейн обсыпал бледную шею поцелуями, в танце прижимаясь к нему со спины и чувствуя в теле такую легкость, какой не было ни с одним партнёром.       — Поехали, – смело согласился Сэт, словно ожидая этого приглашения.       Смеясь, он потянул парня на выход из клуба. Пока они шли, освещённые лишь редкими прожекторами и неоновой подсветкой на стенах, Кейн любовался узкими бёдрами паренька, обтянутыми тёмными джинсами, и тепло его ладони было самым настоящим из всего, что его когда-либо окружало. Сэт был горячим, как раскалённый песок, так и стремился просочиться сквозь пальцы.       Пока они ждали такси, танцевали под ещё доносящуюся из клуба музыку и целовались, словно это был чёртов последний день. А когда хихикая, вываливались из такси, таксист смотрел на них с явным осуждением, но им было плевать, потому что они были молоды и пьяны до такой степени, что утром обещали не вспомнить, что они творили ночью.       Уже в своей квартире Кейн первым делом прижал Сэта к стене, с упоением вылизывая его рот. На губах уже не осталось сладости от коктейлей, но целовать его было всё так же восхитительно. Сэт отвечал, забравшись пальцами под чужую хенли и оглаживая голую кожу, но в какой–то момент всё же немного оттолкнул его от себя.       — Животное, – он осторожно пролез под его рукой и прошёл в комнату, по пути раздеваясь.       — У тебя у самого уже стоит, – Кейн хмыкнул и последовал за ним, быстро стягивая с себя хенли, а за ней и штаны.       — Хочу иметь возможность подтащить подушку себе под спину, – Сэт повалился на футон, ногой отталкивая и узкие джинсы, и бельё, ёрзая на постели, как довольный кот.       Кейн на секунду замер над ним, обводя взглядом юношеское тело. В бледном свете, кожа казалась ещё светлее, словно в его дом пробрался юный вампир, и он совсем не был против этого гостя. Сэт пнул его пяткой по ноге, подбадривая и совсем не стесняясь себя, раздвинул ноги. Кейн сглотнул, стянув джинсы и бросив бельё. У него уже были парни, но никто из них не предлагал себя так беззастенчиво открыто. Он опустился рядом с ним на колени, оглаживая бёдра и оставляя влажные поцелуи на подбородке и шее. Сэт был требовательный до ласки, легко отзывался на каждое движение и прикосновение, но всё равно не позволил начать растягивать себя без смазки. На удивление Кейн даже был не против ему подчиниться, уж слишком ему нравился вид и голос, да и вообще всё.       Они целовались так яростно, словно боролись за первенство. Комната быстро наполнилась пошлыми постанываниями и хлюпающими звуками. Алкоголь туманил голову, но нисколько не унимал желание. Кейн толкал пальцы в горячую податливую дырку и был готов всё отдать, чтобы наблюдать эту картину снова и снова. Свет луны, струящийся через окно, играл на влажной коже, заставляя её сиять. Золотые глаза, казалось, каждый раз вспыхивали, когда Сэт чуть шире открывал их.       Кейн в очередной раз развёл внутри пальцы и вытащил , уже предвкушая заменить их членом, когда Сэт вдруг оттолкнул его и, приподнявшись, перевернулся на живот, специально проехавшись ягодицами по его животу и члену. Кейн зарычал и, ухватив его за бёдра, взял его, уже не сдерживаясь. Сэт уткнулся лбом в подушку, прогибаясь в спине под быстрыми толчками. Кейн не сдерживался, он крепко удерживал его бёдра, чтобы было удобнее, и был окончательно пленён этими сведёнными лопатками и взмокшим затылком. Он с упоением вбивался внутрь и вскоре кончил, осыпая бледную спину поцелуями и засосами. Сэт под ним хватал воздух, потом потянулся к себе, и, застонав, в пару движений довёл до оргазма, сильнее прижавшись грудью к матрасу. Кейн устроился рядом, целуя его в висок и бережно подтягивая к себе. Они заснули почти сразу, даже не попытавшись добраться до ванны. Можно было назвать этот вечер судьбоносным. Казалось бы, после такого утром их должна была одолевать неловкость, как у Кейна иногда бывало со случайными партнёрами, но этого не случилось. Сэт заставил его сварить для себя кофе, пока был в душе, а когда вышел, уверенно заявил, что в следующий раз они попробуют другие позиции. Кейн был ошеломлён таким единоличным решением, но не стал возмущаться, а только посмеялся.       С этой случайной ночи начались их регулярные встречи. Они делились друг с другом тем, о чём не расскажешь никому из окружения: своими мыслями и желаниями. Делили всё это на двоих, словно остального мира не существовало. Ни один из них не чувствовал такого родства души ни с кем. То они тонули в нежности друг к другу, то словно боролись за главенство, тренировались в остроумии и делали вид, что всё это не серьёзно. Хотя каждый в глубине души понимал, что всё это уже давно вышло из–под какого–либо контроля и чем дальше продолжалось, тем сильнее казалось, что разрыв сожжёт их обоих.       Они умудрялись находить время на поцелуи и не только, прямо на важных встречах кланов и «Спектры», прячась в туалете или подсобных помещениях – этот адреналин заводил обоих и придавал особую изюминку их "отношениям". Они встречались на протяжении года, всё это время страстно любя друг друга. Но каждый из них врал сам себе, что это всё ещё лёгкая интрижка, каждый раз всё больше и больше стараясь запутать сами себя, обмануть своё сердце. Старались не замечать, что прощания становятся дольше, и делали вид, что каждое расставание не отзывается болью в груди.       Очередной выходной они проводили вместе. Сэт ещё валялся в постели, разнеженный после оргазма и лениво наблюдал за тем, как Кейн собирался.       — И куда ты собираешься?       — Закончилось, – тяжело вздохнул он, — всё закончилось. У меня сегодня встреча. Тебе тоже пора собираться и уходить, – Кейн поправил ворот рубашки.       — Вот так просто гонишь меня? – Сэт закусил губу. — Знаешь, в рубашке ты очень сексуален.       — Сэт... Знаешь, – Кейн сел на край кровати, — я без пяти минут глава «Спектры». Мой отец начал оформление по передаче всех прав мне. Ты – сын правой руки клана... в конце концов мы оба парни.       — Да, да – Сэт потянулся и поднялся. — Мы вроде решили это не обсуждать. Семейная хуйня остаётся, семейной хуйней, и она не должна мешать нам круто проводить время, – он закурил, прижавшись бедром к столешнице. Кейн потёр лицо ладонями и отвёл взгляд в сторону.       — У меня свадьба через два месяца – ты же знаешь. Наши забавы подошли к концу, – Кейну было тяжело это говорить, но он старался отгонять от себя мысли, которые твердили ему о серьёзности его чувств.       Сэт молча смотрел на него, делая очередную глубокую затяжку. На пару минут воцарилась мертвая тишина.       – Значит... всё? Всё кончено? И ничего больше не хочешь мне сказать? – он затушил сигарету и выжидающе посмотрел на Кейна, который всеми силами избегал встретиться с ним взглядом. Так и не дождавшись ответа, Сэт хмыкнул и стал быстро одеваться.       Они больше не говорили. Сэт ушёл из квартиры, оставив из личных вещей всё то, что за этот год успел перетащить к Кейну. Сердце словно перестало биться, а воздух стал тяжёлым.… Каждый из них чувствовал это, но долг и принципы говорили о том, что они являются их заложниками.       Важной встречей было знакомство с невестой, которую выбрал ему отец. Девушка оказалась самым милым, нежным и невинным существом, что видел Кейн в своей жизни. Она с первой встречи смогла тронуть его душу своим мировоззрением, речью и элегантностью. Если раньше они видели друг друга мельком, и то, когда были младше, то сейчас у них появилось время поговорить. Она сразу же призналась в том, что тоже не желает этого брака, что так же как и Кейн, с рождения боялась наступления своего совершеннолетия. Их обещали друг другу после её рождения, поэтому они оба были готовы к тому, что будут в браке не по любви. Она не была против свободных отношений впоследствии, но Кейн уже решил, что ему, как главе «Спектры», это не подходит. У них должна быть идеальная семья. Ведь интриги на стороне ставили бы под вопрос его честь и принципы, что явно отрицательно сказалось бы на работе.       Свадьбу сыграли пышную, по всем традициям и правилам. На торжестве присутствовали главы всех кланов Японии, а также их приближённые. Сэт не был исключением, хотя до последнего спорил с отцом о надобности своего присутствия там. Ему казалось, что всё, что было у него внутри – это огромная рана, которая не переставала кровоточить. Со стороны всё выглядело так, что эта парочка влюблена друг в друга уже давно. Все вокруг говорили, что они хорошо подходят друг другу, желали счастья. Сэту же хотелось обоим подлить яд в бокалы, поэтому весь вечер он избегал Кейна, и если они встречались взглядами, то делал вид, что ему плевать, танцевал с подругами невесты и вёл себя как всегда, чтобы никто и не подумал, что их что–то связывало. Хотя на самом деле их обоих разрывало внутри от дикой боли – видеть друг друга и больше не мочь прикоснуться.       После женитьбы Кейн и в самом деле обрубил всё концы с прошлым, стал хорошим семьянином, а вскоре и любящим отцом. Он пытался поскорее забыть интрижку с Сэтом длинною в год, поэтому так быстро и появился малыш, но истинную любовь тяжело выжечь из сердца. Родившийся ребёнок заполнил зияющую дыру в сердце Кейна. Мужчина очень полюбил своего сына, но забыть о любви к Сэту так и не смог, лишь глубже спрятать это чувство. Кэшу ещё не было и года, когда отец Кейна скоропостижно скончался – это происшествие на некоторое время выбило почву из–под его ног, а весь мир погрузился в непроглядную тьму. Да, он был к этому готов, ведь с десяти лет он уже знал о своём долге и женитьбе по расчёту. Жена поддерживала его, но он вовсе не хотел этой поддержки, из-за чего между ними часто возникали ссоры. Отец умер от инфаркта, и Кейн не хотел с этим мириться – он же был ещё так молод, и ничего не предвещало этой беды. Спустя некоторое время не стихающая буря бушующая внутри привела его к Сэту.       За эти три с половиной года Сэт довольно сильно изменился. Он только что стал новым оябуном, после стремительной кончины предыдущего главы. Никто даже не подозревал, что титул отойдёт ему, но и не смели осуждать решения покойного. Даже отец не сомневался в выборе и был слишком горд им, чтобы заметить что–то неладное. Он был самым молодым из оябунов и действовать приходилось довольно жёстко, особенно с тем учётом, что соседний клан сразу навострил зуб на его территорию.       Сэт не устраивал Кейну скандалов, он принял его с распростёртыми объятиями. Возможно, потому, что ждал со стороны Кейна признания, а может быть потому, что хотел после воспользоваться его возможностями как главы «Спектры». Он сам не был уверен, почему не отверг его или не попытался упрекнуть. Сердце безумно билось лишь от желания прикоснуться к нему любой ценой, хотя сам мужчина считал это глупым.       Волей судьбы сложилось так, что они снова начали встречаться, словно не было этих лет, а страсть между ними и вовсе не угасала. Они оба понимали, что соскучились по этой связи и готовы были утопать друг в друге днями напролёт. Однажды, воспользовавшись случаем, Сэт рассказал ему о проблемах клана, о том, что соседний клан грозится начать с ним войну за территорию.       Спустя полгода их отношений, Кейну что–то вновь ударило в голову, и он понял, что так нельзя, у него ведь жена и ребёнок. Он должен заботиться о них, а у него колени подгибаются и текут слюни при виде золотых глаз. Кейн стал постепенно отстраняться от Сэта, уменьшая число встреч, не всегда отвечая на сообщения и звонки. Но прежде, чем снова разорвать отношения, он всё же решил помочь Сэту. Кейн уже укрепил свои позиции как лидер «Спектры», решив оставшиеся после смерти отца проблемы. А решив проблему клана Суна, он убил двух зайцев: помог Сэту захватить мешающийся клан, укрепив его позиции лидера, а так же показал остальным, что будет, если кто–то из якудза вновь поднимет мятеж. И только после этого он снова оборвал с Сэтом все связи. Сэт мог бы мстить: рассказать обо всём его жене, а может и показать ей что–то более вещественное, чем просто рассказы, но не стал. Снова спустил всё на тормозах, ушёл в работу и укрепление клана, оставив свою месть дальше томиться на углях обиды. Словно этот уход Кейна не ощущался так же болезненно, как три с половиной года назад. Но он был слишком гордым, чтобы признаваться в этом даже самому себе.       Семейная жизнь и работа у Кейна со временем наладились, но счастье долго не продлилось. Он наслаждался отцовством и своей прекрасной женой, при этом бдительно следя за личной жизнью Сэта, который не отличался постоянством. Вскоре жена заболела и скоропостижно умерла, сгорела меньше чем за два года. Кейн пытался её спасти, нанимал лучших врачей, соглашался даже на экспериментальные препараты, но, увы, она таяла на глазах. Ему казалось, что хрупкий мир, который он успел выстроить после смерти отца, снова разваливается, пока не встретился взглядом с Сэтом прямо на похоронах. Ему нужно было скорбеть, но это у него совсем не получалось. Спустя некоторое время, в стоящую на светофоре машину Кейна, наглым образом подсел Сэт. Хватило одного взгляда в глаза друг другу, чтобы Кейн отменил пару незначительных встреч и, сославшись на срочные обстоятельства, пропал на несколько дней. Покинув шумный город, они рванули в уединённый домик на одном из закрытых пляжей, который порекомендовал Сэт. Валяясь на пустынном пляже, они до безумия целовались, а после провели несколько волшебных дней. Сэт не задавал вопросов, не соболезновал, а только доставал травку и давал какой–то свой странный способ выпустить эмоции. Они снова начали встречаться. Их переписке позавидовали бы даже молодожёны, сложно было отрицать, что это любовь, но они оба справлялись с этим на ура. Никаких признаний и разговоров о чувствах. Словно это всё ещё ничего не значит. Они продолжали встречаться довольно долго, пока впервые всё не оборвал Сэт. Лишь спустя какое–то время Кейн узнал о смерти его отца. Этим они и отличались: он бежал к Сэту, чтобы найти в нём успокоение и поддержку, а Сэт предпочитал варить всё это в тишине и полном одиночестве. Они возобновили общение спустя полгода, и ни один не поднимал эту тему.       Когда Кэшу исполнилось десять, по традициям он не только начал вливаться в дела «Спектры», но и был обручён. Невестой оказалась Венера Джонс, дочка главы «Спектры» США, а так как Оскар Джонс был ещё и лидером «Сверхновы» (совет всех лидеров организации Спектры по всему миру), то отказаться от такого шанса, было бы просто самоубийством. Конечно, у Оскара были на этот брак свои расчёты, и все его дети, и мальчики и девочки, уже с десяти лет начинали внедряться в дела организации и готовиться к роли, выделенной им отцом.       Нужно было показать свою семью примером, око из США нацелилось на дела Кейна и его семью. Встречи с Сэтом стали крайне редкими, в лучшем случае раз в месяц под строгой конспирацией. Но случилось неожиданное, в пятнадцать лет Кэш заявил отцу, что девочки ему не интересны и жениться он не хочет. Около года Кейн боролся с сыном, но тот был категоричен, и ему пришлось уступить. Ведь и сам Кейн понимал, что он всю жизнь живёт без любимого человека, изредка видя его, хотя скажи он хоть слово, и всё было бы по–другому. Такой же судьбы сыну он не хотел. Выход нашёлся, как только Кэш и Венера достигли совершеннолетия, свадьба всё–таки состоялась. Но женихом был Кейн, что стало шоком для всех. Оскар и Кейн подписали тайный пакт на крови, все права на отделение «Спектры» Японии должны будут передаваться по линии Венеры. Естественно, если случится так, что Кейн умрёт без их общего сына, все права достанутся Оскару, а если же он умрёт, но ребёнок будет ещё не совершеннолетним, временное управление будет за Кэшем. Впрочем, оставаться советником или правой рукой наследника ему никто не запрещал в дальнейшем.       Кейн практически полностью прекратил встречи с Сэтом, впрочем, это не мешало вести им переписку и иногда созваниваться. В моменты сильного отчаяния Кейн хотел всё бросить, найти силы, чтобы признаться себе, да и Сэту, в сжирающих его душу и сердце чувствах, но, увы, уже считал, что поздно. Его чувства никуда не исчезли за все эти годы, но он не находил в себе сил для запоздавшего признания. К тому же сам Сэт не давал и шанса на это. Временами он становился слишком холодным и расчётливым, а от некоторых его действий, в том числе как лидера клана, волосы на затылке вставали дыбом.