Амнезия:Без памяти влюбиться

      Мужчина назначил дату и место встречи и, казалось, был даже доволен, что его брендовый пиджак был испорчен. Вечер закончился более успешно, чем думал Доган. «Не знаю, что я ему скажу, но хотя бы извинюсь и побуду немного рядом. Отпустит ли? Боюсь, что нет, и не так просто он мне запал в душу», — размышлял Доган по пути в купленную для него квартиру. Квартира сестры была напротив. Вместе они не жили, но в гости друг к другу заглядывали постоянно, как и в других городах. Гамаль знал, что ему влетит от братьев, которые прекрасно видели, что он облил Догана вином, но больше его угнетала мысль, что надо будет с ним встретиться, и он волновался, что тот снова начнет приставать. Исмаил разрешил ему уйти до завершения банкета, потому что не дело было оставаться с запачканной рубашкой. На следующий день, на удивление, ему не вынесли выговор и вообще никак не вспоминали о произошедшем на банкете. Очевидно, потому что Дамир в редких случаях не был засранцем и отношения с Эваном определенно шли ему на пользу. Оставшиеся дни до «деловой встречи» Гамаль провел за учебой. В перерыве он даже съездил, купил другой белый брендовый костюм, впрочем, не сильно надеясь, что это сработает.       На встречу в кафе Доган пришёл первым и расположился со всеми удобствами, заказал себе латте и ждал. Он оделся вроде бы проще, чем обычно: шорты и майка, как турист, но его лук всё равно стоил дорого для тех, кто в этом разбирался. Он слегка нервничал, гадая, придёт паренёк или нет. Доган даже заготовил ему подарок. Гамаль пришёл к назначенному времени, появился с коробкой в руках. На нём была свободная футболка и лёгкие светлые брюки. Он сразу прошёл за нужный столик и сел напротив, уместив коробку на свободном стуле.       — Здравствуйте.       — Доброго дня, Гамаль. Я, если честно, боялся, что ты не придёшь.        — Это было бы невежливо, — Гамаль улыбнулся и потёр шею. Он почти не спал ночью и сейчас чувствовал себя уставшим, ещё ничего толком не сделав. — Я купил для вас костюм, надеюсь, угадал с размером. Но я всё ещё не продаюсь, — он открыл предложенное ему меню, взглядом пробегаясь по содержимому.       — Если не против, давай на «ты». Я понимаю, что моё поведение тебя обидело. Также понимаю, что не все в этом мире геи, — немного с досадой констатировал он. — Поэтому я и позвал тебя, и тоже пришёл не с пустыми руками. На счёт костюма, правда, не стоило, но спасибо, — он протянул коробку Гамалю. — В знак моих искренних извинений.       — Если говорить об ориентации, то я бисексуален, — Гамаль пожал плечами. Он не делал из этого секрета, но, сказав, понял, что поставил себя в щекотливое положение. — О... Эм... Спасибо. Мне тоже не стоило прибегать к рукоприкладству, и, если я перегнул палку, то тоже должен извиниться.       Парень взял в руки коробку и осторожно её открыл, заглядывая внутрь. Там он увидел флорариум: круглый сухой аквариум с цветочной композицией внутри и имитацией водопада. Доган волнительно смотрел на его реакцию. Гамаль осторожно вытащил сосуд, увлеченно рассматривая крошечные растения.       — Если ты «би», надеюсь, у меня ещё есть шанс? Удар, возможно, я и заслужил, но теперь я с нетерпением буду ждать дня, когда ты увидишь, что в твоих словах, последовавших после, не было и толики правды.       — Это всё ещё попытка просто меня трахнуть или агрессивный флирт? Надеюсь, сегодня ты без пистолета, оружие меня... не возбуждает, – Гамаль поднял на него взгляд и повертел в ладонях флорариум, привлекая к нему внимание. — Очень красиво. Сколько ты в городе, раз успел найти флориста?       — Я сделал его за прошедшие две ночи, в перерывах, так сказать, между решением чужих проблем. Не могу сказать, что ты не прав в своих высказываниях, просто моё сердце трепещет при виде тебя и... Я не знаю, как его унять.       — Сам сделал? – Гамаль удивился, снова посмотрев на аквариум, а после на него.       — Да. Это тебя удивляет? – он допили свой кофе.       — Диссонанс от первой встречи, так сказать, — Гамаль бережно убрал аквариум в коробку и отставил её, после чего сделал заказ подоспевшему официанту.       — Да, я вот такой интересный человек, — он был явно большого о себе мнения. — Раз уж тебе понравился подарок, будем считать, что мы приняли извинения друг друга за тот не совсем приятный вечер.       — Будем считать так, — Гамаль улыбнулся, и, когда ему принесли кофе, сделал глоток, чуть зажмурившись. — Значит, с твоей стороны это всё-таки флирт?       — Ладно тебе. Если не брать в расчёт тот вечер, разве я тебе не могу понравиться? У меня есть две плохих черты — это алкоголь и общение, в остальном... Я вообще-то даже хорош.       — О, я бы добавил ещё третью — избалованность, — Гамаль хмыкнул и прищурился, рассматривая его, как-то в момент став серьёзным. — Не буду отрицать, что ты симпатичный, но создаётся впечатление, что не особо разбираешься, с кем спать. Спортивный интерес?       — Когда я трезвый, я редко этим балуюсь, — признался он. — Кофе тут не очень, согласен?       — Согласен, довольно мерзкий. Возможно, экономят, — Гамаль кивнул, покрутив чашку в руках.       — Знаешь, — он стал немного грустнее и серьёзнее, — мне, правда, жаль, что наша первая встреча была такой. Я понимаю, тяжело реабилитироваться. Но ты вызываешь во мне смешанные чувства, которых я ранее не испытывал. Поэтому я был бы рад встретиться с тобой снова и для начала удивить настоящим кофе.       Не так много они провели времени вместе, но Доган уже хотел просыпаться поутру, не делая акцента на секс, и готовить ему свой коронный кофе. Однако он понимал, что вероятность такого крайне мала. Видя, как Гамаль обрадовался флорариуму, Доган предположил, что в душе тот добрый и мягкий, хоть и пытался казаться строгим, а он — похотливый зверь, ранил его чувства при первой же встрече.       — Мы можем встретиться ещё раз, – Гамаль пожал плечами. — Ты и сам можешь в итоге поменять своё мнение, если узнаем друг друга лучше.       — Это звучит очень хорошо, — приободрился он, но на часах сработал сигнал будильника. — Знаешь, мне пора на работу. Я хоть и подготовился, но каждому объяснять — это как с пнём дружбу водить.       — Да, понимаю, — Гамаль кивнул. — Значит, встретимся в другой раз.       — Какого размера костюм? – улыбнулся Доган, посмотрев на коробку.       — 3XL. Ты по комплекции похож на моего старшего брата, поэтому я предположил, что подойдёт. Мне периодически приходится покупать братьям костюмы, — Гамаль постучал пальцами по столешнице.       — Отлично, ты угадал, — улыбнулся мужчина. — Всё оплачено... Надеюсь, ты не против. Твой номер у меня есть, — он протянул свою визитку. — Теперь и у тебя будет мой.       Пожелав хорошего дня, Доган забрал подарок и удалился. В его глазах можно было прочитать недовольство тем, что ему так рано приходится уйти. «Как быстро прошло время. Впервые обеденный перерыв так быстро закончился, я не успел насладиться им», — думал Доган по дороге в «Спектру».       Гамаль не стал допивать кофе и, взяв с собой подарок, отправился по делам. Когда голова Догана не была затуманена алкоголем, он производил совсем другое впечатление и казался даже приятным. И если бы не было того случая в клубе, он бы даже задумался о лёгкой интрижке с взаимным флиртом. Возможно, у них даже дошло бы до секса, и они бы не расстроились, когда всё это закончилось.       У Гамаля уже продолжительное время не было отношений ни длительных, ни ради секса. Он всё время был слишком занят или просто искал в этом оправдание. Он не мог позволить себе такой же разгульный образ жизни, как Дамир или Назыф. А те серьёзные отношения, что у него однажды случились, оказались нездоровыми. Гамаль был тогда молод, неопытен, ещё не знал, как отстаивать личные границы, и до сих пор с неприязнью вспоминал тот опыт. Поэтому ему было сложно поверить в искренность после того, что он уже увидел. У него, конечно, было время подумать и взвесить, дать ли шанс этой интрижке развиться. В итоге своих размышлений он решил действовать по обстоятельствам, во всяком случае, вряд ли Доган был настроен серьёзно, скорее спортивный интерес для сбития ещё одной звёздочки. Несколько дней оказались забиты под завязку учёбой и помощью Дамиру с продажей клуба. С момента последней встречи с Доганом прошло четыре дня, и, казалось бы, тот уже и не позвонит вовсе, но он позвонил. На этот раз встреча была назначена в парке, а не в каком-то дорогом ресторане, который мог бы помочь быстрей задобрить Гамаля и добиться своего.       На встречу Гамаль шёл, не зная, чего ждать. Он не наряжался как-то особенно, просто надел клетчатую рубашку, в которой ходил в универ, и обычные джинсы.       — Привет, — Доган вновь пришёл первым и ждал недалеко от входа в парк. Снял очки, зацепив их за белую просторную рубаху. — Я рад, что ты пришёл.       — Привет, – Гамаль кивнул, он, в отличие от собеседника, снимать солнечные очки не стал. — Любишь прогулки на свежем воздухе?       — Мне нравится всё, что связано с простыми смертными, но, если тебе идея прогулки не очень, то придётся немного потерпеть. И да, я обещал, — он показал пальцем на рядом стоящий «Лексус LX», подошёл к нему и, нырнув в салон, достал оттуда две одноразовые термокружки, — подержи.       — Это называется быть человеком. И ты, и я тоже смертны, — Гамаль посмеялся и посмотрел на кружки. — Какой–то слишком модный кофе?       — Зуб даю, ты такого ещё не пробовал. Кстати, сегодня мы будем не одни, — он достал из машины комок приятности и плюшевости — это был годовалый рыжий вельш-корги пемброк, который до этого момента спал в машине. — Прогуляемся, сынок, — он поцеловал собаку в лоб и закрыл двери машины.       — Оу, мог бы предупредить, что планируешь гулять ещё и с собакой, — Гамаль улыбнулся, смотря на пса. — Как зовут?       — Да, я не собирался, — он взял свой кофе. — Попробуй, не пожалеешь. Знакомься, это Чоппер. Смотрю, ты ему понравился.       Корги ёрзал возле ног Гамаля, махая хвостиком, а увидев, что хозяин на него смотрит, перевернулся на спину и высунул язык.       — Маленький милашка, — Гамаль присел на корточки, поглаживая доверчиво подставленное пузо. — У меня тоже корги, — он отпил из своего стакана. — Воу, кофе чудесный.       — Он у меня очень дружелюбный. Проказник. Пройдёмся? Воздухом подышим. Из-за работы я редко с ним гуляю, в основном это делает няня. Удивительное совпадение, на самом деле, — он тоже сделал маленький глоточек, — а твоего как величать?       — Ага, — Гамаль поднялся на ноги. — Моего зовут Немо, потому что очень любит воду, — он обнял стаканчик обеими руками и пошёл вперёд. Откуда всё-таки кофе?       — Я сам сварил, бабушкин рецепт, так сказать. Пришлось турку покупать специально для этой квартиры.       — Ого! — Гамаль снял очки, водрузив их на макушку. — Ты такой человек-оркестр восхитительных черт. Делаешь флорариумы, варишь кофе, любишь животных. Когда успеваешь?       Доган немного задумался. «Ведь и вправду, я человек без личной жизни, не могу же я постоянно работать и трахаться».       — Флорариумы я делаю по настроению. У меня не так много их, около трёх тысяч. Кофе я готовлю по праздникам — сестра требует, так бы не готовил. Есть довольно вкусные марки, чтобы заморачиваться над этим, даже если оно и вкуснее. А за животными следит их няня. Вроде всё просто. У каждого человека есть свои увлечения и интересы, расскажешь что-нибудь о себе?       — Всего-то, какая мелочь. У меня теперь есть один, наверное, это вообще не считается, — Гамаль фыркнул, улыбаясь. — Я, наверное, окажусь скучен. У меня гора работы, учёба и огромное количество книг.       — Может, и не окажешься. Всегда можно найти хотя бы одно, но очень приятное общее занятие, – он был прямолинеен. У Гамаля не оставалось сомнений в том, что он завуалированно имел в виду.       На этот раз они провели вместе намного больше времени, но для обоих оно пролетело незаметно. Чоппер с радостью составлял им компанию, то и дело выкидывая всякие фокусы, смешая их. Они изучали интересы друг друга, и во многом, на удивление, совпадали: животные, кофе, музыка, некоторые предпочтения в еде и, конечно, их работа, о которой совсем говорить не хотелось. С Доганом не всё было так печально, как казалось на первый взгляд, поэтому Гамаль даже задумался о том, что, наверное, стоит дать этой интрижке шанс. Но их наладившуюся беседу прервали, у Догана зазвонил телефон.       — Слушаю, как поход к ветеринару? Молли в порядке? Я не думал, что прошло уже больше двух часов... Серьёзно? — радостно воскликнул он. — Я сейчас приеду!       — Долг зовёт?       — Я бы так не сказал, — взволнованно произнёс Доган, спрятав телефон в карман джинсов. — Моя кошка плохо перенесла полёт, она беременна. Сегодня няня отвезла её к ветеринару, оставив Чоппера мне.       — Ого! У тебя ещё и беременная кошка есть. Тогда встретимся в следующий раз, — Гамаль улыбнулся.       — Буду очень рад, да и Чоппер уже нагулялся. Может, тебя подвезти куда? Я поеду в сторону центра, — он взял собаку на руки, чтобы тот не рванул куда-нибудь.       — Нет, спасибо, я сам на машине. Да и тут есть место, в которое нужно по делу, — Гамаль едва заметно улыбнулся, и они вместе направились в сторону парковки.       Доган испытывал странные чувства, он так ещё никому не открывался. Может быть, потому, что он очень хотел этого парня себе в постель? Как очередную сбитую звёздочку. Кошка родила в тот день трёх милых котят, и его переполняла эйфория, и он не до конца понимал, связана она с Гамалем или только с окотившейся любимицей. После встречи в парке они начали переписываться. Доган первым написал «спокойной ночи», с этого всё началось как-то само собой. Он чувствовал, что разрывается на части, обнаружив недочёты в документах «Спектры» и предположив, что это дело рук Акайо, был вынужден засесть с Кэшем за разбор выявленных ситуаций, поэтому встречаться с Гамалем не получалось.       Сам Гамаль на удивление легко начал идти на контакт. Он, конечно, был очень сдержан, но стал относиться к этому легче. С общими нагрузками работы и учёбы это помогало отвлечься, расслабиться и снять напряжение. С Доганом можно было легко общаться на разные темы и совсем не думать про работу.       С момента приезда американских гостей прошёл месяц. За это время они с Гамалем встретились четыре раза, в основном всё больше переписывались, обменивались фотографиями. Например, Доган отправил видео своей оранжереи с флорариумами, которые находились в основной квартире в Денвере, или разные казусные моменты с питомцами, которые удавалось заснять на камеру. Конечно, Доган хотел встреч и нечто большего, но первым делом следовало удалить все дела и сделать отчёт отцу, ведь их с сестрой специально командировали сюда на месяц. Ошибок и проблем нашлось достаточно, которые требовали вмешательства и разбирательств. Пятую встречу Гамаль назначил сам, просто позвонил вечером и предложил прогуляться. Однако во время прогулки был молчалив и заметно подавлен. Он даже согласился, чтобы Доган его подвёз, правда, не сказал куда.       — Что-то случилось? — Доган остановился и повернулся к своему спутнику. Гамаль какое-то время молчал, словно решая что-то прямо сейчас, а потом первым потянулся к нему, целуя в губы.       — Поехали к тебе, — Гамаль вернулся на сидение, не собираясь что-либо объяснять.       — Поехать-то мы поедем, но, — он дотронулся до своих губ, словно не веря в то, что сейчас произошло, — но что это было? Твоё настроение явно не говорит о том, что ты хочешь в гости. Если какие-то проблемы — скажи, я помогу.       — Моё настроение вообще не показатель, – Гамаль перевёл на него взгляд и улыбнулся. – Никаких проблем, просто хочу к тебе.       — Ладно, — Доган не стал мучать парня вопросами и повёз к себе.       «Он всю встречу был сам не свой. Точно что-то случилось. Может, ему некуда пойти? Родня узнала про то, что он меня ударил, и как-то обидели его? Ладно, сварю ему карамельный кофе, надеюсь, это поднимет настроение, и он поделится со мной», — так решил Доган, совсем не подозревая о том, что у Гамаля на сердце, да и на уме. Когда они добрались до его квартиры, Доган даже не успел предложить кофе, потому что Гамаль ухватил его за ворот рубашки и притянул к себе, снова целуя и не сбавляя напор, словно от этих поцелуев зависела его жизнь. Поначалу хозяин квартиры опешил, он был уже не ребёнок, и второй раз ему обычно повторять не приходилось, но с этим парнем такой ход был очень неожиданным. Обняв парня, Доган ответил на его поцелуй так, что у того захватило дух. Целоваться он умел хорошо, казалось, он знал все хитрости в этом приятном деле, доводя до головокружения.       — Ты уверен? — трудом оторвавшись от столь желанных губ, решил удостовериться Доган.       Он так грезил этим моментом, ждал, и вот когда он вроде бы настал, не мог поверить, что это происходит на самом деле. Но он всё ещё боялся спугнуть парня, вдруг одно неверное движение, и Гамаль передумает.       — Да, более чем, — ответил Гамаль, давая зелёный свет и маша белой тряпкой, сдаваясь ему в руки без остатка.       Улыбнувшись, Доган подхватил его на руки и отнёс в спальню. Поцеловав и поставив парня на пол, он начал его раздевать, нежно целуя каждый сантиметр смуглой кожи. Гамаль не терялся, стягивая с него вещи в ответ. «Ох, совсем не маленький!» — успел он подметить про себя. Жадно целуясь, словно это был последний в их жизнях поцелуй, они повалились на кровать, оглаживая и лаская тела друг друга. Доган нежно поглаживал поджарое тело. Видно было, что Гамаль не только работал и учился, как рассказывал, но и не пропускал тренировки. Он чуть сжимал соски, кусал и целовал грудь, выступающие ключицы, подбородок и боялся упустить хоть что-то. Времени любоваться телом друг друга не было, страсть захватила обоих. Гамаль реагировал на каждое прикосновение, выгибался и отвечал, а Доган старался прочувствовать каждый изгиб и каждую выступающую венку. Он так ждал этого момента, что едва ли не дрожал от предвкушения. Обычно ему не требовалось больше пары дней, чтобы тот, кого он хочет, оказался в его постели. Он не искал долгих связей, придерживаясь принципа: переспали и разошлись. Доган редко задумывался о чувствах партнёра, но обычно всех всё устраивало. Он не хотел обременять себя серьёзными отношениями, брать за кого-то ответственность и старался подавлять в себе зачатки романтики и нежности, и это его вполне устраивало... до последнего времени. Гамаль оказался исключением из правил, перевернул его мир с ног на голову, пробудил те чувства, которые он всегда прятал даже от самого себя.       Оторвавшись от чужих губ, Доган приподнялся и посмотрел парню в глаза — в море виски плясал огонь желания, отчего его прошибло словно молнией. «Он такой сладкий, придётся сдерживать себя изо всех сил. Как же это будет трудно», — думал он, доставая смазку из прикроватной тумбочки. Осторожно растягивая вход, старался не торопиться, чтобы не причинить боль, хотя уже не терпелось оказаться внутри. Гамаль сдержанно постанывал, кусал губы и выгибался — такое поведение убедило Догана, что он не первый мужчина, это даже на секунду расстроило. Во время очередного поцелуя, пока они сплетались языками, Доган свободной рукой натянул презерватив. Это было одно из обязательных правил — всегда пользоваться защитой, потому что все его связи были одноразовыми. Он ценил безопасное удовольствие, хоть иногда и был слишком жесток.       Они словно читали друг друга, и стоило Догану вытащить пальцы, как Гамаль тут же перевернулся, встав на четвереньки, и призывно вильнул бёдрами. Улыбнувшись, мужчина расцеловал его шею, плечи и острый свод лопаток. Пристроившись сзади, он вошёл внутрь и остановился, давая время привыкнуть к размеру. Широкая ладонь заскользила по смуглой спине Гамаля, надавила на лопатки, намекая лечь на постель. Парень расставил шире ноги, прогнулся в спине и, поджав руки, лёг грудью на постель. Вид взмывшей вверх пятой точки с вогнанным в неё собственным членом чуть не сорвал Догану крышу. Конечно, у него был не один десяток партнёров до Гамаля, но почему-то именно этот парень будил в нём нечто такое противоречивое, чему Доган не мог дать объяснения. Мужчина положил ладони на ягодицы и сжал их, потом провёл ими с нажимом, повторяя изгиб спины, и остановился на лопатках. Доган завёл согнутые в локтях руки Гамаля за спину и плотно зафиксировал их ладонью, другой рукой ухватился за выступающую тазовую косточку. Облизав пересохшие губы, Доган толкнулся глубже. Он умел трахать и доставлять удовольствие, часто был жестким, быстро срывался в бешеный ритм, но сейчас торопиться не хотел. Он двигался намеренно медленно, жестко зафиксировав тело Гамаля. Паренёк не любил ограничение в движении, так как это напоминало наказания от брата, однако, оказавшись в полной власти Догана, лишённый хоть какой-то возможности двигаться как хочется, Гамаль решил довериться партнёру в этот раз, а дальше, если будет это дальше, он поговорит с ним насчёт этого. Доган продолжал размеренные движения и, изменив угол проникновения, услышал приглушённый стон. Да, это было именно то, что ласкало слух и самолюбие. Вжав Гамаля в кровать, он начал толкаться глубже до упора, выбивая из паренька глухие стоны. Улыбка маньяка озарила лицо мужчины, а всё из-за стонов Гамаля и того, как его тело принимало Догана. Подведя Гамаля к высшей точке, он ослабил хватку и начал ласкать тело парня. Под пальцами на спине бугрились шрамы, местами слишком гладкую кожу сменял новый рубец, словно его снова и снова били плетьми или раз за разом разрезали плоть. «Интересно, он это добровольно или... » – пронеслось в голове Догана, слегка отрезвляя и сдерживая рвущуюся страсть.       Гамаль не строил из себя недотрогу, наоборот, он решил оторваться на полную катушку, всё-таки все предшествующие события негативно сказались на его душевном состоянии и держали в сильном напряжении – эмоциональная разрядка была просто необходима.       Доган легко чувствовал, чего хочет Гамаль, и делал именно так, как очередным полустоном-полукриком этого просил спутник: то ускоряя темп, то снова замедляясь, то сжимая его член, то вовсе к нему не притрагиваясь. Его словно слепца вели на невидимом поводке, хотя он всегда знал эту дорогу, но сейчас всё ощущалось иначе. На Гамаля хотелось смотреть вечно, слушать его стоны, касаться, целовать и вылизывать. Хотелось забрать его всего без остатка, только себе.       Движения стали активнее, прикосновения чуть жестче. Он сжимал чужие ягодницы и толкался в горячее нутро. В глазах потемнело от оргазма, громкий стон Гамаля подтверждал, что он всё делал правильно, а пробившая их обоих дрожь намекала, что кончили они почти одновременно. Немного отдышавшись, Доган стянул презерватив и, завязав его узлом, отбросил в сторону. Рухнув на подушку рядом, притянул к себе Гамаля, нежно целуя в висок и путаясь пальцами во влажных волосах. Он был настолько воодушевлён, что, казалось, готов свернуть горы прямо сейчас. Теперь этого парня хотелось тискать вечно, а потом и использовать все навыки, полученные в так называемых школах страсти, которые он посещал на разных континентах, пробуя всё новое. Несмотря на эйфорию, он почти сразу уснул, уткнувшись в тёмную макушку.       Гамалю же было не до сна, он перевёл дыхание и, несмотря на то, что секс его тоже разморил, дождавшись, пока Доган уснёт крепче, поднялся и отправился в душ. Секс всё ещё был неплохим способом избавиться от накопившегося стресса. А его за последние месяцы скопилось так много, что, кажется, ещё чуть-чуть — и сломаешься. Он прижался лбом к холодному кафелю, пока по спине стекала тёплая вода. Хлёсткий удар Ибрагима ощущался на щеке даже спустя несколько дней, как будто был пару минут назад. Старшие братья узнали о том, что он ударил высокопоставленного гостя, кто-то нашёл видео в сети с его идеальным хуком справа, и Ибрагим устроил скандал. Гамаль правда пытался защищаться, за него даже Дамир вступился, но это не унимало злобы. «Мне стоило схавать и раздвинуть перед ним ноги?! Ничего не случилось! Меня бы казнили в тот же день! Уже больше месяца прошло! Об этом уже забыли все!» — возмущался он перед Ибрагимом, до сих пор не считая себя неправым. «А может, и стоило бы. Дал бы ему себя трахнуть. То, что не случилось бури сразу, не значит, что она не придёт после! А если это увидит его отец? Или кто-то из родственников?! Какую тень ты бросил на нашу семью!» — кричал в ответ Ибрагим. «То есть, по-твоему, будет нормально, если я стану шлюхой и буду раздвигать ноги перед всеми подряд?! Я и так работаю на вас с самого детства! А ведь я младше любого из вас! Я могу получить учёную степень и делать то, что мне действительно нравится. Но почему я разгребаю дерьмо за своими старшими братьями?! Ради великой цели «СЕМЬЯ», я должен под дулом пистолета давать каждому ублюдку себя трахать, даже если этого не хочу?! Нахуй нужна тогда такая семья!» Пощечина прогремела как гром, и после неё в комнате повисла такая тишина, что казалось, весь мир схлопнулся. «Не смей говорить так про семью!» — прорычал Ибрагим, едва сдерживая себя, а Гамаль стоял ошеломлённый, еле сдерживая слёзы. Они говорили о чём-то ещё, но ему уже не хотелось ничего слышать, щеку жгло, а в ухе звенело. Ему не впервой было получать телесные наказания, но именно этот удар выбил почву из-под ног, всё внутри перемешалось, и этому нужно было дать выход.       Гамаль не питал иллюзий, что Доган потеряет к нему интерес, как только они переспят, поэтому просто пододвинул этот момент, чтобы навсегда расстаться и больше не думать. Даже если он не станет защищать его от внезапно обозлившейся родни, он мог бы сказать, что это была игра и лишь прелюдия к сексу. Они оба получили то, чего хотели, поэтому нужно было просто отпустить и жить как раньше. Доган уедет в Америку, Гамаль получит диплом и больше никогда не вспомнит о своей специальности, потому что братья его не отпустят. Доган ещё спал, когда Гамаль оделся и ушёл, на прощанье погладив Чоппера и Молли с котятками.       Проснувшись рано утром и не обнаружив Гамаля, Доган расстроился. «Неужели ему так не понравилось? Не может такого быть», — он отбрасывал такие мысли, веря в свою безупречность в таких делах. Утро прошло как обычно: душ, кофе, зарядка, сообщение Гамалю с пожеланием доброго утра, но на этот раз в ответ ничего не пришло. Так иногда бывало, но обычно он отвечал через какое-то время, а сегодня — ничего. Поэтому за работу он садился с небольшим волнением.       — Разобрался? Я вчера добавил разделы для твоих друзей, теперь весь твой круг сможет работать в одной программе.       — Да, спасибо, это всё ещё так сложно.       — У вас там есть свой компьютерный гений, как придет в себя, думаю, поможет. И систему поддержит. Вероятность утечки или предательства сведена к нулю. Я за свои программы отвечаю.       — Ты прав. Конечно, одним «спасибо» не отделаешься.       — Не переживай, мой отец своё возьмёт в виде процента от всего заработка «Спектры».       — Это да... Но я ведь и вправду без вас потратил бы на поиск ошибок, утечек и проблем, наверняка, больше года. Поэтому ничего не поделаешь с процентом.       — Спасибо, кстати, что посоветовал тогда тот клуб.       — Не за что. «Что-то здесь не так. Возможно, это связано с клубом?» Он всё ещё пытался понять вчерашнее настроение Гамаля и то, что он сам практически запрыгнул на него, хотя говорил, что не такой. Было что-то, что заставило его так действовать. И вправду, спустя какое-то время его программа нашла утечку в сети — видео с того самого дня, на котором было отлично видно, как Гамаль ему врезал. Он даже снова потер челюсть, словно ощущая фантомную боль, хотя она уже зажила.       — Ну, тут всё ясно. Это могли увидеть его родственники, да, Чоппер? Они ведь арабы? Горячая кровь. — Он погладил собаку, требующую к себе внимания.       В течение дня Доган собирал свои вещи, уже сегодня они с сестрой должны были возвращаться. Он писал Гамалю на протяжении всего дня, даже пробовал звонить, но тот молчал, а звонки игнорировал. Остатки дня он провел с сестрами Оливией, Венерой и племянником.       — Как не летим? — возмутилась Оливия. — Это как-то связано с тем парнем? Ты так и не получил его?       — Получил, но...       — О нет, что ещё за «но»?       — Я хочу забрать его с собой.       — Что за бред?       — Не бред, я полюбил его. Но, возможно, он откажется. Хочу поговорить с ним.       — Афигеть... Это тебя так тот удар на чувства пробил?       — Не знаю, Олив, позволь мне попробовать.       — Ладно, как знаешь, — она явно надеялась оказаться в своей квартире. — Матильда с детками улетают сегодня. Я попрошу отложить наш самолет, но не думаю, что отец обрадуется.       — Я понимаю. Но хотя бы день.Ночью Доган не стал предпринимать никаких действий, решив дождаться утра, возможно, Гамалю нужно подумать. Но ни свет не заря, он уже был у дверей парня и настойчиво звонил.       — Что?! Я вас заливаю? Пожар?! – рявкнул Гамаль, открыв дверь, он явно еще недавно спал. На нем были спортивные штаны и сваливающаяся с плеч футболка. – Тебе-то что нужно?       — Ты ушёл, ничего не сказав, – он вошёл в квартиру, не дожидаясь приглашения, – не отвечаешь на смс и звонки.       — А зачем? Ты уезжаешь со дня на день. Наши отношения себя исчерпали. – Гамаль закрыл дверь и пошел на кухню, следом за ним потянулся Немо, кажется, не менее сонный, чем хозяин.       — У тебя проблемы из-за видео? Так его больше нет в сети. – Доган пошёл следом.       — У меня нет проблем. Я не девица в беде и в защите не нуждаюсь. – Гамаль запустил кофемашину. – Позавчера всё было круто, мне понравилось.       — Я знаю и пришёл не для того, чтобы слышать это. – Он взял Гамаля за руку, не стал долго тянуть. – Я хочу быть с тобой. Поехали ко мне в Денвер?       — Что? — Гамаль развернулся, смотря на него, нахмурившись.       — Поехали со мной. Я вроде бы громко сказал, чтобы ты не услышал.       — Зачем? — Гамаль хмурился, словно не верил его словам. Немо пробрался у хозяина между ног, почти так же серьёзно смотря на гостя.       — Я хочу быть с тобой, — он поцеловал Гамаля, приблизившись к нему. — Как пара, а не партнёр на ночь.       — Ты признаешься мне спустя месяц знакомства. У тебя всё в порядке? – Гамаль прикрыл глаза, вздыхая.       — Почему бы и нет? Мы уже взрослые люди. Я к этому решению не за один день пришёл. Но я не дурак, чтобы не уважать того, кто мне дорог. — Он отпустил руку парня. — Если ты ничего не чувствуешь и не хочешь попробовать, насильно увозить не стану.       — Я не... — Гамаль отвернулся, уперевшись ладонями в столешницу. — Ты мне нравишься, и то, что между нами происходит, мне тоже нравится. Я был готов, но всё равно немного боялся, что ты потеряешь ко мне интерес после секса. И рад, что был неправ. Но я не могу вот так сорваться и просто уехать с тобой.       — Нравлюсь, — повторил он, обнимая парня со спины. — И то, что происходит, нравится. Поцеловал его в шею и закрыл глаза на миг, стараясь запомнить его запах. Мое сердце трепещет рядом с тобой, я словно неуверенный в себе школьник. Но мне тоже нравится это, если я могу быть с тобой рядом. Гамаль расслабился, словно до этого был сжат как пружина. Он положил голову ему на плечо, сплетя пальцы.       — Я разгребусь с учебой, квартирой, братьями, как перевозить животных, и тогда смогу приехать. – Вокруг их ног обошел кто-то мягкий, притираясь, а после на столешницу запрыгнула бенгальская кошка, пятнистая словно леопард. – Джун, наглеешь.       — Здорово тогда. Думаю, Немо и Джун понравится в моей комнате для животных. Я всё обустрою к их приезду. А ты со мной будешь спать. Доган покрепче его обнял, словно прощается навсегда, а не на короткое время. — Если не понравится кровать, купим новую, — начал мечтать он.       — Нет, потребую отдельную комнату. — Гамаль засмеялся.       — Я уже мечтаю о том, как буду просыпаться рядом с тобой и засыпать, обнимая тебя. Тебе ещё год учиться, потом окончательно переедешь ко мне, будешь заниматься тем, чем хочешь. А пока, — он отступил, — я буду ждать.       — Я тоже. — Гамаль развернулся, поцеловав его.       — Я улетаю через пару часов, — признался он. — Должен был ещё вчера, если честно. Если бы ты знал, как я хочу остаться и быть с тобой каждую последующую ночь...       — Иди, — Гамаль подтолкнул его в грудь. — Или я захочу, чтобы ты остался, а твой отец этому точно не обрадуется. Он взял кошку на руки, явно, чтобы не тянуться к нему сильнее, и все же выпроводил его из квартиры.       Скрепя сердце Доган и Оливия улетели в Денвер. За время их отсутствия в их подразделении «Спектры» накопилось много работы, также скопились и запросы из других подразделений: у кого программа не работает, у кого утечка. Видя всё это, Доган потерял недавно приобретённые крылья и погрузился в работу. С Гамалем они списывались каждый день, иногда даже по видеосвязи. Каждый из них постепенно разгребал свои завалы, мечтая о встрече друг с другом. И наконец-то под Рождество Гамаль всё-таки прилетел, и праздник они отметили втроём, не считая животных. Доган подарил ему рождественский флорариум, собранный недавно, а Оливия вроде бы где-то в глубине души приняла его и готова была поделиться братом, видя его счастье, хоть и не переставала подкалывать их насчет судьбоносного хука. Конечно, окончательно Гамаль смог перебраться к нему только после защиты диплома. Все это время они периодически приезжали друг к другу в гости на пару дней. Братья Гамаля же поначалу не слишком обрадовались подобной новости, они хоть и были на удивление прогрессивных взглядов и старшие легко разрешали младшим выбирать партнеров обоих полов, но всё же надеялись, что для долгосрочных связей они выберут женщин. Но, узнав, что это за мужчина, они закрыли глаза на выбор самого младшего, но получение диплома и окончание университета было одним из главных условий, чтобы разрешить ему окончательный переезд.