Таинственный учебник
7 ноября 2020 г., 22:52
— ПРИНЦ-ПОЛУКРОВКА, — начала читать девушка.
— Интересно, что за принц объявился в Хогвартсе? — задумчиво протянул Ремус, — И как принц может быть полукровкой?
— Ты слишком много думаешь, Рем, — Сириус равнодушно пожал плечами, — Это просто чье-то прозвище.
— Тебе ли не знать, прозвища просто так не даются, — хохотнул Джеймс, Блэк в ответ самодовольно улыбнулся.
Лили с интересом вслушивалась в беседу парней. Значит, она была права, их прозвища придуманы не просто так, но что они могут значить? Если с Бродягой еще можно было все объяснить (никогда не ладил с семьей, а потом и вовсе сбежал из дома), то как быть с остальными? Тот же Сохатый, например. Но парни не стали продолжать разговор, и девушке пришлось вернуться к чтению.
На следующее утро Гарри и Рон встретились с Гермирной до завтрака в общей гостиной. Надеясь, что Гермиона поддержит его теорию, Гарри поторопился рассказать ей о том, что подслушал в «Хогвартс-экспрессе».
— Ага, жди, как же, — буркнул себе под нос Сириус.
— Но он же явно просто выпендривался перед Паркинсон, правда? — встрял Рон, прежде чем Гермиона успела что-нибудь сказать.
— Ну-у— неуверенно протянула она, — не знаю... Вообще-то похоже на Малфоя — пытаться придать себе больше важности, чем есть на самом деле... Но выдумать такое...
— Давай же, Гермиона, ты же умная, поверь хотя бы ты, — Ремусу уже тоже порядком надоели споры о Малфое.
— Думаешь, если они поверят, будет меньше разговоров об этом? — посмотрел Джеймс на друга, но тот лишь пожал плечами.
— Мысль о том, что он вербует в свои ряды шестикурсников действительно кажется ужасной и звучит не очень правдоподобно, — Лили огорченно покачала головой, — Просто если предположить, что это правда, значит, и сейчас рядом с нами уже могут ходить Пожиратели Смерти.
— Сомневаешься, Эванс? — Сириус приподнял одну бровь и в упор посмотрел на девушку. — Думаешь, Волан-де-Морт ждет пока все вырастут и состарятся, или, может, думаешь, что все слизерницы такие хорошие и пушистые, как твой сальный друг?
— Он мне больше не друг, — девушка вспыхнула, — Я думала, что в Пожиратели можно вступить только справив совершеннолетие.
— Возможно, это и так, — вступился за девушку Ремус, — Но в начале книги говорилось, что Волан-де-Морт, поручая задание Драко, наказывает семью Малфоев. И вообще, мы сами не знаем, есть ли у него метка. Да, да — громче добавил он, пока друзья его не перебили. — Но на самом деле, это не важно, мы знаем, что Волан-де-Морт дал ему задание, задание трудное или вообще невыполнимое, знаем, что Малфои поддерживают Темного Лорда, в том числе, и их сын. А есть у мальчика метка или нет – это дело десятое.
— Может, ты и прав, — задумчиво кивнул Джеймс.
— Вот именно, — сказал Гарри, но углубляться в детали не стал, потому что кое-кто в гостиной начал прислушиваться к разговору, не говоря уже о том, что многие таращили на него глаза и шептались украдкой.
— Воспитанные люди не показывают пальцем! — рявкнул Рон на крошечного первокурсника, вставая в очередь к выходу из гостиной.
Мальчишка, который шептался о Гарри со своим приятелем, прикрывшись ладошкой, густо покраснел и со страху кубарем выкатился через портретный проем. Рон засмеялся с довольным видом.
— Бедный, — неодобрительно покачала головой Лили.
— Хорошо быть шестикурсником! Да еще у нас в этом году будет свободное время. Целые уроки, когда можно просто сидеть и расслабляться.
— Это время нам дано для самостоятельных занятий, Рон! — сказала Гермиона, выбираясь вслед за ними в коридор.
— Кого-то она мне напоминает, — фыркнул Сириус.
— Только не сегодня, — возразил Рон. — Сегодня, я так думаю, у нас будет полная лафа.
— Стой! — Гермиона протянула руку и перехватила пробегавшего мимо четверокурсника, крепко сжимавшего в руке ядовито-зеленый диск. — Кусачие тарелки запрещены, дай сюда, — строго сказала она ему.
Мальчишка, насупившись, отдал ей рычащую тарелочку, проскочил под рукой Гермионы и умчался за своими друзьями. Рон подождал, пока он скроется из виду, и потянул к себе кусачую тарелку.
— Отлично, я всегда о такой мечтал!
Сириус с Джеймсом рассмеялись.
— Оказывается, старостой быть не так уж плохо, — отсмеявшись протянул Блэк. — И почему меня не назначили старостой?
— Вот именно поэтому, — Ремус улыбнулся, представляя, что смогли бы натворить его друзья, обладая полномочиями старост.
Возражения Гермионы заглушил громкий смех — Лаванда Браун, по-видимому, нашла выходку Рона чрезвычайно забавной. Она еще долго продолжала хихикать, а пройдя мимо Рона, оглянулась через плечо. Рон весь надулся от самодовольства.
— Ой, вы только посмотрите, у Рона появилась поклонница, — фыркнул Сириус. — Не знаю, как она выглядит, но с чувством юмора у нее все в порядке.
Потолок в Большом зале был безмятежно голубого цвета с легкими штрихами облачков, как и квадратики неба, видневшиеся в высоких окнах с частым переплетом. Заправляясь овсянкой и яичницей с беконом, Гарри и Рон рассказали Гермионе о вчерашнем разговоре с Хагридом, лишившем их Душевного покоя.
— Но он же не может всерьез думать, что мы станем продолжать курс ухода за магическими существами! — расстроилась Гермиона. — Я хочу сказать, разве мы хоть когда-нибудь... ну, вы понимаете... проявляли энтузиазм?
— То-то и оно, правильно? — сказал Рон, целиком заглатывая яичницу-глазунью. — Мы больше всех старались на уроках, потому что мы любим Хагрида. А он решил, что мы любим его дурацкий предмет. Как вы думаете, хоть кто-нибудь будет у него готовиться к ЖАБА?
Гарри и Гермиона не ответили — в этом не было нужды.
— Да, получилось не очень удобно, — Джеймс покачал головой.
— Они могли хотя бы предупредить его, — Лили была согласна с парнем, — Ведь знали же заранее, что не будут продолжать заниматься этим предметом.
Они прекрасно понимали, что никто из их однокурсников не захочет продолжать изучение ухода за магическими существами.
— Неужели уроки Хагрида были такими скучными? — недоумевал Сириус, — По-моему, он очень много знает про всякую опасную живность.
— Вот именно – опасную, — кивнула Лили, про себя подумав, что может и хорошо, что Гарри перестал ходить на эти уроки.
Они не решались посмотреть на Хагрида, а когда десять минут спустя он поднялся из-за преподавательского стола и жизнерадостно помахал им рукой, трусливо заерзали в ответ.
После завтрака все остались на местах, дожидаясь, пока к ним подойдет профессор Макгонагалл. В этом году раздача персональных расписаний несколько усложнилась, так как профессор Макгонагалл должна была вначале удостовериться, что все получили нужное количество баллов за СОВ и могут продолжать занятия по выбранным предметам для подготовки к ЖАБА Гермиона мгновенно получила разрешение продолжать курс по заклинаниям, защите от Темных искусств, трансфигурации, травологии, нумерологии, древним рунам и зельеварению и тут же унеслась на первый урок древних рун.
— Кто бы сомневался, — фыркнул Сириус.
С Невиллом дело затянулось дольше. Его круглое лицо выражало тревогу, когда профессор Макгонагалл просматривала его заявку, сверяясь с результатами СОВ.
— Травология — прекрасно, — сказала она. — При оценке «Превосходно» за экзамен профессор Стебль будет очень рада продолжить ваше обучение.
— Это он в Алису пошел, она очень любит растения, — улыбнулась Лили, стараясь не думать о будущем своей подруги.
По защите от Темных искусств у вас «Выше ожидаемого» — можете продолжать курс.
— Тоже неплохо, — улыбнулся Джеймс.
А вот с трансфигурацией у вас не все ладно. Мне очень жаль, Лонгботтом, но оценка «Удовлетворительно» — маловато для занятий на уровне ЖАБА. Боюсь, вы просто не справитесь с объемом работы.
Невилл повесил голову. Профессор Макгонагалл внимательно взглянула на него сквозь прямоугольные стекла очков.
— Зачем вам, собственно, продолжать изучение трансфигурации? У меня не было впечатления, что этот предмет вам особенно нравится.
Невилл с несчастным видом пробормотал что-то вроде «бабушка хочет».
— Августа Лонгботтом – женщина с характером, — Сириус закатил глаза.
— Очень своенравная, не повезло Алисе со свекровью, — заметил Джеймс.
И даже Лили согласно кивнула, достаточно было увидеть эту женщину с прямой осанкой, хищными чертами лица, волевым взглядом, чтобы составить о ней свое мнение.
— Хмф, — фыркнула профессор Макгонагалл. — Пора бы уже вашей бабушке начать гордиться своим внуком, какой он есть, а не тем, каким он, по ее мнению, должен быть — особенно после того, что произошло в Министерстве.
— Вот именно, — согласно кивнула Лили, — Постоянно сравнивая его со всеми, она вселяет в него неуверенность.
Невилл весь порозовел и смущенно заморгал. Он никогда еще не слышал похвалы от профессора Макгонагалл.
— Сожалею, Лонгботтом, но я не могу взять вас в класс подготовки к ЖАБА. Как я вижу, у вас «Выше ожидаемого» по заклинаниям — почему не подготовиться к ЖАБА по этому предмету?
— Бабушка считает, что заклинания — для слабаков, — промямлил Невилл.
— Берите курс заклинаний, — сказала Макгонагалл, — а я черкну словечко Августе, напомню ей, что если она в свое время провалила СОВ по заклинаниям... это еще не значит, что сам предмет никуда не годится.
Мародеры засмеялись.
— Нет, все-таки Макгонагалл – лучшая, — с гордостью сказал Сириус.
— Строгая, но справедливая, — кивком подтвердил Ремус.
Чуть заметно улыбнувшись при виде робкого восторга на лице Невилла, профессор Макгонагалл коснулась волшебной палочкой чистого бланка и вручила Невиллу уже заполненное расписание. Затем профессор Макгонагалл повернулась к Парвати Патил. Та первым делом спросила, будет ли Флоренц, красавец-кентавр, и дальше преподавать прорицания.
— Ого, у них прорицание ведет кентавр? — удивленно воскликнул Джеймс.
— Но они же редко выходят из леса и живут, в основном, стадами, — Лили тоже выглядела донельзя удивленной.
— По крайней мере, кентавры хотя бы реально могут что-то предсказать, — Джеймс вспомнил, как во время прогулки с друзьями по Запретному лесу, они встретили стадо этих удивительных животных.
— Ну да, — саркастически кивнул Сириус, — Только их предсказания никто кроме них понять не может.
— В этом году они с профессором Трелони поделят между собой курсы, — сказала профессор Макгонагалл с легким оттенком неодобрения в голосе; все знали, что она презирает прорицания как учебный предмет.
— И это правильно, — согласился Сириус.
— Просто для прорицаний нужно обладать даром, — заметил Ремус, — А это большая редкость.
— По крайней мере, мы знаем, что именно Трелони произнесет это ужасное пророчество, — Лили нахмурилась, — Значит, чем-то она обладает.
— Интересно, давно ли она работает в Хогвартсе? — задумался Ремус, — Она появилась здесь после произнесения пророчества или до? Как Волан-де-Морт узнал про него? Как его услышал Дамблдор? — парень вздохнул, — Вопросов больше, чем ответов.
— У шестого курса занятия будет вести профессор Трелони.
Отправляясь через несколько минут на урок прорицаний, Парвати выглядела несколько удрученной.
— Так, Поттер, Поттер... — проговорила профессор Макгонагалл, поворачиваясь к Гарри и заглядывая в свои записи. — Заклинания, защита от Темных искусств, травология, трансфигурация... Все очень хорошо. Должна сказать, Поттер, я довольна вашей экзаменационной оценкой по трансфигурации, очень довольна.
Лили улыбнулась, хоть она и не была слишком довольна СОВами своего сына, но похвала Макгонагалл была ей приятна.
А почему вы не включили в заявку зельеварение? Вы, кажется, мечтали стать мракоборцем?
— И все-таки, стать мракоборцем – не очень хорошая идея, — Лили недовольно поджала губы.
— Эй, я тоже хочу стать мракоборцем, — взвился Джеймс, — Что в этом плохого?
— Это очень опасно, — девушка покачала головой.
— Зато это круто! — Сириус улыбнулся и добавил, — А кем бы ты хотела, чтобы Гарри стал? Игроком в квиддич?
— Почему бы и нет, если он хорошо играет, и ему это интересно, — неожиданно для всех ответила Лили, а про себя подумала, что квиддич, конечно, травмоопасная игра, но уж точно не настолько как профессия мракоборца.
— Да, профессор, но вы сказали, что для этого нужно получить «Превосходно» на экзамене.
— Так оно и было, когда зельеварение преподавал профессор Снейп. А профессор Слизнорт с удовольствием принимает для подготовки к ЖАБА учеников с оценкой «Выше ожидаемого».
— Ну конечно, зачем Сопливусу возиться с тем, кто не дотягивает до «Превосходно», — презрительно фыркнул Сириус.
Ну как, хотите продолжать курс зельеварения?
— Да, — сказал Гарри, — но я не купил учебники, ингредиенты и все остальное...
— Я уверена, что профессор Слизнорт сможет одолжить вам все необходимое, — сказала профессор Макгонагалл. — Прекрасно, Поттер, вот ваше расписание. Да, кстати, в команду Гриффиндора по квиддичу уже записались двенадцать человек Я передам вам список чуть позже, вы сможете назначить отборочные испытания на удобное для вас время.
— Скорее бы прочитать о том, как Гарри летает, — с горящими глазами пробормотал Джеймс.
— Уж если кому и становиться звездой квиддича, так это тебе, — Лили покачала головой.
Через несколько минут Рон получил разрешение продолжать занятия по тем же предметам, что и Гарри, и оба они вышли из-за стола.
— Смотри, — ликовал Рон, изучая листок с расписанием, — у нас сейчас свободный урок, и после перемены тоже... и еще один после обеда... вот это класс!
Они вернулись в гостиную, где не было никого, кроме полудюжины семикурсников и в том числе Кэти Белл, — она одна осталась из первоначального состава гриффиндорской команды, в которую Гарри вступил, когда учился на первом курсе.
— Гарри играет в квиддич с первого курса? — восторженно воскликнул Джеймс.
— Может, они изменили правила? — предположил Сириус.
— Все равно, с первого курса! Это же здорово! Даже на втором курсе попасть в команду сложновато, он гениален, — Джеймс счастливо улыбнулся и горделиво выпятил грудь.
— Ему есть в кого, — Ремус посмотрел на довольного друга.
— Я так и думала, что ты его получишь, молодец! — крикнула она через всю комнату, показывая на значок капитана на груди Гарри. — Скажешь, когда отборочные!
— Не говори ерунду, — сказал Гарри. — Зачем тебе пробоваться, я уже пять лет вижу, как ты играешь...
— Нет, так нельзя, — строго возразила она. — Откуда ты знаешь, может, на факультете есть игроки лучше меня. Самую хорошую команду можно развалить, если капитан держит игроков по старой памяти или набирает своих приятелей по знакомству.
— Это, конечно, правильно, — сказал Поттер с видом знатока, его все еще переполняла гордость за своего сына.
Лили слегка прикрыла рот рукой, спрятав улыбку. Какой же Джеймс все-таки... Ее переполнила невыносимая нежность к парню сидящему рядом. И как он раньше мог раздражать ее?
Рон слегка смутился и принялся увлеченно играть с кусачей тарелкой, которую Гермиона отобрала у четверокурсника. Тарелка носилась по комнате, рыча и порываясь выдрать зубами клок гобелена. Желтые глаза Живоглота не отрывались от нее, он громко шипел всякий раз, как тарелка подлетала слишком близко.
Через час Рон и Гарри неохотно покинули залитую солнцем гостиную и отправились на урок защиты от Темных искусств четырьмя этажами ниже.
— Ну вот, сейчас мы и увидим, какой из Сопливуса учитель, — ехидно протянул Сириус, посматривая на девушку.
Лили притворилась, что не заметила намека. Она надеялась, что Северус не будет больше придираться к Гарри. Он все же профессор и должен вести себя адекватно, несмотря на личное отношение к ученикам. Она не могла понять, почему он так ненавидит Гарри? Да, это сын Джеймса, но ведь это и ее ребенок тоже. Неужели за столько лет его ненависть к Поттеру не прошла? Как же можно ненавидеть человека, что даже после его смерти не успокоиться?
Гермиона уже стояла под дверью вместе с другими учениками, с охапкой толстенных книг в руках и с довольно-таки очумелым видом.
— Нам столько назадавали по рунам, — сказала она с тревогой, когда Гарри и Рон подошли к ней. — Письменную работу на пятнадцать дюймов, Два перевода, и еще все вот это нужно прочитать к среде!
— Кошмар, — зевнул Рон.
— Подожди, — обиженно огрызнулась она, — спорим, Снейп нам тоже кучу домашних заданий накидает!
Не успела она договорить, как дверь отворилась и из классной комнаты вышел Снейп — изжелта-бледное лицо, как всегда, обрамлено сальными черными волосами. Толпа перед дверью моментально затихла.
— Он так и не научился мыть голову, — фыркнул Сириус.
— Да и вообще, выглядит не красавцем, — довольно протянул Джеймс.
— В класс! — приказал Снейп.
Перешагнув порог, Гарри осмотрелся. На всем уже был виден отпечаток личности Снейпа. В комнате было темнее, чем обычно, потому что занавески на окнах были задернуты и класс освещался свечами. На стенах красовались новые картины, в основном изображавшие людей в мучениях, со страшными ранами или невероятно искаженными частями тела.
— А ничего так атмосферка, — снова засмеялся Сириус. — Сопливус – профессор, вот в жизни не поверил бы.
Лили досадливо поморщилась, как она не пыталась себя убедить, что вычеркнула бывшего друга из жизни, у нее ничего не получалось. Насмешки ребят над Северусом до сих пор ее трогали. Да, он стал Пожирателем, она это прекрасно понимала, но вдруг она сама толкнула его на эту дорожку? А если бы она простила его тогда? Лили с ожиданием глянула на книгу в своих руках, надеясь, что сейчас прочитает что-то, что вернет ей веру в своего друга детства.
Ученики рассаживались молча, нервно оглядываясь на зловещие картины.
— Я не велел вам достать учебники, — сказал Снейп, закрыв дверь и остановившись возле учительского стола. Гермиона поспешно бросила свой экземпляр учебника «Лицом к лицу с безликим» обратно в сумку, а сумку затолкала под стул. — Пока что просто послушайте меня. И попрошу не отвлекаться. Его черные глаза прошлись по лицам учеников, задержавшись на лице Гарри на какую-то долю секунды дольше других. — Насколько мне известно, за время учебы у вас сменилось пять преподавателей по этому предмету.
— Проклятие все еще действует, — самому себе кивнул Ремус.
— А мне всегда казалось, что это глупости, — Сириус пожал плечами.
— Ну неужели проклятие нельзя снять? — недоуменно воскликнула Лили, — Почему директор ничего не делает? Почему он не снимет проклятие или вызовет кого-то из Министерства? В такое сложное военное время никто не умеет защищаться.
— Может, его невозможно снять? — Джеймс ранее никогда не задумывался об этом.
— Глупости, — Лили сердито мотнула головой, — Если проклятие лежит именно на предмете, то почему бы слегка не поменять его название, если на кабинете – то можно сменить кабинет.
— Если человек ничего не делает – значит, его все устраивает, — словно ни к кому не обращаясь, сказал Ремус.
— Но директору же не может быть... — Лили замолчала, не решаясь произнести вслух то, о чем подумали все.
«Насколько мне известно...» Как будто ты не следил за ними, как коршун, в надежде, что станешь следующим, Снейп! — со злостью подумал Гарри.
— Наверное, ненависть к Снейпу, как и любовь к полетам, передается по наследству, — фыркнул Сириус.
— Естественно, у каждого из этих преподавателей были свои задачи и свои методы. При таком бессистемном обучении меня удивляет, что многие из вас все-таки наскребли проходной балл на экзамене СОВ по данному предмету. Еще больше меня удивит, если все вы справитесь с объемом работы на уровне ЖАБА, значительно более углубленном и обширном.
Снейп двинулся вдоль стены в обход класса; теперь он говорил, понизив голос, и ученикам приходилось выворачивать шеи, чтобы видеть его.
— Темные искусства, — говорил Снейп, — многочисленны, разнообразны, изменчивы и вечны. Бороться с ними — все равно что сражаться с многоголовым чудовищем. Отрубишь одну голову — на ее месте тут же вырастает новая, еще более свирепая и коварная, чем прежде. Это битва с противником, непостоянным, неуловимым, вечно меняющим обличья, и уничтожить его невозможно.
— Как он любит Темные искусства, — снова перебил Сириус.
Джеймс одобрительно кивнул, но снова промолчал, хотя сдерживаться стало все сложнее, а ему было что сказать. Но перспектива вечернего свидания с Лили заставляла его молчать. Возможно, сегодня он ее поцелует. Джеймс мечтательно улыбнулся, он надеялся, что его мучения воздадутся ему с избытком, к тому же, Лили уже сама должна увидеть, каким стал ее бывший друг.
Гарри уставился на Снейпа. Одно дело — уважать Темные искусства как опасного врага, и совсем другое — говорить о них, как сейчас Снейп, чуть ли не с нежностью.
Джеймс фыркнул про себя. Знать, что его сын так же ненавидит Снейпа, было приятно. Возможно, раз он сам не может раскрыть глаза Лили, это получится у их сына. Да, девушка, конечно, говорила, что они больше не друзья, но Поттер видел, как она расстраивается, когда речь заходит о ее бывшем друге.
— Следовательно, ваша защита, — чуть громче продолжал Снейп, — должна быть такой же изобретательной и гибкой, как те Искусства, которые вы тщитесь одолеть. Эти картины, — он на ходу махнул рукой в их сторону, — дают довольно точное представление о том, что происходит с человеком, подвергшимся, к примеру, воздействию заклятия Круциатус (он указал на изображение волшебницы, скорчившейся и кричащей от боли), испытавшим поцелуй дементора (на картине волшебник бессильно привалился к стене, безучастно глядя прямо перед собой пустыми глазами) или спровоцировавшим нападение инфернала (кровавая каша на земле).
— Ужас, — Лили недовольно поморщилась, — Это жестко – показывать детям такие картины.
— Ну, — Ремус пожал плечами, — Они уже не дети, а в свете грядущей войны, должны быть готовы и…
— Ты защищаешь Сопливуса? — пораженно воскликнул Сириус, шутливо тыча друга в бок, — Мир сошел с ума.
— Значит, инферналы действительно появились? — тоненьким голоском спросила Парвати Патил — Это уже точно известно, он их использует?
— В прошлом Темный Лорд использовал инферналов, — ответил Снейп, — а значит, имеет смысл исходить из предположения, что он может использовать их снова.
— Темный Лорд, — Джеймс презрительно передразнил недруга, — Так говорят только Пожиратели Смерти.
— Наверное, он боится назвать своего хозяина по имени, — на лице у Сириуса застыло брезгливое выражение.
Итак... Он двинулся вдоль противоположной стены, возвращаясь к учительскому столу, и снова ученики, как завороженные, провожали его глазами. Темная мантия развевалась у него за спиной. — ... полагаю, вы абсолютно незнакомы с невербальными заклинаниями. В чем состоит преимущество невербальных заклинаний?
Рука Гермионы взметнулась вверх. Снейп не торопясь оглядел класс, убедился, что выбора нет, и сказал отрывисто:
— Очень хорошо. Мисс Грейнджер!
— Похоже, Сопливус недолюбливает Гермиону, — тут же отметил Сириус, — Интересно почему? — он как бы случайно глянул на девушку, сидящую напротив.
Но Лили промолчала. Она пообещала себе не влезать в спор с ребятами по поводу Северуса. Это было бесполезно. Пусть говорят, что хотят. Она бы предпочла вообще о нем не говорить, но в глубине души все равно ждала, что Северус сделает что-то, что вернет у нее веру в него.
— Противник не знает заранее, какое именно заклинание вы собираетесь осуществить, — сказала Гермиона. — Это дает вам крошечное преимущество во времени.
— Вы практически дословно повторили текст учебника «Стандартная книга заклинаний» для шестого курса, — пренебрежительно заметил Снейп (Малфой злорадно захихикал в дальнем углу), — но, по сути, ответ верен.
— Похоже, недолюбливает – это слабо сказано, — возмутился Джеймс. — Они только начали разбирать новую тему, Гермиона дает ответ, а Сопливус недоволен, что она полностью повторила текст учебника.
Действительно, тот, кто овладеет умением колдовать, не выкрикивая во все горло заклинания, получает выигрыш во времени и возможность застать противника врасплох. Разумеется, это подвластно не всем волшебникам. Здесь важную роль играет способность сосредоточиться и сила духа, которой... — его злобный взгляд снова задержался на Гарри, — наделены далеко не все.
— То есть, он думает, что у моего сына нет силы духа? — опять возмутился Джеймс.
— Да ты больше его слушай, — Сириус махнул рукой.
Гарри знал, что Снейп думает сейчас о прошлогодних уроках окклюменции, закончившихся полным провалом.
— И что же там случилось? — снова не выдержал Поттер, все же тема Снейпа для него была очень неприятной.
— Возможно, Гарри не смог научиться окклюменции, — предположил Ремус.
— Окклюменцию в школе не изучают. Зачем пятикурснику такая сложная наука? — попыталась перевести тему Лили. Снейп пока совершенно не оправдывал ее доверия как хороший педагог, а комментарии мальчиков только подливали масла в огонь.
— Наверно, были причины, — задумался Ремус, — Я не понимаю другого: при изучении окклюменции между учителем и подопечным должны быть хотя бы доверительные отношения, почему обучать Гарри поставили Снейпа?
— Опять фокусы директора, — фыркнул Сириус.
Он не опустил глаз и продолжал свирепо смотреть на Снейпа, пока тот не отвернулся.
— Сейчас, — снова заговорил Снейп, — вы разделитесь на пары. Один партнер попытается без слов навести порчу на другого. Другой будет пытаться, также молча, отвести от себя порчу. Приступайте.
Снейп не знал, что Гарри в прошлом году обучил по крайней мере половину курса (всех участников ОД) выполнять Щитовые чары.
— Опять эти загадочные занятия, где в роли учителя выступал Гарри,— заинтересовано произнес Сириус.
— И опять непонятно, почему Гарри понадобилось обучать кого-то и создавать для этого какую-то группу? — согласился Ремус.
— Ну, если все преподаватели были такими же некомпетентными как Снейп... Вспомните, — сказал Сириус, обращаясь ко всем, но смотря только на Лили, — В прошлом году, когда мы изучали невербальные, профессор объяснял нам, как лучше сосредоточиться, сконцентрироваться, а этот произнес пару фраз, и сразу приступайте.
Девушка тяжело вздохнула, но все же слабо кивнула, признавая правоту парня.
Но никто из них раньше не пробовал делать это без слов. Естественно, многие стали жульничать — произносили заклинание не вслух, а шепотом. Само собой, через десять минут после начала урока Гермиона сумела без единого звука отразить направленное на нее Невиллом заклятие-подножку.
«Любой нормальный учитель достижение наградил бы Гриффиндор не меньше как двадцатью очками», — подумал Гарри с горечью, но Снейп как будто ничего не заметил.
— А Гермиона молодец, — одобрительно сказал Ремус.
— В отличии от Снейпа, — фыркнул Сириус.
— Жаль, что она младше тебя, — Джеймс озорно посмотрел на Люпина, — Вы бы могли пожениться, — он ловко увернулся от подушки брошенной в него другом.
Пока ученики упражнялись, он расхаживал по классу, как всегда похожий на гигантского нетопыря.
— Как точно подмечено, — рассмеялся Сириус.
Около Гарри и Рона он остановился посмотреть, как они справляются с заданием. Была очередь Рона насылать порчу на Гарри; Рон весь побагровел, крепко сжав губы, чтобы случайно не поддаться соблазну прошептать заклинание. Гарри высоко поднял волшебную палочку, готовый в любой момент отразить заклятие, которого, похоже, ему не суждено было дождаться.
— Какое убожество, Уизли, — сказал Снейп, понаблюдав за ними некоторое время.
— Как педагогично, — снова перебил Сириус, — Хотя что еще можно ожидать от Сопливуса? Оскорблять учеников, которые не могут ему ответить. Спорим, он так тешит свое эго?
— Может, у него такой стиль преподавания? — Ремус с пониманием посмотрел на Лили, догадываясь, что с ней происходит.
Но девушка в ответ только улыбнулась и покачала головой.
— Дайте-ка я покажу, как это делается...
— Если он что-то сделает Гарри... — недобро пробормотал Джеймс. Здесь Лили была с ним согласна.
Он так быстро взмахнул волшебной палочкой, целясь в Гарри, что Гарри среагировал чисто машинально: напрочь позабыв о невербальных заклинаниях, он завопил:
— Протего! Щитовые чары получились у него такими мощными, что Снейп отлетел назад и врезался в соседнюю парту.
— Ха, — одновременно воскликнули Джеймс и Сириус.
— Ой, что сейчас будет! — забеспокоилась Лили.
Северус как профессор ее разочаровал, он не смог беспристрастно относится к ее сыну, не давал детям никакой теории, явно не любил гриффиндорцев, позволял себе оскорблять учеников. У нее не осталось сил придумывать ему оправдания.
Весь класс оглянулся и теперь смотрел, как Снейп, злобно нахмурившись, поднимается на ноги.
— Вы помните, что мы сегодня занимаемся невербальными заклинаниями, Поттер?
— Да, — сдавленно ответил Гарри.
— Да, сэр.
— Совсем необязательно называть меня «сэр», профессор. Слова вырвались прежде, чем Гарри понял, что он говорит.
— Мерлин, — Лили прервала чтение.
— А по-моему, это было круто, — не согласился Сириус, очень довольный поведением крестника. В конце концов, Сопливус получил по заслугам.
— Но он же профессор!
— Эванс, он весь урок оскорблял Гарри и его друзей, не удивительно, что парень сорвался, — все еще довольный, Сириус равнодушно пожал плечами.
Несколько человек ахнули, в том числе и Гермиона. Зато Рон, Дин и Симус одобрительно заулыбались за спиной у Снейпа.
— Явитесь в субботу вечером ко мне в кабинет, — приказал Снейп. — Наглости, Поттер, я не потерплю ни от кого... даже от Избранного.
— Видишь, все в порядке, — утешил Джеймс расстроенную девушку, — Всего лишь отработка.
— Отработку еще надо пережить, — возразил Блэк, — Он все же Пожиратель.
— Сириус,— Ремус строго посмотрел на друга, — Естественно, Снейп ничего не сможет ему сделать, Дамблдор не позволит.
— Это было классно, Гарри! — давился от смеха Рон, когда вскоре после этого они были отпущены на перемену и отошли на безопасное расстояние от кабинета.
— Не надо было тебе этого говорить, — проворчала Гермиона, хмуро взглянув на Рона. — Что тебя дернуло?
— Если ты заметила, он хотел наслать на меня порчу! — вскипел Гарри. — Мне этого хватило на уроках окклюменции!
— Я думаю, это не первая отработка Гарри у Снейпа, — заметил Ремус. — Видимо, их отношения всегда были сложными.
— Не связывай в одном предложении моего сына, Снейпа и отношения, а то меня вырвет.
— Ты прекрасно понял, о чем я, — Ремус слегка повысил голос, пытаясь заглушить Сириуса, который изображал рвотные позывы.
Почему он не найдет себе для разнообразия другого подопытного кролика? И вообще, как это Дамблдору пришло в голову отдать ему уроки по защите? Слышала, как он разливался о Темных искусствах? Он их просто обожает! Прямо такие они все изменчивые да многогранные...
— Знаешь, — сказала Гермиона, — а я как раз подумала, что он говорил совсем как ты.
— Снейп говорит, как твой сын? — драматическим шепотом спросил Сириус.
— Заткнись, Бродяга, — фыркнул Джеймс.
— Как я?!
— Да, когда ты нам рассказывал, что это такое — сразиться с Волан-де-Мортом. Ты говорил, что тут мало просто заучить кучу заклинаний, сказал: можно рассчитывать только на самого себя, на свои мозги, на свою храбрость... Так ведь примерно то же самое говорил и Снейп, верно?
— И совсем не то же самое, — протянул Джеймс, — Сопливус говорил о трехголовом чудище.
— Она имеет ввиду общий смысл, — вдруг улыбнулась парню Лили, все-таки Поттер такой забавный. И Джеймс не стал с ней спорить.
Что, по сути, главное — быть храбрым и быстро соображать.
Гарри был совершенно обезоружен тем, что она настолько ценит его слова, даже выучила их наизусть, словно «Общую теорию заклинаний», а потому не стал больше спорить.
— Она влюбилась в него, — хохотнул Сириус.
— Сириус, ты как несмышленая третьекурсница, — Ремус покачал головой, — Все приписываешь любви.
— А что, девчонки вечно в кого-нибудь влюбляются, почему бы ей не влюбиться в Гарри?
— Они друзья, а друзья это немного другое, — Джеймс вспомнил Кристен Макдугал, охотницу их команды, выпустившуюся в прошлом году. Хотя Кристен была очень неплоха собой, он ее как девушку вообще не воспринимал, она бы игроком, его единомышленником, и если бы Сириус не заметил, что Кристен больно похорошела, он бы даже не обратил на это внимание.
— Гарри! Эй, Гарри!
Гарри оглянулся. Его догонял Джек Слоупер, один из прошлогодних загонщиков Гриффиндора, со свитком пергамента в руке.
— Это тебе, — пропыхтел Слоупер. — Слушай, говорят, ты теперь капитан команды. Когда отборочные испытания?
— Я еще не решил, — ответил Гарри, а про себя подумал, что Слоуперу сильно повезет, если он сумеет снова попасть в команду. — Я тебе скажу.
— Ну, ладно. Я надеялся, они будут в эти выходные...
Но Гарри уже не слушал: он узнал тонкий косой почерк Дамблдора на пергаменте.
— Неужели Дамблдор пригласил его на индивидуальное занятие? — Джеймс в предвкушении закусил губу. Да и остальным ребятам было жутко интересно, чему же будет учить директор мальчика?
Бросив Слоупера на полуслове, он быстро пошел прочь вместе с Роном и Гермионой, на ходу разворачивая пергамент.
Дорогой Гарри! Я хотел бы приступить к нашим индивидуальным занятиям в эту субботу. Приходи, пожалуйста, ко мне в кабинет в восемь часов вечера. Надеюсь, первый учебный день прошел хорошо.
Искренне твой, Альбус Дамблдор. Р. S. Я очень люблю кислотные леденцы.
— Он любит кислотные леденцы? — с недоумением переспросил Рон, прочитав записку через плечо Гарри. — Это пароль для горгульи, которая охраняет его кабинет, — тихо объяснил Гарри. — Ха! Снейп не обрадуется... — Это уж точно, — злорадно усмехнулся Джеймс. — Я думаю, они просто перенесут отработку на другой день, — остудил пыл друга Ремус. — Да уж, Сопливус своего не упустит, — Сириус поморщился. Я теперь не смогу явиться к нему после уроков! Весь остаток перемены друзья гадали, чему Дамблдор будет обучать Гарри. Рон считал, что это, скорее всего, будут какие-нибудь потрясающе эффектные заклятия, неизвестные Пожирателям Смерти. Гермиона сказала, что это запрещено законом и более вероятно, что Дамблдор хочет обучить его каким-то сверхсовершенным разновидностям защитной магии. После перемены она пошла на свою нумерологию, а Гарри и Рон вернулись в гостиную и с большой неохотой взялись за домашнее задание Снейпа. — Спорим, даже если задание будет выполнено гениально, оценки «Превосходно» Гарри не видать? — Сириус оглядел друзей. — Но не может же он быть настолько предвзятым преподавателем? — засомневался Ремус. — Он не может быть хорошим преподавателем, — пробормотал Сириус, но от споров воздержался. Оно оказалось таким трудным, что они не закончили его даже после обеда, когда к ним на следующий свободный урок присоединилась Гермиона (правда, с ее приходом дело пошло значительно бодрее). Только они одолели наконец эту работу, прозвенел звонок на сдвоенный урок зельеварения, и они бросились знакомой дорогой вниз, в подземелье, в классную комнату, где так долго царил Снейп. — Но сейчас его здесь не будет, — обрадовался Блэк. Когда они подбежали к дверям класса, оказалось, что продолжать обучение на уровне ЖАБА решились не больше дюжины человек. Крэбб и Гойл, очевидно, не получили достаточно высокой оценки на СОВ, но четверо слизеринцев все-таки набрали нужное количество баллов, в том числе и Малфой. — Куда уж без него? — вздохнул Джеймс. Еще в коридоре было четверо ребят из Рэйвенкло и один хафлпаффец, Эрни Макмиллан. Гарри он нравился, несмотря на свою напыщенность. — Гарри, — сказал Эрни с важным видом, протягивая ему руку, — я не имел возможности поговорить с тобой сегодня утром на защите от Темных искусств. На мой взгляд, урок был хороший, но, конечно, Щитовые чары — это старый трюк для нас, ветеранов ОД... Рон, Гермиона, как поживаете? — Гарри оказался лучшим преподавателем, чем Сопливус, — удовлетворенно хмыкнул Джеймс. — Хотел бы я посмотреть на их занятия. — Как он смог привлечь так много народу в этот ОД? — Лили жутко льстило, что ее сын не только смог собрать кружок по дополнительным занятиям, но еще и многому научил однокурсников, а если вспомнить слова близнецов, то и старшекурсников. Они успели только ответить «нормально», когда дверь классной комнаты открылась и показался сперва живот Слизнорта, а потом уж и он сам. Радостно улыбаясь из-под пышных, как у моржа, усов, он одного за другим пропускал учеников в класс, причем с особенным энтузиазмом приветствовал Гарри и Забини. — Ну как же без этого? — ухмыльнулся Джеймс. — Уж по крайней мере, он лучше, чем Снейп, — Сириус посмотрел на друга, но тот в ответ лишь криво улыбнулся. В подземелье непривычно клубился разноцветный пар и витали удивительные запахи. — Даже не хочу знать, как там было при Снейпе, — поморщился Сириус. — Наверно, так же мрачно, как на уроке защиты, — предположил Джеймс. Гарри, Рон и Гермиона с интересом принюхивались, проходя мимо огромных котлов, в которых что-то кипело и булькало. Четверо слизеринцев уселись вместе за один стол, другой заняли четверо рэйвенкловцев, а Гарри, Рону и Гермионе осталось сесть с Эрни. Они выбрали себе стол поближе к котлу с золотистой жидкостью, от которого шел самый заманчивый аромат. Гарри он напомнил одновременно пирог с патокой, запах дерева от рукоятки метлы и что-то цветочное — кажется, так пахло в «Норе». — Амортенция, — пробормотала Лили. — Откуда ты знаешь? — Джеймс удивленно посмотрел на девушку. — Она для каждого пахнет по-своему, в ней смешиваются твои любимые даже, самые несочетаемые запахи, — Лили мечтательно улыбнулась, — Ну и то, что зелье золотистого цвета, конечно. Мы же это проходили чуть больше года назад, — она немного укоризненно глянула на парня. — Ну, это было так давно, — виновато глянул на девушку тот, — Но теперь действительно припоминаю, — он вспомнил ненавязчивый легкий запах ландышей, – духов Лили – исходивший от этого зелья, который незаметно проникал в мозг, дурманил мысли. Но как Джеймс не старался, остальные запахи он вспомнить не смог, видимо, они были не настолько значимы. Он поймал себя на том, что дышит глубоко и медленно, и пар от зелья понемногу наполняет его до краев, словно чудесный напиток. Его охватило ощущение невероятного довольства; он улыбнулся Рону через стол, и Рон лениво улыбнулся в ответ. — Ну-те-с, ну-те-с, — проговорил Слизнорт; очертания его массивной фигуры мерцали и расплывались в мареве многоцветного пара. — Все достали весы, наборы для приготовления зелья, и не забудьте учебники «Расширенный курс зельеварения»... — Сэр! — Гарри поднял руку. — Гарри, мой мальчик? — У меня нет учебника, и весов, ничего нет... И у Рона тоже... Понимаете, мы не знали, что нам можно будет продолжить курс... — Ах да, профессор Макгонагалл что-то упоминала... Не волнуйтесь, не волнуйтесь ни о чем, мой милый мальчик. Сегодня вы можете взять ингредиенты из моего шкафа, и какие-нибудь весы для вас найдутся, и еще имеется небольшой запас старых учебников, можете пользоваться первое время, а там напишете во «Флориш и Блоттс»... Слизнорт порылся в шкафчике в углу, извлек два сильно потрепанных экземпляра «Расширенного курса зельеварения» Либациуса Бораго и вручил их Рону и Гарри вместе с двумя парами потускневших от времени весов. — Разительное отличие от урока защиты, представляю, что на его месте сказал бы Снейп, — Сириус покачал головой. — Да уж, не думал, что скажу это, но Слизнорт – довольно не плохой преподаватель, — Джеймс слегка поморщившись, согласился с другом. — Все познается в сравнении, — Ремус посмотрел на Лили, которая ответила ему легкой улыбкой. — Ну-с, — Слизнорт снова встал у доски, выпятив и без того объемистую грудь, так что пуговицы на жилете грозили оторваться, — я приготовил для вас несколько зелий — так, для интереса, знаете ли. Такого рода зелья вы должны будете уметь готовить к экзамену ЖАБА. Вы наверняка о них слышали, даже если пока еще ни разу не варили. Кто-нибудь может мне сказать, что это за зелье? Он указал на котел рядом со столом слизеринцев. Гарри приподнялся со стула и увидел, что в котле кипит жидкость, с виду похожая на обыкновенную воду. Гермиона отработанным движением подняла руку раньше всех, Слизнорт указал на нее. — Это сыворотка правды, жидкость без цвета и запаха, которая вынуждает того, кто ее выпьет, говорить правду, — сказала Гермиона. — Вот бы напоить ею слизеринцев, — мечтательно протянул Джеймс. — Точно, — Сириус сразу взбодрился в предвкушении очередной шалости. — Это незаконно, — сразу же воспротивилась Лили. — Да никто не узнает, — равнодушно отмахнулся Сириус, — Или пусть Гарри стащит немного зелья в конце урока и незаметно подольет Малфою, тогда все вопросы сразу разрешатся. — Гарри не будет так делать, — сердито пробормотала девушка и, пресекая дальнейшие споры, продолжила чтение. — Очень хорошо, очень хорошо! — одобрил Слизнорт. — А теперь... — Он указал на котел возле стола рэйвенкловцев. — Это зелье также широко известно... В последнее время не раз упоминалось в министерских брошюрках... Кто знает?... Гермиона снова быстрее всех подняла руку. — Это Оборотное зелье, — сказала она. Гарри тоже узнал густую, тягучую, медленно булькающую субстанцию цвета глины во втором котле, но он не обиделся на Гермиону за то, что та ответила первой; в конце концов, именно она сумела изготовить это зелье, когда все они еще учились на втором курсе. — Ого! — возбужденно воскликнул Сириус, — Зачем они варили Оборотное на втором курсе? Вряд ли это входило в школьную программу. — Наверное, они замышляли грандиозную шалость, — хитро улыбнулся Джеймс. Лили хотела возмутиться, но, увидев их довольные хитрые лица, только махнула рукой. — Отлично, отлично! Ну, а это... Да, моя дорогая, — сказал Слизнорт, слегка ошарашенный активностью Гермионы, которая снова подняла руку. — Это Амортенция! — В самом деле. Как-то даже глупо спрашивать, — сказал потрясенный Слизнорт, — но вы, вероятно, знаете, как оно действует? — Это самое мощное приворотное зелье в мире! — сказала Гермиона. — Совершенно верно! Вы, видимо, узнали его по особому перламутровому блеску? — И по тому, что пар завивается характерными спиралями, — с большим воодушевлением ответила Гермиона, — и еще оно пахнет для каждого по-своему, в зависимости от того, какие запахи нам нравятся, — например, я чувствую запах свежескошенной травы, и нового пергамента, и... Тут она слегка порозовела и не закончила фразу. — О, — глумливо протянул Сириус,— У нашей мисс Грейнджер есть секретики. — Ну, это довольно личная информация, — справедливо заметила Лили. — Интересно, как оно пахнет для тебя? — Сириус с улыбкой уставился на девушку. — А для тебя? — не растерялась Лили. — О, мисс Эванс, отвечать вопросом на вопрос – не культурно, — Сириус картинно возвел глаза к потолку, но тему продолжать не стал. — Позвольте узнать ваше имя, моя дорогая? — спросил Слизнорт, будто не замечая смущения Гермионы. — Гермиона Грейнджер, сэр. — Грейнджер... Грейнджер... Вы, случайно, не в родстве с Гектором Дагворт-Грейнджером, который основал Сугубо Экстраординарное Общество Зельеварителей? — Нет, не думаю, сэр. Видите ли, я из семьи магглов. Гарри заметил, как Малфой наклонился к Нотту и что-то зашептал ему на ухо; оба гадко засмеялись, — Ну конечно, куда же без этого? — Джеймс презрительно фыркнул, — Слизерин – это диагноз. — Тем более, если слизеринцы носят фамилии Малфой и Нотт, — скривился Сириус, — Типичные носители своей фамилии. но Слизнорт нимало не огорчился — напротив, он так и лучился улыбкой, переводя взгляд с Гермионы на Гарри, который сидел рядом с ней. — Ага! «Моя лучшая подруга — из семьи маглов и учится лучше всех на нашем курсе»! Полагаю, это и есть та подруга, о которой ты говорил, Гарри? — Да, сэр, — сказал Гарри. — Очень хорошо, мисс Грейнджер, примите заслуженные двадцать очков в пользу Гриффиндора, — добродушно проговорил Слизнорт. У Малфоя было такое же выражение, как в тот раз, когда Гермиона врезала ему по физиономии. — Что она сделала? — рассмеялся Джеймс, — Врезала ему по физиономии? — Да, — задумчиво протянул Сириус, — А она мне нравится! И Оборотное варит, и правила нарушает, да еще и Малфоя бьет. Хотел бы я на это посмотреть. — Ты же недавно пророчил ее в жены Лунатику, — фыркнул Поттер. — Пусть женятся, — Сириус беспечно махнул рукой, — Я-то жениться не собираюсь в ближайшие лет двадцать точно. — Ну да, а там как раз подрастет Гермиона, — снова рассмеялся Джеймс, Сириус в ответ только закатил глаза и пробурчал что-то себе под нос. Гермиона, сияя, повернулась к Гарри и зашептала: — Ты правда сказал ему, что я лучшая на курсе? Ой, Гарри! — А что тут такого особенного? — непонятно почему насупился Рон. — Ты и есть лучшая, я бы тоже так ему сказал, если бы он меня спросил! — А Рон-то ревнует, — хмыкнул Ремус. — Видите, — Сириус посмотрел на друзей, — У нас появился соперник. Гермиона улыбнулась, но приложила палец к губам, потому что Слизнорт опять начал что-то говорить. Рон выглядел несколько раздраженным. — Разумеется, на самом деле Амортенция не создает любовь. Любовь невозможно ни сфабриковать, ни сымитировать. Нет, этот напиток просто вызывает сильное увлечение, вплоть до одержимости. Вероятно, это самое могущественное и опасное зелье из всех, что находятся сейчас в этой комнате. О да, — прибавил он, серьезно кивая недоверчиво ухмылявшимся Малфою и Нотту. — Вот поживете с мое, наберетесь жизненного опыта, тогда уже не станете недооценивать силу любовного наваждения... А теперь, — продолжил Слизнорт, — пора приступать к работе. — И чем опасна любовь? — Сириус недоуменно пожал плечами. — Профессор же сказал, что это не любовь, а наваждение, одержимость, — вздохнула Лили. «И чем они слушают на уроках?» — Эффект сходен с Империо. — Сэр, вы не сказали, что в этом котле. — Эрни Макмиллан указал на маленький черный котел, стоявший на учительском столе. В нем весело плескалась жидкость цвета расплавленного золота, большие капли подскакивали над поверхностью, точно золотые рыбки, но ничего не проливалось наружу. — Ага, — снова сказал Слизнорт, и Гарри стало ясно, что он вовсе не забыл про это зелье, а просто дожидался вопроса для пущего эффекта. — Да. Это. Что ж, леди и джентльмены, это весьма любопытное зельице под названием «Феликс Фелицис». Насколько я понимаю, — с улыбкой повернулся он к Гермионе, которая громко ахнула, — вы знаете, как действует «Феликс Фелицис», мисс Грейнджер? — Это везение в чистом виде! — взволнованно произнесла Гермиона. — Оно приносит удачу! Все выпрямились на стульях. Гарри теперь было видно только прилизанный белобрысый затылок Малфоя, который наконец-то удостоил Слизнорта своим полным и безраздельным вниманием. — Конечно, ему бы удача не помешала, — фыркнул Джеймс. — Я же говорю, опоить его сывороткой правды, и все, — снова повторил свое предложение Сириус. — А меня больше привлекает Оборотное, — мечтательно протянул Поттер, прикидывая сколько шалостей можно натворить, имея всего один флакончик. — Эванс, а ты умеешь его варить? — у Сириуса заблестели глаза, ход мыслей друга был ему понятен. — Умею, — Лили усмехнулась, — Но варить не буду. Во-первых, оно варится очень долго, во-вторых, состоит из огромного количества ингредиентов и, в-третьих, я даже представлять не хочу, что вы с ним сотворите. — Да я чисто в исследовательских целях, — невинно улыбнулся Сириус. — А известно ли тебе, что в зелье добавляют частичку того, в кого собираются превратиться? — вступил в беседу Ремус. — Фу, вот гадость какая, — скривился Джеймс. Конечно, он был бы не против превратиться в Снейпа и опозорить его на всю школу, но уж больно состав зелья был отвратительный. — Совершенно верно, еще десять очков Гриффиндору. Да, забавное это зелье, «Феликс Фелицис», — сказал Слизнорт. — Невероятно трудное в изготовлении, и, если процесс хоть немного нарушен, последствия могут быть катастрофическими. Но если зелье сварено правильно, вот как это, например, то все, за что вы ни возьметесь, будет вам удаваться... по крайней мере пока длится действие зелья. — Почему же его не пьют постоянно, сэр? — азартно спросил Терри Бут. — Потому что при неумеренном употреблении оно вызывает головокружение, безрассудство и опасный избыток уверенности в себе, — пояснил Слизнорт. — Хорошенького понемножку, знаете ли... В больших дозах это зелье чрезвычайно токсично. Но изредка, по чуть-чуть... — Почему бы кому-нибудь не выпить это зелье и не прикончить Волан-де-Морта и его прихвостней? — недоуменно спросил Джеймс. — Возможно, оно может не все? — задумчиво протянула девушка, никогда так глобально не рассматривавшая этот вопрос. — А было бы неплохо, — фыркнул Сириус, — Выпил зелье и всех победил. — Только если его не выпьют и Пожиратели, — Ремус сокрушенно покачал головой. — А вы когда-нибудь принимали его, сэр? — спросил Майкл Корнер с живым интересом. — Дважды в своей жизни, — ответил Слизнорт. — Один раз, когда мне было двадцать четыре года, и еще раз — когда мне было пятьдесят семь. Две столовые ложки за завтраком. Два идеальных дня. Он мечтательно устремил взор в пространство. «Актерствует он или нет, — подумал Гарри, — но выглядит это впечатляюще». — И это зелье, — сказал Слизнорт, словно очнувшись, — будет наградой на нашем сегодняшнем Уроке. — Ого, — обиженно выдал Джеймс, — Нам он такого не предлагал. — Тебе бы оно все равно не досталось, — ехидно произнес Сириус, — Но спорить готов, оно бы досталось Лили. — Не обязательно, — девушка даже слегка зарделась. — Сириус прав, — Джеймс даже не сомневался. — Возможно, Слизнорт хотел произвести на ребят впечатление, — рассудил Ремус, — Все же новый профессор, вряд ли он стал бы раздавать такое зелье каждый год. Наступила такая тишина, что бульканье зелий в котлах как будто стало в десять раз громче. — Один малюсенький флакончик «Феликс Фелицис». — Слизнорт вынул из кармана миниатюрную стеклянную бутылочку и показал ее всему классу. — Доза рассчитана на двенадцать часов удачи. От рассвета до заката вам будет везти во всех ваших начинаниях. Но я должен вас предупредить, что «Феликс Фелицис» запрещен к использованию на любых официальных состязаниях, таких, как спортивные соревнования, экзамены и выборы. — Но ведь это никто не проверяет, — Сириус усмехнулся. — Да ладно, — Джеймс махнул рукой, покосившись на Лили, — В квиддиче оно мне не нужно, а экзамены и так сдадим, СОВы же как-то сдали. «Выделывается перед Эванс» — фыркнул Сириус про себя, но вслух ничего говорить не стал. Поэтому наш победитель должен будет использовать его только в обыкновенный день... и пусть этот день станет для него необыкновенным! Так, — продолжил Слизнорт, внезапно переходя на деловитый тон, — что же нужно сделать, чтобы выиграть этот сказочный приз? Обратимся к странице десять «Расширенного курса зельеварения». У нас осталось немногим больше часа, и этого времени вам должно хватить на пристойную попытку сварить Напиток живой смерти. Я знаю, что до сих пор вы не приступали к таким сложным зельям, и потому не жду идеального результата. Во всяком случае, тот, кто добьется наилучших результатов, получит в награду этого маленького «Феликса». Начали! Ученики дружно загремели котлами, кто-то уже со звоном ставил гирьки на весы, но никто не произносил ни слова. Сосредоточенную целеустремленность, царившую в классе, можно было, кажется, пощупать рукой. Гарри видел, как Малфой лихорадочно листает «Расширенный курс зельеварения». Очевидно, Малфою совершенно необходим хоть один удачный день. — Интересно для чего? — фыркнул Сириус. — Понятно для чего – услужить своему хозяину, выполнить его задание, — Джеймс недовольно скривился. — Надеюсь, он не выиграет, — тут же заволновалась Лили. — Может быть, Гермионе повезет? Она, вроде как, самая умная, — сразу же начал успокаивать девушку Поттер, он привычно взял ее за руку, а второй рукой слегка приобнял. Даже не верится, что еще два дня назад они почти не общались, а сегодня вечером у них настоящее свидание. Гарри поскорее склонился над потрепанным учебником, который одолжил ему Слизнорт. — Смотрите-ка, парень тоже надеется получить флакончик, — тут же вставил Сириус. — Ну может, он не так безнадежен в зельях, как Джеймс, — Лили улыбнулась. К его большой досаде, оказалось, что предыдущий владелец учебника исписал все страницы вдоль и поперек, даже поля были сплошь заполнены какой-то писаниной. — Ну вот, еще и с учебником не повезло, — нахмурился Джеймс. — Может, Слизнорт даст ему другой, — с надеждой протянула девушка. Гарри нагнулся пониже, кое-как расшифровал список ингредиентов (предыдущий владелец и здесь понаписал невесть чего, а кое-что, наоборот, вычеркнул). Затем он вскочил и бросился к шкафчику за необходимыми ингредиентами. На обратном пути он увидел, что Малфой со страшной скоростью шинкует корень валерианы. — Торопится, а за Малфоем следить успевает, — снова вклинился Сириус, — Он одержим. — Заткнись, Бродяга, — Джеймс кинул в друга подушкой. Тот порывался было вскочить, но Ремус схватил его за плечо. — Такими темпами нам не хватит каникул, чтобы дочитать книгу. Все то и дело оглядывались посмотреть, как идут дела у соседей. В этом было и преимущество, и неудобство уроков зельеварения — никто не мог скрыть свою работу от других. Через десять минут комнату заволокло голубоватым паром. Гермиона, как всегда, продвигалась быстрее всех. Ее зелье уже приобрело вид «однородной жидкости цвета черной смородины», идеальный для промежуточной стадии. — Ставлю на Гермиону, — опять перебил Сириус. Гарри накрошил корешки и снова склонился над книгой. Его ужасно раздражало, что приходится вычитывать инструкции, с трудом разбирая их под дурацкими каракулями предыдущего владельца, которому чем-то не угодила рекомендация мелко нарезать дремоносные бобы, и он вписал собственную инструкцию: «Размять серебряным кинжалом, держа его плашмя, тогда лучше идет сок, чем при нарезании». — Это логично, — кивнула Лили. — Похоже, этот комментатор не промах,— Джеймс улыбнулся, девушка была очень хороша в зельях, и ее словам можно было доверять, — Может быть, Феликс достанется Гарри? — Это было бы здорово, — Сириус мгновенно забыл, что еще недавно не сомневался в победе Гермионы. — Сэр, я думаю, вы знали моего дедушку, Абраксаса Малфоя? Гарри оторвался от учебника: Слизнорт как раз проходил мимо стола слизеринцев. — Да, — сказал Слизнорт, не глядя на Малфоя. — Меня очень огорчило известие о его смерти, но, разумеется, это нельзя назвать неожиданным — драконья оспа в его возрасте... И пошел дальше. Гарри снова нагнулся над котлом, злорадно улыбаясь про себя. — Ха! Съел, мерзкий слизеринский гаденыш? — довольно хмыкнул Сириус. — Не видать тебе расположения Слизнорта, — Джеймс даже забыл о своей неприязни к профессору зельеварения. Ясное дело, Малфой рассчитывал, что с ним будут обращаться не хуже, чем с Гарри и Забини, а может, даже и лучше — он привык к этому у Снейпа. — Малфой явно пользовался фаворитизмом Снейпа, — Джеймс презрительно фыркнул, — Слизнорт молодец, поставил гаденыша на место. — Кажется, кто-то недавно не очень лестно отзывался о профессоре, — Лили лукаво посмотрела на парня. — Ну, мнение может меняться, — нисколько не смутился Джеймс. Похоже, в борьбе за флакончик «Феликс Фелицис» Малфою придется рассчитывать исключительно на собственные таланты. Дремоносный боб никак не хотел поддаваться. Гарри повернулся к Гермионе: — Можно одолжить у тебя серебряный ножик? Она нетерпеливо кивнула, не отрывая взгляда от своего зелья — оно все еще было густо-лиловым, хотя, если верить книжке, должно было уже стать светло-сиреневым. Гарри повернул плашмя лезвие ножа и надавил на боб. К его огромному удивлению, оттуда сразу же потек сок, да в таком количестве, что просто не верилось, как все это умещалось в сморщенной шкурке боба. Гарри торопливо вылил сок в котел и сам изумился, увидев, что зелье немедленно приобрело точно такой сиреневый оттенок, как было написано в книге. Злость на прежнего владельца учебника испарилась без следа. Гарри внимательно всмотрелся в следующую строчку инструкции. Согласно учебнику, дальше нужно было помешивать зелье против часовой стрелки до тех пор, пока оно не станет прозрачным, как вода. А согласно уточненной версии предыдущего владельца, следовало после каждых семи помешиваний против часовой стрелки делать одно помешивание по часовой стрелке. Что, если прежний владелец и тут окажется прав? Гарри принялся мешать против часовой стрелки, а потом, затаив дыхание, один размешанул по часовой стрелке. Результат последовал незамедлительно. Зелье стало нежно-нежно-розовым. — У него все получается, — восхитился Джеймс, — Еще немного, и приз у него в кармане. Лили задумчиво уставилась в книгу – пометки на полях явно делал кто-то достаточно искушенный в зельеварении. Она неожиданно вспомнила четвертый курс.****
Они с Северусом сидели в библиотеке, и он сосредоточено что-то писал на полях учебника зельеварения. — Зачем ты портишь книгу? — спросила она. — Она же не библиотечная, — парень внимательно посмотрел на нее, — Смотри, — он ткнул пальцем в рецепт, — Здесь написано добавить одну унцию крапивы, но этого явно недостаточно, так как лирный корень почти сводит на нет ее действие, и идиоту понятно, что нужно добавить полторы, а лучше – две унции крапивы для стабилизации. — Но учебники пишут не идиоты, — Лили с улыбкой посмотрела на друга. — Это спорный вопрос, — серьезно заявил Северус, — Они не знают очевидных вещей.****
— Лили, все хорошо? — Джеймс потряс ее за плечо. — Да, — девушка потрясла головой, выкидывая оттуда свои подозрения, она подумает об этом позже, — Я просто немного задумалась. — Как это у тебя получается? — спросила Гермиона, вся красная и растрепанная в клубах пара от своего котла. Ее зелье упорно сохраняло лиловую окраску. — Надо один раз помешать по часовой стрелке... — Да нет, в учебнике сказано — против! — огрызнулась она. Гарри пожал плечами и продолжал делать по-своему. Семь раз против часовой стрелки... Один раз по часовой стрелке... Семь раз против часовой... Один раз по часовой... На другом конце стола Рон сквозь зубы сыпал проклятиями — его зелье было похоже на жидкую лакрицу. Гарри посмотрел по сторонам. Насколько он мог разглядеть, больше ни у кого зелье не было таким светлым. — Ура! — возопил Сириус, — Спасибо автору загадочных пометок, мы выходим на финишную прямую. Лили улыбнулась, выражал бы Сириус так свою благодарность, если знал, что автором, возможно, является Снейп? Может быть, стоит обсудить это с Джеймсом вечером, когда они пойдут на... свидание! Мерлин! Этим вечером она идет с Джеймсом Поттером на свидание. Лили почувствовала, как участилось сердцебиение, об этом она тоже пока не будет думать, лучше продолжать чтение. Он ощутил невероятный подъем, чего с ним никогда еще не случалось в этом подземелье. — Неудивительно, раз профессором у них был Снейп, — усмехнулся Джеймс. — Время вышло! — объявил Слизнорт. — Прошу всех прекратить помешивать! Слизнорт медленно двинулся между столами, заглядывая в котлы. Он не делал никаких комментариев, только иногда принюхивался или помешивал в котле. Наконец он добрался до стола, за которым сидели Гарри, Рон, Гермиона и Эрни. Печально улыбнулся при виде вещества, напоминающего деготь, в котле Рона. Прошел мимо темно-синей стряпни Эрни. Зелье Гермионы удостоилось одобрительного кивка. Тут Слизнорт увидел зелье Гарри, и на лице его выразилось недоверие, смешанное с восторгом. — Безусловная победа! — воскликнул он на все подземелье. — Отлично, отлично, Гарри! Боже Праведный, вижу, вы унаследовали талант своей матери. Лили была великой мастерицей по зельям! На этих словах девушка зарделась, было приятно, что даже через столько лет Слизнорт ее помнит и признает ее таланты. — Все-таки он к тебе неравнодушен, — неодобрительно пробормотал Джеймс. — Не выдумывай, — Лили махнула рукой. Ну, вот вам приз — один флакончик «Феликс Фелицис», как обещано, и смотрите используйте его с толком! Гарри сунул крошечный пузырек с золотистой жидкостью во внутренний карман, — Ну все, Феликс у него, — Сириус удовлетворенно вздохнул. — Надеюсь, он найдет ему достойное применение, — выразил их общую с Лили мысль Ремус. испытывая странную смесь чувств: упоение при виде разъяренных слизеринцев и вину из-за разочарованного выражения на лице Гермионы. Рон был просто ошарашен. — Как это ты ухитрился? — шепотом спросил он у Гарри, когда они вышли из подземелья. — Повезло, наверное, — ответил Гарри, потому что рядом шел Малфой. — Гарри молодец, — снова заметил Ремус. — Конечно, — тут же кивнул Сириус, — Не хватало, чтобы еще Малфой узнал про учебник. Но во время обеда, когда они устроились за гриффиндорским столом, Гарри все им рассказал. С каждым словом лицо Гермионы становилось все строже. — Ты, наверное, считаешь, что я сжульничал? — закончил Гарри, расстроенный ее реакцией. — Ну, ведь, строго говоря, нельзя сказать, что ты справился с заданием самостоятельно? — сказала она сдержанно. — Вот глупости, — недовольно выдохнул Сириус. «Девчонки, — подумал он про себя, — вечно ищут проблемы на пустом месте». — В чем-то она права, — Лили пожала плечами. — Ну конечно, лучше бы этот флакон получил Малфой, — недовольно фыркнул Сириус, — И выполнил свое задание. — Я такого не говорила, — Лили сердито поджала губы, — Просто сказала, что в словах Гермионы есть разумное зерно. — Ладно вам, — Джеймс оглядел спорящих. — Главное флакончик у нас, — миролюбиво подвел итог Ремус, он мог понять точку зрения девушек, но был согласен с друзьями, что получить Феликс – большая удача. — Он просто выполнял другие инструкции, только и всего, — сказал Рон. — Могло выйти ужас что, правильно? Но он рискнул, и риск оправдался. — Рон тяжело вздохнул. — Слизнорт мог бы дать этот учебник мне, так нет же. Мне достался тот, в котором никто ничего не записывал. Судя по виду пятьдесят второй страницы, на него кого-то стошнило, но не более того... — Вот именно, — опять встрял Сириус, — Рон прав, он мог вообще запороть зелье, ему повезло, а удача любит везучих. И в награду ему опять же удача, — он все еще немного сердито воззрился на девушку. — Ну, возможно, — Лили закатила глаза, в глубине души понимая, что вряд ли согласилась с парнями, если бы речь шла о ком-то другом, но это же Гарри. — Постойте-ка, — произнес чей-то голос над левым ухом Гарри, и вдруг на него повеяло тем самым ароматом, который померещился ему в подземелье у Слизнорта. Он оглянулся и увидел Джинни. — Я правильно расслышала? Ты выполняешь какие-то инструкции, написанные в книге неизвестно кем, Гарри? Она была встревожена и сердита. Гарри сразу понял, о чем она думает. — И о чем же? — взъерошил и без того вечно находящиеся в беспорядке волосы Джеймс, — Опять одни загадки. — Ну, может быть, если мы продолжим читать дальше, то узнаем, — мягко улыбнулся Ремус. Он видел, что друзья на грани, столько времени провести в спальне, да еще и за чтением, им нужно немного отдохнуть. — Это ничего, — успокоил он ее, понизив голос. — Совсем не то, что тогда, с дневником Реддла. — Что? Он вел дневник? — расхохотался Сириус, — Волан-де-Морт вел дневник? Как сопливая девчонка? — Как-то не похоже на него, — недоуменно пожал плечами Джеймс. — Вряд ли нас посветят в подробности, — вздохнула Лили. — Меня больше интересует, как этот дневник попал к ним в руки, — задумался Ремус. Лили давно заметила, что парень всегда умел вычленять из общий сумятицы самое важное и делать соответствующие выводы. Это просто старый учебник с чьими-то пометками. — Но ты выполняешь то, что там написано? — Всего-навсего попробовал несколько советов, записанных на полях. Честное слово, Джинни, тут ничего такого нет... — Джинни права, — немедленно встрепенулась Гермиона. — Нужно проверить, нет ли тут какого подвоха. Я хочу сказать — какие-то подозрительные инструкции, кто их знает? — Да какой подвох? — немедленно взвился Сириус, — Просто старый владелец делал заметки на полях. — Эй! — возмутился Гарри, когда она выдернула из его сумки «Расширенный курс зельеварения» и занесла над книгой волшебную палочку. — Специалис ревелио! — произнесла она и резко ударила палочкой по обложке. Ничего не случилось. Книга так и лежала, как была, грязная и потрепанная, с загнутыми уголками страниц. — Закончила? — сварливо спросил Гарри. — Или еще подождешь? Глядишь, книжечка сделает сальто-мортале или пройдется для тебя колесом. — Вроде все в порядке, — пробормотала Гермиона, все так же подозрительно глядя на книгу. — Похоже, это действительно учебник, и ничего больше. — А чего она ожидала? — усмехнулся Джеймс и глянул на Лили, — Нет ну правда, какова была вероятность, что этот учебник достанется именно Гарри? — Замечательно. Так я могу его взять? — Гарри схватил книгу со стола, но она выскользнула у него из рук, шлепнулась на пол и раскрылась. Пока никто не смотрел, Гарри нырнул за книжкой и, поднимая ее, увидел, что на внутренней стороне обложки что-то нацарапано тем же мелким убористым почерком, что и ценные указания, позволившие ему выиграть флакончик «Феликс Фелицис», который был теперь надежно спрятан в спальне в чемодане, завернутый в запасную пару носков: Эта книга является собственностью Принца-полукровки. Лили закончила читать и закрыла книгу на минуту задумавшись – ее подозрения подтверждались. И как она сразу не вспомнила, что девичья фамилия матери Северуса была Принц, и, имея отца маггла, он был полукровкой. К тому же, было весьма логично, что он, являясь преподавателем зельеварения, оставил свой учебник в шкафу, а потом скорее всего забыл или не посчитал нужным убрать. И теперь перед ней стояла дилемма – посвящать ли в это знание парней. Пожалуй, она все же скажет Джеймсу вечером, а он уже сам решит, ставить ли в известность друзей, зная взрывной характер Сириуса, она бы не хотела видеть его реакцию. — Кто читает следующий? — девушка оглядела всех взглядом. — Давай я, — предложил Ремус, — Боюсь, что если читать сядут эти двое, то мы не успеем к ужину. — Ты что, хочешь сказать, что мы медленно читаем? — Сириус возмущенно уставился на друга. — Нет, — уголки губ того неумолимо поползли вверх, — Вы слишком много болтаете. — Ну да, конечно, а ты предлагаешь читать молча и ничего не обсуждать. — Я предлагаю продолжить чтение, иначе мы можем не успеть на ужин. — Велика потеря, — себе под нос пробормотал Блэк. — Предлагаю после ужина отдохнуть, — Джеймс решил, что сейчас самое время намекнуть друзьям, что вечером он немного занят. — Отлично, — Сириус улыбнулся, и в его голове немедленно замелькали приятные планы на вечер, но тут он поднял взгляд на покрасневшую Эванс. Все ясно, Сохатый ведет мисс недотрогу на свидание. Что ж, значит будем развлекаться с Ремусом, и пусть даже не думает увильнуть. Ну а Джеймс? В конце концов, и на улице Джейми должен быть праздник, — Я думаю, мы с Ремусом найдем, чем себя занять.
