К чему приводят споры?

      Утром Юнги проснулся лишь с одним желанием: «Крушить и метать». Кое-как поднявшись он направился в ванную. Выглядел, мягко говоря, не очень. Ему бы чёрную мантию купить и можно смертью подрабатывать. После водных процедур было сварено кофе. Мина можно назвать самым заядлым кофеманом. По утрам не ел, поэтому после питья крепкого напитка он пошёл одеваться. Вещи выбирались не так, как у всех, а по принципу «что первым из шкафа выпадет, то и наденет». Вот и сейчас с полки свалился скомканный белый свитер в красную клеточку. Собрав все необходимые принадлежности и не забыв свой скетчбук, он вышел из дома.       Начало апреля. Недавно началась неделя цветения вишни, поэтому вся дорога была усыпана нежно-розовыми лепестками. Смотря на них, незаметно поднималось настроение и хотелось улыбаться, что собственно Юнги и делал. Природа просыпается, а это значит скоро можно будет бегать в футболке и шортах, а ещё, что скоро экзамены. Юнги хоть и был ленив до ужаса, но к учёбе относился трепетно, разве что пара по древнему искусству очень сильно утомляла. Он уже давно положил огромный болт на то, что там писали Леонардо, Рафаэль или Тициан. Его в первую очередь волнуют свои работы, которые закончены только наполовину. Также всё ещё не покидали мысли о вчерашнем вечере. Кто были эти альфы? И откуда их знает Чимин?       Юнги пришёл за 15 минут до начала пар. Он не спеша переодевал обувь, неожиданно его окликнули. — Мин Юнги! Альфа поднял голову и почувствовал уже знакомый запах. — Привет, Чимин. — улыбнулся он. — Мне очень жаль за вчерашний вечер. Извини меня! — сказал омега и поклонился несколько раз. — Ты ни в чём не виноват, — пожал плечами альфа, — но мы можем поговорить по этому поводу? — Да, только позже. Сейчас слишком мало времени, поэтому давай на большой перемене встретимся в столовой? — Идёт. Омега кивнул и побежал в сторону своей аудитории. Юнги тоже поспешил, так как с минуты на минуту должен был прозвенеть звонок.       Рисование с натуры. Что может быть лучше? Наверно, это самое великолепное, что могло произойти в жизни Юнги. В центре стоит обнажённый человек, а ты рисуешь его тело. Мин всегда старался встать так, чтобы рисовать со спины. Спина — это его маленький фетиш. Но огорчало, что нельзя трогать, а можно только смотреть. Сегодня они рисуют омегу. Это хрупкое тельце, красивые, изящные и плавные изгибы, мраморная кожа на которой виден каждый позвонок. Ах… Юнги стоял и пускал слюни, карандаш даже успел нагреться от столь сильного нажима. Пришло время меняться, ведь, как правило, за всю пару нужно нарисовать человека с разных ракурсов, но все прекрасно знали, что будет если попробовать отвоевать это место у Мина — живым не уйдёшь. Преподаватели уже привыкли к характеру Мин Юнги. Он не был плохим парнем, все работы сдавались вовремя, да и талант имелся, поэтому «закрывали глаза» на это. Все художники немного того…       Альфа, как и обещал, подошёл к обеду в столовую. Он купил себе кофе в самом большом стаканчике и стал ждать омегу. Чимин пришёл и тоже взял себе небольшой перекус — булочка с повидлом. — Юнги, пойдём на крышу? — Хорошо. Я там ещё ни разу не был. Они поднялись на пятый этаж, а потом зашли в небольшую дверь. Вид просто восхитительный. Небо было голубое с аккуратными облаками, вдалеке виднелось множество размытых, розовых клякс — вишня. Солнце припекало не очень сильно, солнечные зайчики прыгали по стенам, отражаясь от окон. Казалось даже, что запах на крыше был совсем другой, нежели если выйти во двор. Недалеко от ограждения стояла длинная скамейка, куда и сели парни. — Здесь так красиво, — сказал Юнги, смотря вдаль и попивая кофе. — Сюда почти никто не ходит, поэтому я всегда здесь ем, — улыбнулся Чимин. — Теперь ты знаешь мою маленькую тайну. Юнги тоже невольно улыбнулся и посмотрел на парня, который с аппетитом ел выпечку, пачкая губы в сахарной пудре. — Теперь открой мне ещё одну тайну. Кто были те люди, которые напали вчера на нас? — Тот, кто говорил со мной Каору Сато, а остальные его друзья. С этим альфой я учился вместе в средней и старшей школах. Тогда он переехал из Японии и я был единственным человеком, который подружился с ним. Этот дурак влюбился в меня, думал, что мы истинные, но мне так не казалось. Я говорил об этом, он слышал, но не слушал и всячески пытался как-то понравится, — омега немного помолчал, собираясь с силами. — В этом году я поступил в академию и думал, что это всё закончится, но он стал ждать возле дома и мне очень страшно. И спасибо тебе ещё раз, не знаю, что было бы со мной, не будь тебя рядом… — закончил он и посмотрел на Юнги. — Вот урод! Ненавижу таких людей. Давай я буду провожать тебя до дома и спасу, если он снова посмеет к тебе притронуться? Не забывай, у меня есть канцелярский нож! — засмеялся Мин. Танцор тоже последовал его примеру, заливаясь мелодичным смехом. — Кстати, Чимин, где вчера был твой перцовый баллончик, м? — Я… Я не успел его достать, — сказал Пак и покраснел, ведь никакого баллончика и в помине не было. — А почему ты ничего не купил себе поесть? Потом не будет на это времени. — Не знаю, — пожал плечами он, — я ем в основном только вечером. — Держи, — сказал омега, протягивая половину булки, — тебе следует делать это не только вечером, — он снова улыбнулся, что его глаза превратились в маленькие щёлочки. Мин взял и нечаянно коснулся пальцами чужой руки. Оба невольно покраснели и отвели глаза. Они решили обменяться номерами телефонов и электронными почтами для удобства и большего общения. Юнги как раз было на руку, ведь он помнил для чего весь этот «спектакль», где им обоим отведена главная роль. Ещё немного посидев парни разошлись, каждый в свою аудиторию, договорившись встретиться после занятий.       Всю следующую неделю Юнги старался всё время проводить в компании Чимина. Этот парень оказался не такой уж скучной и серой мышкой, как говорили все. После университета он, как и обещал, всегда провожал омегу до самого подъезда. Теперь альфа не сидит в душной столовой в окружении друзей, а ест булочки с повидлом на крыше их университета. Ему даже… нравилось? Отчасти было совестно, что так ужасно втёрся в доверие парня. Просто Пак оказался не в том месте, не в то время. Мина полностью захватили мысли о споре. Как это будет проходить? Где это будет проходить? Может номер в отеле снять? А если всё выйдет из-под контроля? Голова альфы была готова взорваться от напора дурацких вопросов. Альфа не был девственником. Это произошло год назад. На выпускном. По пьяни. Но в том, что омега был чистым и невинным он даже не сомневался. Юнги так переживал, что даже завёл небольшой календарик, где зачёркивал дни, медленно приближаясь к пятнице, обведённой красным кружком.