Fate brought us together

В это зимнее утро было по-особенному прекрасно. Наконец-то выпал снег, даже полгода не пришлось ждать. По Сеулу разносились запахи кофе и разных пряностей из местных кафешек. Но увы Тэхён проспал столь прекрасное утро и проснулся лишь к двум часам. Сладко потянувшись, он закинул ноги и руки на правую сторону кровати и застыл. Открыв глаза, он не увидел Чонгука рядом. Место пустовало ещё пятнадцать минут, ибо Тэхён снова заснул, но потом живенько встал и начал искать мелкого, а точнее уже своего парня. Он искал усердно, пока не начал искать в зале. Остановившись у холодильника, Тэ буквально залез в него, ищя что-то вкусненькое. На минуты три он забыл про Гука и беспокоился уже о себе любимом. Но позже он нашел на тумбе записку, где было написано сообщение от Чонгука. — Я пошёл гулять с Чимином, не злись, — прочитал Тэ, — и сердечко… Он издевается! Ну ладно, получит он ещё от меня, — успокоившись, опешил Ким. Недолго думая, он решил пойти в магазин за продуктами. Выйдя из подъезда, парень уже успел нае…упасть. Он быстро встал, осмотрелся и пошёл дальше. Копчик болел, но кушать всё-таки хотелось, поэтому он преодолел всю боль и направился в магазин, придерживая копчик рукой как дедушка. Выходя из продуктового Ким успел поесть снега. Как с неба, так и не с него. Он опять подскользнулся и упал уже лицом в белый и пушистый снежок. Тэ встал и отряхнул плечи от снега, как будто он отряхивал погоны от пыли. На секунду ему показалось, что он какой-то великий человек, но потом вспомнил, что он Тэхён и смирился. Уже, идя аккуратно, он бывало сдувал снежинки с ресниц, потому что из-за снега ничего не видел вовсе. Прийдя домой, он стряхнул с себя весь снег и побежал к холодильнику, расставляя продукты по полкам. Кушая вкуснятину, приготовленную самим собой, он вспоминает, что Гук вчера ему сказал о чем-то странном. Он сказал, что он видел кого-то за углом улицы, ему показалось, что за ними следили. Парень тут же встал из-за стола и рванулся к телефону. Он быстро набрал номер после чего послышалось «Абонент временно недоступен, пожалуйста, перезвоните позже». Честно, Ким хотел сломать телефон снова, но уже по своей воле, контролируя силу. Но всё, что мог сделать Тэ, так это ждать.

***

— Слушай, Чимин, мне кажется надо было сказать ему, куда мы идём… — по слогам проговорил Гук, останавливая Пака перед входом. — Да не волнуйся, этот клуб очень хороший, многие мои друзья его хвалят и рекомендуют, — отмахнулся Чим. — Только недолго… — Ладно-ладно. Зайдя в клуб, их сразу оглушила громкая орущая на всё помещение музыка. «Какая безвкусица», — подумал Чон и фыркнул в сторону. Пройдя ещё немного, они нашли барную стойку и присели возле угла. — Элис, можно тебя, — обратился Пак к невысокой брюнетке. — Это кто? — поинтересовался Гук. — Это Элис, она барменша. И кстати, она из Англии, так что не гадай, почему у нее имя не корейское. Что пить будешь? — осматривая «прилавок», спросил Чим. — Что покрепче есть? — Виски Bruichladdich X4 Quadrupled, белый ром, так-с… О, есть Spirytus, хочешь попробовать? — Хм, Spirytus, никогда не слышал раньше, а что это вообще за алкоголь? — Spirytus — водка из Польши крепостью 192 градуса (96% спирта). Судя по слухам, употреблять данный напиток следует с большой осторожностью, поскольку человеческому организму не под силу вынести такие обороты, — пояснила Элис, вытирая стаканы. — Ого… Чим, может классику возьмём, там коньячок. — Элис, два Spirytus, пожалуйста, — сказал Пак девушке, и та послушно кивнула. — Ты с ума сошёл? 192 градуса, не? Как домой добираться будешь, я-то могу позвонить Тэхену, а ты? — Да всё нормально будет, чё ты такой зануда, — подколол его парень. — Не попробуем, не узнаем, — развел руками Пак. — Ох, чувствую, что мне это аукнится… И он оказался прав, через час они оба уже были в хламешник. Чимин плясал, причем очень грациозно для пьяного парня, а Чонгук лежал, нет, висел, как амёба, которая распласталась по барной стойке. Каким-то раком у Гука появилась подушка-кукла, примерно ростом с Чимина. Он сам ничего не понял, ему предложили — он согласился.

***

Время перевалило за шесть вечера и Чонгук попытался включить телефон, ибо столько алкашки он ещё не пил. И правду говорила Элис, реально крепкий алкоголь. Настолько крепкий, что он взял верх над парнями. Гук ахнул, икая при этом, когда увидел 15 пропущенных от Тэхёна. — Ну всё-ё, Чимушка, гоним ноги отсюда. Уже почти семь вечера, — крикнул парень в толпу. Ничего не услышав в ответ, он постарался встать, иначе если они скоро не приедут, а в особенности Чонгук, то сегодня ему будет очень плохо… и дело не в алкашке. Сметая в сторону каких-то левых людей, Чон всё же нашел родное тельце. Правда оно лежало между кресел, но свои своих видят издалека. Помогая встать своему пьяному в дрова другу, Чон обдумывал, как они будут добираться домой. — Чимушка, — еле разборчивым голосом произнес Гук. — Как домой поедем-с? — Ао, жги, детка, — сказал Чимин, пританцовывая. — Какой блеат «жги, детка», ты вообще меня слышишь? Нет, не так. Ты вообще меня понимаешь? — Чонгук-ши, так мы же приехали на тракторе… — надув губы, процедил Пак. — Такой серенький, как хвост единорога… — Я походу друга потерял… Тупая водка, кто её вообще придумал, — бубня себе в плечо, сказал Чон. — Во-первых, Чимушка, не трактор, а машина Юнги. Ты хоть помнишь, кто это такой? — Юнги-хен? Хсм-м, что это за восточная девушка? Познакомишь? — переваливая ноги к выходу, промычал Чим. — Завтра утром ты повеселишься, я уверен, — хлопая того по плечу, добавил Чон. Когда им всё же удалось выйти из клуба, они сразу направились к машине и Гук сел за руль, ибо Чимину доверять руль было очень опасно. Как оказалось Пак успел захватить ту самую подушку. И сейчас он тихо посапывал, но несло от него за километров десять.

А теперь советую включить Schaefer Llana — Not Your Type.

Гук отъехал от клуба и заехал в какой-то ближайший переулок. Остановившись, Чон сразу разбудил Чимина, чтобы тот сходил проблеваться. Как оказалось, он был прав. Пак отошёл довольно-таки далеко, чтобы никто не увидел этот позор. Ему вдруг стало важно мнение окружающих и он скрылся в кустах. Пока он блевал, Гук решил полежать. Прижав подушку к себе и откинув сидение назад, он хорошо так устроился и закрыл глаза, но не засыпал…надо же было встретить дружка. Чимин так измучил свою печень, от чего думал, что сегодняшние объятия с унитазом будут велики по времени. Обходя все кусты, в которых он успел заблудиться, Пак присел. Посидев пару минут, он встал и пошёл дальше. Фиг поймёшь этих пьяниц. Когда Чимин увидел в своем поле зрения машину, сразу рванул к ней. Ну как рванул, медленно переплетаясь, шагал, как в космосе. — Чонгук-ши, я иду, — радостно закричал парень, но в ответ ничего не услышал. — Спит, наверное… ну и ладнаа, мне и так харашо! — произнеся эти слова, Чимину вдруг стало тепло, и откуда-то появился свет. Он долго не мог понять откуда этот свет, ведь только что же был вечер. Либо он слишком много выпил, хотя о чем речь вообще? Либо он проспал. — Такое теплое, хочу ближе, — простонал Пак. — Где-то я уже чувствовал такое… Ах, да. — ударяя себя по лбу, выкрикнул Чимин, — в детстве, когда мы через костер прыгали. Огонь обжёг мне ногу…тогда было так же тепло. Проходит секунды две, после чего Чимин моментально трезвеет. Ну не прям трезвеет, но уже здраво осмысливает происходящее. — В смысле огонь! Где-е… — повернув голову в сторону машины, проговорил он. — Нет! Чонгук, нет! — подбегая к горящей машине, закричал Пак. — Люди, пожалуйста, помогите! — кричал Чимин, падая в слезах на землю. — Пожалуйста…у-мо-ля-ю. Пепел, изгарь, сажа — всё это летало в воздухе в перемешку с тошным дымом от огня с запахом машинного масла. Пожарные уже выехали и скоро должны были уже быть здесь. Чимин нервно ввел номер Тэхена и расплакался. — Чего ревешь-то? — радушно спросил Ким. — Тэ-Тэ-Тэхё-ён… — надрывисто произнес Пак, что заставило парня вздрогнуть от ужаса. — Чонгук.. Он…в машине… Приезжай… — закричал парень. — Я скину тебе адрес, только умоляю, держись… — произнес Чимин и сбросил вызов. — Господи, Чонгук-щи, за что мне это.— загребая в руки землю и царапая себе ладони до крови, закричал Пак, давясь собственными слезами. Он очень надеялся и молился, чтобы тот выжил. Он не хотел потерять друга так рано. Он не хотел потерять Чонгука… Вскоре приехал Тэхён, и когда он увидел происходящее у него в голове пробежали слова Чимина «Чонгук.. Он…в машине…». Он резко рванул к машине, пытаясь хоть как-то потушить этот гребанный огонь. — Гукки! Пожалуйста, ответь мне… Прошу. — закричал тот, пиная то дверь, то бампер горящей машины. На самом деле он понимал, что после такого выжить просто нереально, но он просто не хотел и не желал принимать тот факт, что с Чонгуком могло что-то случится. Он просто надеялся на лучшее. Через некоторое время приехали пожарные и потушили машину. Но тело не нашли. Чимин, роняя слезы, говорил, что видел в машине Гука. Хоть он был и в стельку пьяным, но он видел! Тэхену хотелось меньше всего верить в произошедшее. Он не мог понять, это была случайность или кто-то специально всё подстроил. Но сейчас ему просто хотелось умереть. Осознавая, что Чонгука больше нет, он зарыдал взахлёб, задыхаясь от собственных слез и комка в горле, который не сходил на протяжении всего вечера.

Некому больше обнять и поцеловать Тэхена. Некому больше поддержать Тэхена. Некому больше любить Тэхена…

Ким приехал домой и, посмотрев на ёлку, заревел, что было сил. Он уперся спиной о стенку и стал медленно скатываться, пока не упал на холодный пол.

— Чонгук~а, посмотри на меня, — схватив подборок и повернув лицо мелкого на себя, произнес Тэ. — Никто…слышишь, никто не сможет разлучить нас, и я говорю на полном серьёзе.

***

Прошло около недели. Чимин до сих пор плакал и винил себя за всё. Он не мог поверить, что всё это произошло с Чонгуком. «Да лучше бы я помер!» — подумал Пак, после чего из красных опувших глаз слезы катились сами по себе. Юнги же не мог дозвониться до Тэхена. Киму звонили уже и Чимин, и его мама, и даже компания, но он был недоступен. И Юнги знал, почему тот не отвечает. Тэхён решил никого больше не трогать. Он винил себя за то, что так и не смог сказать Гуку элементарное «я люблю тебя». Не смог рассказать о том, что хранила от него собственная мать. Он хотел просто пить алкоголь и вбивать себе в голову, что Чонгук не умер… Хотел просто одиночества и тишины, чтобы к нему никто не приходил и не утешал. Он не хотел верить в смерть Чонгука. Он просто не хотел…

А знаете ли вы, в чем плюс алкоголя? Нет? Всё просто… Пропадает необходимость в завтрашнем дне… И Тэхену это очень нравилось.